Авторский блог Галина Иванкина 23:19 17 августа 2017

Советский поэт Александр Пушкин

выставка «Пушкин. 17.37». От революции до юбилея
9

"Хорошо у нас в Стране Советов.

Можно жить,

         работать можно дружно.

Только вот поэтов,

к сожаленью, нету —

впрочем,

                  может, это

и не нужно…"

Владимир Маяковский.

"Юбилейное"

Вот — азбучное, накрепко связанное с Владимиром Маяковским и его соратниками: "Прошлое тесно. Академия и Пушкин непонятнее иероглифов. Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого с Парохода Современности". Господа-футуристы и прочие глашатаи светлого-огневого будущего спешили жить, а потому кидались в крайности. Уже в "Юбилейном" стихотворении, написанном в 1924 году, поэт-революционер задушевно беседует с Пушкиным, жалуется на жизнь, делится творческими планами, да и вообще: "Я теперь свободен от любви и от плакатов". Панибратство, граничащее с цинизмом. Маяковский и со светилом трепался, как с соседом по даче. А что — Пушкин? Тоже — рифмоплёт и тоже — гений. Существует голословное утверждение, что старорежимных пиитов и дворянскую культуру вернули только перед самой войной. Мол, отряхнули от пыли и пудры манишку да и прицепили её сознательному пролетарию, заставив бедолагу вальсировать в колонно-барочном ДК имени Пролеткульта и Клары Цеткин. Сюда же и брат-Пушкин — друг декабристов, певец юношеской вольности. А как до этого? Красные кубы супрематизма плюс бешеный ритм Дзиги Вертова, дом-коммуна а-ля замятинские кошмары и "Синяя блуза" с кричалками-вопилками на площади. Всё сложнее, а Пушкин оставался… Пушкиным, несмотря на попытки сбросить его с парохода, паровоза и аэроплана. "Пушкин — это наше всё", — заявил когда-то Аполлон Григорьев, и наша история — советская в том числе — прекрасное тому подтверждение.

В Государственном музее А.С. Пушкина (ул. Пречистенка, 12/2) сейчас проходит выставка "Пушкин. 17.37". От революции до юбилея. Устроители сообщают, что экспозиция приурочена к столетию Великой Октябрьской социалистической революции. Основная мысль — показать, как менялось восприятие поэта на протяжении двадцати лет. Он представал то бунтарём и возмутителем спокойствия, то хранителем русской старины. Он — мерило. Пример. Ориентир. Ему посвящались брошюры, фильмы, стихотворения. О нём с какой-то неутолённой женской страстью писали Анна Ахматова и Марина Цветаева — не как о собрате и коллеге, а едва ли не как о мужчине. Эпатажная Фаина Раневская говаривала: "Могу честно признаться — я сплю с Пушкиным… Я принимаю снотворное и думаю о Пушкине". Он спасал актрису от разочарования и тоски. Полагаю, не только её одну. Советский мир невозможен без Пушкина; исследуя одну только пушкиниану, можно понять настроения общества как такового. На то он и гений, что всегда современен — то борется, то служит, то печалится вместе с нами. Николай Заболоцкий в работе "Язык Пушкина и современная поэзия" (1937) противопоставляет великого стихотворца — нынешним стихослагателям: "Когда читаешь Пушкина, в глаза бросается его удивительная скромность относительно своей собственной персоны. И как невыгодно отличаются в этом отношении от Пушкина наши современные стихи! Пушкин за полгода до своей гибели, как бы подводя итог своей гигантской творческой работы, написал знаменитые стихи "Я памятник воздвиг себе нерукотворный". При жизни поэта это стихотворение напечатано не было. Мы же ценим себя куда более основательно и, как бы боясь, что нас не оценят другие, торопимся обнародовать и раз навсегда зафиксировать свои победы и достижения". Рассказывали такой анекдот: конкурс на возведение памятника Пушкину выиграла композиция "Пушкин читает Сталина". Это — квинтэссенция. Доведение до абсурда. Пушкин сделался… советским. Ибо — наш. Во всём. В каждый момент бытия — от сказок в детском саду и стихов "Мороз и солнце — день чудесный…" до понимания, почему "Евгений Онегин" — энциклопедия русской жизни. Даже нынче. Даже — тогда, в красно-имперском СССР, где, казалось бы, сложно было постичь волнения девушки, начитавшейся Ричардсона и Руссо. В имении. Под распев крепостных девок. Правнучки жнецов и прях писали сочинения о Тане Лариной — мыслились ей равновеликими, а потом выводили романсы под фортепиано.

