Авторский блог Николай Коньков 03:00 10 июня 2008

НЕОБХОДИМАЯ ПРЕЗЕНТАЦИЯ

НОМЕР 24 (760) ОТ 11 ИЮНЯ 2008 г. Введите условия поиска Отправить форму поиска zavtra.ru Web
Александр Нагорный, Николай Коньков
НЕОБХОДИМАЯ ПРЕЗЕНТАЦИЯ
Новый президент РФ вышел на международную арену
На XII Международном экономическом форуме в Санкт-Петербурге Дмитрий Медведев поразил всех собравшихся не только указанием на глобальный финансово-экономический кризис, существование которого отечественные либералы до этого всячески отрицали, но и тем, что возложил прямую ответственность за него на Соединенные Штаты Америки. Это заявление очень на многих произвело впечатление разорвавшейся бомбы — настолько неожиданным и чётким оно оказалось. Да еще вкупе с обещанием начать торговлю российскими энергоносителями за рубли и придать национальной валюте статус резервной — который на сегодня имеют доллар и евро, а также отчасти японская иена, швейцарский франк и британский фунт стерлингов.
Вопрос заключался только в том, что реально стоит за этими словами действующего российского президента, последуют ли за ними какие-то существенные изменения внутри- и внешнеполитического курса Кремля, и если последуют, то какие именно.
Подобной презентации от Дмитрия Медведева ждали начиная с дня его инаугурации, и вот, на исходе первого месяца своего президентства он наконец-то продемонстрировал "выход из тени" своего предшественника.
Причем нынешний премьер-министр на питерском форуме вообще не появлялся, и смысл его демарша, при всей возможной неоднозначности, лишний раз подчеркивает, что демонстративная "тандемократия" в России носит временный и ситуативный характер. То есть переходный период, когда наблюдалась доходящая едва ли не до абсурда "параллельность" и "зеркальность" действий Путина и Медведева, бесспорно, завершается, и новый президент России у нас на глазах отправляется в самостоятельное политическое (и историческое) плавание.
Причем началось оно не с выступления в Санкт-Петербурге, а с визита в Берлин. Это была вторая международная поездка "преемника". В отличие от первой, в Казахстан и КНР, она носила не столько протокольный, сколько концептуальный характер. Германия была и остается крупнейшим внешнеторговым партнером России (второе место сейчас занимают Нидерланды, третье — Китай) и главным потребителем российских энергоресурсов. За годы президентства Владимира Путина контакты между Москвой и Берлином, особенно при Герхарде Шрёдере, приобрели особое значение, выйдя из сферы "большой экономики" в сферу "большой политики". Одно время, после вторжения в Ирак, возможность "антиамериканского" блока России, Германии и Франции выглядела настолько реальной, что госсекретарь США Кондолиза Райс даже публично озвучила стратегию Вашингтона по этому поводу. С той поры Герхарда Шрёдера сменила Ангела Меркель, Жака Ширака — Николя Саркози, а Владимира Путина — Дмитрий Медведев.
Говорят, что не место красит человека. Относительно высшей политической власти — особенно в крупных, мирового масштаба государствах — это не совсем так или даже совсем не так. Лидеры такого уровня имеют в своем распоряжении очень серьёзный, наработанный буквально веками, потенциал и, как правило, не менее серьёзные, соответствующие этому потенциалу проблемы. Найти оптимальное решение этих проблем и увеличить потенциал своей страны — вот чем, собственно, определялась, определяется и, наверное, всегда будет определяться оценка того или иного политического лидера в истории.
Что касается "эпохи Путина" 2000-2008 годов, то суммарный потенциал России за это время как минимум не уменьшился. И одно это, сравнительно с "эпохой Ельцина", когда шла непрерывная и тотальная сдача позиций советского периода, можно считать достижением. Хотя допуск США в Центральную Азию, Украину и на Кавказ, отказ от военных баз во Вьетнаме и на Кубе, катастрофический рост социального и регионального неравенства, растущий сырьевой крен отечественной экономики, продолжение вымирания страны и множество других "минусов" практически сводят на нет большинство путинских "плюсов". Главный из которых всё-таки сводится к благоприятной конъюнктуре мировых цен на энергоносители, основную статью отечественного экспорта.
Впрочем, не стоит думать, будто "нефтедоллары" свалились на Россию с неба — ничего подобного. Сама эта конъюнктура возникла благодаря правильному позиционированию путинского Кремля на международной арене, его участию в предложенной "кланом Бушей" финансово-политической игре.
Сегодня эта игра не то чтобы близка к своему завершению, но имеет все шансы закончиться со сменой хозяина в “Белом доме”. И с этой точки зрения активизация Дмитрия Медведева в качестве президента России не только континуально (по времени) совпадает с заокеанской победой Барака Обамы, но имеет прямую причинно-следственную связь с ней.
Собственно, что обозначил Дмитрий Медведев по итогам переговоров с Ангелой Меркель?
Во-первых, "определяющую роль общеевропейских ценностей и идеалов гуманизма" — заметим, не "общечеловеческих", а "общеевропейских", а также понимание России как составной части Европы. Это принципиально важное утверждение — вне зависимости от того, насколько оно соответствует или не соответствует действительности.
Во-вторых, признание главенствующего места Германии в Европе: "российско-германские отношения являются в значительной мере отношениями российско-европейскими", а также возможности расширения Совета Безопасности ООН.
