Сообщество «Салон» 12:13 26 июля 2018

Райские птицы Ар-деко

литографии и скульптуры Эрте, винтажная обувь и исторические костюмы - в выставочном зале «Гранатный двор»
0

«Николь Дайвер ёе загорелая спина походила на атласную мантию, украшенную жемчужным ожерельем...»

Фрэнсис Скотт Фицджеральд «Ночь нежна».

В 1950-1960-х годах стиль Ар-деко считался признаком дурного вкуса — чрезмерный, крикливо-напыщенный, перегруженный деталями и — подробностями. Выбор нуворишей. Тогда во всех странах избавлялись от тяжкого (в прямом и переносном смысле!) наследия предвоенных лет — казалось, та шёлково-золотая роскошь — зловещая и отдаёт к тому же ...тоталитарным шиком. Так что борьба Никиты Сергеевича с «архитектурными излишествами» не представляла собой чего-то сверхъестественно дикого — всё было в русле эпохи, с учётом национальных особенностей (в Советском Союзе Ар-деко почти не водилось, зато неоклассики нашлось в переизбытке). К началу 1970-х об Ар-деко вспомнили, отряхнули от пыли и — вернули со свалки. Постмодернизм благоволил к слабостям Остапа Бендера с его малиновыми штиблетами и грёзой о белых штанах в Рио. Больше того, эти слабости и нелепые сочетания — волшебные свойства Ар-деко! - вдруг стали нравиться.

Возник феномен ретро — печаль по давно увядшим цветам из чертогов Great Gatsby. «В его расцвеченном голубой иллюминацией саду, словно мотыльки, кружились пары, окруженные шёпотом, ароматом шампанского и сиянием звёзд». Само название стиля Art deco происходит от названия парижской выставки 1925 года - Exposition Internationale des Arts Décoratifs et Industriels Modernes, но большинство авторов относят к Ар-деко произведения архитектуры, дизайна, ювелирного дела, созданные в межвоенную эпоху -1918-1941.

Это был действительно во многом стиль «новых богачей», новых денег и новых возможностей, появившихся после Первой Мировой войны. «Откуда, из каких чертополохов после войны вылезли эти жирненькие молодчики, коротенькие ростом, с волосатыми пальцами в перстнях, с воспалёнными щеками, трудно поддающимися бритве? Они суетливо глотали всевозможные напитки с утра до утра. Волосатые пальцы их плели из воздуха деньги, деньги, деньги…», - писал о них Алексей Толстой. Однако эти молодчики платили бешеные деньги за громоздкую резную мебель и напольные часы в готическо-древнеегипетской (sic!) манере (повторюсь: Ар-деко — есть смешение вариаций), за розовые галстуки из Лондона и драгоценные запонки в виде женских головок с причёской «гарсон».

В московском культурном центре «Гранатный двор» (ул.Спиридоновка, 3/5, стр.1) сейчас работает выставка «Гении Ар-деко. Парижская мода». Как сказали бы Ильф и Петров: «Каскады драгоценностей и немножко шёлку...» Увы, экспозиция вызывает сложные чувства и восторг соседствует с недоумением: более половины экспонатов относятся к эпохе Ар нуво и датируются 1910-1914 годами. И это не впервой — выставка в Кремле (2016 год) поразила ровно тем же самым. Ар нуво и Ар-деко — даже на взгляд профана — транслируют явно противоположные эстетические концепции. Жизнь была разделена страшной битвой на «до» и «после» - как можно равнять 1913 и 1925-й?! Господа, вы читали «В поисках утраченного времени» Марселя Пруста? Вам известна тоска 1920-х по Belle Époque? О, хотя бы вдумайтесь в реплику Алексея Толстого: «Какая уж там совесть после мировой войны!» Разве что обе эпохи связывает очаровательный, недостижимый Erté, чьи работы представлены на выставке.

