Авторский блог Сергей Сокуров 05:39 14 ноября 2017

Голоса старого дома

Воспоминание о давнем  
34

I.

За свою жизнь, длиной в три четверти века, «я менял города» (как поётся в известной песне) 13 раз. Квартир насчитал 18. Вернее сказать,  сначала, от отцовской избы на берегу Енисея, где  я увидел свет,  меня возили за собой родители, пока мы не оказались в Прикарпатье.  А там и мне подоспело время  поднимать паруса и браться за руль самому.  Большой соблазн сослаться на «ветер странствий», который время от времени поднимается в душе каждого из нас. Но действительность была менее романтичной – обстоятельства службы отца,  желания Мамы (всегда успешные) улучшить быт семьи и наконец, при распаде единой страны, необходимость смириться с судьбой изгнанника с обжитого места.

   Без малого 33 года, считая с лета 1961, я жил  во Львове, покидая его на несколько тёплых месяцев, когда работал в карпатских геолого-поисковых экспедициях.

Тот Львув, в который вошла Красная армия в сентябре 1939 года, а вторично – через 5 лет,  был по внешнему облику и по духу  польским.  146-летнее владение им австрийскими Габсбургами никаких отчётливо немецких следов в городе не оставило. Лишь готское имя – Лемберг – звучало эхом истории в узкой долине    Полтвы между вершинами Высокого замка и Кортумовой горы*.

 

Когда Красная Армия вернулась в этот галицийский Вавилон,  центральные кварталы города оказались опустевшими. Евреев (а это треть населения)  гестапо и услужливые  укро-националисты закопали во рвах у подножия Кортумовой горы. Новые хозяева жизни и смерти и с поляками обращались подобным образом, отчего многие из последних бежали   в Польшу, бросая имущество.

 Наступил короткий во времени жилищный рай для переселенцев с востока СССР.  До того как коммунальная служба Советской власти  установила учёт  опустевшего жилья,  новожилы попросту вламывались в «ничейные» квартиры, прописываясь в них задним числом. Скромным совслужащим, не избалованным бытом пролетарского государства, казалось, что они попадали в запретное для них ранее, но неотразимо привлекательное  буржуазное пространство. До этого они видели  красивую удобную мебель лишь в музеях под лепными потолками, с кафельными печами   светлых залов с рисуночными паркетами, да её разрозненные предметы  по углам у «недобитых бывших» - венские стулья на гнутых ножках, гобелены, мраморные столешницы, подлинники профессиональных художников на холстах в затейливых рамах, бронзовые и фаянсовые статуэтки, разнообразную кухонную посуду, фарфоровые сервизы, напольные часы с боем, хрустальные люстры, прочее удивительное, недоступное… Обретённое воспринималось отнюдь не краденым, скорее военными трофеями. В несытые годы ценные вещи перепродавались из рук в руки.  Позднее один из новых львовян хвастался мне, что изготовил из золотистой кожи доставшихся ему «панских» кресел и дивана  не одну пару сапог для красной знати послевоенных лет.  

Впрочем, рай длился недолго.  Пришло время дробления захваченных квартир,  заселения подвалов. Но и львовское подполье  в собственно городской черте представляло собой помещения, которые казались более подходящими для обитания, чем советские коммуналки, тем более, трущобы и  бараки строителей коммунизма на исторической родине «с названьем кратким» СССР.

 

II.

Более полувека тому назад, когда я, уже сам себе хозяин, молодой неженатый человек, в результате квартирного междугороднего обмена, поселился во Львове,   мне не выпала удача моих предшественников. Старинное здание в три этажа с округлым фасадом на повороте улицы Коперника отмечало собой конец крутого подъёма из долины Полтвы на плоский верх холма, застроенного доходными домами, особняками и костёлами вокруг политехнического института. Здесь трамвай, скрежеща и завывая на вираже, доказывал свою моторную силу.  Механический визг несколько глушили кроны столетних каштанов, посаженных по краю широкого тротуара.   Туда, как оказалось, выходил балкон, весь в чугунных кружевах, жилья, привлекшего наше внимание при поисках подходящего обмена. Единственный проход в него пролегал через внутренний двор в виде серокаменного сырого колодца,  куда не проникало солнце.  До последней войны эта квартира была частью пятикомнатных апартаментов, но теперь три комнаты, с выходом  непосредственно к парадной двери на улицу,  стали отдельным жилищем, а оставшиеся две комнаты и помещение для прислуги, приспособленное под кухню,  с чёрным ходом через двор-колодец,  образовали отдельную квартиру,  ставшую нашей.

 

После одесской коммуналки с керосином на прокопченной кухне и углём для  комнатных печей, где мы с Мамой и бабушкой прожили несколько лет,  львовская газифицированная отдельная полуквартира показалась мне призом за прошлое неустройство.  Хозяйка, с которой мы затеяли обмен, немногословная увядшая красавица, показала мне «двушку с удобствами». Торопливо провела через мрачную кухню, окном во двор, и торжественно распахнула дверь ванной комнаты. Знала, хитрунья, чем поразить простого советского специалиста с вузовским дипломом.  В помещения такого размера во времена моего детства и юности нередко  вселяли для счастливой жизни небольшую семью  - есть, спать, отдыхать после работы, делать уроки, слушать по радиоточке бодрые сводки о потрясающих ум достижениях народного хозяйства по сравнению с 1913 годом. Сортир же таких отдельных квартир обычно был общим - во дворе (по балкону направо, помните?). А вместо ванной – жестяной тазик и душ,  согласно голозадой очереди,  в городской бане за железнодорожными путями. Неужели забыли? Впечатление от простора воистину «зала для омовения», увиденного мной впервые в жизни, усиливали монументальная ванна, в которой можно было вытянуться во всю длину тела, «односемейный» унитаз (простите за выражение) и кафельные стены; всё белое.  Газовая колонка  на том месте, где мои представления о комфорте могли допустить бак для воды  с топкой  под уголь,  стала последним аргументом в пользу квартирного обмена. Хозяйка с понимающей улыбкой вывела меня, словно захмелевшего, в комнаты.

