Авторский блог Владислав Шурыгин 13:46 3 октября 2018

Белый Дом, Туземский Ром…

Октябрь 93-го вошел в историю потому, что это был подвиг русского духа
22

Двадцать пять лет прошло, четверть века…

А ведь, кажется, всё это было почти вчера. Отчаяние и ярость, холодная решимость и опьянение схватками. Только вчера - ледяные ночи отрезанного от мира, лишённого воды и света огромного белокаменного дворца. Бесконечный дождь и холод за окном. Ночные бдения на баррикадах.

И апофеозом драмы танки – зелёные бронированные черепахи – такие жуткие и неприличные в центре мегаполиса, плюющие с моста огнём по окнам и стенам дворца. Вырывающие раскалённой плазмой разрывов его плоть, крушащие, перемалывающие его внутренности, вместе с теми, для кого дворец на эти две недели стал домом, храмом, надеждой и последним окопом в противостоянии с бандой упырей, овладевших самой большой страной на планете, жадно высасывающих её жизнь и её будущее. Жирный чёрный дым, огромной траурной лентой, уходящий, в ослепительно синее бездонное небо над Москвой.

Тогда упыри победили…

…Даже не верится, какая бездна времени пролегла между сегодня и этим «вчера» - кровавым и пронзительно солнечным октябрём 1993-го…

…«Лучший мэр Москвы» Лужков ни минуты не сомневался, на чьей он стороне. Конституция? Законы? Или поправший их, вечно пьяный президент? При Ельцине он из заурядного исполкомовца, как по мановению волшебной палочки, превратился в миллиардера. Вся Москва была в его кармане и стала его карманом. Можно ли было кусать руку дающую? А кусать самого себя за руку, которая по локоть погрузилась в злато? И мэр «гуманно» отключает парламенту страны, в котором находятся тысячи людей, связь, свет, воду и тепло. Лысый колобок самодовольно хихикает с экранов: «Они утонут в собственных фекалиях…»

Три кольца оцепления. Два милицейских, третье, внутреннее, по периметру «Белого дома», — Внутренних войск. От мэра Москвы — непрерывная цепь водовозок, самосвалов, автобусов вдоль примыкающих улиц. Стальная стена «изоляции». Лужков инициативен и энергичен!

Вместе с Эдуардом Лимоновым мы пробираемся вдоль первой линии оцепления, пытаясь найти хоть малейшую прореху в милицейском кордоне. Нам нужно в «Белый дом». Лимонова ждут депутаты, меня — в штабе у Ачалова. На груди целлофановый пакет, в котором большой конверт с какими-то документами. Его я получил в штабе Московского военного округа с указанием «передать лично в руки и только лично в руки!» Ачалову. Ещё со мной небольшая спортивная сумка. В ней пару батонов хлеба, ярко-малиновая «салями», купленная в каком-то ларьке у метро и печенье. В штабе, как и везде в блокированном Верховном совете, со съестным трудно. Это в августе 1991-го сюда грузовиками свозили продовольствие и кормили «защитников» от пуза. Теперь нагло и цинично морят голодом. В качестве лекарства от простуды туда же, в штаб, я прихватил купленную там же в ларьке пузатую бутылку «Tuzemský Rum» — какого-то иностранного пойла сорокаградусной крепости.

На больших улицах пройти — без вариантов. Мертвенный свет фонарей заливает пространство. При любом приближении к «периметру» на встречу тут же угрожающе бычатся мокрые фуражки и недвусмысленно «эрегируют» в руках дубинки…

Сворачиваем на Заморёнова. Тут милиция перекрывает только проходы между домами. Жителей пропускают. «По нахалке» косим под местных и проходим. Добираемся до Нововаганьковского переулка. Сходу перемахиваем через какой-то заборчик, оказываемся в густо заросшем кустами закоулке, превращённом местными жителями в свалку. И прямо перед нами в, сочащейся дождём темноте, мрачный пунктир оцепления – через каждые два–три метра столб человека в милицейской форме. Стук капель по плащ-накидкам. Кислая вонь промокших шинелей, едкий дым дешёвого курева, простуженный кашель. Мы мгновенно падаем на землю под куст, не обращая внимания на воду под ногами и несколько минут напряжённо вслушиваемся. Нас не заметили. До «Белого дома» отсюда всего минут пять пешком, но не сейчас…
Ситуация патовая — оцепление в пяти шагах. Назад дороги нет. Вперёд не пройти. Слева кирпичная стена какого-то дома, утягивающаяся в темноту. Шёпотом договариваемся я ползу на разведку искать путь, Лимон прячется здесь до моего возвращения.