Во всём мире само понятие Ар-деко ассоциируется с именем Эрте — ряд исследователей полагают, что он явился чуть ли не творцом этого стиля. Но не сами художники создают направления - эти направления «выбирают» своего мастера. Всё витает и носится в воздухе! Задача гения — поймать волну. Таким ловцом оказался русский дворянин Роман Тыртов, а ЭрТэ — всего лишь звонкая аббревиатура, встроенная в галльское звучание. Эрте — потомок старинного рода. Из тьмы веков, от ордынского хана Тырта. Его предки были злы и скуласты. Вдыхали аромат цветущей степи. Вторгались безжалостно. А он? Словно герой стихов Игоря Северянина, манерный денди — влюблён в балет и галантность. Евразийская феерия. Тыртов ещё до Революции уехал в Париж, где поступил на службу в модный дом Poiret – диктатор моды Поль Пуаре обожал Россию и русских, поэтому принял к себе талантливого мальчика «с раскосыми и жадными очами». Со временем Тыртов прославил себя, как дизайнер одежды, график и декоратор. Не гнушался он и рисунками для дамских журналов — в частности, для Vogue и Harper’s Bazaar. На выставке явлен целый ряд эскизов и статуэток авторства Романа Тыртова. Они — как бы на стыке Ар нуво и Ар-деко — начав до войны, Эрте продолжил свою линию, подогнав под реалии дня. Именно в конце 1910-х — начале 1920-х он окончательно выработал свой вариант гармонии, причём за всю свою долгую творческую жизнь Тыртов никогда не отступил от единственно возможной формулы.

В истории моды существует даже целое явление - «женщина Эрте» - динамичная, лёгкая и резвая нимфа эры машин. В ней соединялось много начал — скорость и плавность, полёт и — приземлённость, томная изысканность Запада и — тёмный эротизм Востока. Мы видим тонких, но физически сильных девиц. Теннис, фокстрот, чёрный кофе, автомобиль, аэроплан, длинные бусы, струящиеся ткани, волочащиеся ...любовники. По моде - платья без подчёркнутой талии. Зато длинные ноги — вовсю и напоказ. В те годы утвердился небывалый доселе тип красоты — плоскогрудая худоба, «апельсиновый» загар (воспетый в романе «Ночь нежна») и короткие волосы, полностью открывающие лебединую шею. Фицджеральд писал о таких: «Она была стройная, с маленькой грудью, с очень прямой спиной, что ещё подчеркивала её манера держаться плечи назад, точно у мальчишки-кадета». Алексей Толстой, описывая куртизанок новой формации, отмечал, что нынешняя «камелия» должна «...стать колючей, как военная проволока, тренированной, как восемнадцатилетний мальчишка, уметь ходить на руках и прыгать с двадцати метров в воду». Вот перед нами статуэтка от Эрте — крохотная головка с гладкой стрижкой, узенькое лицо с выразительными восточными глазами (привет ордынским предкам!), крохотный рот — яркая точка. Всё внимание на руки — длиннопалые и напоминающие крылья сказочной птицы. Это сходство ещё более подчёркнуто свободным покроем манто. Фигура спокойна и при том — наполнена внутренним горением. На многочисленных рисунках — девы-павы и дамы-фламинго. Эпоха воздухоплавания породила этих странных существ. «Единственным неподвижным предметом в комнате была исполинская тахта, на которой, как на привязанном к якорю аэростате, укрылись две молодые женщины. Их белые платья подрагивали и колыхались, как будто они обе только что опустились здесь после полета по дому», - писал всё тот же Фицджеральд. Одежда Ар-деко — проста в кройке и сложна в оформлении. Статуэтки Эрте — в чём-то бирюзовом, сиреневом, ярко-синем — такой цвет когда-то звался bleu roi.