Жилые помещения тоже оказали на моё сознание, определённое одесским бытием, такое же воздействие, как, предполагаю, поднебесная ширь производит на сознание спелеолога на выходе из подземной щели.  Тому способствовали  предметы мебели – самые необходимые, искусно расставленные, свет в окнах южной стороны    и на паркете, натёртом горным воском.  

Странное чувство вдруг охватило меня.   Вроде  стеснения, неловкости оттого, что я вторгся незваным в чужой для меня мир жильцов, обитавших здесь века полтора-два. Будто ждал от них вопросов: «Простите, вы кто? Откуда? Разве мы вас звали?».   Неужели моя проводница по этой квартире лишь её совладелица?

            Отмахнувшись от наваждения, я поспешил подписать заготовленные к моему

визиту бумаги и вскоре дал телеграммой своим «добро» на выезд во Львов.

                       

Первые дни, расставив раскладушки и рассовав привезённое в чемоданах и узлах по углам, мы с Мамой  пережили очередные в нашей жизни  трудности. Но они, дневные, по привычке переносились нами легче, чем ночное неудобство (назову так), которое  испытывали оба. Нет, мы спали, никто и ничто не будило нас. Просто сон не был спокойным, целительным, не снимал накопленной за день усталости. И утро наступало не  мягким прикосновением света в урочный час, а будто толчком из темноты.  Мы обменивались впечатлениями. Они совпадали. Всегда одно и то же: будто кто-то чужой бродил в темноте по комнатам, с кем-то перешёптывался невнятно. Словом,  ночью мы с Мамой чувствовали себя не у себя дома, а в гостях, куда попали случайно. Однажды мне показалось, что я понял фразу, произнесённую незнакомым женским голосом: «Прошу пана, чи можна  зъисты ту шницельку?».   

Привидения?  Но ведь мы с Мамой в них не верили. Мы ломали себе головы, пока не приехала бабушка и не выслушала наши рассказы. Она   неодобрительно посмотрела на нас и, протянув мне трёшку, скомандовала: «Купи свечей, только в церкви, здесь рядом». 

Я вспомнил: когда  в начале пятидесятых мы вселялись в особняк на окраине Самбора, что на Днестре, под боком у Карпат,  бабушка первым делом, ввечеру, устроила на скорую руку ужин при  свечах, выключив электричество. Тогда, нас тоже было трое в том же составе.  В двурогом канделябре, оставшемся в национализированной квартире, горели две свечи из бабушкиных запасов. Прежде чем приступить к скудной  вечере,  Мамина мама сказала: «Помянем добром всех тех неизвестных, кто жил здесь прежде нас. Царство небесное умершим и светлые дни живым».  Разумеется, я, пионер, значит, атеист, ни в какую чертовщину не верящий, пропустил эти слова мимо ушей.  Но теперь, взрослый, недавно чудом избежавший гибели в своей первой геологической экспедиции, проникся  ощущением реальности того,  что зажжённые в срок и адресно свечи в этой квартире, добрые слова о её незнаемых нами жильцах  прежних лет способствуют какой-то очень нужной для людей связи между нами и ними, вводят нас в их круг. Ведь придёт время, и мы для новых жильцов, может быть, ещё не родившихся, тоже станем  необходимыми для их нравственного здоровья объектами, смутно воспринимаемыми  чувствами, при сомнениях рационального ума,   которые связывают будущее с прошлым, не дающим распасться времени.

Впервые, в молчании сидевших рядом родных, в паузе между завывающими за окном трамваями, я ощутил спиной присутствие ещё каких-то людей. Но теперь, благодаря бабушке, я понял, чем мы связаны.  Они  здесь. Они навсегда в этой квартире. Не от того ли возникла вера в домовых?  Домовой – совсем не то, что привидение,  холодная, пугающая живых тень мертвеца. Домовой тёплый, может хихикать и пакостить, он, утверждают, водится в каждом жилище.

В последующие дни, время от времени,  я пересекался  с нашими незримыми предшественниками в самых неожиданных местах. Однажды, долбя  стенку в кухне по какой-то хозяйственной надобности, я вскрыл и повредил свинцовую трубку светильного газа, которым пользовались львовяне ещё до Первой мировой.  Раздалось тихое шипение. Зажёг спичку, поднёс к месту разрыва. Трубка ответила слабым голубоватым огоньком. И сразу  за спиной негромко, на польском: «Не переводи зря газ, юнак». Оглянулся – бабушка из ванной выходит. Она  польский не знала. Но спросил: «Ты что-то сказала?» - «Я?.. Да ни слова».

Ещё при знакомстве с квартирой бросилась мне в глаза любопытная вещица, свисавшая на витом шнуре с потолка над письменным столом в углу между оконной и глухой стенами меньшей комнаты.  Она  представляла собой грушеподобную  ручку из фаянса, декорированную бронзой, с надписью польскими литерами «поцёнгнунць», то есть приглашала потянуть её. Шнур по колёсикам на потолке тянулся в сторону кухни,  бывшей «запольщи», напоминаю, комнаты для прислуги. Похоже, это нехитрое приспособление с колокольчиком (предполагаю) на другом конце служила работавшему за столом для вызова служанки.  Сюда, под окно, и я поставил  свой рабочий столик, бывший ломберным, вывезенным отцом из оккупированного в 1945 году Будапешта, с которым не разлучался с подросткового возраста, когда начал испытывать творческие муки. От съехавших из квартиры на улице Коперника жильцов  осталась только эта изящная вещица на витом шнуре.  Колокольчик, если он действительно был, давно, думается мне,  оборвался и затерялся. Впрочем,   он был бы теперь бесполезным.  Ручку я оставил на прежнем месте, как предмет старины.  Пусть себе висит, напоминая рассеянной голове, что надо быть внимательным, даже садясь за стол для мирного труда.  Но «фаянсовая груша» оказалась не простой. Благодаря ей, я окончательно уверовал в реальную связь с теми, кто жил в этих комнатах. Послушайте.