В-третьих, принципиальную готовность к созданию единого энергетического пространства "от Бреста до Владивостока" — но при условии допуска российских корпораций, в первую очередь — "Газпрома", на рынок Евросоюза.
В-четвертых, выход на новый миропорядок с "равноправным сотрудничеством трех ветвей европейской цивилизации": США, собственно Евросоюза и России, — уже не "от Бреста", а "от Ванкувера до Владивостока", включая сотрудничество через механизмы НАТО. "Конфронтации не будет", — специально подчеркнул российский президент.
Это уже немало, правда?
Интрига была продолжена буквально на следующий день, когда Дмитрий Медведев встречался с главами государств СНГ, в том числе президентом Украины Виктором Ющенко и президентом Грузии Михаилом Саакашвили. Как известно, и тот, и другой в настоящее время испытывают значительные внутриполитические трудности, поэтому даже сам факт их встречи с новым "хозяином Кремля" можно рассматривать как ощутимую поддержку со стороны нового российского руководства. Тем более, что Ющенко Дмитрий Медведев пообещал возможность участия в совместных энергетических проектах на территории России, а Саакашвили предложил решать все вопросы в двухстороннем порядке. Предположить, что действующий президент РФ просто "не в курсе", с кем он имеет дело, — значит очень сильно не уважать собственную страну.
Поэтому остается принять как факт, что тем самым Медведев просто лишний раз позиционировал себя как политика, не просто склонного к переговорам и компромиссам, но склонного к переговорам и компромиссам именно с креатурами "вашингтонского обкома", в особенности — его демократического крыла (а то, что конфликт между Ющенко и Тимошенко есть прежде всего украинская проекция конфликта между демократами и республиканцами, уже не раз отмечалось, и не только на страницах газеты "Завтра").
Точно так же "договариваться" о чем угодно с Михаилом Саакашвили сегодня можно лишь в том случае, если ему дадут соответствующую "отмашку" из Капитолия. И когда 7 июня Дмитрий Медведев говорил на весь мир с трибуны питерского форума, он отлично представлял себе всю "цену вопроса".
Прямому порицанию "экономического национализма" Соединенных Штатов Америки, чьи реальные возможности, по Медведеву, не соответствуют их формальной роли в мировой экономической системе, предшествовало требование придать больше полномочий глобальным институтам управления — с участием и учетом интересов как объединенной Европы, так и России.
А это, в общем-то, стратегия, полностью соответствующая стратегии американских демократов и в корне отличающаяся от стратегии американских республиканцев — иным словами, не "сияющий град на холме", а цивилизация "новых кочевников", где Америке отводится роль самого лучшего оазиса в мировой пустыне.
Совершенно не случайно заявленные действующим президентом РФ подходы к решению глобальных проблем современности поддержали такие фигуры, как министр финансов Германии Пеер Штейнбрюк и известный немецкий ученый-экономист Хорст Зиберт, дифирамбы современной России пропели глава "Citigroup" Майкл Кляйн и представители Всемирного банка.
Еще бы — ведь на следующий день вице-премьеры Алексей Кудрин и Игорь Шувалов дали практически полную расшифровку медведевской программы. Глава Минфина РФ подтвердил, что глобальный финансово-экономический кризис, и правда, случившийся по вине нынешнего американского руководства, требует всё большей финансовой помощи со стороны России, а следовательно — вклад госфондов в поддержу ликвидности рынков США будет только возрастать, а торговля нефтью и газом за рубли — перспектива не завтрашнего дня, а "ближайших десяти лет".
Игорь же Шувалов поведал о принципиальной второсортности отечественного "догоняющего развития" за последние три века (бедный Юрий Гагарин!), неправильном и нездоровом образе жизни "дорогих россиян", сокращении списка стратегических отраслей, предприятия которых не подлежат приватизации, а также пообещал, что "в ближайшее время крупный бизнес в России должен стать независимым от государства", тем самым косвенно признав его полную зависимость сегодня.
Но апофеозом "либеральной мысли", царившей на петербургском форуме, конечно, следует признать слова главы "Газпрома" Алексея Миллера: "внутренний рынок газа — это социальная нагрузка, которая портит наши экономические показатели…" Вот так, уважаемые отечественные производители и потребители, — без вас у "Газпрома" всё вообще было бы в шоколаде, а с вами — лишь кое-где. Неправильная страна, неправильный народ...
Хотя "правильный" народ на Западе при ценах на бензин в доллар за литр уже устраивает общенациональные забастовки, как в Европе, или делает "золотое" горючее объектом массовой преступности, как в Америке, где вооруженные преступники уже вовсю грабят заправочные станции и тоннами сливают бензин.
Впрочем, всё вышесказанное, возможно, выглядит далеко не настолько безнадёжным — особенно если предположить, что "разделение функций" между Дмитрием Медведевым и Владимиром Путиным несет в своей основе банальную подготовку к смене власти в Вашингтоне: если к власти придет Барак Обама или другой кандидат демократов, на авансцене российской политики останется "либерал" Медведев, а если, напротив, победит республиканец Маккейн, его администрация будет иметь дело с "силовиком" Путиным. И если это так, то каких-то реальных изменений в отечественной политике до ноября ждать не приходится.
1.0x