В пролетарском государстве… не оказалось никакой пролетарской культуры. Её, безусловно, пытались создать, построить из футуристических слоганов, эркеров конструктивизма, стихов о Кузнецкстрое и людях Кузнецка. Из фаянсовых тарелок с портретом Карла Маркса. Из грёз Ивана Леонидова и агиток "Синей блузы". Но побеждало всё равно другое — начертанное в тиши родовых поместий или в перерывах между балами, приёмами, визитами к императору Николаю Павловичу — любимому самодержцу. Да-да. Именно — любимому. Быть может, раскритикованному, а иной раз — высмеянному в приватном разговоре, но без сомненья — обожаемому.

Экспозиция выставки "Пушкин 17.37" — великолепная иллюстрация к работе философа-культуролога Владимира Паперного "Культура-2". Цивилизационное отличие 1920-х годов от сталинской эпохи видно невооружённым глазом — на уровне броских деталей и глубинной сути. Объединяющий фактор — Пушкин. Согласно теории Паперного, Культура-1 (постреволюционая эра на контрасте со сталинской Культурой-2) отмечена десакрализацией всего и вся. Мир виделся понятным и — физиологичным. Все высшие смыслы представлялись "в сплошной лихорадке буден". Будничность любой темы — всё можно обсуждать и анализировать. И бытие самого Пушкина — он тоже человек. Вот работы знаменитого пушкиниста Павла Щёголева. Весомо-грубо-зримо: "Пушкин и мужики" (1928), "Квартирная тяжба Пушкина" (1929), "Материальный быт Пушкина" (1929)… Исследователю (и читателю!) 1920-х годов не было дико, что у Нашего Всего могли случаться квартирные тяжбы. И — материальный быт. Пушкин — такой же, как мы: руки-ноги, разве что голова чуть получше устроена. Ровное и стерильно-медицинское отношение к половому вопросу — Щёголев спокойно пишет о крепостной "любви" Александра Сергеевича: "Соблазнённую девушку, отосланную в Болдино, Пушкин называет „моей Эдой", но что общего между Эдой и девушкой из Михайловского, какие основания были у Пушкина для сравнения? Эда Баратынского — финка, отца простого дочь простая, блиставшая красой лица, души". И всё в том же стиле. Для пушкиниста 1920-х та пейзанка — обыденный предмет исследования. Другие авторы, чьи труды можно увидеть на выставке, столь же легко относятся к фигуре поэта. "Атеизм Пушкина" автора В. Рожицына, "Классовое самосознание Пушкина" социолога Д. Благого, "К вопросу о классовой сущности пушкинского творчества" пушкиноведа А. Грушкина и прочие шедевры. Кстати, написаны все эти странные опусы отнюдь не простонародным языком, хотя и предназначались для шир-нар-масс. Ощущение, что Пушкина препарируют, а сие было модно и — правильно в 1920-х.

Важная составляющая Культуры-1 — её нарочитая "временность" и… халтурность. Эпоха, живущая Будущим, не особо думает о настоящем — все представленные книги и вещички 1920-х кажутся сделанными наспех. Плохая бумага, дрянные обложки, наляпанные иллюстрации, которые не спасает изумительный "революционный" шрифт. Зато — многообразие. Весь Пушкин — не подцензурный и открытый. Сегодня это покажется странным, но советская литература и пресса 1920-х годов считались самыми свободными в мире: издавались все запрещённые до революции тексты. Табуированных вопросов почти не наблюдалось, что, разумеется, порождало тонны литературного шлака. Неслучайно Паперный считает Культуру-1 — открытой и всё впитывающей системой. Динамика! Фрагменты из фильма "Поэт и царь" (1927). Заполошность эпохи — в каждом кадре и жесте.

