Авторский блог Людмила Лаврова 00:00 16 июля 2015

Игра в ящик

Весьма своевременно на минувшей неделе прошел в программе "Специальный корреспондент" документальный фильм "Революция на заказ", сделанный журналистом ВГТРК А. Сладковым. Хотя, признаюсь, нелегко оказалось вновь погружаться, в частности, в атмосферу провокации у вильнюсской телебашни в январе 1991 года: ведь была знакома со многими из тех, кто стал ее свидетелем или невольным участником, и уже тогда начала догадываться о подоплеке происходящего и его последствиях.

Весьма своевременно на минувшей неделе прошел в программе "Специальный корреспондент" документальный фильм "Революция на заказ", сделанный журналистом ВГТРК А. Сладковым. Хотя, признаюсь, нелегко оказалось вновь погружаться, в частности, в атмосферу провокации у вильнюсской телебашни в январе 1991 года: ведь была знакома со многими из тех, кто стал ее свидетелем или невольным участником, и уже тогда начала догадываться о подоплеке происходящего и его последствиях. Лишь спустя десятилетие один из режиссеров той драмы, министр охраны края в правительстве авантюриста Ландсбергиса А. Буткявичюс, разоткровенничался перед прессой: "Нам нужна была эта красивая картина: горит демократия Литвы! Только так мы могли убедить иностранных политиков поддержать нас". Это заявление, вызвавшее поначалу скандал, но мгновенно "стертое" из информационного поля, фактически полностью меняло официальную трактовку тех событий, которые в Литве на государственном уровне по сей день выдаются за однозначную и неоспоримую "агрессию СССР против независимой Литвы" (под копирку, что ли, делаются подобные клише? Ср. "агрессия России против незалежної Украины"). А любое отрицание факта этой "агрессии" влечет наказание в виде лишения свободы сроком до двух лет, что и произошло с депутатом сейма Литвы Альгирдасом Палецкисом, которого за слова "как сейчас выясняется, свои стреляли в своих" осудили по статье "отрицание советской агрессии и оккупации".

Однако фильм А. Сладкова и последовавшее за ним обсуждение были гораздо шире литовского сюжета. В ленте нашли отражение события, связанные с так называемыми "цветными революциями" в Грузии, Македонии, на Украине, раскрыты технологии их подготовки и финансирования, поставленные устроителями и их кукловодами задачи и цели. Но, пожалуй, самое интересное — прозвучали реальные голоса "из толпы", с энтузиазмом бушующей на улицах в полной уверенности в грядущем счастье после своей победы. Какое трагическое массовое ослепление! На украинском примере, по-моему, очевидно: для простых людей — пирровой победой обернулся "цветной" переворот… Ничего не значат эти самые "простые люди", представляющие в реальности расходный материал для чужого использования. Разумеется, участвующие в дискуссии "агенты западной демократии", вроде независимого от здравого смысла московского журналиста Д. Некрасова и евроатлантического интегратора с Украины В. Трюхана (заслуженно получившего в эфире НТВ звание "подлец"), всячески настаивали на спонтанности "народного волеизъявления" в таких "революциях", отрицали фактор их управляемости и иностранного финансирования. Но никто из участников обсуждения в студии у Е. Попова, придерживающихся иной точки зрения, и не отрицал, что народный протест, в том числе на майдане, всегда вызван объективными причинами. Здесь важно другое: при анализе цепочки событий подобного рода становится ясно, что экспертные группы на Западе, куда входят специалисты по теории символов, социальной и национальной психологии, технологиям информационных войн и т.д., хорошо изучили исторический опыт народных волнений и революций ХХ века, направленных на борьбу против вопиющего социального неравенства и угнетения трудящихся. Изучив, сумели найти их алгоритм и сделать системно управляемыми в целях, как с иронией заметила бывший депутат Рады Е. Бондаренко, своей "благодетельной гегемонии". Говоря прямо, в нашем случае — инструментом в жестоком геополитическом противостоянии Запада с Россией, которое разворачивается у нас на глазах. Да и не о ценностях "западной демократии" речь идет, до которых мы якобы не доросли, и потому нам требуются ласковые пестуны из различных зарубежных фондов. А об интересах, о чем справедливо сказал сенатор К. Косачев в полемике с Л. Гозманом в "Воскресном вечере", где также обсуждалась деятельность неправительственных организаций в России. А. Проханов очень точно описал процесс западной ментальной экспансии: бескровно и бесшумно осуществляется вторжение в сознание людей, его перекодировка. "Добрая бомба" как будто гуманна и действует по принципу "не убий", но когда в твоем мозгу усилиями информационной артподготовки произойдет замещение образа Родины, возможно, незаметно для тебя самого, ты теряешь самость и становишься объектом всевозможных социальных и культурных манипуляций. Манкуртом…

Первый канал продолжает "игру" с новыми форматами, которая привычно воплотилась в двух, абсолютно бессодержательных и, как следствие, мертворожденных проектах. Представляя премьеру развлекательного шоу "Парк", известный актер Н. Фоменко обещал, что это будет ударное зрелище: "зритель должен видеть, что он так не сможет. Степень риска — любая". Соорудили даже специальную студию в парке Горького, задействовали множество спецэффектов, соединили в качестве ведущих, кроме упомянутого Фоменко, жизнерадостную журналистку И. Муромцеву и тяжеловеса-антисоветчика А. Пивоварова, анонсы прошли красочные, а получился винегрет с привкусом рекламы, и даже Д. Мацуев за роялем и женщина-паук, карабкающаяся на небоскреб в Москва-Сити, не сгладили ощущение убогости и вторичности программы. М. Башарова, ведущего второго премьерного шоу "Мистер и миссис СМИ", совсем недавно на том же Первом по косточкам разбирали в скандальной передаче А. Малахова, пугая зрителя выведенными на экран крупным планом побоями, которые актер нанес своей жене. Но что-то, видно, было не так и с женой, и с побоями, раз "злодей" М. Башаров воскрес, как феникс, в эфире Первого. В шоу предполагалось преподносить новости недели с юмором, но все призванные вызывать смех реплики и диалоги ведущих производили полное впечатление тщательно заученных по бумажке. А какой юмор может быть без элемента импровизации или хотя бы ее видимости?

1.0x