Авторский блог Владимир Матусевич 03:00 3 августа 2011

Спецоперация «Магнитский»

<br>
0

Спецоперация «Магнитский»
Владимир Матусевич 03 августа 2011 года Номер 31 (924)
Государственный департамент США 26 июля утвердил список, состоящий из российских должностных лиц, которым запрещён въезд в Соединённые Штаты, и на их счета в американских банках налагается арест. Таким образом, должностные лица России подвергаются беспрецедентной диффамации со стороны иностранного государства.
ОГРОМНОЕ ДАВЛЕНИЕ, которое сейчас идёт на Россию: на власть, на судебную систему, правоохранительные органы, практически вмешательство во внутренние дела России в связи с делом Магнитского заставляет разобраться в этом вопросе.
Любопытно: почему Уильям Браудер, совершивший в России вместе с Сергеем Магнитским вульгарное экономическое преступление, по существу — финансовый мошенник, имеет возможность использовать для уклонения от суда в России государственный аппарат Америки и европейских стран? Откуда такие колоссальные возможности у предпринимателя, который заработал миллиарды долларов именно на бизнесе в России?
Второй вопрос: почему Соединённые Штаты и ряд европейских государств делают громкие заявления только на основании недостоверной информации Браудера и совершенно не интересуются подлинными документами по уголовному делу? А ведь российская сторона неоднократно предлагала заинтересованным лицам и организациям познакомиться с этим делом: пришлите запрос, вам будут направлены интересующие документы. Все доказательства вины и Браудера, и Магнитского в совершении экономических преступлений на территории России имеются. Но почему-то недружественная по отношению к России политика выстраивается исключительно на основании однобокой информации, без всякой проверки её правдивости, составляются крамольные списки, объявляются санкции.
Доказательства, которые есть у российского суда, у органов следствия, представленные в любой американский или европейский суд, неизбежно повлекли бы уголовную ответственность Браудера и Магнитского. Можно не сомневаться, что любая из стран, которая критикует в связи с этим делом Россию, в судебном порядке приняла бы решение осудить обоих.
Именно поэтому Браудер делает всё возможное, чтобы материалы расследования никогда не поступили в суд. Знакомясь с обстоятельствами этого дела, приходишь к выводу, что настоящей причиной смерти Магнитского является именно это обстоятельство — желание Браудера, чтобы ни при каких обстоятельствах дело не получило огласку в суде. Это было бы моральным крахом Браудера, его компании, перед всем миром было бы показано истинное лицо финансового мошенника.
Лживое обвинение российской стороны Браудером состоит в следующем: якобы, Сергей Магнитский был арестован за то, что сделал заявление о совершении сотрудниками правоохранительных органов хищения денег в размере 230 миллионов долларов США и мужественно продолжал их изобличать, находясь уже под стражей. За это его в тюрьме и замучили.
Но ни одного такого рода заявления Магнитского не существует. Ни одного заявления, данного им, когда он ещё не находился под стражей, о том, что, вот, сотрудники совершили хищения. А находясь под стражей, Магнитский вообще отказался давать любые показания, пользуясь своим правом, данным статьёй 51 Конституции РФ. То есть заявления не было ни до, ни после.
Но в ужасающих красках разрисована лживая картина, по которой, якобы, Магнитский — бесстрашный обличитель неправедных сотрудников, которые сами совершили хищения, сами расследовали дело, заведённое против него. Был создан не подтверждённый ничем миф, который не только существует, но и усиленно раздувается.
Браудер, выдвигая обвинения в хищениях, по ходу дела несколько раз менял суждения: то работники российских правоохранительных органов — расхитители, то он заявлял, что хищения совершили западные инвесторы. (Видимо, ему в тот момент был нужен механизм давления на западных конкурентов). А в недавнем заявлении он говорит, что хищение 230 миллионов долларов совершили члены правительства России. Сообщает, что собирает доказательства, намекая, что в этом деле есть интерес лично премьера и президента страны. (Как мы увидим, Браудеру не привыкать искать компроматы и пользоваться ими, извлекая из этого вполне конкретную выгоду, в этом он профессионал).
Американский сенатор Бенджамин Кардин вместе с сенатором-республиканцем Джоном Маккейном на основании заявлений Браудера, не подтверждённых ни одним из документов, указали в своем известном «списке Магнитского», что тот был арестован без суда на три года. В России без суда вообще арестовать невозможно, у нас нет людей, арестованных без решения суда. А срок в три года, видимо, приведён для нагнетания ужасов. Это у американцев в Гуантанамо сидят люди без суда, без следствия, и не на три года посажены, а бессрочно.
