Авторский блог Галина Иванкина 10:46 19 февраля 2018

Железом и камнем

выставка «Авангардстрой. Архитектурный ритм Революции»
3

«И планы, что раньше на станциях лбов

задерживал нищенства тормоз,

сегодня встают из дня голубого,

железом и камнем формясь».

Владимир Маяковский.

Солнце новой жизни! Светлое будущее человечества! «От центра, где высились небоскребы статистических отделов, улицы расходились симметричными кольцами, пересекаемые радиальными бульварами. Гигантские голубые и белые здания научных учреждений сверкали отражением солнечного света. Над центром города творческим порывом взлетел в высь аэровокзал. Смелый взлет его башен с причальными мачтами для дирижаблей, стремительный бег пилястр от подножья к колоссальному аэродрому, гигантские своды, как бы пытающиеся раздвинуть стены и слить дыхание с дыханьем пространства, - все это напоминало застывшую симфонию прекрасной эпохи». Это — фрагмент из малоизученного и полузабытого, но — весьма примечательного романа «Страна счастливых» (1931) Яна Ларри (писатель куда как больше известен своей детской сказкой - «Приключения Карика и Вали»). В те годы замышлялись Города-Сады и Города-Солнца. Рушились древние стены, а с «корабля современности» вышвыривался исторический хлам.

Ни для кого не секрет, что русский авангард ценится во всём мире, считаясь первоосновой искусства XX столетия, и уж тем более все видят, как по-хамски (зачастую!) к этому наследию относятся городские власти и хозяева тех или иных территорий. Уже несколько уникальных сооружений было отдано под слом — чиновники и бизнес-владельцы, в принципе, не понимают, что телефонная станция 1929 года — уникальное строение, а не «дурацкое нагромождение бетонных кубиков с дырками окон». Колоннаду с композитной капителью — это господа понимают. Стиль Модерн — кое-как замечают — много кованых виньеток с ирисами, а поэтому — красиво и богато. А вот в случае с конструктивизмом — надо разъяснять, долбить, кричать, доказывать. Тем паче, это же наше-русское, исключительное и драгоценное. Не взятое на Западе, а сформированное в ходе революционного и постреволюционного становления. Как писал Владимир Маяковский в одном из очерков о французской живописи: «Впервые не из Франции, а из России прилетело новое слово искусства конструктивизм…»

В Музее Архитектуры имени Алексея Щусева проходит масштабная выставка «Авангардстрой. Архитектурный ритм Революции» и кураторы не скрывают, что «...одной из целей проекта является привлечение внимания к проблеме сохранения памятников советского авангарда - ценных объектов архитектурного наследия не только нашей страны, но и всего мира». Иначе говоря: показать властям и обывателям, что это — не «коробки» (потому что без каменных львов на входе и пилястр на выходе), но — изумительные творения русских гениев. «Здравствуй, страна героев! Страна мечтателей, страна учёных». Нам ли стоять на месте? Двигаем!

Постреволюционное десятилетие. Вихри и сполохи. Буря и натиск. Но — грядёт большая работа. Перед архитекторами поставлены архисложные задачи — переделать среду обитания. От создания общественных построек нового типа — домов-коммун, рабочих клубов, фабрик-кухонь — до вычерчивания фантастических городов, никак не связанных с привычным градостроением. На экспозиции предъявлены самые разные варианты, однако же, наиболее парадоксальным — даже по меркам своего времени — кажется произведение Георгия Крутикова (см. фото). Молодой гений замыслил проект «летающих городов» и «домов-коммун в стратосфере». Автор предлагал оставить землю для труда и культурного досуга, а жильё перенести в надземные поселения, зафиксированные высоко-высоко в пространстве. Летать же придётся самим жителям таких поселений — в специальной кабине-капсуле. Идея не просто смелая, но - дерзостная. Разразилась учёная полемика, переходящая в газетную шумиху – «летуна» Крутикова горячо обсуждали не только специалисты, но и репортёры, тут же окрестившие его «Советским Жюль Верном».

Типичный случай 1920-х — футуристическая рациональность, упование на технику, обожание стратосферы и — технологическое бессилие. Нам бы ликбезы освоить! Нам бы пролетариев расселить из гнилых полуподвалов! Добавлю, что «повзрослев», Георгий Крутиков обратился к иной тематике — сохранению храмовой старины, которую он полагал одним из важнейших символов русской идентичности. Кажется, что путь Крутикова — единичен, странен и вызван какими-то фантасмагорическими подвижками в мировоззрении? Напротив! Русский человек стремится в небо. Точнее — к небу. Так Георгий Крутиков искал город-мечту, но обрёл Град Небесный.

Другие авторы стояли на противоположных позициях: Россия — страна с аграрным менталитетом. Земля, поля и сады — вот наше всё. Дезурбанисты «проталкивали» Город-Сад – оптимальное сочетание жилой, индустриальной и зелёной зон, причём застройка должна быть малоэтажной (1-2 яруса). Население – не более 32 тысяч человек. Центр Города-Сада занят под громадный круглый цветник, вокруг которого располагаются главные общественные здания. План – радиально-кольцевой, как изначально принято в большинстве русских городов. Эти мысли горячо поддерживал экономист и писатель Александр Чаянов. Так, действие его романа «Путешествие моего брата Алексея в страну крестьянской утопии» (1920) происходит 1984 году. По сюжету современник автора из 1920-х годов попадает в 1980-е. Перед его глазами – картины обновлённой Москвы: «Но как всё изменилось кругом. Пропали каменные громады, когда-то застилавшие горизонт, отсутствовали целые архитектурные группы… Зато все кругом утопало в садах... Раскидистые купы деревьев заливали собою все пространство почти до самого Кремля, оставляя одинокие острова архитектурных групп». Вместе с тем, и эта концепция оказалась отвергнутой — на этот раз, как ретроградная.