Минут сорок я со скоростью черепахи просачиваюсь от куста к кусту в поисках прохода. Иногда милиционеры оцепления так близко, что я могу вытянуть руку и коснуться милицейского сапога. Меня спасает дождь, глушащий все звуки. Я слушаю их разговоры. Они злы на всех. На начальство, которое не обеспечило их непромокаемыми плащами и пунктами обогрева. На власть, которая их сюда выгнала, на «белодомовцев», из-за которых им нет покоя. На местных жителей, которым вечно приспичивает то заболеть и нужно организовывать проезд «скорой», то нужно куда-то по делам. Рассуждают о премиях за эту работу. Прикидывают. Я только ёжусь под дождём у их ног — если поймают, то мне несладко придётся. Эти на мне злобу сорвут по полной…

На часах уже далеко за полночь. И тут вдруг оцепление начинают сворачивать. Этих милиционеров отводят на отдых, им на смену прибыла свежая смена. Но смена не торопится вылезать под дождь и возникает счастливая пауза. Я прыжками, буквально за минуту оказываюсь там, где оставил Лимона и пытаюсь его разглядеть на земле. Тщетно! Неужели поймали? Махнув рукой на всю конспирацию и негромко зову его: «Эд!!!»

Неожиданно откуда из темноты я слышу знакомый голос: «Я здесь!» и через пару мгновений из темноты появляется знакомый силуэт. Оказывается, он, чтобы не попасть под, топчущихся у кустов милиционеров, отполз назад и спрятался в остове брошенной тут кем-то машины…

Мы стремительно пробегаем мимо каких-то домой, перемахиваем через какой-то переулок и почти вбегаем в колодец огромного сталинского дома, по соседству с «Белым домом». До него рукой подать, но это уже невозможная задача. Он окружен турникетом, вдоль которого маячит цепь людей в военной форме. «ВэВэ» - внутренние войска…

Нас замечают, и в нашу сторону направляется несколько солдат, но мы, не дожидаясь их подхода, бежим вдоль двора и, скрывшись из глаз, прячемся в одном из подъездов. Есть надежда, что они не станут искать нас в этом огромном пространстве. Но, на всякий случай, мы поднимаемся на самый верхний этаж, там, где вход на чердак. И там замираем. Медленно тянутся минуты. Тишина. Нас никто не ищет. Только сейчас мы замечаем, что промокли насквозь — под каждым натекла целая лужа, и дико замерзли. Нас просто колотит от холода.

Понятно, что до утра нам отсюда не выйти. На полу лежит картонная упаковка от телевизора и какие-то старые газеты. Мы садимся на картон, набиваем газеты в штаны – для сушки и обогрева – старый метод европейских клошаров. Помогает это слабо. И тогда я достаю из сумки бутылку «Tuzemský Rum». Мы пьём его – оказывается, это чешский ром – Лимон его хорошо знает и даже похвалил. Закусываем колбасой и влажным хлебом. Беречь еду уже не имеет смысла – нам не прорваться сегодня. Постепенно дрожь проходит, мы медленно отогреваемся. И до самого утра мы разговариваем, сидя на картоне и привалившись спинами к стене. Я вспоминаю свои войны, Лимон рассказывает о храбром полковнике Бобе Динаре, с которым он знаком. Для меня Боб Динар — такая же легенда, как Лоуренс Аравийский, я читал о нём в журнале «Вокруг света». Лимон вспоминает поездку к сербам под Вуковар. Говорим и о происходящем. Буднично, словно обсуждаем меню, соглашаемся, что при таком жёстком противостоянии большой крови уже не избежать, и обсуждаем варианты будущей бойни. Их немного, и ни один из них не сулит нам ничего хорошего. Армия пассивна и заперлась в казармах, не желая ни во что вмешиваться. А вот еринская милиция наоборот — готова рвать всех, не считаясь ни с конституцией, ни с законами. Им пообещали звания, квартиры, премии…
Под утро, словно подтверждая наши слова, неподалёку громко щёлкает выстрел. Уже днём мы узнаём, что какой-то милиционер из оцепления тяжело ранил пытавшуюся пробежать между домами к метро женщину…