 

Вечерело, но поздняя осень уже заменила в окне солнечный свет на электрический. И я включил торшер, сидя за рабочим столиком. Правда, не столько сидел, как вскакивал и мерил шагами свою комнату из угла в угол; вновь опускался на стул, то откидываясь к спинке, то ложась лицом на сложенные руки поверх разбросанных по столешнице исчёрканных карандашом листов бумаги: нужные фразы не шли на ум, хоть убей. А назавтра надо было сдавать заказанный материал в редакцию газеты.  Так, маясь, машинально   зажал в ладони висевшую справа, чуть выше головы,  фаянсовую ручку-грушу, удобную, приятную на ощупь. И сразу учуял острый запах свежезаваренного кофе.  Кофе! Вот что прояснит мои мысли.

Выскочил на кухню, уверенный, что  бабушка готовит себе обычную вечернюю кофейницу, без которой сон к ней не шёл.  Но бабушка, оказалось, ушла к соседке,  на кухне кофе и не пахло. Так что учуял мой нос? Вернулся к себе.  И здесь ни малейшего  запаха, так возбудившего меня. В форточку тоже не тянуло. Что за чертовщина!  Задумавшись, опустился на стул, и тут меня осенило: это ручка!  Схватил её – и сразу  возник в носу будто проникший через руку, плечо, шею  тот самый запах, свежий, острый. Коротким импульсом. 

Кажется, я понял:  когда-то, может быть, даже сто лет назад, здесь сиживал творческий человек, которому  в минуты поиска  нужных слов требовалась, как горючее машине, чашка крепкого кофе. И он нетерпеливо, резко дёргал висевшую справа от головы ручку звонка, вызывая прислугу. Я даже видел внутренним взором этого поэта (да, непременно поэта), сухолицего шляхтича с лихорадочным блеском в глазах, с ранней сединой в волнистых волосах, раза в два старше меня, нервного,  с тонким слухом на слова и музыку.

 

III.  

Много лет спустя, роясь в архиве знаменитого публичного собрания книг Оссолинеума, что под Цитаделью во Львове, я обнаружил следы забытого читателями местного польского поэта Станислава Чижовского,  сверстника  Адама Мицкевича.  В   стихотворном сборничке, толщиной с ученическую тетрадь, изданном в 1862 году, был   помещён гравированный  портрет худощавого, длинноволосого средних лет литератора. Я его «узнал».  Веря в успех,  продолжил розыски в городском архиве. Удача!  Пан Станислав всю  свою недолгую жизнь оставался верен отцовской квартире в  доме на улице Коперника, выше особняка гетмана Сапеги, где заканчивался подъём на спину холма.  Я не сомневаюсь, какую именно квартиру занимал  поэт,  какое место в какой комнате выбрал для рабочего стола. Ведь он сам дал мне знать об этом.

 

IV.

По натуре я не мистик. Привидения, домовые, загробные голоса и прочее «потустороннее» - для меня исключительно занимательные литературные образы. Поэтому я пытался самому себе объяснить то таинственное, чем оказалась наполнена наша новая квартира в западном городе. Да и не только она. Просто я раньше в иных стенах не прислушивался   к тому звуковому «фону», который был присущ старому жилью. Теперь прислушался и задумался.

 Подсказка нашлась в рассказе Ивана Ефремова «Тень  Минувшего», прочитанного мной в те дни. Теперь подробности рассказа забылись. Помню, что  описано фантастическое видение, открывшееся глазам советского палеонтолога где-то в Монголии, в месте скопления костей динозавров. Будто бы на гладкой, чёрной поверхности ископаемой смолы появилось цветное изображение динозавра, жившего 200 миллионов лет тому назад. Видение длилось несколько минут, потом стало тускнеть, пока не исчезло. На следующий день оно вновь появилось там же, при той же высоте солнца, опять коротко.  После долгих раздумий учёный пришёл к выводу, что в неисчерпаемой на явления природе существуют условия, при которых возможен естественный фотоснимок того или оного объекта. Редчайший случай, но не исключён.  «Тогда не исключена и съёмка движущегося объекта», - помню, мысленно дополнил я гипотезу палеонтолога, то  есть автора повествования. 

Теперь  загадка звуков из прошлого – умолкнувших речей, скрипа паркета под ногами, звона посуды, шлепка упавшей книги, прочих - представлялась мне менее сложной.  Естественно, звук изменяет  структуру находящегося в сфере его воздействия предмета. Каменные стены здания – это  своего рода пластинки, на которых звуки оставляют свои рисунки-знаки. В  отличие от патефонной пластинки, требующей иглы, чтобы она зазвучала, стены отзываются записанными в них звуками на сотрясение извне  от хода трамвая, например, на изменение температуры внутри дома, от освещения, вообще, от всего, что выводит их из состояния,  бывшего при «записи». Так приблизительно я рассуждал на уровне того технического образования, которого не имею вообще. Пусть меня опровергнут или поправят, но я пытался рассуждать по-научному, ей-Бо. Что касается запахов, то тут проще простого: штукатурка, сам кирпич пропитаны ими. А тот факт, что я  начинал слышать запах того кофе, на столе того поэта, то здесь  всё дело, предполагаю,  в ручке звонка. Пока не знаю, как объяснить. Надо думать. Может быть,  ручка как-то «запомнила» гравитационное поле  давно почившего поэта, и оно  оказалось близким к моему?

Вот так просто приоткрывалась мне  тайна старого дома. Но один случай поставил под сомнение, перечеркнул мои «научные» доводы.

 

V.