Почему Браудеру, который себя преподносит как обычный предприниматель, позволено в России безнаказанно совершать преступления? Почему он может составить без всякого основания списки лиц, которые, якобы, виноваты в совершении уголовных преступлений? Почему его списки сразу воспринимают на Западе без всякой проверки, а в России перед ним прогибаются?
ЧТОБЫ ЭТО ПОНЯТЬ, нужно знать, кто такой Браудер, как он оказался в России и чем здесь занимался. Вот небольшой экскурс в его биографию.
Дед Уильяма Браудера с тридцатых годов прошлого века до 1945 года был генеральным секретарём Компартии США. В 1945 году из партии был исключён: он подготовил роспуск Компартии, был заподозрен своими соратниками в измене, в связях со спецслужбами и за это исключён. То есть, в роду этого парня не без авантюристов.
Интересна биография и самого Браудера. После окончания финансовой школы в США он прибывает в 1989 году Великобританию и в начале 90-х годов принимает британское гражданство. Этот факт сам по себе интересен: поскольку между Британией и США существуют особые взаимоотношения, гражданину США можно заниматься бизнесом, заключить брак, платить налоги в Великобритании без британского гражданства.
У принятия гражданства объяснение может быть таково: оно необходимо для поступления на государственную службу Великобритании. На какой вид государственной службы поступил Уильям Браудер в начале 90-х годов, несложно догадаться. Особенно, если посмотреть на его деятельность в России, куда он приехал в 1996 году. Здесь уже находилась компания «Фаерстоун и Дункан» близкого знакомого Браудера американского гражданина Фаерстоуна. Фактически это родственные фирмы: Hermitage Capital, созданная Браудером, и фирма Фаерстоуна. Находились эти «тихие американцы» в близких деловых отношениях. Юридическая фирма Фаерстоуна появилась в России в 1993 году. И сразу же сотрудники попали в трагическую ситуацию: 3 октября 1993 года Терри Дункан, партнёр Фаерстоуна, был убит в районе Останкино при попытке вынести из-под огня американского журналиста. Дункан — единственный гражданином США, который был убит во время тех событий.
Но что делали «мирные американские юристы» во время тех событий в России? Почему находились в центре перестрелки и почему фактически обеспечивали физическую защиту американских журналистов? Терри Дункан поступил геройски: своим телом прикрывал журналиста, выводил из-под огня. Но зачем мирному юристу было находиться там и выводить из-под огня другого мирного гражданина Америки? Всё становится ясно, если предположить, что погиб сотрудник спецслужб, который до конца выполнил свой долг.
Браудер после прибытия в Россию занялся деятельностью, которая в западных странах является преступной. В России она наказуемой не является, чем он и воспользовался: занимался гринмейлом (корпоративный шантаж). Он покупал акции компаний, в том числе крупных. Интересовался Сбербанком, Газпромом, РАО ЕЭС, Сургутнефтегазом. И начинал компании «раскачивать»: на правах акционера заказывал аудиторские проверки, добывал компрометирующие материалы. То есть, основной его деятельностью был сбор компромата. И затем, используя компромат, организовывал акции по дискредитации компаний, в дальнейшем получая крупные отступные.
НАЦЕЛЕННОСТЬ СОТРУДНИКОВ фирмы Hermitage Capital и самого Браудера на сбор компромата в отношении и компаний, и государственных деятелей, и крупнейших российских бизнесменов привлекла к нему внимание российских спецслужб. В результате в 2005 году ему был запрещён въезд в Российскую Федерацию по соображениям национальной безопасности. Однако, его фирма продолжала работать.
Но ещё в 2003–2004 годах Браудер начал незаконно и очень активно скупать акции Газпрома, хотя тогда действовал указ президента России о запрете покупки акций иностранными гражданами и компаниями. (Указ был издан, чтобы контрольный пакет оказался в руках РФ и российских граждан. Поэтому эти акции котировались исключительно на внутреннем российском рынке и стоили недорого).
Браудер вместе с Магнитским разработали незаконную схему покупки акций. Для этого они приняли в свою компанию, зарегистрированную в Калмыкии, граждан России — половину от числа сотрудников: в таком случае компания уже не считалась иностранной. Магнитский, видимо, предложил Браудеру ещё и сэкономить на уплате налогов, разработав схему ухода от них. (Схема данного преступления была изъята в ходе следствия именно из компьютера Магнитского).
То есть, Магнитский, которого сейчас выставляют как жертву борьбы с коррупцией, просто обслуживал иностранного финансового делягу и помогал ему уклоняться от уплаты российских налогов.
Преступление по уклонению от уплаты налогов было совершено довольно просто. Браудер купил 7% акций Газпрома (в обход закона) за 300 миллионов долларов. И перепродал. Прибыль у него превзошла 4 миллиарда, налогов от этой сделки не заплатил.
Как уклонились от уплаты? Приняли в три небольшие калмыцкие компании инвалидов, людей умственно отсталых, финансовыми аналитиками, хотя у некоторых не было даже среднего образования, а кое-кто не умел читать и писать. Вот, например, какие волшебные превращения происходили с людьми, попавшими в поле зрения Браудера и компании. Так, гражданин Б., например, который, как следует из официальной справки, «состоит на учёте у психиатра с диагнозом »лёгкая умственная отсталость«, является инвалидом II-й группы», работавший то штукатуром, то каменщиком, то сторожем, принят в ООО Сатурн-инвест (фирма Браудера), о чём свидетельствует запись, сделанная Магнитским и подпись Браудера, экспертом аналитического отдела.
Такие вот «финансовые аналитики» создали в фирме 50%-ную массу российских граждан и инвалидов, что позволило не платить налоги. Да, инвалиды пользуются льготами, но совпадение двух составляющих дают право фирме на льготы: инвалиды должны реально работать там и на той должности, где они приняты на работу. А в силу своего образования и состояния здоровья финансовыми аналитиками принятые работать не могли. Во-вторых, это должно быть их основное место работы. А эти инвалиды, как явствует из документов, трудились дворниками, разнорабочими, на тех реальных рабочих местах у них были трудовые книжки.
Никакой сложности в виду ясности обстоятельств в деле Браудера и Магницкого не было. Тем не менее, это налоговое дело удавалось неоднократно прекращать, постановление об его возбуждении не раз отменялось.
У высланного в 2005 году из России Браудера в 2007 году, о чём он сам говорит, появилась надежда на возвращение: он обратился к будущему президенту России на «русском вечере» в Давосе. Ему пообещали разобраться. Он, рассчитывая, что разрешат вернуться в Россию и заняться бизнесом, платит 11 миллиардов рублей налогов по итогам работы за 2006 год.
Но в 2007 году возбуждается ещё одно уголовное дело по неуплате Браудером и его компанией налогов, но уже не в Калмыкии, а в Москве. И вопрос о возвращении в Россию отпадает, поскольку им начинают интересоваться как потенциальным обвиняемым.
После этого происходит беспрецедентное событие. Если бы Браудер был просто частным инвестором, каковым себя и представляет, оно не могло бы состояться: Браудер вывозит весь состав своей компании Hermitage Сapital, 20 граждан России, в Великобританию. Самая настоящая эвакуация. Каждому из них, хотя визовые вопросы в Англии решаются очень сложно (порядка 30% — отказов) сразу выдают визы. Причём, из всего этого персонала следствие, кроме самого Браудера, интересовал только один человек— Черкасов, который шёл по московскому налоговому делу. Остальные были просто свидетелями. Такая масштабная эвакуация, безусловно, без поддержки властей, компетентных органов Великобритании невозможна. Это ещё раз заставляет усомниться в том, что Браудер — простой предприниматель. За ним, очевидно, стоят серьёзные структуры. И последовавшие события, в том числе разворачивающиеся на наших глазах, это подтверждают.
В ДЕЛО ВСТУПАЕТ некий Гасанов. Он предлагает троим российским гражданам: Курочкину, Маркелову и Хлебникову, — стать на время руководителями московских фирм Браудера, в отношении которых расследуются налоговые преступления. А незадолго до того в офисах этих компаний происходят обыски, изымается подлинная печать.
Поэтому, скорее всего, Магнитским, изготовляется несколько дубликатов печатей. Кстати, именно дубликаты, а не подлинная печать, в дальнейшем используются при хищении. Этим привлечённым лицам Гасановым предлагает участвовать в возврате денег, которые были заплачены Браудером в качестве налогов.
Факты таковы. Гасанов находит подставных директоров, лиц, ранее судимых, они соглашаются на участие в этой операции. Гасанов, действуя по доверенности владельца этих трёх компаний, подлинность которой никто не опроверг (а компании курируются самим Браудером) меняет трёх директоров, перерегистрирует компании на этих трёх привлечённых лиц — новых владельцев. Далее следует обращение в налоговую инспекцию, что выплачены эти деньги ошибочно, и их надо вернуть.