…Иногда мне начинает казаться, что это было не со мной. Словно не я, а кто-то другой под проливным дождем ползком пробирался через какую-то стройку, мимо хмурого, мокрого, шуршащего плащ-накидками милицейского оцепления к черной, без огонька громаде здания Верховного Совета. Кто-то другой, не я, торопливо обходил этажи и холлы "Белого дома", проверяя посты и караулы. Словно не я, а кто-то другой, выбравшись по подземным лабиринтам в город, встречался в парке с полковником ФСБ, передававшим нам планы Кремля, сидел в кафе с генералом-генштабистом, показывавшим секретные приказы и директивы Минобороны, стоял в сквере за зданием МВД с двумя милицейскими полковниками, рассказывавшими мне о настроениях среди милиционеров и местах дислокации их частей вокруг "Белого дома". Словно не я, а кто-то другой, лежал с простреленной ногой на мокром ковре в подъездном холле, обожженный газом, истекающий кровью.

Октябрь 93-го навечно вошел в нашу историю. Своим подвигом, своей пронзительной, святой и безнадёжной попыткой остановить сползание страны к мрачной бездне развала и самоуничтожения. Тогда, в октябре 93-го, патриоты пытались не допустить грядущих войн на Кавказе, грядущих дефолтов, грядущего разрушения Сербии, новогодней бойни в Грозном, затопления "Мира" и еще очень многого, что принес России за годы своего страшного правления Ельцин. Эта попытка была утоплена в русской крови, но она не была напрасна. Она разбудила Россию, и уже никогда с тех пор не спал спокойно Кремль, содрогаясь и корчась от невидимых миру ударов, потрясающих его до основания.

Октябрь 93-го вошел в историю потому, что это был подвиг русского ДУХА, когда возмущенные произволом, унижением, воровским беспределом мерзкой ельцинской власти тысячи русских людей, практически без оружия, в полном окружении и изоляции стоически защищали свое право жить свободными людьми на своей земле. Защищали и пролили свою кровь во имя этого. Сотни россиян отдали свои жизни, защищая "Белый дом", больше двух тысяч получили ранения и увечья. Но горячая кровь патриотов не впиталась бесследно в мерзлую осеннюю землю. Она ОСВЯТИЛА этот день, омыла и искупила тяжкие грехи наши перед Родиной, в святости и ценности которой мы лукаво сомневались все смутные годы. 

74 2 32 210
25 сентября 2018
20 0 5 142
Комментарии Написать свой комментарий
3 октября 2018 в 14:11

"Октябрь 93-го вошел в историю потому, что это был подвиг русского духа"
- из текста такое впечатление, что главное для автора - ЕГО подвиг. Вот только чем лучше была бы "победа" противников Ельцина - до сих пор неясно!

4 октября 2018 в 04:44

"Победа" противников Ельцина немедленно бы привела к повторению ситуации , только уже в раскладе "президент Руцкой против парламента". Отсюда два выхода: или победа Руцкого (совершенно аналогичная реальной победе Ельцина, только, скорее всего, с большей кровью), или победа парламента - с немедленным скатыванием России в ситуацию "после Февраля 1917-го" и неизбежным распадом.

3 октября 2018 в 14:55

Круглая дата биографии... Такой же серьезный повод отметить и вспомнить, как день рождения. Правда, поздравление как минимум не уместны.

Плюс

3 октября 2018 в 14:55

*Армия пассивна и заперлась в казармах... А вот еринская милиция - готова рвать всех и каждого... им пообещали звания, квартиры и премии*.

А милиция , разве это не *русский мир?*. То, в чём участвовал автор, это была классовая борьба внутри одной нации - русского мира. Но этого мало кто понимал, как тогда, так и сегодня. Тогда не было лидера народного фронта, который бы сделал анализ сложившейся ситуации с марксистско-ленинских позиций, разоблачил бы планы и цели контрреволюции и поставил бы перед народом задачи.
Самый страшный враг - это предатель - он вас знает изнутри и предусмотрит все ваши ходы, он вас так психологически обработает, что будете за него не только голосовать, но и .опу рвать.