Созданное для широких шагов и безумных танцев, оперение должно быть ярким и заманчивым. В садах Великого Гэтсби водилось много птичек и вот одна из них «...в одеянии опалового цвета хватает словно появившийся из воздуха коктейль». Женщин Эрте — множество, они созданы для обложек и афиш. Вот — в чёрном с серебром, а вот — в чём-то утомлённо-фиолетовом. Расхожее сочетание «бешеных» и приглушённых тонов, вставки, меховые оторочки и даже «хвосты» - несколько рядов оборок или просто эффектный кусок ткани, когда платье коротко спереди и — длинно сзади. Помните Варвару, уходящую от Васисуалия Лоханкина? «Жена бросала в крашеный дорожный мешок своё добро: фигурные флаконы, резиновый валик для массажа, два платья с хвостами и одно старое без хвоста, фетровый кивер со стеклянным полумесяцем, медные патроны с губной помадой и трикотажные рейтузы». У каждой райской птицы Ар-деко имеется платье с хвостом! На выставке — картинки из журналов мод, нарисованные не только Тыртовым, но и другими художниками — Жоржем Барбье, Умберто Бруннелески, Жоржем Лепапом. Все они, как и мсье Эрте (мурза Тыртов), начинали в эпоху Ар нуво и потом — легко или мучительно переучивались распознавать новую красоту.

Капризные павы Ар-деко! В дорогостоящих жемчугах: длинные бусы подчёркивали плоскую грудь и создавали особый ритм костюма. В описаниях красавиц мелькают жемчужные ожерелья, оттеняющие бездельно-бесцельный загар. Эрте идёт дальше — он создаёт целые композиции из нитей жемчуга — они становятся рукавами и шальварами, юбками и причудливыми коронами. Его рисунки буквально заполонены этими «цепями». (Последствия этой жемчужной лихорадки до сих пор ощущаются в классике дома Chanel, ибо Коко прилагала к своему La petite robe noire — непременную нитку жемчуга по тогдашней моде, но только в её стиле она и осталась, как атрибут элегантной женщины). Чёрный цвет, кстати, был невероятно популярен в вечерней и повседневной одежде Ар-деко. Как, впрочем, и розовый. Все оттенки радостного и наивного!

«В одном приятном уголке Французской Ривьеры, на полпути от Марселя к итальянской границе, красуется большой розовый отель», - так начинал Фицджеральд один из своих романов. Розовый — детский и юношеский! - цвет символизировал приятное ничегонеделание. Возможность отдыхать — просто так, а не от трудов праведных. Мода на невесомые розовые платья захлестнула мир. «Розовое платье, лёгкое, как шелуха, взлетело над ногами, показав Кавалерову свою прозрачность. Ветер придул платье к лицу её, и контур лица увидел Кавалеров в сиянии и просвечивании ткани, развернувшейся веером», - наслаждался Юрий Олеша. В розовом же платье красуется и кукла наследника Тутти. И — бесчисленные девицы из книг Фицджеральда, Кристи, Вудхауса и Во. На страницах дамской прессы — рассказы о том, что на балу таком-то все леди были в розовом... Эрте откликается на призыв и рисует прелестниц в розовых туниках, прихваченных на бёдрах тонкой полоской жемчуга. Им на плечи ложится мех, а ресницы — громадны и трепещут, как дивные бабочки (актуальна тушь Maybelline — для придания глазкам пущей выразительности).

Есть художники, развивающие своё мастерство, подчиняясь требованиям очередной парадигмы и, когда иссякает мода на какой-нибудь стиль, они тут же меняют привычную линию. Но бывают и такие, как Эрте — единожды полюбив, он никогда не изменил своим силуэтам — на выставке можно видеть рисунки ...1980-х годов, где всё те же девы-птицы Ар-деко машут бархатно-мемчужными крыльями. Роман Тыртов прожил долгую жизнь, упокоившись в возрасте 97 лет. Всем бы так! 

Фото: artchive.ru

 

 двойной клик - редактировать галерею

 

17 июля 2018
Cообщество
«Салон»
5 0 8 966
26 июля 2018
Cообщество
«Салон»
3 1 4 936
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой