Авторский блог Редакция Завтра 03:00 5 июля 2005

ЛЕСНОЙ КОДЕКС ПРОТИВ РОССИИ. «Круглый стол» в Госдуме

| | | | |
ЛЕСНОЙ КОДЕКС ПРОТИВ РОССИИ. «Круглый стол» в Госдуме
Владимир КАШИН, депутат Государственной думы, фракция КПРФ.
Уважаемые коллеги! Сегодня мы проводим итоговый "круглый стол", посвященный такому стратегически важному для России закону, как Лесной Кодекс РФ. Прежде всего леса России — это ресурс местообитания, та природная система, которая не просто обеспечивает воспроизводство населения, но определяет глобальные условия развития нашего общества и человечества в целом. Я должен сказать, что за последние полтора года, пока шла дискуссия вокруг предложенного правительством законопроекта, понимание того, что собственность на леса России должна, в соответствии с Конституцией РФ, оставаться федеральной, а не частной, было аргументировано со всех точек зрения: и правовой, и экономической, и экологической. Это происходило и на уровне комитетов Госдумы, и на уровне министерств, и на уровне ряда субъектов Федерации и на уровне Академии наук, и на уровне специализированных институтов, и на уровне лесопромышленников, не говоря уже про общественные организации. Все они высказались однозначно против правительственного законопроекта.
Например, вводится схема "одного ключа", дающего право пользования лесными ресурсами, означает, что вся доходная часть госуправления передается в ведение федерального Центра. А что остается субъектам Федерации, на территории которых эти леса расположены и в совместном ведении с которыми находятся согласно Конституции? И подобных проблем правительственный проект Лесного Кодекса РФ создает огромное множество, фактически отменяя исторически сложившуюся систему управления лесным хозяйством. Кому и зачем нужны подобные революционные изменения, всё переворачивающие с ног на голову, вносящие хаос и новые конфликты?
Не секрет, что заказчики и разработчики правительственного законопроекта во главу угла поставили единственную проблему — проблему собственника. Ни Греф, ни Трутнев не скрывают и не скрывали, что их целью является полный уход государства из экономической жизни страны — в том числе из такой стратегически важной отрасли, как лесное хозяйство. По их мнению, государство должно полностью отказаться от своих прав собственника, а, поскольку свято место пусто не бывает, передать эти права в частную собственность, в том числе иностранную. Главный их довод заключается в том, что государство — "плохой", "неэффективный" собственник, хотя мировая практика, мировой опыт свидетельствуют прямо обратное. Другой вопрос, что государство — это не абстрактное явление, его представляют люди, конкретные люди, и если говорить о государстве как собственнике, то его представляют в первую очередь правительство, министерства, а значит, эти унтер-офицерские вдовы либерализма подобными аргументами сами себя секут. По логике, если вы плохо управляете государственной собственностью, не умеете или не хотите управлять ею — уходите со своих постов, не позорьте ни себя, ни государство. На мой взгляд, такая постановка вопроса имеет гораздо больше прав на существование, чем огульное обвинение государства в "неэффективности".
В конечном итоге передача лесов России в частную собственность ущемляет права граждан РФ и других лиц, проживающих на территории нашей страны, которая занимает в мире одно из первых мест по насыщенности лесами и связанными с ними природными объектами. Это — одна из составляющих нашего национального богатства. Да, сегодня оно используется в экономическом отношении из рук вон плохо — достаточно сказать о том, что в маленькой Финляндии лесное хозяйство дает 15 млрд. долл. ежегодно, а у нас — в три раза меньше, около 5 млрд., хотя могла бы давать и в 5, и в 10, и даже в 20 раз больше. Но ситуация в отрасли запущена донельзя, существующие производственные мощности изношены, лесные фонды сокращаются и деградируют, их возмещение практически не производится. Такое положение нельзя признавать нормальным, но тем более нельзя его легализовывать, на что по сути своей направлен правительственный проект Лесного Кодекса РФ. Предлагаемая им модель способна только усугубить ситуацию в лесах России, после чего нам придется либо смириться с утратой этого ресурса, либо затратить для его спасения на порядок больше времени, сил и средств, чем необходимо даже сегодня.
Второе чтение законопроекта уже не за горами. Однако кнопки в Госдуме нажимаются депутатами от "партии власти" даже не по какому-то внутреннему убеждению, а по команде из администрации президента, и это агрессивно-послушное большинство способно принять любой закон независимо от его содержания и последствий. Так было и с печально знаменитым законом №122 о монетизации льгот, так может произойти и с Лесным Кодексом. Поэтому нам нужно сделать всё, чтобы мнение российской общественности было услышано в Кремле и на Старой площади. Надеюсь, этот "круглый стол" послужит указанной цели.
Анатолий ПИСАРЕНКО, академик РАН.
Когда мы говорили и писали о том, что Лесной Кодекс РФ в таком виде принимать нельзя, это была позиция по отношению к представленному правительством законопроекту. Прошло время, и сейчас можно и нужно говорить о другом. Первоначальный проект Лесного Кодекса был от начала и до конца написан под права частной собственности на леса России. Однако в ходе обсуждения и правок, от первоначального проекта, представленного Грефом и его командой, осталось мало. Многие позиции ушли, в том числе четко определился главный момент: леса России остаются в федеральной собственности. А поскольку это федеральная собственность, то все посылки Кодекса, направленные на то, чтобы создать условия для частника, для приватизации лесов, в частности в статье 42-й, должны быть исключены из Кодекса вообще. Эти противоречия стали очевидны, они обозначены даже в заключении, которое представлено от имени Президента РФ. Если исходить из того, что Лесной Кодекс, разработанный командой Грефа, претерпел такие изменения и потерял свою сущность как Кодекс, его рассматривать больше нет необходимости — поскольку он предполагал частную собственность на леса, а такой собственности нет.
Если же под этим и другими предлогами проводятся изменения старого Лесного Кодекса, то что мы обсуждаем? Как это всё понимать? Недавно я провел две недели на Лесном форуме ООН в Нью-Йорке, и — поразительно, если учесть, насколько мало наши проблемы интересны за границей, — ко мне подходило множество самых разных людей, из разных стран, с одним и тем же вопросом: "Что с вашими лесами? Какой Лесной Кодекс у вас будет?"
Внутри страны у подавляющего большинства специалистов, имеющих отношение к лесному хозяйству, мнение одно: не надо изобретать велосипед, никакой новый Лесной Кодекс нам не нужен. Нам нужен или полностью адекватный Кодекс, или не надо изобретать велосипед — будем работать по старому Кодексу с необходимыми изменениями. Формальное принятие нового Кодекса потребует смены всей нормативно-правовой базы, нужно будет разработать и принять порядка ста документов и довести их, условно говоря, до каждого лесника, а это гигантская работа — ради чего? И вот в свете всего этого, таково мое глубокое убеждение, заниматься правкой правительственного законопроекта ко второму чтению нет никакого смысла — мутант работать не будет, его просто в связи с изменением концепции надо снять с обсуждения и заняться доработкой существующего Лесного Кодекса. На данном этапе это наиболее оправданное и приемлемое решение.
Владимир ЮРАШКО, руководитель движения "Зеленые-3000".
Я полностью согласен с Анатолием Ивановичем, однако возникает вопрос о том, как решить эту проблему в правовом плане. "Единая Россия" сегодня твердо намерена провести новый Лесной Кодекс через Государственную думу. Наши юристы и юристы из других общественных организаций после напряженной совместной работы выдвинули ряд предложений, сообщить о которых я прошу члена правления нашего движения Болгину Светлану Леонидовну.
Светлана БОЛГИНА, член Правления движения "Зеленые-3000".
Можем ли мы преодолеть созданный "партией власти" механизм парламентского голосования и снять с обсуждения правительственный проект Лесного Кодекса РФ? У нас в правовом поле нет иного пути, кроме решения суда. Для того, чтобы в судебном порядке опротестовать принятие этого законопроекта, можно идти одновременно по нескольким направлениям. Ольга Алексеевна Яковлева в свое время выиграла суд против Черномырдина, когда по всей стране вырубались леса первой группы и переводились в нелесные земли. Тогда юристы по доверенностям от граждан РФ буквально засыпали суды исками о нарушении своих прав, и решения правительства по данному поводу были в судебном порядке признаны незаконными. И сейчас Яковлева подала в Пресненский суд города Москвы иск против бездействия правительства. Юристами зафиксировано свыше семи с половиной тысяч протестов общественности против нового Лесного Кодекса, но правительство не обращает на них никакого внимания. Это один путь.
Второй путь предложил в своем письме Владимир Николаевич Юрашко — торпедировать Лесной Кодекс через 95-й закон, который позволяет регионам выражать свое мнение по федеральным законопроектам только в случае совпадения мнений органов исполнительной и законодательной власти. В случае же, если их мнения расходятся, мнение региона считается невыраженным. Такое положение дел противоречит статье 10 Конституции РФ о разделении властей и позволяет подать иск в Конституционный Суд РФ, для чего необходим запрос 90 депутатов Государственной думы. Мы обращались к Зюганову, обращались к Рогозину, работали с независимыми депутатами, и необходимое число подписей у нас набирается, могу сказать об этом с полной уверенностью.
Наконец, есть еще одна линия противодействия. Если мы возьмем 131-й закон, о местном самоуправлении, там есть статья 15, пункт 15 которой вводит понятие "межселенной территории", земель между поселениями. Муниципальная власть получает право эти межселенные территории, к которым относятся как раз леса, водоемы, реки, отчуждать и передавать в частную собственность. В этом случае нарушаются десятки статей Конституции, и это также повод для подачи депутатского иска в Конституционный Суд.
Артем БОГАТЫРЕВ, юрисконсульт движения "Зеленые-3000".
Мне бы хотелось уделить больше внимания практическим аспектам нашей встречи. Вот положения 95-го закона. Статья 26 пункт 4 касается участия органов государственной власти Российской Федерации в рассмотрении федеральных законов по предметам совместного ведения.
Известно, что Государственная дума — высший орган законодательной власти в России. А из закона следует, что по предметам совместного ведения законы согласовываются с высшими органами исполнительной и законодательной власти субъектов Федерации. Причем, если мнения этих органов разошлись, мнение считается невыраженным. Этот нонсенс уже рассматривался с точки зрения того, как исполнительная власть может влиять на законодательство. Но, позвольте, — федеральный закон действует на территории всей Российской Федерации, и если согласовываться с органами местной законодательной власти он еще может, хотя и это сомнительно, то органы исполнительной власти к данной процедуре вообще не должны иметь отношения.
Екатерина ГРЕЧИШКИНА, правовой центр "Родник".
Проблемы, возникающие в случае принятия нового Лесного Кодекса, влекут за собой весьма неблагоприятные последствия для нашей страны. Но если говорить о приостановлении рассмотрения законопроекта в Государственной думе, то это достаточно сложная процедура. Если идти судебным путем, то, на мой взгляд, необходимо объединение усилий юристов общественных организаций, политических партий, субъектов Федерации, их серьезная совместная работа, чтобы выработать четкую позицию для обращения в Конституционный Суд.
Сергей КУЛИКОВ, Агропромышленный союз России.
Мы неоднократно рассматривали вопросы, связанные с принятием Лесного Кодекса, и позиция Агропромышленного союза однозначна: леса России должны находиться в государственной собственности. В не меньшей степени нас тревожат леса, которые были закреплены за совхозами и колхозами на правах пользования, а это 5 миллионов гектаров. В соответствии с новым Кодексом они будут изыматься и неизвестно, куда пойдут. Между тем эти леса выполняют роль не только в обеспечении сельских пенсионеров дровами — они несут важные экономические функции: антиэрозийную, агрономическую и так далее. Начиная с 1760 года земли, которые непосредственно примыкают к населенным пунктам, всегда принадлежали населению. Были созданы межколхозные лесничества, куда вкладывались деньги колхозов. Если говорить о лесопосадках, о восстановлении лесных площадей, эти межлесхозы делали больше, чем государственная система всей страны. Земли, которые ранее были переданы в пользование колхозов и совхозов, должны оставаться за ними, отчуждение здесь неправомерно. Однако, учитывая, что по полторы тысячи колхозов ежегодно банкротится, эти земли следует передать Минсельхозу. Соответствующая структура там была, потом ее разогнали. Видимо, теперь необходимо ее восстановить, но эти земли нельзя рассматривать по отдельности, в отрыве от земель сельхозназначения.
Евгений ЛЫСЕНКО, член-корреспондент РАН.
Проблема российских лесов — не только наша внутренняя, но и международная проблема. Международные организации на своих форумах и в ходе дискуссий неоднократно поднимали вопрос о рациональном использовании леса и в Советском Союзе, и в России. Чем дальше заходит хищническая вырубка лесов на экваторе и в тропической зоне, тем острее становится этот вопрос. При принятии такого Лесного Кодекса государственное управление лесным хозяйством как единым целым, ныне потерянное, становится вообще недостижимым. Я могу привести два весьма тревожных момента. Во-первых, не восстанавливаются вырубленные леса. Разрыв колоссальный: если раньше мы требовали восстановления площади лесов 1 к 1, то сегодня восстанавливается в десятки раз меньше леса, чем вырубается. Это проблема на десятилетия. Во-вторых, наблюдается колоссальный вывоз леса-кругляка при незначительном росте продукции из него на территории России. Даже такие страны, как Финляндия, Швеция, вполне благополучные в лесном отношении, предпочитают производить мебель, бумагу, фанеру, другие виды продукции из российского леса, а у себя не трогают ни дерева.
Теперь по местному самоуправлению. Я проводил экспертизу этого закона с точки зрения устойчивого развития территорий — это невозможные вещи, управление теряется полностью, страна дробится и расползается даже не на 89 субъектов Федерации, а на корневом, низовом уровне. Могу сказать представителям экологических организаций, что, например, в Подмосковье последние десять лет творится форменное безобразие, мы легкие столицы практически потеряли. Вырубка идет везде, особенно в районах так называемого дачного или коттеджного строительства. Словами здесь не поможешь — необходимо усиление протестных акций, независимо от того, как будут развиваться судебные и парламентские перспективы Лесного Кодекса. Мы провели в Юго-Западном административном округе Москвы множество пикетов и митингов, раздали свыше 20 тысяч листовок, но останавливаться на этом нельзя.
Алексей КОНДАУРОВ, депутат Государственной думы, фракция КПРФ.
Евгений Григорьевич, а в других странах мира существует частная собственность на леса?
Евгений ЛЫСЕНКО.
В каждой стране — своя собственная, исторически сложившаяся ситуация. Но в каждой стране есть четкие законодательные рамки лесопользования, за которые нельзя выходить — потому что это означает колоссальные штрафы или даже тюремное заключение для собственника.
Ирина КРАСНОВА, профессор Московской государственной юридической академии.
Мое отношение к работе, которая ведется над проектом нового Лесного кодекса, сформировано на основании изучении как раз зарубежного опыта применительно к частной собственности на леса. Особенностью этого законопроекта, в отличие от действующего Лесного Кодекса, является как раз то, что лесная политика в нем вообще не выражена, хотя федеральное законодательство призвано определять как раз общие основы, принципы правового регулирования. Это значит, что в каждом федеральном законе государство должно выражать свою политику, определять перспективы на будущее. Ничего этого нет, государство не объясняет, зачем нужна частная собственность на леса. Ни политического, ни экономического обоснований такого шага нет. Не просчитаны, ни потери, ни приобретения государства, отдельных социальных групп, рядовых граждан. Не оценена эффективность действующего Лесного Кодекса. То есть закон меняется в чьих-то неназываемых интересах. Это, кстати, за последнее время стало почему-то нормальной практикой.
Что касается зарубежного опыта, то приведу некоторые сведения для обоснования каких-то позиций, особенно отношений собственности. В средствах массовой информации часто приводят примеры Финляндии и некоторых других небольших государств, где частная собственность на леса не только допускается, но и значительна по объему, достигая 60% общих запасов. Но аргументы эти не могут быть приняты в качестве абсолютных доводов "за" приватизацию лесов. Отношения лесной собственности контролируются даже не столько государством, сколько общественными организациями. Собственник леса на международный рынок напрямую там не имеет права выходить — только через соответствующие ассоциации.
В Канаде леса на 90% — государственные, остальная часть по преимуществу находится в муниципальной собственности. В некоторых провинциях леса официально объявлены национальным достоянием — и никого это не шокирует. В США сохранение федеральной собственности так же официально объявлено приоритетом действий правительства. Аренда в Канаде — 25 лет, а не 99, как у нас, то есть не превышает сроков активности одного поколения и препятствует передаче прав собственности от одного лица другому.
Владимир КАШИН.
Общемировая тенденция такова, что земли, леса, все природные ресурсы переходят в государственную собственность. Если говорить о Канаде, то там собственность на леса государственная. Если говорить о Соединенных Штатах Америки, то там частная собственность существует, но действуют очень строгие законы относительно владения лесными ресурсами и их использования. То есть мощное государственное регулирование в этой сфере существует практически везде. В Финляндии, например, без разрешения лесной службы собственник не может вообще ничего делать. В Америке Рузвельт когда-то прямо заявил, что Америка будет существовать до тех пор, пока существуют американские леса. Вся последующая деятельность правительства США была направлена на выкуп лесов в федеральную собственность. За сто лет не было приватизировано ни одного акра лесов — напротив, шла их активная скупка в собственность государства.
Алексей КОНДАУРОВ.
Я понимаю, насколько ограничена наша возможность влиять на прохождение в Госдуме того или иного законопроекта. Но вот какую парадоксальную мысль я хотел бы представить на ваше обсуждение, исходя из услышанного здесь. Поскольку российские леса — это проблема мировой экологии, то в их сохранении заинтересованы не только наша страна, но и весь цивилизованный мир. Может быть, мнение Запада по данной проблеме поможет повлиять на принятие этого абсурдного Лесного Кодекса? Может быть, необходима международная юридическая экспертиза этого документа? Может быть, стоит вывести обсуждение этой проблемы на другой, международный уровень? Я боюсь, что к нашему голосу наши власти привыкли вообще не прислушиваться, а вот к голосу экологических и других международных организаций у них отношение может оказаться несколько иным. Я предлагаю поработать в этом направлении. У экологов, разумеется, есть связи с Greenpeace, с Международным фондом дикой природы (World Wild Fund), с другими организациями аналогичной направленности. Не включить ли их в этот процесс?
Рафаэль ТЕР-АРУТЮНЯН.
Какова наша цель? Мы убеждаем друг друга, что мы правы, а правительство — нет? Так нас агитировать не надо. Мы в этом отношении солидарны. Проблема в другом — как сделать нецелесообразным само обсуждение нового Лесного Кодекса РФ? Давайте будем бить противника на его поле и его же оружием. Давайте на секундочку отойдем от частностей — и мы увидим, что речь идет не о реформе, а о революции. Реформа старого — это изменение предыдущего Кодекса, внесение каких-то поправок в него. Но — по предложению специалистов в данной области. Разве прерогатива Лесного Кодекса — говорить о формах собственности? Это сфера компетенции совсем иных кодексов и законов. Наконец, мы, хотим того или не хотим, оказались в рынке. Но "священное" для рынка право собственности почему-то признается только за одной формой собственности: частной. А другие дискриминированы. Леса — наше общее достояние. Сменить форму собственности в рыночной экономике можно четырьмя законными путями. Первое — это купля-продажа. Я никому ничего не продавал. Второе — наследование. Я еще жив и никому ничего не завещал. Третье — дарение. Никому ничего не дарил. И есть еще решение суда об изъятии собственности. Ни одной из этих четырех форм, необходимых для законной передачи собственности, не задействовано. Тогда какие основания для передачи прав? Лесной кодекс? Это не его дело. В старом Лесном Кодексе, если не изменяет память, вообще ничего не говорится о собственнике. Меняйте Конституцию, меняйте Гражданский Кодекс, но не устраивайте революцию в одной, отдельно взятой отрасли.
Далее, леса — это не просто леса. Они растут на земле. Значит, смена собственника означает передачу ему земли, то есть теоретически — двух третей территории России. По Конституции РФ, сувереном является многонациональный российский народ, а недра, леса, воды и прочее — это основа его жизни. Скажите, пожалуйста, как основа моей жизни может находиться в ваших руках, в вашей собственности? Караул, грабят!
И еще хочу обратить ваше внимание на одну мелочь. Когда мы обсуждаем какой-то закон, мы видим в нем те или иные несуразицы с точки зрения специалиста. Но если мы возьмем ряд законов, друг с другом вроде бы не связанных: Жилищный Кодекс, Земельный Кодекс, Бюджетный Кодекс, даже Закон об оценочной деятельности, который, на первый взгляд, не имеет к лесам никакого отношения, — то мы увидим, как из всех этих вроде бы несуразиц выстраивается четкая, последовательная лестница, ведущая нас вниз, к разрушению государства, к разрушению общества, к разрушению всего. Кому это выгодно? То, что Гитлер не смог сделать с нашей страной военным путем, при помощи бомб и пушек, сегодня тихо-мирно делают с ней при помощи доллара. Если с 1941 по 1945 годы мы отстояли свои земли ценой десятков миллионов жизней, то сегодня вдруг решили отдать ее даром? Вы извините меня за эти сравнения, но они напрашиваются сами собой. Идет война, а на войне, как известно, все средства хороши.
Александра КУЗНЕЦОВА, Всероссийское общество охраны природы.
Мы упустили время, у нас нет сильных аналитических групп, которые бы анализировали тексты принимаемых законов и связь между ними. А без такой работы все наши встречи окажутся бесполезными. Вот, например, протаскивается закон о ЖКХ, через ПСЖ, через долевую собственность — никто не анализирует это с точки зрения уничтожения муниципальной собственности населения, а это именно так. Долевая собственность уже отрепетирована на совхозах и колхозах — один и тот же автор, один и тот же заказчик, одни и те же люди протаскивают все эти реформы.
Задумка правильная — повторить в городах то, что уже удалось сделать в деревне. Люди потеряют жилье, территорию под домами и прочее, аренду они не потянут, поскольку ее размеры не ограничиваются, поэтому их будут в буквальном смысле слова выгонять на улицу. Но и улицы окажутся приватизированы, и межселенные территории, и леса — все эти приемы в истории Запада отрепетированы уже давным-давно.
Возьмем закон о местном самоуправлении. Это закон совсем не местного масштаба — это прикрытие, под которым в стране вводится новая система, новый социальный строй. Там провозгласили четыре уровня управления страной. Первое — самый нижний, который всегда у нас был, и в любой стране мира существует до сих пор. Второй — район, власти которого отнесены к местному самоуправлению по совершенно непонятным и даже не обозначенным основаниям. Третий — уровень субъекта Федерации, и четвертый — всероссийский уровень. По действующей Конституции такое разделение государственной власти запрещено. Почему все это видят и все молчат?
Согласно закону предполагается приватизация муниципальной собственности. И эту приватизацию должны провести местные органы власти, прежде всего — на районном уровне, которому приписаны все межселенные территории. Между тем муниципальная собственность является по определению собственностью населения. Это ликвидируется, у населения отбираются межселенные территории. Провозглашена раздача государственной собственности, то есть ликвидация территории государства. А в статье 4 Конституции черным по белому записано, что Российская Федерация обеспечивает целостность и неприкосновенность своей территории. А раз нет территории государства — ликвидируется и само государство. Опять же, всё это почему-то замалчивается.
Нельзя бороться отдельно за лес, отдельно за землю, отдельно за жилье. Всё это — взаимосвязано и взаимозависимо, всё увязано в одно целое, поэтому все протестные акции должны быть скоординированы, этой работой не занимается никто.
Владимир КАШИН.
Уважаемая Александра Павловна, вынужден вас поправить — этой работой мы во фракции КПРФ, в партии занимаемся постоянно, говорим об этом постоянно, на всю страну, но пока жареный петух не клюнул, люди наши доводы в достаточной мере не воспринимают. Я абсолютно согласен с тем, что всё равно в этом направлении нужно действовать более активно, в каждом населенном пункте, в каждом городском районе создавать соответствующие комитеты по самоорганизации, по самоуправлению населения. Здесь нельзя делиться таким образом: мол, вы плохо делаете, мало делаете, поэтому я вас критикую. Считаю, что задачи у нас общие, поэтому достигать их мы можем только все вместе.
Анатолий ПИСАРЕНКО.
У меня было несколько встреч с Германом Грефом. Я у него открыто спрашивал: "Герман Оскарович, вы — великий экономист. Объясните мне, когда государство начнет получать ренту со своих лесов как собственности?" Он мне в ответ заявил: "Ну, надо подумать, может быть, какие-то лесные боны ввести". Я не понимаю, о каких бонах идет речь. Я знаю, что у нас кубометр древесины на корню стоит один доллар. Это самая низкая цена в мире.
Однако возьмем тот же Дальний Восток — это ясень, это кедр, древесина которых стоит по тысяче долларов за кубометр. Кавказ, каштан — тысяча долларов за кубометр. Поэтому и процветают нелегальные и полулегальные рубки. В Финляндии из российских лесоматериалов, которые по таможне проходят как балансы, делают пиловочник и поставляют его в Великобританию, Саудовскую Аравию, Филиппины — по всему миру. Сколько теряет на этом наше государство, трудно даже представить. Куда уходит рента — она уходит частнику, и там рентабельность, особенно вдоль границ, где напрямую идет экспорт, достигает 2000%. И 59 стран мира готовы предъявить России обвинение в лесном демпинге.
Николай АРЕФЬЕВ, секретарь ЦК КПРФ.
Законы, которые предлагаются правительством, лежат в русле стратегии Алена Даллеса по уничтожению нашего государства, поэтому бессмысленно вдаваться в дискуссии по содержанию их статей — они знают, что делают. Лесной Кодекс прямо противоречит четырем статьям Конституции РФ и косвенно — еще восьми статьям. Он противоречит Закону о приватизации муниципального и государственного имущества, по которому должен меняться собственник. Лесной Кодекс должен регламентировать нормы, по которым используются лесные ресурсы, но не изменять формы собственности. Однако, несмотря на всё это, несмотря на соответствующее постановление Верховного Суда РФ 2002 года, Лесной Кодекс в варианте Грефа и Ко нагло протаскивается в жизнь. Если этот Кодекс вступит в силу, то что случится, например, с моей родной Астраханской областью, где сто лет там выращивали леса, чтобы закрыть проблему ветровой эрозии? Года за три, максимум за пять, она превратится в пустыню.
Здесь говорили о возможной поддержке со стороны Запада. Могу смело сказать: никакой поддержки не будет. Хищническая вырубка лесов коснется приблизительно восьмой части их запасов, находящихся в пределах транспортной доступности. Дальше заготовители не пойдут — нужны серьезные инвестиции. То же самое мы видим в нефтяной промышленности, где ежегодно закрывают по двенадцать скважин и ни одной не вводят в строй. Лучше деньги на Запад вывозить, вот и всё. Но нам-то, оставшимся здесь, потом вновь придется раскошеливаться на освоение лесных запасов. Т.е. их сверхприбыли фактически получаются за наш с вами счет. Противодействовать принятию этих законов придется исключительно политическими методами, потому что разговор на профессиональном экономическом уровне не имеет смысла — тут другой уровень приоритетов. Метать бисер перед свиньями бесполезно. Надо поднимать народ, надо поднимать общественность, надо брать дубину. Другого разговора грабители не понимают.
Владимир КАШИН.
В заключение хочу поблагодарить всех товарищей, которые приняли участие в нашей встрече. Надеюсь, ваши выступления помогут обществу определиться и по Лесному Кодексу, и по другим законам, с помощью которых правительство загоняет Россию в хаос и распад. Со своей стороны, со стороны фракции КПРФ могу гарантировать всемерную помощь и поддержку всем формам противодействия этому безусловному для нас злу.
Публикацию подготовил Николай КОНЬКОВ
1.0x