4 октября 2018 в 02:57

Хорошо сказали Иван! Не было лидера, ни как личности, ни как группы. Ни один подпольный обком не начал действовать. Да и то, что они, заговорщики, знали нашу реакцию, тоже факт. Этот переворот хорошо был просчитан лабораторным путем, где-нибудь в Йеле или Чикаго. У нас присутствовало понятие, что мы все свои, что это борьба идей. Мы не готовы были стрелять по своим, а они - готовы. А ведь Два-три гранатомета у бойцов Сопротивления с четким пониманием, что происходит могли развернуть железную колонну вспять.

Ну и нельзя не отметить зловещую роль РПЦ в этой русской трагедии.

4 октября 2018 в 03:42

Жалкий материал у Шурыгина, и вообще у "завтрюков" в эту дату, 3 октября - вот, в "Советской России" действительно достойно вспомнили эту страшную дату.
А "завтрюкам" теперь не положено, они же поддерживают нынешнюю власть во главе с любимым ВВП.

3 октября 2018 в 15:32

Юрий Кузнецов - Рана

Я пел золотому народу,
И слушал народ золотой.
Я пел про любовь и свободу,
И плакал народ золотой.

Как тати, в лихую погоду
Явились враги и друзья,
Схватили за горло свободу,
А в горле свободы был я!

Прощайте, любовь и свобода!
Как тати, враги и друзья
Ударили в сердце народа,
А в сердце народа был я!

Над бездной у самого края
Шатает от ветра народ.
В нём рана зияет сквозная,
И рана от ветра поёт.
1999

3 октября 2018 в 16:11

Смогли бы мы в ту ночь удержать Останкино, а значит сделать невозможным расстрел Парламента? При осознании степени зла, такого, что есть у нас сегодня и при наличии стрелкового оружия, полагаю ядро сопротивления Останкино удержало. Нами руководила энергия протеста, но никак ни энергия боя. Те, в спортивных костюмах, что лупили по нам как в тире, они были вооружены и организованы, они понимали что делали. А мы ведь так до сих пор еще не знаем, кто то был - бейтар, ГРУ, КГБ, армейская отморозь?

В нас еще не было той ненависти к противнику, что собирался у Моссовета. Это у их в руках были калаши! Эта рафинированная столичная интеллигенция готова была стрелять, а мы пока еще нет. А стрелять надо было, тогда, в Останкино, по всем правилам городского боя. Отжимать этих ублюдков в тренировочных костюмах, блокировать подъезды для тяжелой техники, захватывать Иглу и стоять так, как деды стояли в Сталинграде. Но история не терпит сослагательного наклонения. Тогда мы бежали, а потому сегодня имеем обрубок великой державы и пир хищников.

3 октября 2018 в 16:49

Так приходит фашизм.

Запах гари и обугленных тел ветер гонял по Москве всю ночь. Зачистка этажей «Белого дома» продолжалась. В нем и на улицах началось мародерство и глумление над трупами. Выстрелы в центре столицы звучали всю ночь.

Так во что же обошелся ельцинский мятеж? По официальным данным, за два дня погибло 146 человек. Но есть документ, который их опровергает. В официальной справке за 1993 год, подписанной зампрокурора Москвы и заместителем министра внутренних дел, упоминается более 2200 неопознанных трупов, кремированных за 1993 год в городе Москве. Для сравнения, за весь 1992 год в столице было обнаружено всего около 180 неопознанных трупов, а за 1994 год - 110.
Получается, что за пару дней в центре города было расстреляно более двух тысяч москвичей. Но перед судом из банды Ельцина до сих пор не предстал ни один человек.(с)