А как только в сентябре 2007 года происходит перерегистрация этих фирм, 1 октября этого же года Гасанов умирает от сердечного приступа. Это первая смерть в данной истории. Если бы Гасанов был жив, он мог бы рассказать, кто и каким образом организовал это преступление. Но он вдруг умирает. После смерти Гасанова в дело вступает банкир Коробейников, на счета которого эти возвращённые деньги переводят.
Не может не показаться странным, что государство вообще принимает решение вернуть совершенно законно полученные налоговые деньги.
Но дело, может быть, в том, что Браудер ещё с 90-х годов обслуживался в 28-й налоговой инспекции, оброс связями и знакомствами. Начальник налоговой инспекции Степанова и её муж Степанов были знакомы с юристами Браудера.
Позже Браудер опубликовал компромат на мужа Степановой и её саму, что у них есть собственность, а эта собственность оформлялась на Степанова юридической фирмой самого Браудера. Не значит ли это, что он коррумпировал органы, чтобы затем их шантажировать? Так что о причинах возвращения этих денег версий много. Возможно, в этом деле участвовали высокопоставленные сотрудники налоговых органов. Если это так, их необходимо выявлять.
Налоговая служба после проверки возвращает 5, 4 млрд. рублей. Они идут на счета банка гражданина Коробейникова.
БРАУДЕРОМ БЫЛА ПРОДЕЛАНА ещё одна уникальная операция. После того, как прошла перерегистрация фирм, как были поданы документы в налоговую службу, он организовал направление заявления генеральному прокурору и в МВД о том, что у него похитили три фирмы. Он знал, что уголовное дело не будет возбуждено немедленно. Потому что, во-первых, эти фирмы были перерегистрированы на основании подлинной доверенности, выданной кипрской компанией, подконтрольной Браудеру. (А спросить Гасанова об обстоятельствах этого дела было нельзя, так как он к этому моменту был мёртв). Во-вторых, на тот момент на счетах этих фирм был ноль рублей ноль копеек. Материального ущерба тут не было, потому что фирмы не имели собственности. У них ничего не было, и Браудер, когда писал это заявление, осознавал, что это не более, чем операция прикрытия. Нет оснований для возбуждения дела — нет материального ущерба!
Деньги, поступившие в банк Коробейникова, были разбиты на мелкие партии. Ушли в Литву, а оттуда — в «далёкие края». Действительно, в результате было похищено 230 миллионов долларов, о которых, якобы, и заявлял Магнитский. В дальнейшем уголовное дело по этому поводу было возбуждено, но не на основании заявления Магнитского, — как уже говорилось, он никаких заявлений о хищениях не делал. Более того, он был допрошен в июле 2008 года и в ходе допроса пояснил, что о каких-то махинациях сам узнал из газеты «Ведомости».
Далее события разворачивались так. Было заведено уголовное дело о хищении 5, 4 миллиардов рублей, был установлен Коробейников, который знал, каким образом к нему деньги приходили и уходили, и которого необходимо было допросить.
12 сентября 2008 года возбуждается уголовное дело по хищению 5. 4 миллиардов рублей. Начинают разыскивать Коробейникова, чтобы допросить. Но 24 сентября его труп находят на стройке: он выпал с балкона. Причина смерти — падение с высоты. А вскрытие показало: его сердце сильно увеличено, что свидетельствует о том, что перед падением у него, скорее всего, случился сердечный приступ. Этот важнейший свидетель и потенциальный обвиняемый тоже умер. Кстати, весной 2008 года скончался от сердечного приступа и один из трёх директоров, которые совершали непосредственно хищения — Курочкин. К сентябрю 2008 года уже три важнейших свидетеля были мертвы.
Далее Магнитского стали приглашать по делу о налоговом преступлении, речь зашла о предъявлении ему обвинений. Магнитский остался единственным человеком в России, кто знал Браудера, работал с ним и мог дать на него показания, все остальные были либо в Великобритании, либо скончались. К ноябрю 2008 года все дела по неуплате налогов компанией Браудера скапливаются в следственной части Следственного комитета МВД: из Татарстана забирается уголовное дело о махинациях, из Калмыкии, из Москвы. Дела объединяются. Расследование поручается следователю Сильченко.
