Авторский блог Денис Тукмаков 03:00 5 сентября 2006

ЭВОЛЮЦИЯ ЛИБЕРАЛА

0
№36 (668) от 06 сентября 2006 г. Web zavtra.ru Выпускается с 1993 года.
Редактор — А. Проханов.
Обновляется по средам.
Денис Тукмаков
ЭВОЛЮЦИЯ ЛИБЕРАЛА

Как, "либералы" — да в нашей стране?! Нет больше такого слова в русском литературном. Опозорены, прокляты народом, демонизированы на десятилетия вперед, — вот что случилось с либералами в России. Есть ли хоть одна причина, по которой их можно было бы простить, — за "ломку страны об колено", за неисчислимые бедствия, за обречение десятков миллионов на нищету и утрату святынь, за превращение русского субъекта истории в безвольную пустопорожнюю куклу? "Младореформаторы", "чикагские мальчики", "птенцы гнезда Бориса" — кто из них сегодня, спустя почти пятнадцать лет, смел бы выйти без охраны на площадь или спуститься в метро без боязни быть растерзанным толпой? Не найдешь таких.
Либеральная идеология, господствовавшая в России все 90-е, изуродовавшая, словно лучевая болезнь, все сферы русского мироустройства, мучительно изгонялась из тела нации несколько последних лет. Страна медленно извергала из себя ее сгустки, приходила в себя после ее мороков. Вон, вон, вон! — либеральные бесы выпроваживались с русских пространств, с телеэфира, с языков "экспертного сообщества", вымарывались из предвыборных листовок, выкорчевывались из коридоров МИДа, из стен Госдумы, срывались с башен Кремля и разбивались башками оземь. Нынче остатки либерального образа мыслей встретишь разве что в тайниках сознания фрадковского министра, в уголках рта ведущего "Эха Москвы", в осуждающем взгляде Елены Боннэр, в мозжечке перебравшегося в Лондон олигарха.
Сегодня даже Егор Гайдар — патриот. Отныне слыть "демократом" — сродни самообличению в страшных грехах плоти. В старые мехи было влито новое вино: на смену либерализму 90-х в Россию пришла "идеология Майдана". Теперь мы имеем дело с новой формацией либералов — с "оранжевой оппозицией". У нее — принципиально новый язык и новые ценности — ценности "Другой России". Старые идеалы оранжистами давно и успешно похерены — кроме одного: мнить себя "одинокой совестью нации". Промотав свой гигантский "политический капитал", вынужденные теперь общаться на языке прохановских передовиц, оранжисты все громче заявляют о себе как о политической силе и изобретают "образ будущего", которым они могли бы очаровать граждан РФ образца 2007 года. Новую редакцию оранжевых идеалов на днях в своей программной статье "Империя Свободы" озвучил их лидер, Михаил Касьянов: отныне это "Патриотизм и Свобода". Вдумайтесь: "Миша-Два-Процента" произнес слово "патриотизм", и язык его не покрылся коростой! Понимая, что сказки про "невидимую руку рынка" и "демократические завоевания" нынче воодушевляют разве что Валерию Ильиничну Новодворскую, "вождь оранжевокожих" теперь тоже призывает строить Империю — Империю как образец для подражания в глазах сопредельных стран.
Но прежде чем что-то строить, "оранжисты", как пламенные революционеры, предлагают немедленно разломать до основания всю нынешнюю иерархию управления, ценностей и отношений, которые они же, по сути, и закладывали в основание фундамента "новой русской государственности" в ранние 90-е. Словно ветреный скульптор, мнящий себя Демиургом, не удовлетворенный тем, что сам только что изваял, либерал-2006 жаждет поскорее разрушить свое неудачное и такое неблагодарное творение и начать все заново. Чуть только у плода в русском чреве вместо желеобразного сгустка проявились ручки да ножки — "оранжисту" он стал омерзителен до невозможности, и вот он уже кричит: "Аборт, только аборт!" — и тщится еще разок получить "доступ к телу", ради нового "потомства".