https://www.eg.ru/politics/40457/

3 октября 2018 в 17:16

Виктор Буряков.Роман "ИЗМЕНА".Отрывок...Так что решил Петр для себя твердо – не думать о смерти, не накликать ее на себя, а, пока жив, делать для своей Родины как можно больше полезных
дел и возвращать назад ежедневно по миллиметру, по сантиметру проданные
кусочки Родины, хотя бы в душах людей. Так-то оно будет верней и надежней. Битва за умы людей русских продолжается, и не должен враг оказаться сильнее. Враг он и есть враг, и скоро его все увидят, когда полностью прозреют, а ему, Петру, на своей территории, на своей земле родимой есть еще за что сражаться, за что постоять. Родиной не торгуют и счет за свои обиды ей не предъявляют, ее можно только любить и только защищать, какой бы она ни казалась порой уродливой. Родина, как и жизнь, дается человеку только один раз и, как ни выбирают – кем родиться, так не выбирают и где на свет появиться.
Ушел генерал из своего кабинета, где отлеживался на его диване бывший товарищ по партии Петр Протасов, а тот после его ухода продолжал внимательно перечитывать листовки, газеты и все ощутимее понимал, что добром это не кончится. Некоторые пожили или живут всласть и не отдадут новую власть за здорово живешь, потому что как ни верти, а расплата за все содеянное с народом их ожидала. Потому и сопротивляться будут до конца, и
кровью могут умыть.
Хотелось Петру побыстрее заглушить воспаление, выйти из этого кабинета, из этой комнаты, выйти на улицу, проехать к метро "Баррикадная", куда продолжали приходить, как рассказывала Людмила Ивановна, люди, и пообщаться с единомышленниками, и посмотреть на лица тех, кто продолжал
дубинками разгонять народ. И боязни за свою жизнь у Петра не было. Ведь и умирает-то человек всего один раз, а не несколько. А главное – приказал себе Петр жить, чтобы увидеть, как встанет и распрямится любимая Родина, и вздохнет полной грудью свободный, великий русский народ, а вместе с ним – и малые народности, которые, оказывается, без "старшего брата" да без его поддержки шага не могут ступить. Ради этого стоило дальше жить, ради этого стоило идти опять туда, где люди сражаются за каждый сантиметр русской земли, за свое будущее. Там его ждут такие же, как он, и нет в их помыслах и поступках никакой корысти, а только святая правота, понимание того, что если не они это сделают, то кто другой? Никто не хочет умирать, все хотят жить. Но вот только как?
Так пусть стоят на коленях враги Родины, а не сам народ, ради этого и стоит жить.

3 октября 2018 в 17:23

ВИКТОР БУРЯКОВ. РОМАН «ИЗМЕНА»….ТАК ПУСТЬ СТОЯТ НА КОЛЕНЯХ ВРАГИ РОДИНЫ,А НЕ САМ НАРОД ,РАДИ ЭТОГО И СТОИТ ЖИТЬ

3 октября 2018 в 17:52

Не буду высказывать своё личное отношение к тем событиям, но мне тогда и сейчас ясно, что не фиг было сидеть "сИднями" в Белом Доме, а ТОЛЬКО ВПЕРЁД (с мандатами и оружием) во ВСЕ концы Москвы и у-сё бы Ельцинское рухнуло!
И заполыхала бы Россия, и Северный Кавказ, и Татарстан с Башкортостаном, и братки на местах в батькОв-атаманов превратились, и пошла РУБИТЬ бОшки Губерния!
...Что ен-того хоЦЦа говорунам?!
Иль сказки подавай Бабуринские?
Ну-ну!

3 октября 2018 в 18:19

О роли личности в истории: Смело и умело действовали танкисты генерала Грачёва в 1993 году. Быстрота, натиск, меткий огонь. Смог Грачёв выучить и мотивировать свои войска. Пусть в малом количестве, да много и не надо было - не числом а умением. И если бы так смело и умело действовали войска маршала Язова в 1991 году, Советский Союз может быть благополучно прожил бы ещё 73 года.
Аналогии к сожалению есть и сегодня - смело и умело действовали турецкие и израильские лётчики против соколов Шойгу. Потери только с российской стороны.

3 октября 2018 в 18:40

На эту же тему есть историческая байка о том, что когда маршала Гречко в 1968 году вызвали на заседание Политбюро и объявили о принятом решении ввести войска в Чехословакию, маршал коротко по-военному отрапортовал - Понял! Разрешите выполнять? Члены Политбюро наперебой принялись поучать маршала и советовать ему, как должно выполнять это эпохальное решение, но маршал коротко и быстро заткнул их - вы приняли, товарищи, политическое решение и хорош. Как оно будет выполнено, в виде какой именно военной операции - решу я со своим Генштабом и Главкомами Видов ВС СССР. Сказал - отрезал. Генштаб разработал операцию "Дунай" - и бац - ввели войска от всех стран Варшавского договора, кроме Румынии. Только от Советской армии задействовали 500 000 (!) личного состава и 5 000 танков! Кто мог даже помыслить сопротивляться такой массе войск!