Однако же Культура-1 всегда сменяется помпезной Культурой-2, стремящейся к устойчивости и — Вечности. К середине 1930-х годов сложился иной образ поэта. Нет — Поэта. Теперь никто не рылся в его интимной жизни — ибо кощунство! — а его бесконечных любовниц отныне именовали "музами". Пушкина канонизировали. Беспрецедентный юбилей — столетие со дня смерти — отмечался с размахом и помпой, принятыми в эру Большого Стиля. Фотография торжественного заседания — бархатные шторы, портрет в обрамлении лавровых листьев, президиум функционеров. Барочный пафос и выверенность фраз. На плакате 1937 года (автор — Г.Клуцис) начертано: "Слава великому русскому поэту!", и тут же — белокурые красавцы со светлыми улыбками. Советский народ. Фоном… лозунги про Ленина-Сталина. Культура-2 аккумулирует прошлое и будущее в одной яркой точке: Пушкин современен Сталину. Немыслимо рассуждать о бытовых сложностях четы Пушкин-Гончарова. Она — его Мадонна. Он — гений без греха и задоринки. Культура-2 сакрализирует любое явление, проявление, устремление. Экранизация "Дубровского" (1936) — это не только борьба, это — воспоминание о барстве. Владимир — честный разбойник и предводитель крестьян? Да. Но беспримесный дворянин с соответствующей привычкой и манерой. При Сталине манеры — в чести. Культура-2 требует… культуры. Основательности. Куда подевались плохонькие издания? Только фолианты и сказочные картинки, ибо всё делается во славу сияющей Вечности. Навсегда. Античный образец — даже статуэтка "Пушкин на диване" (1936) смахивает на этрусское надгробие с возлежащим патрицием. Восторженную оторопь вызывают афиши. "Пушкинский комитет завода №183 имени Коминтерна приглашает на юбилейный вечер". Что же это было за общество, где на заводе №183 имелся пушкинский комитет? Как станут сие оценивать грядущие поколения, если, конечно, будут уметь читать? Пушкин — детям! Плакат "А.С. Пушкин: 1837 — 1937" (авторы — Буев И., Иорданский Б., 1936) — румяные пионеры в окружении сказочных персонажей. Советский ребёнок живёт в мире сказки — она строится и возводится на его глазах, ибо мы рождены, чтоб сказку сделать былью. В 1920-х к сказкам и мифам относились пренебрежительно — это же всё неправда, белиберда, вымысел, противоречащий законам природы. Культура-2 — иная, она ценит сказку в качестве… желанной реальности.

Двадцать лет русской истории — двадцать лет с Пушкиным. С нашим, советским, родным. Гений, талант никогда не бывает привязан к датам своей жизни — он остаётся в каждом из последующих мгновений. Что удивительного в том, что аристократ, чей предок "не торговал блинами" и "не чистил царских сапогов", сделался своим-родным для работяги с завода имени Коминтерна?…

90 1 9 711
11 1 8 159

Комментарии Написать свой комментарий
18 августа 2017 в 03:59

В Вашей статье мне не понравились две Ваши фразы. 
Первая - "красно-имперский СССР"? Что это за термин? Научный или Ваше собственное изобретение? Откуда Вы его выгребли?
Вторая - ошибка в ваших словах: "В пролетарском государстве… не оказалось никакой пролетарской культуры." А какая культура появилась в буржуазной России за 25 лет? Американизированная. Она лучше "Культуры-1?
Термин "Культура-2" - тоже Ваше обственное изобретение или как? Вместо этого надо было сравнить два двадцатилетия и подчеркнуть, что в "пролетарской государстве" за 20 лет (1917-1937 гг.) была рождена русская литература социалистического реализма, написан "Тихий Дон", достигли огромных советский русский балет, советская русская классическая музыка, советская русский наука, совершилась культурная революция, русские пролетарии и крестьяне научились читать и писать и т.д. Вы хотя бы упомянули, что в 1937 году советский народ отмечал столетнюю годовщину и было опубликовано полное собрание сочинений Пушкина. 
Явно торопились...