«Угар НЭПа!» - разочарованно молвил Остап, а мы продолжаем разговор об архитектурных новациях «ревущих-двадцатых». Посетители выставки отмечают, что, помимо домов-коммун и дворцов политпросвещения, здесь много проектов, связанных с международным сотрудничеством и - развитием бизнеса. Шикарные банковские дворцы — из стекла и бетона и сейчас кажутся вполне респектабельными. К примеру, «Дальневосточный Банк» в Хабаровске (архитектор Владимир Владимиров). А вот — изысканный и простой Ивановский Сельхозбанк от братьев Весниных. Илья Голосов — здание Электоробанка. Рядом — пышные проекты АРКОСа - All Russian Cooperative Society. Да. Советская Россия желает сотрудничать, а не воевать.

Долой старые формы! Интеллигенция с гимназическим образованием спешно принимается творить «пролетарскую культуру». Функционеры доказывают, что классический театр — пережиток прошлого, а будущее — за массовыми действами, где зритель вовлекается в происходящее на сцене. Архитекторы! Надо срочно представить чертежи «синтетического театра»! Он объединит хор, танец, мелодекламацию и драматическую часть. Под эту идею требовались невиданные постройки — с громадными залами, раздвижными стенами, трансформирующимся пространством сцены. Проект Государственного музыкального театра массового действа в Харькове (архитектор Михаил Минкус) - со стороны кажется, что это вовсе не театр, а инопланетный космодром.

Не менее фантастичны проекты гостиниц и курортных зон. В 3-м номере журнала «Современная архитектура» за 1929 год разгорелась дискуссия на тему «Курортный отель: каким ему быть?» Зодчий Николай Соколов остроумно высмеивает «буржуазный» тип отдыха, а заодно некоторые мещанские представления советских филистеров. Также он призывает своих товарищей: «Думайте головой, а не линейкой!» Цель курортной зоны - «дать природу» и Соколов — даёт! Он предлагает поднять круглые в плане (!) жилые ячейки на центральной железобетонной ножке. «Если мы поднимем только их, то стремление дать всестороннюю связь с внешней природой и максимально обеспечить возможность отдыха <...> увенчается успехом». На рисунках, сделанных Соколовым — светящиеся цилиндры посреди пальм и зарослей. Шуточные подписи прямо на чертежах: «Здесь жил Ваня» и «Домик для любимой: о, дорогая, тут нашей любви позавидуют даже голуби». Неслучайно Маяковский утверждал: «Моя страна подросток!» Они были талантливы и — смешливы.

Одна из грандиозных, но — к счастью! - нереализованных идей — это концепция Наркомтяжпрома. Горделивая мегаломания победившего социализма! И уже не столь важно, кто автор — Константин Мельников или Иван Леонидов (надо отметить, что замыслы братьев Весниных, Ивана Фомина, Даниила Фридмана не менее колоссальны). Дворец Тяжёлой Промышленности должен стать московской доминантой — подчинить себе всё пространство города. Мельниковское здание — это некий упорядоченный хаос, в котором соединена машинная эстетика рационализма с мучительно-прекрасными грёзами Джованни Пиранези. Вся эта громадина, увенчанная статуями обнажённых богов и богинь, довлеет над Москвой, Кремлём и Красной Площадью. Задумка Ивана Леонидова — намного более изящна, что, впрочем, не спасает от обвинений в утопизме - стройная композиция из трех различных по высоте и силуэту стеклянных башен, объединенных в зоне первых этажей стилобатом и трибунами. Михаил Булгаков, сочиняя пьесу «Блаженство» - её действие разворачивается в будущем - писал: «На чудовищной высоте над землей громадная терраса с колоннадой. Мрамор. Сложная, но малозаметная и незнакомая нашему времени аппаратура. Cтеклянные башни. Это - Голубая Вертикаль. Теперь смотрите - поднялся рой огней...» Не послужила ли прототипом Голубой Вертикали одна из башен Ивана Леонидова? На выставке можно увидеть не только чертежи и рисунки, но и макеты: как оно могло бы выглядеть?

Экспозиция вызывает смешанные чувства — гордость и зависть; радость и — сожаление. Быть может, наша цивилизация пошла не тем путём? Остаётся только разглядывать эскизы и наброски того - неслучившегося - грядущего и читать Яна Ларри: «Уступами воздушных линий стекла и бетона городские площади и улицы пробирались сквозь парки и сады к голубеющим горизонтам. Отдалённые улицы города тонули в прозрачном серебристом тумане. Вдали поднимались в облака шестидесятиэтажные отели с тёмными садами на крышах. И в смутных и неясных очертаниях голубели далёкие корпуса промышленного кольца.
Залитые солнцем открытые пространства и широкие геометрические линии улиц, смягченные зелеными садами, кипели повседневной суетой»...

Комментарии Написать свой комментарий
19 февраля 2018 в 17:46

Люблю необычную архитектуру.
Понравился проект "летающих" городов (что на картинке). Но как такое кольцо с домами-свечками зафиксировать в небе? Это же нереально. Подумалось: а что если надеть это кольцо на вершину какой-нибудь горы?! В центре будет гора, а по кругу - дома. Очень неплохо получилось бы!

21 февраля 2018 в 17:01

Немедленно патентуйте эту идею. А то Маск не дремлет...

13 сентября 2018 в 20:50

Авангард в архитектуре не столь
разнуздан, нежели в живописи.
Сдерживает в широком смысле человеческий фактор.