Через квартал от нашего дома находился парк, ровесник 700-летнего города. В советское время он получил имя пысьмэнныка Ивана Франко, но старожилы продолжали называть его, как и триста лет назад, Иезуитским. Купы древних каштанов  спускались с верха холма по крутому склону к речной долине, вместившей средневековую часть города.   Внизу, на выходе из парка, находилась уютная кафешка, которую мы, выпускники университетского геофака, облюбовали для встреч. Однажды мы с однокашником Ярославом Гренем заняли столик  у окна, заказали  вина и по шницелю с овощами.  В разгар дружеской беседы  приблизилась к нам старая дама, которая передвигалась между столиками, пиликая на скрипке польские мелодии, чаще всего «Тилко ви Львовье». На ней было поношенное платье, некогда, видимо, золотистое, теперь тускло-шафрановое; распухшие голые ноги подкашивались на стоптанных каблуках. Морщинистое лицо ничего не выражало, ни когда она играла, ни когда принимала мелочь за музыкальные номера, освобождая руку от смычка.  Возле нашего столика она остановилась и  взяла скрипку подмышку. Не обращая внимания на рублёвую бумажку, протянутую ей мной, указала смычком на тарелку Греня с недоеденными овощами и  мясом: «Прошу пана, чи можна зъисты ту шницельку?».

Я уставился на скрипачку (полагаю, с глупейшим видом). Ведь это тот самый голос, который слышал я у себя дома! И фраза – слово в слово. Славик  подвинул к ней тарелку.

«Дэ вы мэшкаетэ, пани?»**, - спросил я её. Она пожала плечами, то ли не поняв моего вопроса, то ли не желая на него отвечать, и, перенеся объедки на свободный столик в углу, торопливо принялась за трапезу, низко опустив седую кудрявую голову. Славик что-то говорил мне, я что-то отвечал, не помню. Я был сбит с толку. Не заметил, как  пани музыкантша вышла из кафе. Мелькнула уже за оконным стеклом шафрановым пятном в солнечном свете.  Прошло с четверть часа  моего томления догадками, потом я сорвался с места: «Погоди, дружище, не обижайся, потом объясню, мне надо выяснить… Потом, потом!». И выбежал на улицу, дальше двинулся вверх через парк – к  улице Коперника. Шафрановую спину увидел издали, когда она приблизилась к входу в  мой дом.  Потом, вбежав в подъезд, увидел через окно на лестничной площадке, что она пересекает  двор-колодец и скрывается в дверном проёме, ведущем к лестнице чёрного хода. Но ведь это единственный путь к нашей, с Мамой и бабушкой, квартире на втором этаже. Почти настигаю её, остался один лестничный пролёт между  нами. И вдруг тяжёлые шаги старой женщины   стихают. Значит,  на третий этаж скрипачка подняться не успела. Так где же она?  Двери нашей квартиры на ключе. Отпираю.  Кухня, комнаты  пусты.  Вернулся на кухню и слышу тихий смех знакомым уже голосом, слова на польском: «Не переводи зря газ, юнак».

… Есть много на свете всяких загадок, что и не снились нам, да простит меня Шекспир за вольный перевод.

 

            Примечания:

*600 лет назад этой землёй владели Рюриковичи, князья червонорусские, сидевшие в Галиче на Днестре. Столица получила своё название от  галицийцев – ещё более древних племён кельтского происхождения, родственных галлам,  а уже отсюда, где смешались кельты и славяне, пошло название Галичина – Галиция. Князь Лев, сын  Данилы Галицкого, блистательного воина и недальновидного дипломата,  поставил на  Замковой горе цитадель,  а под горой, на полночной стороне,  вырос городок его имени, Львов. 

**Где вы живёте, пани?

 

 


Загрузка...
Комментарии Написать свой комментарий
14 ноября 2017 в 06:20

“Ужасы” советского быта насквозь пропитали душу писателя, спасибо за это скажите маме и бабушке. Вы транслируете их восприятие.

14 ноября 2017 в 06:49

Ужасов не было, был просто СОВЕТСКИЙ БЫТ, который ни с каким иным не спутаешь. Описывая время и место действия, людей, писатель ОБЯЗАН быть правдивым. Если кому нравится красивая ложь, читайте Овчинникова, Масловского, прочих авторов этого ряда. С достойнымй бытом тогдашних представителей "среднего класса" бабушка распрощалась в начале 20-х, Маму до Львова никогда он не баловал, а мои представления - свои собственные, сызмала отличался наблюдательностью и мог мыслить самостоятельно.

14 ноября 2017 в 13:00

Кто с такими вещами не сталкивался, вряд ли поймет. Смелый вы человек. Не каждый имеющий дело с явлениями подобного рода готов делиться своим знанием. Но я могу подтвердить, что ни что в этом рассказе не выходит за пределы возможно,
каким немыслимым это не кажется.

14 ноября 2017 в 15:36

Абсолютно согласна С Виктором Хохлачёвым. Ведь рассказ - не критика "советского" быта (такового и сейчас хоть отбавляй, вспомните прямую линию с президентом, люди и по сей день живут в бараках, вагончиках, о ванных только мечтают), речь о ГОЛОСАХ СТАРЫХ ДОМОВ, каковые не всем дано услышать.

Сергей Анатольевич, как здорово, что Вы возвращаетесь к прозе! Успехов!

Невероятно! Только что обнаружила, решив посмотреть, поставили ли Вы этот рассказ на сайте "Украинский Выбор" Медведчука, что Ваш кабинет заблокирован. В чём причина, интересно? Вы знаете?

14 ноября 2017 в 15:38

Ув. Виктор,как-то мы с одним антропологом вели беседу над костьми, которые предположительно принадлежат нашему первопечатнику Ивану Фёдорову (мы спасали их в коробке из-под масла от младобандеровцев после 1991 года). На моё предложение тайно захоронить останки учёный (фамилию на вскидку не вспомню) сказал, что когда-нибудь кости могут ЗАГОВОРИТЬ(!), их надо спрятать так, чтобы можно было потом извлечь невредимыми для получения заложенной в них звуковой и др. информации.
Во как!
Спасибо за отзыв по существу, не часто бывает...

15 ноября 2017 в 10:22

"Ни что на земле не проходит бесследно..." Я даже пытаюсь показать, что ни что во вселенной не проходит бесследно, что наше прошлое и будущее всегда предстают перед ней вместе. Там все в сохранности...