Вот это острое желание "попробовать еще разок" — едва ли не самая отличительная черта нынешних "оранжистов". Отрешившись от недавнего прошлого, когда они были у власти и имели всю страну, "оранжисты", по сути, вернулись к своему изначальному идеологическому истоку — к августу 91-го. В своем узком кружке они не просто мыслят себя революционерами и единственной альтернативой нынешней власти — они ощущают жгучую потребность вновь выйти на Лубянскую площадь и снова стащить Железного Феликса с пьедестала. Пусть даже вместо Феликса на пьедестале том пока что — неизвестно кто в пальто, вид его "оранжисту" невыносим: его просто бесит, когда что-то начинает возвышаться ровно и стоять прямо.
"Оранжисты" исполнены надежд на думские выборы-2007, или, точнее, на первые дни после выборов, такие соблазнительные для "творчества площадных масс". "Оранжисты" — в предвкушении новой для себя работенки. Какой же проект развития России прячут они в "потаенных складках смыслов", между строчками о "патриотизме" и "империи"? Что же это за "оранжевое состояние ума", которое присутствует у либерала версии "2.0"?
АНТИГОСУДАРСТВЕННОСТЬ ЛИБЕРАЛА
При слове "государство" "оранжист" немедленно схватился бы за пистолет — если б только он у него был. Государственная машина "оранжисту" генетически противна. Лозунг "как можно меньше государства!" — одно из немногих "завоеваний Августа", которое "оранжист" бережет как зеницу ока. В идеале либеральная идеология вообще не предполагает для русского народа какого бы то ни было государственного устройства — в том его виде, по крайней мере, как оно выстраивалось десятки поколений наших отцов — централистского, патерналистского, владеющего собственными ресурсами, насыщающего своим присутствием каждую сферу общественной жизни.
"Оранжевая идеология" применительно к нынешнему государству — это не "оппозиция" даже, а разъедающий рассол, нацеленный на деконструкцию любых структурированных элементов, уничтожение центростремительных тенденций. Используя десятки поводов, "оранжисты" впрыскивают в общественное сознание идеи тотального слома нынешнего государства и всех его институтов, ибо оно "никчемное, тоталитарно-фашистское, несправедливое, обреченное".
"Выплескивать с водой и ребенка" стало для "оранжада" доброй традицией и фирменным знаком. Курсант Сычев лишился ног в результате издевательств в Челябинском танковом училище? Так давайте вообще закроем это училище, "чтоб генералам неповадно было!". Упал очередной самолет российской сборки? Немедленно прекратить собирать в России самолеты, опасные для жизни граждан! В Беслане спецслужбы не спасли от террористов сотни людей? К черту такие спецслужбы, ведь любому ясно, что в трагедии виновны именно они, а вовсе не террористы, посетившие бесланскую школу, очевидно, в экскурсионных целях. Утонула подлодка "Курск" и к ней не успели прийти на помощь? "Оранжист" знает, что делать — распилить все лодки на металлолом, и "тогда наши мальчики останутся целы". Россия продает на Запад углеводороды и не продает компьютеры? Разумеется, нужно прекратить "выкачивать кровь Земли", а заодно распилить Газпром и распродать по дешевке "эффективным собственникам", дабы не позориться перед Западом "этим монстром".
"Оранжисты" не оставляют без внимания ни одной русской беды или проблемы, нисколько не заботясь мыслью о том, что все эти трагедии стали возможны лишь в результате их собственных экспериментов над Россией, которые они проводили все 90-е.
