Скамейка
Сообщество «На русском направлении» 00:00 2 мая 2013

Скамейка

Стиль, который я исповедую, называется "архитектурный реализм". Я себя без всякого надрыва считаю продолжателем советской традиции, она для меня не прерывалась. Она просто ушла в традиционалистское подполье. Достаточно много молодых архитекторов, которые мыслят совершенно так же, как я. Есть "Дети Иофана" — прекрасная группа архитекторов. Есть молодые ребята, которые родились уже после 1991 года, для них советская традиция очищена от слишком пыльных и слишком залакированных вещей. Сейчас это история, с которой можно работать и которая вдохновляет
0

Стиль, который я исповедую, называется "архитектурный реализм". Я себя без всякого надрыва считаю продолжателем советской традиции, она для меня не прерывалась. Она просто ушла в традиционалистское подполье. Достаточно много молодых архитекторов, которые мыслят совершенно так же, как я. Есть "Дети Иофана" — прекрасная группа архитекторов.
Есть молодые ребята, которые родились уже после 1991 года, для них советская традиция очищена от слишком пыльных и слишком залакированных вещей. Сейчас это история, с которой можно работать и которая вдохновляет.
В архитектуре важно присутствие человека. В современной архитектуре человека нет, есть цифра. Причем неважно какая. Просто цифровая оболочка: либо цифра площадей, либо финансовых отчетов... В советской архитектуре, даже если это достаточно большие комплексы, все равно работа с деталями была такая, что она диктовала масштаб. Архитектура сейчас большей частью элитная, не для народа. Это инструмент гедонизма.
Моя лавка — для народа.
Год назад проходил дизайнерский конкурс проектов "Лавка для Николы" под эгидой фестиваля "АрхСтояние" в Николо-Ленивце. Я тогда совершенно забыл про заявку на участие. В самый последний момент спохватился — напомнили устроители.
Я сделал проект достаточно быстро, в своей любимой технике — дощатой. У меня сразу родился образ.
Честно признаюсь, даже не придавал значения, что красная звезда, которая там присутствует, для моего профсоюза модных и креативных — это достаточно провокационная история. Мне показалось, что образ крепкий. Лавка как предмет, как произведение удалась. Я отправил её, совершенно не надеясь ни на что. Хотя в Facebook она набрала какое-то фантастическое количество голосов. Она стала народная. При этом самое интересное, что дедлайн — когда экспертная комиссия рассматривала работы — пришелся на 9 мая!


У меня кредо такое: все, что ни придумано, должно быть построено. Архитектура тогда архитектура, когда ее можно предъявить, ее можно пощупать. Настоящая архитектура должна быть из "плоти и крови" — из дерева, из кирпича, из бетона и стекла, а не как "сорт графики". В результате, силами своих столярных мастеров, мы её изготовили. Она стоит в мастерской (первый вариант). А второй вариант я уже специально делал для того, чтобы презентовать Александру Андреевичу Проханову в связи с его 75-летним юбилеем. Признаюсь, мне предлагали ее купить какие-то буржуазные рестораны. Я сказал, что дудки, кукиш. Либо, например, в музей Александра Матросова — 12 штук в фойе, либо в подарок Александру Проханову — она должна быть в его кабинете.
Сейчас проходит уже другой прекрасный конкурс, который рассматривает как раз реализованные объекты деревянного зодчества и дизайна — премия "АрхиWood".
Я решил, что можно войти в "жидкий креативный азот" второй раз с этой лавкой, но уже реализованной. Если там я ее заносил в виде проекта, то здесь это уже готовый предмет. На сайте в "Архивуд" она висит, есть фотография вот этого варианта — первого, который в мастерской.
Есть вариант — снят на снегу. Жуткий мороз, холод — "Проверка на дорогах". Если цветная фотография в мастерской — это победное, ампирное состояние, то там — суровое искусство среды. Эта лавка — совсем не арт-объект, это на микроуровне такие уже "Братья и сестры" Алексея Беляева-Гинтовта, который ими на премии Кандинского навел шороху. Мне предлагали: "Ну, зачем красная звезда? Давай, сними". Нет, принципиально. Почему я должен у памятника спиливать какие-то детали, если это законченное произведение, тем более — уже состоявшееся. Я считаю, что в том виде, в котором она есть, она живет уже как отдельное произведение, на котором можно сидеть, которым можно пользоваться, которая совершенно прекрасно встала. Удивительно как она по размеру прямо в кабинете так и вписалась, будто там всегда стояла. Как ее внесли, Александр Андреевич в свойственной ему манере прямо руками развел, сказал: "Да…"
Мы замечательно поговорили (было очень мало времени, где-то десять минут) с Александром Андреевичем. Я ему рассказал свою историю, поговорили про архитектуру. В последнем номере архитектурного журнала "Проект-Россия" есть интервью с Александром Андреевичем. И я могу сказать, что многие из моего профсоюза были не просто удивлены, а открыли для себя потрясающе тонкие смыслы.
Лавку назвал "Ла-5". Во-первых, мне нужно было быстро придумать эту лавку и ее назвать. Я не задумывался: "Как мне придумать?" Просто все эти движения, ланжированное ощущение... Не просто тупо литературно взять и обить какой-то оцинковкой со втулками и крепежами. Нет, именно ощущение легкости истребителя "Ла-5". Он же наполовину деревянный — самолёт, который был "оружием победы". Это именно образно, потому что эти движения центральных раскосов — получилось как раз как эмблема, как летная кокарда.
Лавка рассчитана на два человека, чтобы не так, как в электричке, сидеть. Более того, есть еще "Ла-7", она тройная. Большая. Алексей Беляев-Гинтовт сказал, что в ней что-то пушкинское, дивное есть...

Записала Мария КАРПОВА

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой