«Земля — это сложно»
Авторский блог Георгий Судовцев 17:09 11 апреля 2019

«Земля — это сложно»

К 40-летию со дня гибели Леонида Быкова
1

11 апреля 1979 года погиб Леонид Фёдорович Быков. Актёр, сценарист, режиссёр. Один из самых светлых героев советского кино. Человек, «которого любили все». Ну, почти все. Да и как было такого не любить? Целое тёплое море обаяния, мягкого юмора и неукротимой энергии. Стоило лишь раз увидеть и услышать его на экране, чтобы запомнить навсегда и ни с кем больше не спутать.

Два, наверное, главных образа, созданных Леонидом Быковым и разделённых почти двумя десятками лет: Максим Перепелица, простой парень из послевоенного советского украинского села — и «Маэстро» Алексей Титаренко, боевой лётчик, Герой Советского Союза, отец-командир «поющей» эскадрильи истребителей. Был — вернее, мог быть — ещё и третий, но…

«Максима Перепелица», снятый на студии «Ленфильм», вышел на экраны Советского Союза 9 января 1956 года. Буквально накануне хрущёвской оттепели, когда уже один за другим отключались системы жизнеобеспечения и двигатели сталинской «красной машины», но она по инерции ещё продолжала стремительное движение вперёд и вверх, — движение, которому, казалось, не будет конца. В Кремле тогда вовсю укреплялась команда «дорогого Никиты Сергеевича», всё украинское официально входило в моду, включая вышиванки; только что отгремели масштабные, на всю страну, торжества по случаю 300-летия Переяславской Рады, Крым уже передали в состав УССР (и, видимо, недовольство этой передачей в советских верхах было хотя и неявным, но настолько сильным, что Хрущёву пришлось «частично компенсировать» её упразднением и включением в состав РСФСР Карело-Финской ССР 16 июля 1956 года), а почти годом ранее, 17 сентября 1955 года, был подписан Указ Президиума Верховного Совета СССР об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупантами в период Великой Отечественной войны, — то есть власовцев, бандеровцев и прочих «лесных братьев».

Так что фильм на ту пору получался очень «трендовый» и, возможно, поэтому оказался в центре весьма непривычного для советского кинематографа скандала. Речь идёт о фильме «Солдат Иван Бровкин», который снимался на Киностудии имени М. Горького — его премьера состоялась даже на несколько месяцев раньше «Максима Перепелицы», 9 сентября 1955 года. Конечно, послевоенный сталинский период «малофильмья» уже остался в прошлом, но когда две киностудии одновременно снимают две картины практически на один и тот же сюжет — это может быть чем угодно, только не случайностью. Кто, почему и с какой целью так «гнал» фильм о русском парне Иване Бровкине (в главной роли — Леонид Харитонов) вместо фильма об украинском парне Максиме Перепелице (в главной роли — Леонид Быков), что за этим стояло — сегодня можно только догадываться.

На удивление, советские зрители тех лет очень тепло приняли обе картины: «Бровкина» в прокате посмотрело больше 40 миллионов человек, «Перепелицу» — чуть меньше 28 миллионов, и дальше личных конфликтов этому скандалу зайти не дали. Да и те пригасили до минимума. «На выходе» получилось так, что автору сценария «Бровкина» и земляку Владимира Маяковского Георгию Мдивани, который работал в советском кино и театре ещё с 20-х годов, якобы пришлось принести дистанционные (по телефону) извинения своему молодому тогда коллеге Ивану Стаднюку, автору повести и сценария фильма про Максима Перепелицу. А режиссёру Ивану Лукинскому — снять в 1958 году, как теперь принято говорить, сиквел «Иван Бровкин на целине» (44 млн. зрителей).

Для лучшего понимания ситуации — видно, что Советская армия тех лет, как могла, помогала «Максиму Перепелице»: в съёмках фильма были задействованы не только новейшие тогда образцы стрелкового оружия, включая автомат Калашникова, но и тяжёлая техника, вплоть до танков, самолётов и съёмок парашютного десанта. Ничем подобным в «Бровкине» даже не пахло — там обошлись разве что парой пушек да артиллерийских тягачей. Имел ли ставший 9 февраля 1955 года министром обороны СССР «маршал Победы» Георгий Константинович Жуков какое-то особое, неформальное отношение к съёмкам «Максима Перепелицы» — тоже отдельная тема…

Может возникнуть законный вопрос: а, собственно, какое отношение имеют все эти околокиношные и квазиполитические подробности лично к Леониду Быкову, к его дальнейшей жизненной и творческой судьбе? 27-летний тогда актёр Харьковского государственного академического украинского театра имени Т.Г. Шевченко в первой для себя главной кинороли просто делал своё дело — и делал его, как всегда, как умел, то есть — замечательно. Сейчас «Максим Перепелица» смотрится, словно красивая сказка — да он и снимался именно в качестве сказки, вернее — былички: почти как «Вечера на хуторе близ Диканьки», только без всякой мистики и в советском антураже. Практически в гоголевских местах — в селе Савинцы Миргородского района Полтавской области. И — да, «бывают странные сближенья…»: сельские сцены «Ивана Бровкина» родом из деревни Савинова Слободка под Тверью (тогда — Калинин).

Что показательно, в этом фильме нет ни одного отрицательного персонажа, сплошная «борьба хорошего с лучшим» — даже неудачливого соперника главного героя в борьбе за сердце красавицы Маруси, получившего от неё «гарбуза», то есть отказ в сватовстве, воспринимаешь без всякого отторжения: «хороший он парень, но — не орёл…», найдёт другую девушку, себе подстать.

В роли Максима Перепелицы, со всеми психологическими «маркерами» восемнадцати-девятнадцатилетнего возраста, Леонид Быков выглядел более чем гармонично и естественно. И сразу получил всесоюзное признание как типаж героя нового поколения: за «Перепелицей» последовали главные или «почти главные» роли в кинофильмах «Рядом с нами» («Ленфильм», 1957) и «Добровольцы» (Киностудия им. М. Горького, 1958).

В 1959 году состоялся переезд актёра из Харькова в Ленинград, где «Ленфильмом» руководил «крёстный отец» Быкова в кино Фридрих Эрмлер, в прошлом — кадровый чекист 20-х годов, четырежды лауреат Сталинской премии и создатель «Великого гражданина», после 1956 года надолго как будто выпавшего из истории отечественного киноискусства, поскольку считался «апологией сталинских репрессий 1937 года».

В Ленинграде Быков очень много работал, снимался в фильмах «Алёшкина любовь» («Мосфильм», 1960), «Осторожно, бабушка!» («Ленфильм», 1960), «На семи ветрах» (Киностудия им. М. Горького, 1962) и других — вообще, на этот примерно десятилетний период приходится больше половины сыгранных им в кино ролей. Но — с ощутимым, примерно 20-месячным перерывом почти посередине. В 1964 году Леонид Фёдорович впервые утверждается режиссёром фильма «Зайчик» («Ленфильм»), где одновременно играет главную роль — «маленького человека», «советского Акакия Акакиевича», Льва Зайчика, который перед лицом вроде бы скорой и неизбежной смерти пытается стать самим собой, словом и делом получить к своей «смешной» фамилии полноправные «имя и отчество». В 1963 году фильм «Берегись автомобиля!» (Быков пробовался на главную роль Юрия Деточкина, которую в итоге получил Иннокентий Смоктуновский) со сходной проблематикой успел стать, как любят выражаться, «культовым хитом», но «Зайчик» вышел в прокат несколько позже, только в мае 1965 года и — поскольку власть вместе с политической конъюнктурой в нашей стране за это время успели поменяться, — несмотря на 25-миллионную аудиторию, подвергся достаточно жёсткой публичной критике, что привело всеобщего любимца Лёню Быкова к первому инфаркту. В неполных 38 лет. Как пел Владимир Высоцкий: «Задержимся на цифре 37…»

Восстанавливался он от этого удара достаточно долго и тяжело. В 1966 году сыграл крохотную эпизодическую роль в фильме «В городе С.», а в 1967 году — озвучил роль механика Осадчего в фильме «Хроника пикирующего бомбардировщика», оба — киностудия «Ленфильм». Вдобавок, в июле 1967 года, на 70-м году жизни, умер Фридрих Эрмлер — и, видимо, после этого Быков оказался в какой-то пустоте, вакууме.

Но тут к нему, Заслуженному артисту УССР с 1958 года, поспешили гонцы из Киева, с Киностудии имени А.П. Довженко с предложением достаточно большой (второго героя) роли Сашка Макаренко в фильме «Разведчики» (вышел в прокат 19 мая 1969 года, аудитория — 35 миллионов человек), пригласили жить и работать в столице Украины, пообещали грандиозные творческие перспективы. После успеха «Разведчиков» Быков принял это предложение и переехал с берегов Невы на берега Днепра.

В фильме «Счастье Анны» (1970) он сыграл далеко не самую «форматную» роль командира продотряда, но в 1971 году получил возможность снова в одном лице стать режиссёром и главным героем фильма — и снова «социальной комедии» «Где вы, рыцари?», где сыграл роль влюблённого учёного-директора научно-исследовательского института. Прыжки с парашютом — отсылка к «Максиму Перепелице», дуэль на рапирах — к «Берегись автомобиля!», и таких «киноцитат» там можно найти немало. И тех же блистательных «Стариков…» с определённого ракурса можно рассматривать как авторский вариант «Хроники пикирующего бомбардировщика»… Что это? Почему раз за разом Быков возвращается к одним и тем же изобразительным средствам? Это ограниченность его личной творческой фантазии — или какой-то особый образный «код», который он каждый раз пытался «вскрыть», но терпел неудачу за неудачей, тем не менее, каждый раз ещё на шаг или полшага приближаясь к разгадке?

Наконец, в 1973 году, кажется, все звёзды наконец-то сходятся в нужном месте в нужное время, и он начинает съёмки своего шедевра «В бой идут одни “старики”». Автор сценария — Леонид Быков. Главный режиссёр — Леонид Быков. В главной роли — тоже Леонид Быков. И результат этого триединства не может не восхищать. Эта лента по достоинству числится среди советской киноклассики — и не только военной, неизменно оказываясь — какие критерии ни бери — в «лучшей десятке» фильмов советской эпохи. Опять же — в ходе съёмок Быкову, как утверждают, пришлось дойти до самого министра обороны СССР маршала Советского Союза Андрея Антоновича Гречко. Говорить о ней можно почти бесконечно: очень многое о ней уже сказано, и куда больше будет сказано ещё. Однажды Хорхе-Луис Борхес меланхолично заметил, что существует всего три истории, которые люди бесконечно рассказывают друг другу: история любви, история войны и история странствий. Впрочем, существует ещё одна история, внутри которой возникают и существуют все остальные. Это история ожиданий и надежд — история нашей жизни, которая чаще всего остаётся нерасказанной… В этом вершинном своём фильме Леониду Фёдоровичу удалось совместить даже не две из трёх, а целые три из четырёх истории: любви, войны и ожиданий. Неужели он мог сделать ещё больше?

Следующая работа Быкова «Аты-баты, шли солдаты…» (Киностудия имени А.П. Довженко, 1976), по повести Бориса Васильева — автора, к тому времени уже вознесённого на вершины всесоюзной популярности благодаря экранизации другой его повести, «А зори здесь тихие…» (Киностудия имени М. Горького, 1972, 66 млн. зрителей), при всех художественных достоинствах и популярности этого фильма, чья аудитория составила почти 36 млн. человек, по сравнению со «Стариками…» была шагом или даже полушагом, но всё-таки назад. Для нового разбега и прыжка? Но в апреле 1976 года Гречко уходит из жизни — и с сыном Леонида Федоровича Александром, служившим в то время в рядах Советской Армии, происходит трагедия: его отправляют на принудительное психиатрическое лечение, а сам Быков переносит второй инфаркт — что называется, «на ногах», снимая заключительные сцены своей предпоследней (и последней — законченной) кинокартины.  В 1977 году за постановку и исполнение главных ролей в фильмах «В бой идут одни “старики”» и «Аты-баты, шли солдаты…» Быков был удостоен Государственной премии Украинской ССР. Народный артист Украинской ССР, Заслуженный артист РСФСР. На союзном же уровне государственных премий он при жизни так и не получил, хотя награждался Орденом Октябрьской Революции (1978 год) и Орденом «Знак Почёта» (1967 год).