Когда нет печальных поводов, над которыми можно было бы поглумиться, "оранжист" использует любую сколько-нибудь заметную победу российской государственности, чтобы немедленно обличить её в "нецивилизованном поведении", в "игре не по правилам" и "двойных стандартах". Любые государственнические инициативы российского МИДа на постсоветском пространстве расцениваются "оранжистом" не иначе как "имперские замашки". В кои-то веки благоразумная позиция внешнеполитического ведомства в отношении нарастающих конфликтов на Ближнем Востоке нещадно критикуется за "потворство террористам". Намерение Кремля через Газпром или министра Онищенко обуздать зарвавшихся соседних царьков подвергается в лучшем случае осмеянию: "Где мой “боржоми”?!" — восклицает "оранжист", хотя всё равно не употребляет ничего, кроме "глотков свободы".
При этом излюбленная позиция "оранжиста" выражается фразой: "Да при чем тут вообще государство? Можно подумать, прибыль от газа в казну государства идет, гражданам в карманы сыплется. Как бы не так! Мы боремся не с Россией, а с бандитским режимом, "пилящим бабло" и уводящим русские богатства в оффшоры, в Америку, в Стабфонд!" "И если, — добавляет оранжист уже полушепотом, — мне в этой борьбе помогут финансы Невзлина или НАТОвские танки на улицах Москвы, я с благодарностью приму эту помощь, лишь бы спасти Россию от гэбистской клики!" Эта трогательная забота о нас, сирых, аж вышибает слезу. Апелляция к Леониду Невзлину или Джорджу Бушу как "гарантам российского ренессанса" и "моральным ориентирам в борьбе за свободу" смотрятся очень эффектно, да. Страшно подумать, как корчило бы "оранжиста", если бы в Кремле сидели настоящие государственники, а не созданные им же, "оранжистом", кланы.
Подобное "размонтирование государства" через десятки информационных и организационных технологий — вообще отличительное свойство "оранжевых революций". Беда с российскими "оранжистами" здесь лишь в том, что если на Украине, в Грузии, в Киргизии под оранжевыми флагами в революцию шли те, в ком пульсировал ярчайший инстинкт власти, кто жаждал выиграть и править государством, цементируя его под себя, укрепляя и развивая его, — то в России "оранжисты" вообще не связывают свое будущее с "этой страной", а словосочетание "государственное строительство" ассоциируют исключительно со "сторожевыми вышками ГУЛАГа".
Недаром излюбленная тема "оранжистов" — это тема эмиграции вон из "страны рабов и господ". Недаром от понятия "суверенитета России" "оранжист" чернеет ликом и принимается долго объяснять, почему для нашей страны так важно в кратчайшие сроки отказаться от этой самоубийственной изоляционистской затеи. Недаром "оранжист" легко готов "импортировать революцию" на деньги нового "германского генштаба", если только это поможет "скинуть кровавую гебню" и одарить, наконец, "Рашку" свободой.
АНТИРУССКОСТЬ ЛИБЕРАЛА
Отчего это так? Неужели среди "оранжевых" не отыскать ни одного искреннего патриота? Да найдутся, наверное. Дело, однако, в определенных идеологических константах, от которых "оранжист" не способен отрешиться, — иначе он будет уже "другого цвета".
Одна из подобных констант — полное отрицание "инаковости России", ее "инобытия" и уникальности. Особый русский путь развития — это нонсенс для оранжиста, который при этом вполне способен допустить подобную инаковость в отношении, скажем, Японии, Китая или исламского мира. Предположение, будто русский может иначе смотреть на мир, по-другому общаться с Богом, по-иному относиться к деньгам, к "общечеловеческим идеалам", к смерти, иначе строить миропорядок на своей земле, нежели американец или поляк, для "оранжиста" равносильно страшной ереси.
"Россия — неотъемлемая часть европейской цивилизации" — эта "оранжевая мантра" звучит гордо, но подразумевает вполне определенные вещи. Это значит: всё, что в России не укладывается в прокрустово ложе современной модернистской, антихристианской, политкорректной унисексуальной западной системы ценностей, должно быть безжалостно отсечено, выведено за пределы "цивилизационного прогресса". Это значит: "цветущая имперская сложность", которой всегда была Россия, должна быть нещадно элиминирована, сведена до "одноклеточного уровня" шаблонной европейской нации-государства.
Парадокс в том, что под лезвие "европейской секиры" попадает вовсе не только совершенно чуждый Европе российский ислам или вообще вся русская "азиатчина", столь ненавистная "оранжисту", — они-то как раз вполне найдут себе удобную нишу в контексте новой "толерантной западной мультикультурности", за них переживать не стоит. А вот что будет отсечено, так это, например, все Православие — если только под ним не понимать некоторые нынешние экуменические выверты. Будет отсечена русская "цивилизация больших пространств", предполагающая общенародную практику "Больших Проектов", со значительным влиянием государства тогда, когда, например, необходимо построить железную дорогу от Океана до Океана, или воссоздать заново "русскую приполярную цивилизацию", или сотворить свой собственный "марсианский проект". Будет отсечен или переписан весь русский "культурный код" общежития и коллективизма, русский "антипротестантизм", русское мессианство и любая русская религиозно-идеологическая концепция, "не вмещающаяся" в нынешние европейские рамки "Цивилизации Последних времен".
"Оранжад" не предполагает никакого собственного "Русского проекта", но жаждет встроить Россию в один из чужих проектов развития и, прежде всего — в американский. По сути, "оранжад" предлагает запихнуть Россию на один из этажей "башен-близнецов" в момент, когда на горизонте уже показались две приближающиеся точки. И всё "патриотическое старание" "оранжиста" сводится к тому, как бы втащить Россию на более высокий этаж этого "западного ВТЦ". Россия обречена быть погребенной в этом проекте, причем погребенной одной из первых, поскольку именно русским полкам под предводительством "вождей оранжевокожих" надлежит сразиться "во благо европейской цивилизации" с ордами "исламских варваров", в который уже раз выступив "щитом для Европы". "Оранжисты" прозрачно намекают при этом, что-де "другого-то пути нет", и ссылаются на данных демографов, забыв признаться, что именно они, "демократы первой волны", распяли русский народ на "демографическом кресте".
Но если вдруг, паче чаяния, русские вдруг станут побеждать и у нас появится крошечная возможность разом покончить со всеми "врагами человечества", это тут же будет расценено как "оголтелый империализм и шовинизм", с применением всей той риторики, что сыпалась на Российскую армию из уст либералов во времена обеих чеченских войн. Если же окончательно побежденная, вытесненная из истории Россия вознамерится совершить "коллективное самоубийство" своим оставшимся ядерным потенциалом, чтобы прихватить на тот свет всех прочих "цивилизационных игроков", — даже это сделать ей не будет позволено "оранжистами" из соображений "общечеловеческого гуманизма".
"Поместиться в Европу", "проковылять по общецивилизационному пути к прогрессу", встроиться приживалкой в Pax Americana и стать "как маленькая Швейцария" Россия может только раздробленной, униженной, ущербной, разобранной по частям. Возможно, для русского народа это не было бы так плохо, если б не очевидная перспектива перестать быть собственно русскими. Русскость — то качество, которое исторически рождалось в деле построения нашего супергосударства как самостоятельного "центра силы" и в сотворении народом своего собственного "инобытия", своей иерархии ценностей и особого смысла жизни, во многом "перпендикулярного" "общепринятым идеалам человечества". Обе этих имперских составляющих — этатизм и инобытие — "оранжисты" у русского народа желают отнять и встроить его в Запад на задворках в качестве пушечного мяса в мировых войнах против Ислама и Китая. В этом и заключается антирусскость "оранжевого проекта" для России.
АНТИНАРОДНОСТЬ ЛИБЕРАЛА
Но, может быть, "оранжисты" искренни в своих устремлениях сделать русский народ в кои-то веки счастливым? Пусть даже ценой гибели русской цивилизации — но привести "этот варварский народ" к "процветанию газонов и потребительских корзин", к сладкому пению ручья возле частного домика с лужайкой, флагштоком и двумя автомобилями в гараже?