14 ноября 2017 в 15:49

Я, Алина, не удивлён закрытия мне доступа на украинский сайт. Не огорчён. Наоборот, ГОРД таким поворотом дела. Это прекрасное доказательство моим сайтовским критикам, что моё творчество имеет силу, которую недруги-необандеровцы боятся.

У меня много публикаций на др. русскоязычном сайте там "Русский мир. Украина". Оттуда меня уже не уберут. Там боевая редакция.

14 ноября 2017 в 18:20

Подтверждаю:%
http://russmir.info/rus/8118-golosa-starogo-doma-vospominanie-o-davnem.html

14 ноября 2017 в 20:45

"свой рабочий СТОЛИК!!!, бывший ЛОМБЕРНЫМ, ВЫВЕЗЕННЫМ ОТЦОМ!!! ИЗ ОККУПИРОВАННОГО В 1945 году БУДАПЕШТА"
Простите, кем был ваш ПАПА?!, что он смог!!! вывезти ломберный столик из ОККУПИРОВАННОГО!!! Будапешта?!

Верно,"И на груди его светилась Медаль за город Будапешт"?!
ИЛИ?!
Если из оккупированного, то ДО? 13 февраля 1945 года?!,- тогда КЕМ?! был ваш ПАПА?!
Если ПОСЛЕ 13 февраля 1945 года, о КАКОЙ ОККУПАЦИИ!!! вы изволите говорить?! Тогда простите, тот же вопрос: КЕМ?! был ваш ПАПА?!

15 ноября 2017 в 06:40

Сударыня, моё преклонение перед "слабым" полом обязывает меня отвечать даже тем его представительницам, которые играют роль наивных дурочек, не являясь таковыми...

Весной 1945 г. Венгрия была ОККУПИРОВАНА Красной Армией, как союзница Германии. Советские оккупационные войска находились там приблизительно до середины 1947 года, пока Москва не установила в этой стране власть коммуниста Ракоши.

Мой отец был офицером РККА, участвовало в штурме Будапешта. В 1946 году офицерам разрешили забрать семьи к себе. Мы прожили в Венгрии весь 1946 год. Уезжая домой из разгромленной в пух и прах капстраны, но уже сытой (по причине отсутствия там колхозов) и одетой, ВСЕ, БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ, возвращенцы обзавелись на последние форинты мебелью, тряпками и, ГЛАВНОЕ, - МУКОЙ. В стране-победительнице в 1946 г. начался голод, а зерно в США и Канаде мы ещё не закупали, американские поставки по ЛЛ хлебом, молочным, яичным порошками, мясными консервами, пр. прекратились в 1945 г.

Так что нашей основной "мебелью", по возвращении домой, были мешки с мукой, расставленные по углам. Сидя на них, до школы изучая букварь, я наполнялся уверенностью в преимуществах колхозно-совхозного строя перед собирательством времён палеолита.

15 ноября 2017 в 11:43

Полностью объясняет тараканам в моей голове, откуда что там берется. До такой степени очевидно, что ЗАПИСЫВАЮ чужие мысли, хожу по большим чужим городам, и чувствую посторонние для меня чувства, что иногда хочется сказать: "покажись!". А он - не выходит. Среди знакомых много связанных с психологией (и сам изучал плотно), - и никаких намеков даже на признаки шизофрении. Аж обидно. Понятно, что ПРИХОДИТ чужая информация. Самое плохое, - слишком мало среди физиков серьезных лириков, что бы заняться плотно и разложить по полкам. Отсюда - вокруг простейших (и очевидно, кристально ясных нашим предкам) вещей и событий - шлейф мистики. Несколько абсолютно неизвестных мне вещей записал сразу после трех дней в реанимации (после большой операции). Сейчас всерьез думаю о том, кому на них могут принадлежать авторские права. Одно из них здесь опубликовал, даже рад, что почти не заметили..
( http://zavtra.ru/blogs/parohod).
Так что реально, очень много чего на свете не снилось нашим мудрецам...

15 ноября 2017 в 12:36

Когда вещи становятся обыденными хвост "мистики" отпадает сам собой. Очень важно умение дифференцировать свое мышление, от ментальных ошметков "занесенных", или стучащихся извне, но так чтобы не препятствовать Великому озарению, приходящему, образно говоря, сверху, как бы с севера (что означает - се ВЕРА) То есть способ дифференциации нравственный, идеологический иначе "пожалте в дурку", чертей с плеча стряхивать. То что одни их видят и / или ощущают, а другие нет, не означает, что, как объекты материального мира (!), они не существуют. Существуют и в великом многообразии. Управлять ими сложно, но можно. Значит можно и нужно изучать.

Наука не продвинулась в этом вопросе дальше термина "сонный паралич" да и тому явлению нашли объяснение самое негодное. Даже если прошвырнуться в интернете по запросу "онейрон", "ужасы сонного паралича" и т.п., станет понятно, что явления подобного порядка распространены очень широко и проявления их многообразны.

15 ноября 2017 в 14:12

Прочитав отклики двух Викторов, устыдился, что читатели "в теме", а я,, автор, увы...
Написал рассказ по ощущениям, сделав, во объяснение тайны, робкое предположение, а мне, в тон, - добротное научное обоснование. Скопировал себе то и то. Возможно, использую в новом варианте рассказа.
Хохлачёву и Стекленёву надо больше оригинальных работ писать, а не оставлять случайные записки в комментаторском подвале.

Благодарю вас, Виктор и Виктор. Я уж думал, что "диспут" здесь завертится вокруг венской мебели и мешков с мукой.

15 ноября 2017 в 14:46

Сергей Анатольевич, замечательный рассказ. Мягко погружает в атмосферу старинного города с загадочным пересечением судеб его жителей вне времени.
Особенно под характерный аккомпанемент «Тилко ви Львовье».