Со стороны компании Браудера звучали обвинения, что преступления расследовали те лица, которых Магнитский обвинял в хищениях. Но, как уже было сказано, он никого в хищениях не обвинял. Что касается расследования, действительно, первая следственная группа включала в себя следователей, которые работали над делами в Калмыкии, Татарстане и Москве. Таков порядок: когда принимается решение об объединении дел, то поначалу все следователи остаются в группе, потому что они должны дела передать. Следователи передают дела руководителю следственной группы, которым был Сильченко.
В ноябре 2008 года поступает информация о том, что Магнитский собирается уезжать в Великобританию: он идёт в фотоателье, а на тот момент оперативники его уже опекали, фотографируется на британскую визу. Поступила также информация, что Магнитский заказал билет в Киев. То есть, может улететь, не дожидаясь в Москве паспорта, который ему передадут в посольстве Великобритании на Украине. Кроме того, Магнитский активным образом воздействовал на свидетелей по делу, склоняя их к даче ложных показаний.
ПОСКОЛЬКУ ВСЕ СОТРУДНИКИ фирмы Hermitage Capital уже выехали, а кто не выехал, умерли, у следователя иного выхода, кроме ареста подозреваемого, не было. Магнитского задержали, избирается санкция на арест, потому что это преступление относится к тяжким, наказание — до 6 лет. Он и был арестован, потому что сомнений в том, что сбежит, не было.
После ареста Магнитский замыкается, отказывается давать показания, и никаких заявлений от него не поступало. Серьёзных заболеваний, препятствий для заключения под стражу у него не было. Он действительно, о чём сейчас кричат правозащитники, переводился из изолятора в изолятор — в связи с ремонтом, на этот счёт имеется справка. Но ни в жалобах самого Магнитского, ни в обращениях адвокатов не говорится о том, что состояние его здоровья препятствует нахождению в следственном изоляторе. Последнее ходатайство следователю было в августе 2009 года о необходимости ультразвукового исследования. Ему неоднократно проводились и УЗИ, и исследования в связи с холециститом. Возможно даже, это обращение было умышленной провокацией. Ведь ещё с середины 90-х годов, о чём не мог не знать адвокат, следственные изоляторы выведены из системы МВД, переданы в систему минюста РФ, они не подчиняются следствию, и питание, медобслуживание полностью в компетенции следственного изолятора. Вопрос о назначении медицинской процедуры — этому подследственному провести УЗИ, у этого взять анализ крови — может решать не руководитель изолятора, а врач. Поэтому совершенно логично, не выходя за рамки своих полномочий, следователь на ходатайстве Магнитского о проведении УЗИ пишет: вам необходимо обратиться к руководству следственного изолятора. Сейчас правозащитники обвиняют следователя в том, что он отказал в удовлетворении этого ходатайства, якобы едва ли не это привело к смерти.
Смерть Магнитского связана по времени с некими обстоятельствами, что не может показаться случайностью. Был задержан один из трёх директоров, находившийся в розыске Маркелов. Осенью 2009 года он стал давать показания о том, что пакет документов, который представляли в налоговую ему и другим соучастникам — Курочкину и Хлебникову — передал Магнитский.
Следственная группа решала, предъявлять ли Магнитскому ещё и обвинение в участии в данном хищении. Раньше у следователей не было версии, что Магнитский участвовал и в этом хищении. Вообще, когда шли поиски людей по данному делу, получалось так: только найдут человека — он умирает. Только найдут — умирает.
В деле не было ясности, пока не был задержан Маркелов, который стал давать показания. Он не знал Браудера, а знал Гасанова, Коробейникова (к тому времени умерших) и Магнитского. Поскольку показаний одного Маркелова недостаточно, было решено продолжить поиски Хлебникова— третьего фигуранта по делу. А обвинений Магнитскому на основании показаний одного лишь Маркелова не предъявлять.
Магнитского дополнительно допросили по этим обстоятельством: ему было сказано, что задержан Маркелов, он даёт такого рода показания. И знаете ли вы Гасанова, который переназначал на основании доверенности директоров? Магнитский ответил категоричным отказом давать показания. Его образ рисуют как разоблачителя, чему не соответствует поведение: он постоянно отказывался давать показания, ссылаясь на 51 статью Конституции РФ. Но о том, что такие показания есть, стало известно Браудеру.
Тот наверняка понял степень опасности: появился некий Маркелов. Он жив. (А жив он, скорее всего потому, что пустился в бега, как и Хлебников. А Курочкин умер). И он даёт показания не на Браудера, с которым не имел дел, а на Магнитского.