Если сравнивать Леонида Фёдоровича Быкова с другими фигурами отечественного кино и вообще советского искусства, то, наверное, ближе всего к нему стоял Василий Макарович Шукшин. Почти ровесник: Быков родился 12 декабря 1928 года, а Шукшин — 25 июля 1929 года. Ушедший из жизни ещё раньше Быкова, 2 октября 1974 года, всего на 46-м году жизни. Инфаркт… Оба — и на экране, и в жизни — были абсолютно искренними и абсолютно «своими» для подавляющего большинства зрителей. Только у Шукшина его разлад с действительностью был явлен наружу — и в «Калине красной», и в сценарии-романе про Стеньку Разина. А Быков нёс его глубоко внутри.

Уже не скажу точно, когда это было — наверное, всё-таки в начале 1979-го или даже в конце 1978 года, но, помнится, ещё до гибели Быкова, — по программе украинского телевидения показали небольшой отрывок из новой картины, которую он начал снимать. Её жанр был определён как «фантастическая комедия», а литературной основой сценария стала опубликованная в ряде номеров «Литгазеты» 1974 года на 16-й полосе («Клуб 12 стульев») внешне непритязательная и «шуточная» повесть Евгения Шатько «Пришелец-73»… Зато никогда не забыть то внутреннее потрясение, которое довелось испытать в те минуты — как будто в сплошном безвыходном лабиринте нашего мира была прорублена какая-то несущая всю эту конструкцию стена. Совсем чуть-чуть, и сквозь это крохотное отверстие ещё нельзя было пройти, но уже можно было — УВИДЕТЬ. Не рай далёкой и намного более технологически развитой планеты Рюм (планета Плюк в фильме «Кин-дза-дза» недавно ушедшего из жизни Георгия Данелии — явно из той же звёздной или даже планетной системы), но некую иную мерность здешней нашей жизни: для чего мы живём, как наши поступки, словом и делом, отражаются в зеркале Вселенной, изменяя всю её или, как принято говорить сегодня, «квантово связанные» с нашим «Я» локусы. Такие, например, какими оказались в незаконченном фильме Быкова «простой» колхозный механизатор Ефим Тишкин и инопланетянин Глоус. Ту самую мерность, которая после гибели Быкова, увы, полностью «улетучилась» из этого фильма, переснятого уже другими людьми и получившего прокатное название «Звёздная командировка». Там было очевидное НЕ ТО.

И с тех пор я вот уже много лет задаюсь безответным вопросом: не стала ли автокатастрофа на 46-м километре трассы Киев — Минск 40 лет назад, как и череда других странностей вокруг Леонида Фёдоровича, которые последние годы его жизни творились с ним самим и его семьёй, своего рода реакцией «хранителей Лабиринта», кем бы те ни были, на почти удавшуюся попытку указать всем нам выход из него? Правда, вместо обещанного ещё при Хрущёве коммунизма, в 1980 году состоялись всего лишь Олимпийские игры и похороны Владимира Высоцкого, а возвышение Горбачёва, как известно, проходило на фоне различных авто- и авиакатастроф, инфарктов, инсультов и прочих трагических совпадений. Наверное, через эти случайности и торила себе путь некая закономерность. Но, как говорил сам Быков в роли Глоуса: «Земля — это очень сложно».

Наверное, мы даже не представляем себе, насколько.

Кадр из фильма Леонида Быкова «В бой идут одни старики»

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!
Нажмите "Подписаться на канал", чтобы читать "Завтра" в ленте "Яндекса"

Загрузка...

18 октября 2019
2
Комментарии Написать свой комментарий
12 апреля 2019 в 13:43

Хрущёв коммунизм в 80х не обещал. Он говорил только о подготовке базы к этому времени.