Удивительно, что здесь все мирно сошлись на том, что не всё в мире материально, не всё может объяснить наука.
Не помню сейчас, где прочла, что Вольтер, выступая в одном из парижских домов, говорил, что через сто лет Библию можно будет найти только у антикваров, и только, как памятник глупости предшествующих поколений. Но проходит сто лет и именно в этом здании было основано всемирное Библейское общество, которое распространяло Библию в тысячах экземпляров по всему миру.
Кто-то его (Вольтера) подслушал и запомнил сказанное, чтобы в своё время ответить?..

15 ноября 2017 в 18:30

Спаси Бог за добрый и умный отклик, Татьяна. А то здесь объявилась особа, которая в рассказе, кроме венского стула и мешка муки ничего не увидела.

15 ноября 2017 в 16:19

"Весной 1945 г. Венгрия была ОККУПИРОВАНА Красной Армией", - вы хотите сказать, что ваш отец, ОФИЦЕР РККА, БЫЛ ОККУПАНТОМ?!
Окститесь!!!
Даже мне, осудившей взятие!!! ломберного столика, такое не могло придти в голову!
"Советские оккупационные войска находились там приблизительно до середины 1947 года", - Что ж, милостивый государь, ваш отец, офицер РККА, не демобилизовался, не вернулся в РАЗРУШЕННУЮ ВОЙНОЙ СТРАНУ, а предпочёл остаться ОККУПАНТОМ, ДА ЕЩЁ И ВАС ТУДА ПРИВОЛОЧЬ, ЧТОБЫ ОДНИМ ОККУПАНТОМ СТАЛО БОЛЬШЕ?!

"В стране-победительнице в 1946 г. начался голод,...", - и это говорит ПИСАТЕЛЬ?!, что простительно шестилетнему младенцу, непростительно "ПИСАТЕЛЮ"!!!

ПИСАТЕЛЬ, верно забыл, что "ВРАГИ!!! СОЖГЛИ РОДНУЮ ХАТУ, СГУБИЛИ ВСЮ ЕГО СЕМЬЮ!!! КУДА ТЕПЕРЬ ИДТИ СОЛДАТУ, КОМУ?!!! НЕСТИ ПЕЧАЛЬ СВОЮ?!

Напишите, "ПИСАТЕЛЬ", ТАК!!! Только эти четыре строчки!!! НЕ ВЫЙДЕТ!!!

ПОЧТИ ВСЯ ЕВРОПЕЙСКАЯ ЧАСТЬ СТРАНЫ БЫЛА ОККУПИРОВАНА ФАШИСТАМИ!

Посмотрим, что же привёз солдат, слуга народа, который ТРИ ДЕРЖАВЫ ПОКОРИЛ?!
"Вздохнул солдат, ремень поправил,
РАСКРЫЛ МЕШОК ПОХОДНЫЙ СВОЙ, БУТЫЛКУ ГОРЬКУЮ ПОСТАВИЛ НА СЕРЫЙ КАМЕНЬ ГРОБОВОЙ".

"И ПИЛ СОЛДАТ ИЗ МЕДНОЙ КРУЖКИ!!! ВИНО И СЛЁЗЫ ПОПОЛАМ!"

Я помню эти кружки, только алюминиевые.
И кружки эти, мои дядья хранили до самой смерти!!!
Старший вернулся с одним лёгким после битвы под Москвой, средний прошёл всю войну от Сталинграда до Кёнигсберга в танке, сменив пять машин, младший погиб в 43-м, ему было 18 лет.

А вы обзавелись тряпками!!! и сидели НА МЕШКАХ С МУКОЙ!!!, РАССТАВЛЕННЫХ ПО УГЛАМ! Вели себя, действительно, как оккупанты!!!

"Уезжая домой из разгромленной в пух и прах капстраны, но уже сытой (по причине отсутствия там колхозов) и одетой, ВСЕ, БЕЗ ИСКЛЮЧЕНИЯ"
Да, нет, сытыми они были не "по причине отсутствия там колхозов", а потому что НЕ БЫЛА она "в пух и прах"!!!
Во время войны Венгерское королевство стало аграрной базой Третьего рейха, да и военные действия на территорию Венгрии пришли в 1944(могу ошибаться, школу закончила в 57).
Венгрия фактически оставалась союзницей Германии до 4 апреля 1945 года, - пока Красная Армия не овладела полностью ее территорией.
Это ОНИ, ВЕНГРЫ, ВЫКАЛЫВАЛИ ГЛАЗА НАШИМ ПАРЛАМЕНТЁРАМ!!!
Приходилось дяде моему, танкисту, утюжить мадьяров под Сталинградом!!!,
За всю войну, страшнее этих изуверов не встречалось!!! Так мадьяры зверствовали,
что их и в плен не брали, уничтожали!

Страны будущего Варшавского договора, СРАЗУ ЖЕ, ПОСЛЕ ОСВОБОЖДЕНИЯ ОТ ГИТЛЕРОВЦЕВ, снабжались продовольствием из СССР, составы беспрерывно двигались в сторону будущего социалистического лагеря. "Подумаешь, русские один день поголодают, зато мы целый год будем сыты!"
Так что, милостивый государь, ещё неизвестно, чья мука стояла в ваших углах.

В 1947 г СССР- ПЕРВЫЙ ОТМЕНИЛ КАРТОЧКИ!!!
Великобритания - через 10 лет!
Восстановили, разрушенное войной, хозяйство в течение первой послевоенной пятилетки!!!
Огромные средства уходили на военную модернизацию страны!
Подбиралась к нашим границам - "союзница" Америка.
"Дядя Трумэн - бяка, Атомная бомба - ..ака!!!"