Стоп-стоп! Какой еще "народ"? "Оранжад" не оперирует подобной категорией. Никакой "мифический народ" его не интересует. "Оранжист" бесконечно далек от народа, не понимает, боится и чурается его. Во-первых, "мы не русские, а россияне". Во-вторых, никакого народа и, тем паче, "русского народа" как самоценного субъекта истории "оранжист" не признает. Есть электрорат, есть "быдло" из полумертвых деревень или спальных районов мегаполисов. Есть "лохи позорные, которые в 90-е годы не единожды дали себя обвести вокруг пальца", и поэтому не достойны ничего, кроме презрения. Наконец, есть "русские фашисты и ксенофобы", составляющие чуть ли не половину населения страны, — но народа нет.
"Оранжисты" еще в бытность свою розовощекими либералами вывели презабавную формулу, что же следует понимать под демократией. Разумеется, это никакая не власть большинства или "власть народа". Ровно наоборот, демократия, как ее формулирует Сванидзе или Гербер, — это прежде всего защита прав меньшинства, прав на диктат. Демократия "оранжевого цвета" — это возможность минимальной группы "избранных" управлять "вверенным ей" народом, выступать от имени большинства и при этом навязывать ему свою волю и ценности.
В этом трагедия "оранжистов" в России. Они пытаются защищать ноги рядового Сычева с позиций "гражданского общества", но им дела нет до ног Сычева и они бесконечно далеки от общества. На "саммитах" в фешенебельных гостиницах, под омары и "Moёt & Chandon", в перерывах между гольфом на Николиной Горе и аквабайком в Крылатском они обещают спасти народ от произвола Кремля и сделать "все, как при дедушке". Они убеждены, что народ, оглоушенный бесконечным властным пиаром и пропагандой, их просто не понимает, тогда как на самом деле народ методично натирает веревку мылом и сооружает петлю в ожидании, когда же, наконец, разрешат вешать на площадях. Народ хмуро, но терпеливо поглядывает на "оранжиста", примериваясь к его шее, а тот рад: "Мы встретились взглядами, я читал в глазах народа понимание и поддержку нашей платформы".
Даже те уродливые пропагандистские конструкции, что вынуждены рождать, с прицелом на выборы-2007, "оранжисты", — про "патриотизм и Империю" — подразумевают "патриотизм галантерейщика Бонасье" и "империю до последнего русского". "Оранжист" может даже стать "русским патриотическим империалистом" — но это будет империализм версии мадам Тэтчер, при котором тридцать миллионов русских обслуживают одну Большую Трубу, а "оранжист" будет сидеть на ней верхом и громко декламировать какие-нибудь хорошие патриотические стихи.
НЕОБХОДИМОСТЬ ЛИБЕРАЛА
И все же в гомеопатических дозах "оранжад", либеральный строй мыслей необходим для России. Либеральный фланг придает целостность социальной конструкции, вместе с множеством иных проектов создает "напряжение системы", не дает идеологическому горизонту неуклюже "провисать". "Цветущая сложность" такой великой имперской конструкции, каковой является Россия, предполагает наличие самых разнообразных "социальных тепловых машин", которые разогревали бы социум, не давали ему впасть в энтропийную прострацию, в "тепловую смерть".
России нужны все — и "оранжисты", и коммунисты, и ультранационалисты, и официальные идеологи, "западники" и "почвенники", борцы "за" и "против" Кремля, свои Алкивиады и Катилины. В гармоничном организме Империи место найдется всем, каждый получит точку приложения своей социальной энергии.
Пусть в ткань нового общества будет вплетена и либеральная нить — с её немного инфантильными идеалами, с портретом Столыпина, с креслом Вольтера, готового отдать жизнь за Людовика, с "Биллем о правах" и речами Линкольна, со "свободой прессы" и "свободой совести", с "правовой культурой" и "тремя ветвями власти".
НАТОвских танков вот только не надо.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой

1.0x