В СЕНТЯБРЕ 2009 ГОДА расследование по налогам в отношении Магнитского закончилось. Дело готовилось к направлению в суд. Допустить, чтобы над Магнитским состоялся суд, Браудер не мог, потому что обвинение было выдвинуто тяжкое: сговор. Это групповое преступление, в котором роли расписаны. И если бы Магнитского осудили, был бы приговор, то это автоматически означало бы, что доказана вина Браудера, есть понятие преюдиции, то есть обстоятельства, установленные приговором суда во время другого суда. И у следствия была возможность требовать Браудера заочно арестовать, потому что есть приговор в отношении Магнитского, а преступления они совершали вдвоем. К тому же суд над Магнитским был бы открытым, присутствовала бы, возможно, пресса.
13 ноября 2009 года состоялось заседание суда по поводу продления срока содержания под стражей Магнитского, поскольку он с сентября знакомился, но не успел полностью ознакомиться с материалами дела. Суд на два месяца продлил содержание под стражей. Магнитский, услышав это решение, впал в истерику. Адвокаты, видимо, твёрдо обещали, что его освободят из-под стражи в зале суда, но этого не случилось: расследование закончено, срок продлён, дело идёт в суд. Находясь в возбуждённом состоянии, Магнитский кричит, что отказывается от услуг адвоката, предоставленного ему Браудером, что и зафиксировано в протоколе.
А 16 ноября Магнитский умирает, становясь четвёртым покойником в этом деле. Причина смерти у всех одна — сердце.
Первоначальный диагноз, поставленный Магнитскому — сердечная недостаточность.
Смерть произошла довольно странно. Он впадает в истерику, бьётся, нападает на персонал, надевает на голову полиэтиленовый пакет, кричит, что его хотят убить, — видимо, реально опасался. Ему ли не знать возможности его «партнеров»? Тем более, трупы уже есть.
Такое неадекватное поведение вынуждает применить к нему силу. Чтобы он не повредил себя, ему надевают наручники и вызывают «скорую помощь». Поскольку поведение его было неадекватным, вызвали психиатрическую помощь. Когда она приехала, ему уже было плохо: изо рта шла пена. Наступает смерть.
Резюме этого дела странное: все лица, знавшие Браудера, которые могли бы дать на него показания, либо находятся в Великобритании, либо мертвы.
Задержанный Хлебников, уже после смерти Магнитского, дал показания, что в этой схеме хищения участвовали адвокат Хайретдинов, Магнитский, Гасанов. (Маркелов и Хлебников получили по пять лет лишения свободы и отбывают наказание).
Желание Браудера не допустить суда над живым Магнитским потом распространилось и над нежеланием допустить суда над мёртвым Магнитским. Наше законодательство допускает, что, если родственники умершего обвиняемого считают, что человек не виновен, они могут требовать суда над мёртвым: это называется «рассмотрение дела судом в целях реабилитации умершего».
Они могут не согласиться с прекращением дела в связи со смертью обвиняемого, а требовать, чтобы дело было прекращено в связи с отсутствием состава преступления. Но никаких заявлений родственников или адвокатов Магнитского о направлении дела в суд в целях реабилитации не поступало.
Если Браудер хотел бы добиться справедливости, он довёл бы дело до европейского суда. Но он, напротив, идёт на всё, лишь бы не состоялся суд.
Наверняка резкая активизация, наблюдаемая сейчас в связи с этим делом, истерика, решение госдепа связаны с причиной смерти четырёх человек, замешанных в этом деле. Причина смерти у всех — сердечный приступ. Если допустить, что Браудер — не только предприниматель, но и немножко спецслужбист, то почему не предположить, что в распоряжении его конторы есть трудно выявляемые яды, которые вызывают сердечный приступ?
С самого начала Браудер следит за ситуацией и всеми обстоятельствами. Он сам говорит, что на него работают 100 человек, которые занимаются этой проблемой. Но поначалу молчит.
2 МАЯ 2011 ГОДА в «Российской газете» появилась статья «Тайна смерти. Магнитский оказался не первым, кто погиб во время следствия о миллиардном хищении». И Браудер, видимо, понял, что российские компетентные органы заинтересовались 4 смертями по схожим причинам и обстоятельствам. Это угрожало скандалом и новым судом. Суд над Магнитским не состоялся в связи со смертью того, а если бы в ходе вскрытия обнаружилось применение яда, да ещё такого, который применяется спецслужбами, это было бы для Браудера катастрофой. Поэтому срабатывают на опережение.