Враги сожгли родную хату,
Сгубили всю его семью.
Куда ж теперь идти солдату,
Кому нести печаль свою?
Пошел солдат в глубоком горе
На перекресток двух дорог,
Нашел солдат в широком поле
Травой заросший бугорок.
Стоит солдат — и словно комья
Застряли в горле у него.
Сказал солдат: «Встречай, Прасковья.
Героя-мужа своего.
Готовь для гостя угощенье,
Накрой в избе широкий стол.
Свой день, свой праздник возвращенья
К тебе я праздновать пришел..,»
Никто солдату не ответил.
Никто его не повстречал,
И только теплый летний ветер
Траву могильную качал.
Вздохнул солдат, ремень поправил,
Раскрыл мешок походный свой,
Бутылку горькую поставил
На серый камень гробовой.
«Не осуждай меня, Прасковья,
Что я пришел к тебе такой:
Хотел я выпить за здоровье,
А должен пить за упокой.
Сойдутся вновь друзья, подружки.
Но не сойтись вовеки нам...»
И пил солдат из медной кружки
Вино и слезы пополам.
Он пил — солдат, слуга народа —
И с болью в сердце говорил:
«Я шел к тебе четыре года,
Я три державы покорил...»
Хмелел солдат, слеза катилась,
Слеза несбывшихся надежд,
И на груди его светилась
Медаль за город Будапешт.
1945

С.В.

15 ноября 2017 в 18:31

Пару штрихов для полноты картины.
Медаль называлась "За взятие Будапешта". Не за освобождение, как Варшавы или Праги, а за взятие! Такая была у моего деда. Венгрия оставалась верным гитлеровским сателлитом до конца.
Во время войны венгры отличались демонстративной чудовищной жестокостью к пленным. Поэтому их в плен старались не брать, а равно и фашистский мятеж в Венгрии в 1956 году давили с соответствующим чувствомс.
Поминать это было не принято но и забывать негоже.

15 ноября 2017 в 19:07

Уважаемый Виктор, согласен со сказанным Вами. Более того, в 1 Мировую венгры отличались теми же качествами, вызывая аналогичную реакцию наших солдат, особенно казаков. А началось это с 184в года, когда Паскевич подавил в угоду Габсбургам венгерское победное восстание. Они не забыли.

15 ноября 2017 в 18:50

Светлана ВЕТ, мою "ветку" немало посещают невежественные и агрессивные в своём невежестве читатели.
Вы не знаете, что войска, занимающие вражескую территорию, называются ОККУПАЦИОННЫМИ?
Вам неведомо, что в 1946 году в СССР разразился голод? Мне ведомо: бабушка едва спаслась. А о катастрофических голодных годах начала 20-х и 309-х тоже не слышали? Да, в школах 1957 года не проходили (замените фото, девушка!). Но учиться надо всю жизнь.
Вообще, прошу ко мне не заходить. Я плохо переношу благоприобретённую тупость.
Если Вы в рассказе, кроме мебели и муки, ничего больше не нашли, то с Вами нечего и говорить. Обратите внимание на посты Меркуловой, Хохлачёва, Стекленёва, др.. Они тоже школу закончили не вчера.
В следующий раз расстанемся навсегда.

15 ноября 2017 в 22:18

Что не так, милостивый государь?!
Ах, да, пропустила венский стул, простите, Христа ради!!!

НИКОГДА!!! НИ РОССИЯ, НИ СССР, ТЕМ БОЛЕЕ, НЕ БЫЛИ ОККУПАНТАМИ, ОНИ,ВСЕГДА!!! БЫЛИ ОСВОБОДИТЕЛЯМИ!!!
Или, вы всё ещё считаете своего отца ОККУПАНТОМ?!
Оккупанты! не будут обустраивать вражескую территорию, как это делал Советский Союз и в ГДР, и в Польше, и в Венгрии...

О 1946-м написала подробно, м.б., только опустила сведения о неурожае того года.
Ведомо, тоже ведомо, ибо меня увезли в Шадринск, где учительствовали мамины родители.

Слышала и читала о голоде 20-30-х годов, когда кулачьё закапывало и гноило зерно в оврагах!!!
Когда с вилами, они вышли на дедушку...

"Но учиться надо всю жизнь", - приходится, ибо сама учила, НЕДОрослей, вам подобных, правда, физике, математике, ...

Историю не дают забывать - справа дин, слева кэн...

"Я плохо переношу", читала, читала - плохо переносите критику, называя её "благоприобретённой тупостью".
"Если Вы в рассказе, кроме мебели и муки, ничего больше не нашли", не я одна!!!
Туго пошёл ваш рассказ среди "Любителей литературы"!
"Илья Павлов
комментирует материал сегодня в 12:12 #
"никаких отчётливо немецких следов в городе" - почти вся архитектура австрийская.
Одна ратуша чего стоит!
После подобного пассажа и читать расхотелось
(((((((((((((("!

" Обратите внимание на посты Меркуловой, Хохлачёва, Стекленёва, др.. ", - ЗА ЧТО ЖЕ, НЕ БОЯСЬ ГРЕХА, КУКУШКА ХВАЛИТ ПЕТУХА?
ЗА ТО, ЧТО ХВАЛИТ ОН КУКУШКУ!
"Вообще, прошу ко мне не заходить", - вот, что делает фотография!

"В следующий раз расстанемся навсегда"

15 ноября 2017 в 23:49

Зря вы света горячитесь. Мешки отца ставить в вину сыну по-любому негоже?

Ну, у моей бабки в доме висели часы с Харбинского вокзала. Какой то боец приволок. И что? Батя из китая привез соломенный чемодан и зонтик.

Всякий, кто служил за границей, что-то привозил, покупал и привозил. В 1945, кое что распределяли трофейные фонды. Доставалось всем от маршала до рядового солдата. Кому ружьишко, кому патефон.

Вот Польшу, наши войска освобождали, а Венгрию и Германию мы разгромили и оккупировали. Тут стесняться нечего. Терминология официальная. С образованием на этих территориях новых государств отношения были переоформлены.

Причем здесь "петушка и кукух"? Уж кто, кто, а я то многим высказываниям Сергея Анатольевича оппонировал адекватно и буду это делать по принципиальным, идеологическим соображениям. Здесь я таких поводов не вижу. Сюжет и литера превосходны. Нужно отдать должное. Тема кстати, тоже актуальности набирать будет.
Атаковать нужно не человека, едва имя заслышав, а слово и дело, различая худое и доброе.

15 ноября 2017 в 23:51

Прасю пароду! Имя с маленькой Буквы набил не по злому умыслу, недогляд.