3 октября 2018 в 18:49

При вводе советских войск в ДРА маршал Устинов (из пиджаков) действовал нерешительно, с оглядкой на Политбюро и первоначально ограничился вводом отдельных войсковых соединений, затянув почти на год пополнение и расширение контингента и то всего лишь до 50 тыс. человек. Эта нерешительность обернулась долгой и кровопролитной войной для обеих сторон, победа так и не было достигнута!

3 октября 2018 в 19:02

Был в эти дни в Москве. Приходил к Белому дому ,и что мне бросилось в глаза,так это наличие множества женщин,участвовавших в этих событиях. Уже тогда сделал вывод-женщины у нас более патриотичны. А уже приехав домой,увидел по ТВ (или снимок в какой-то газете)омерзительную сцену,как москвАчи,стояли с бутылками пива и хлопали в ладоши каждому выстрелу из танков по Белому дому. Ублюдки!

3 октября 2018 в 19:09

Почему только москвичи? Многие деятели культуры со всей необъятной страны, политические столпы российской демократии - местные и из-за бугра - истово призывали "раздавить гадину коммунизма"! Среди них - Николай Сванидзе, Лия Ахеджакова, конечно же несравненная Валерия Новодворская!

3 октября 2018 в 23:10

Все вами перечисленные-мАсквАчи.

4 октября 2018 в 10:48

Забыли упомянуть еще одного "героя" тех дней, но предпочитавшего оставаться в тени - это Шойгу. Он раздал тогда всяким гайдаровцам более 1000 автоматов. Да и вся его контора лишь для прикрытия называлась спасателями, а на самом деле была первой силовой структурой ельцинской банды.Потом он все время пытался усиливать ее разными спецназами. А все его спасательные операции под телекамеры были больше умелым пиаром. Пиарщиком и скрытным либералом он остается и сейчас - этот рыцарь Мальтийского ордена.А какое "мощное" МЧС он создал и оставил достойному сменщику, показали события в "Зимней вишне".

4 октября 2018 в 16:17

На самом деле, доставленное оружие МЧС роздано не было.

"Один из руководителей дружины, пожелавший остаться анонимным, в разговоре с "Ъ" уточняет: после звонка Егора Гайдара Сергею Шойгу на Тверскую улицу приехали три автомобиля, груженные автоматами. "Там была не тысяча, а 1,5 тысячи стволов,— говорит собеседник "Ъ".— Мы загнали их во внутренний двор здания напротив Моссовета, и сопровождавшие груз офицеры МЧС (в то время — Государственный комитет по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий.— "Ъ"), старший из которых был в звании майора, мне сказали: "Вот машины с оружием, они запломбированы, но не закрыты. Так что, когда придет время, срывайте пломбы и можете раздавать"". По словам собеседника "Ъ", машины с оружием простояли в этом дворе несколько дней, после чего за ними вернулись те же офицеры и увезли их обратно".
https://www.kommersant.ru/doc/2311453

5 октября 2018 в 11:20

Уважаемый автор! Как то мимо меня прошло это событие. Поражение ГКЧП переживал, а схватку между хазбулатами и ельцинятами воспринял обыденно и равнодушно. Занят был, разворачивал работу нового предприятия. Через месяц после событий прибыл в Москву оформлять лицензию. Остановился у родственников, коренных москвичей. Вот за рюмкой чая и обсудили все подробности и сплетни. Тётя, помню, больше всех возмущалась устроенной бойней в центре Москвы, чего не было с 1917 года. и после не вспоминал - ушёл с головой в работу до самого дефолта. После дефолта ещё два раза всё с начала и без выходных и отпусков до 2015. Теперь вот навёрстываю. И таких, как я, много -много. Чешский ром я тоже похвалю, а вот газеты в штаны - не приходилось. Очень любопытно!