26 мая выходит его публикация в западной прессе «В России нет государства», где он шантажирует российские власти, говоря, что знает, кто совершил преступления, почти открыто угрожает и разоблачениями, и оранжевой революцией. Он не упоминает уже о сотрудниках милиции, а говорит о членах правительства РФ, намекая, что к этому преступлению причастны и президент, и премьер. Такая развёрнутая информационная атака с угрозами подобного рода либо санкционирована, либо организована не самим Браудером: у простого бизнесмена, даже богатого, на это нет возможностей.
После публикации активизировались российские общественники, которые обвиняли органы правосудия во всех смертных грехах. Причём, как и американские сенаторы, выносящие постановления, составляющие списки, эти общественники не знакомились с делом. Однако к беспочвенным крикам начинают прислушиваться и власти.
Браудер, понимая опасность, которая грозит в случае обнародования факта обнаружения в этих трупах яда, вызывающего сердечный приступ, играет на опережение. Видимо, именно Браудер посылает мать Магнитского к следователю, который ведёт дело. И требует образцы тканей для экспертизы. Матери отказывают. Она идёт в суд. Суд тоже отказывает в предоставлении тканей. После этого 19 июля Браудер выступает с интервью, в котором говорит о том, что есть версия об отравлении, он пытается добыть образцы тканей, провести экспертизу по ним.
28 июня Браудер проводит экспертизу в Америке, которая приходит к выводу, что вопрос об отравлении Магнитского ядами из списка не зарегистрированных не изучался, но у последнего есть признаки токсического шока. А те яды, что не зарегистрированы и нигде не стоят на учёте, это, как правило, яды, которые используют спецслужбы разных стран. И их формула является государственной тайной. Так делается намёк, что мог применяться такой яд, потому что поведение Магнитского перед смертью похоже не на сердечный приступ, а на поведение при токсическом шоке, то есть отравлении.
Обнаружение яда, формула которого возможно известна Браудеру или структурам, стоящим за ним, позволит начать новую кампанию против России уже под флагом убийства Магнитского. Мол, и Гасанов, и Курочкин, и Коробейников убиты, поскольку российские спецслужбы убирают людей, которые могут дать показания на расхитителей. Но поработали-то тут другие спецслужбы, и поработали оперативно: когда не получилось остановить процесс, эти ребята, действуя на опережение, из обвиняемых переходят в обвинители.
И скоропалительное решение госдепа США от 26 июля этого года, когда не дождались даже решения конгресса, несмотря на угрозу ухудшения отношений с Россией, указывает именно на то, что это защита нападением.
Опасение, что будет раскрыта иностранная шпионская сеть, их методы работы, опасение того, что спецслужбы, стоящие за спиной Браудера, будут обвинены в совершении убийств российских граждан на российской территории, очень сильно. Подобный провал западных разведок не допустим. Потому в срочном порядке принимают меры, чтобы обезоружить российскую сторону. А что? Очень правдоподобная версия.
НАШЕЙ СТРАНЕ важно установить, где находятся 230 миллионов, куда они пошли. Есть данные, что эти деньги находятся на Западе. Нужно устанавливать правдивость информации в отношении любых должностных лиц России, которых сейчас своим интервью шантажирует Браудер. Поскольку, если эти лица будут находиться под влиянием извне, государству будет нанесён огромный ущерб.
Странно, что Россия ждёт, когда будет обвинена, чтобы потом оправдываться в том, чего не совершала.
В отношении России применяются беспрецедентные недружественного характера меры, носящие чисто пропагандистский характер: вот арестуют счета 60 чиновников (список имеет расширительный характер). А у кого из них есть там счета? Но создают мнение, что все, кто работал по делу об этой финансовой афере — сами нечисты на руку и прячут свои деньги за границей.
Россия становится объектом воздействия крупной разведывательной международной операции. Когда-нибудь мы узнаем её кодовое название, а последствия, к которым это может привести — утрата нами независимости во внутренних делах, утрата юридического суверенитета. Нам диктуют: этого нельзя преследовать за совершаемые преступления, вот по такому уголовному делу вы должны поступать так и так. За делом Магницкого может последовать и дальнейшее вмешательство. Есть гораздо более громкое дело Ходорковского. Но никаких санкций нет, потому что там не действовали службы, стоящие, видимо, за Браудером, который, кстати, единственный из западных инвесторов поддержал арест Ходорковского.