16 ноября 2017 в 07:00

Я мирюсь с критикой, если она умна и по делу. Здесь любой, кто слово доброе в адрес моего сочинения выскажет, записными критиками, вроде Холодковского и Качанова, подвергается отрицанию. Что касается Светланы Вет... Нет слов. Хотел я удалить ЖЕВУШКУ ВРЕМЁН ОЧАКОВА и ПОКОРЕНЬЯ КРЫМА, да пусть, как говаривал царь Пётр, дурость её будет всем видна.

К слову:

1. "неурожай" 1946 года погнал массы народные в западные, только в 1944 году освобождённые области, где свободный землевладелец и при "неблагоприятных погодных условиях" не голодал. Другие ринулись в Сибирь, которая до коллективизации кормила себя всегда. Моя бабушка бросила квартиру в Евпатории(!) и успела уехать к ссыльному мужу (врагу народа) в Сибирскую Италию (межгорная чернозёмная котловина между Саянами и Алтаем", где цари устроили в своё время для марксистов курорт под названием село Шушенское - играть карты, охотиться с ружьишком(!) на зайцев, ласкать ссыльных по согласию жён и готовить революцию... Сталина бы этим безмозглым царям в помощь!).

2. Когда я возвращался на родину из Львова, то подарил венские стулья, кресло и столик *(антиквариат) местному Русскому Пушкинскому обществу.

16 ноября 2017 в 19:39

"Колхозная тема" , в рассказе, конечно царапнула и мой слух, как вилкой по тарелке. Но тут не вилку, а скрипку слышать надо...

16 ноября 2017 в 23:40

Милостивый государь, унижая, оскорбляя женщину любого возраста, а "ЖЕВУШКУ ВРЕМЁН ОЧАКОВА и ПОКОРЕНЬЯ КРЫМА", тем более, вы показываете этим, В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ, СВОЮ НЕПОЛНОЦЕННОСТЬ, УЩЕРБНОСТЬ, НЕСОСТОЯТЕЛЬНОСТЬ!
Вы СЕБЯ!!! ОПУСТИЛИ НИЖЕ ПЛИНТУСА!!!
Посему, ВАША ДУРОСТЬ, милостивый государь, ЯВЛЕНА БУДЕТ ВСЕМ!!!

"Хотел я удалить", - РАДИ БОГА!!!

И по вашему опусу!
Сырой материал, найдите дельного редактора, он подправит, м.б., что-нибудь получится!

17 ноября 2017 в 00:16

"под названием село Шушенское - играть карты, охотиться с ружьишком(!) на зайцев, ласкать ссыльных по согласию жён и готовить революцию... "

ПОЛЯКИ, В ТАКОМ СЛУЧАЕ ГОВОРИТ: "РАССКАЗЫВАЙ СКАЗКИ СВОЕЙ ГЛУХОЙ ТЁТКЕ"(девчонке)
ИЛИ "POWIEDZ TWOJEJ FAIRY TALK DO SWOJEJ GŁĘBOKIEJ DZIEWCZYNKI"

17 ноября 2017 в 07:42

СВ, замените фото, Вы смешны.

17 ноября 2017 в 08:04

СВ, мои СЫРЫЕ произведения, написанные в разных жанрах, вот уже 50 лет публикуют разные издательства, где не было и нет ЛК, а последние 30 лет - безотказно. Так с какой стати мне обращаться за помощью? Не к Вам ли? Да Вам элементарное не ведомо. Я в Шушенском был (рядом родился), ныне это официальный курорт, и всегда - природная курортная местность, куда жестокий царизм высылал государственных преступников укреплять здоровье, подорванное подпольем, тратя на их содержание 1 рубль в день (при цене фунта баранины 5 копеек), позволяя брать с собой жён, охотничьи ружья, книги и пр. для приятных развлечений. Можно ли представить себе такую ссылку при вождях?
Отвечать не надо. Ответы зомбированных мне известны.

Я Вас не оскорбляю. Моё резкое мнение вызывает выставленный портрет юной туповатой страшилки, которая ничего общего с Вами, ныне живущей, полагаю, не имеет.

17 ноября 2017 в 14:37

А не отрастить ли мне бороду?!

17 ноября 2017 в 14:42

С издательской работой, милостивый государь, я очень даже знакома, и прекрасно знаю, кто, как, где и когда!!!
Я выросла в издательстве!!!

17 ноября 2017 в 19:14

Несомненно, милая, Вы такой же издатель, как и историк... Шапочное знакомство. Вас выдаёт пошлое, затасканное опредееление "сырой материал" . Бездарные издатели немало талантливых авторов, лишённых воли, были загублены такими издателями, как Вы.

16 ноября 2017 в 07:08

Что можно углядеть в этом рассказе? Как жили справные буржуйчики в Львове, мистику, завораживающую только детей, и обязательный антисоветизм.
Почитатели непременно обнаруживают большей талант писателя. Вот и все.

16 ноября 2017 в 10:44

Виктор и Виктор, поздравляю Вас и всех согласных с вами в достижении ДЕТСКОГО ВОЗРАСТА (чит пост АХ).

Пэ-эС:
Во Львове в достойных условиях, кроме буржуйчиков, жили учителя, врачи, инженеры, писатели (*в т.ч. поэт Чижовский), служители искусств, чиновники и пр. не буржуйчики, которые мерещатся всюду в больных головах умствующего люмпена.

И вопрос: что значит "большЕй талант"?

16 ноября 2017 в 19:23

О "детском возрасте"...

"Иисус, призвав дитя, поставил его посреди них и сказал: истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в Царство Небесное;" итак, кто умалится, как это дитя, тот и больше в Царстве Небесном" \Ев.Матф.18.22\.

Конечно и в этом есть иносказание и путь к его пониманию требует усилий. Смертный, ветхий человек достигнув возраста старца (60 лет) затвердевает ("коснеет") в заблуждениях своих. Потому мы и смертны, что не посеешь новое, пока не пожнешь старое... Так что, как дети (Новые люди), да будем открыты учению.