18 августа 2017 в 10:06

Простите, Вы статью точно читали?
Всё, что Вы понаписали как-то веселит на фоне вывода в адрес автора "Явно торопились".

18 августа 2017 в 18:11

А Вы-то здесь причем, ЧеловекРедактор? Вопросы я задавал Галине. Пусть она челочку с глаз откинет, посмотрите мне в глаза и ответит на три заданные мною вопроса. Это дело чести как автора, отвечающего за свои написанные и опубликованные слова. Хорошо написанные ее статьи мне нравятся и я их лайкаю. И даже признавался в уважении к ее таланту в комментариях. Жду ее три ответа!

19 августа 2017 в 08:08

А мы Вам задаём вопрос простой: Вы статью-то прочитали? Ибо Ваши вопрос свидетельствуют о тотальной проблеме невнимания. Может перечитаете для начала? И не будете спрашивать, например, про "Культуру-2"?

18 августа 2017 в 06:52

Уважаемая Автор пишет, не торопясь:
"Беспрецедентный юбилей — столетие со дня смерти — отмечался с размахом и помпой, принятыми в эру Большого Стиля".

И как бы подводит итог:
"Гений, талант никогда не бывает привязан к датам своей жизни — он остаётся в каждом из последующих мгновений".

18 августа 2017 в 19:32

Не вижу ничего хорошего в том, что в рамках большого стиля сделали из талантливого человека бронзового истукана. Бронзовый истукан заведомо мёртв, даже когда он жив физически, а Пушкин, о котором говорят во всех аспектах, как литературных, так и бытовых и даже половых (тут он мало отличался от обычных граждан, в гействе замечен не был), кажется более живым человеком.

19 августа 2017 в 21:04

Извините, но как то непродуктивны комментарии.
День наверное неудачный.

А вообще то Галина наша пишет много
и потому может и поторопиться.
Ничего страшного.
А термины свои, так не диссертация же.

Солжеицын то вон сколько настрогал словечек...

Скажем лучше спасибо за нашу ГОРДОСТЬ.

19 августа 2017 в 21:32

Какие странные взгляды у критикующих. Да , через гения мы можем лицезреть Его, в этом то и заключается гениальность(любая). Поэтому и естественно, что период 1917-1937 это и есть тот самый пир во время чумы( безумие воинствующего атеизма). Это , если со стороны культуры посмотреть. Но такой же безумный пир мы можем увидеть и в политическо-экономической жизни страны-не верите, попробуйте выучить историю КПСС по соответствующему советскому учебнику. Я не смог , так трояк поставили ( как лучшему студенту) пересдавал , пересдавал, но более четырех так и не смог(не понимал я просходившего тогда какого- то бесконечного боя бульдогов под ковром). А времена - то действительно были особые-время становления этнической химеры. С её коммисарской(то есть не профессионалов, как у нас сейчас) властью . Ну непрофессионализм этот очень хорошо и жирно подчеркивается простым , обыкновенным голодом(1935) или голодомором, что не верно. Мор то конечно был , но не от целевой установки коммисаров , а просто от относительного их тупоумия(непрофессионализма-брали и двигали своих по крови, ну вроде как в нашем ДАМском правительстве, а еще круче в киевском жидобандеровском исполнении). Такая вот она химера этническая. За что и возлюбил, народ наш, товарища Сталина-химеру ту таки извел , жаль лишь не под корень.