Браудеру нельзя допустить, чтобы расследование шло по неблагоприятному для него сценарию, чтобы было прочувствовано его участие. Он наверняка кое с кем делился своими доходами. В этом и заключается сложность. И когда он говорит о коррупции, знает, о чём говорит: он, видимо, сам — один из организаторов этой коррупции, один из тех, кто порождал ее в России на достаточно высоких уровнях, чтобы не только богатеть: он намерен либо управлять нашей страной с помощью компромата, держа в руках властные структуры, а это грозит стране потерей суверенитета, либо способствовать оранжевой революции.
Вот, Немцов, который заявляет, что и сам приложил усилия к принятию мер со стороны Запада по делу Магнитского, говорит: «Решение госдепа абсолютно правильное, надо продолжать в том же духе».
Это крупнейшая после девяносто первого года пропагандистская операция западных спецслужб. Смехотворны причины, по которым российским гражданам грозят санкциями. В «списке Магнитского» — следователь, который не полномочен назначить медобследование, обвинён в том, что отказал в обследовании. Против одного из следователей выдвинуто обвинение: добился ареста без суда на три года. Это абсурд!
Одновременно с Браудером отбыл из России и Фаерстоун. В отношении него тоже есть уголовное дело за рейдерский захват, в интернете много писали о педофилии в отношении российских мальчиков. Вот такие доброхоты на нашу голову!
Российским властям надо твёрдо отстаивать свою независимость, не прогибаясь ни перед кем. Мы должны помнить, что больше всех, пусть и с международных трибун, кричат «держи вора» — сами воры. Но для отстаивания своей позиции, для борьбы с любого рода преступниками у властей должна быть воля и чистые руки.

Текст, который предложен здесь вниманию наших читателей, поступил в редакцию «Завтра» по почте, и ряд его особенностей заставляет предположить, что его появление связано с источниками в правоохранительных органах или спецслужбах. Вместе с тем, несмотря на очевидную информативную насыщенность данного материала, его содержание вызывает у нас ряд вопросов, которые мы считаем нужным задать.
Во-первых, если иностранный гражданин, в данном случае — Уильям Браудер, сумел осуществить на территории Российской Федерации все инкриминируемые ему деяния, то что делали и делают отечественные спецслужбы, которые должны обеспечивать в том числе экономическую безопасность нашего государства? Что, их деятельность является фиктивной, то есть их в реальности нет, или же они откровенно попустительствуют деятельности таких фигур, как Браудер, то есть фактически являются соучастниками преступлений? И не творится ли такое же безобразие сейчас в других крупных финансово-экономических структурах страны?
Во-вторых, как могло получиться, что руководитель 28-й налоговой инспекции г. Москвы Степанова, которая, как можно сделать вывод из данного текста, была коррумпирована Браудером, и о зарубежной собственности которой кричат многочисленные сайты в интернете, могла после этого занять ответственный пост в системе Министерства обороны РФ?
В-третьих, почему наши следственные органы так медлят с обнародованием результатов судебно-медицинской экспертизой останков Сергея Магнитского по установлению причин его смерти, позволяя стороне Браудера заниматься диффамацией органов российской государственной власти? И почему не соглашаются на проведение параллельных экспертиз (с соответствующими мерами предосторожности для недопущения всякого рода подтасовок)? Кроме того, интересно знать: были ли проведены экспертизы на предмет установления причин смерти других лиц, связанных с Браудером и странным образом ушедших в мир иной, по данным автора материала?
В-четвертых, если Магнитский действительно был отравлен, то как такое могло произойти в режимном специзоляторе без участия в этом соответствующих сотрудников российских спецслужб, которые тогда выступают как наемные агенты Браудера или его «хозяев»?
Наконец, в-пятых, каким образом мимо правительства России могли пройти описанные выше махинации Браудера и Магнитского с акциями «Газпрома», в результате которых они только на этой сделке заработали свыше 4 млрд. долларов?
Редакция «Завтра» задает эти вопросы не только себе и своим читателям, но и Генеральной прокуратуре РФ, Следственному комитету РФ, ФСБ и МВД России в надежде получить на них компетентный ответ о проведенных следственных действиях и оперативно-розыскных мероприятиях по представленным в материале фактам. Ведь весьма странной выглядит ситуация, когда президент России делает выводы о событиях вокруг смерти Магнитского не на основании доклада перечисленных государственных органов, призванных обеспечивать законность в стране, а на основе некоего «Заключения Национального антикоррупционного комитета» — обычной общественной организации, не имеющей никаких полномочий!



Загрузка...
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой