Авторский блог Денис Тукмаков 03:00 9 февраля 2005

ГОЛОДНЫЕ — НА БАРРИКАДАХ

| | | | |
Денис Тукмаков
ГОЛОДНЫЕ — НА БАРРИКАДАХ
О голодовке пятерых депутатов "Родины", завершившейся неделю назад, в российских СМИ говорят плохо, с иронией, со злорадством — или же не говорят вообще. "Исхудавшей пятерке", ни одно из четырех политико-экономических требований которой так и не было выполнено, до сих пор перемывают косточки. Дескать, ничего-то они не достигли, лишь попиарились. Хорош "пиар" — в условиях тотальной клеветы, издевательств и замалчивания!
Попробуем разбавить этот поток диффамаций и разобраться, что принесла голодовка "Родине" и всему патриотическому движению страны.
Голодовка как традиционная форма протеста всегда преследует только одну реальную цель — привлечение общественного внимания. Если внимание привлечено — цель уже достигнута; требования же голодающих не выполняются никогда (или кто-то вспомнит иной прецедент?). Поэтому тот факт, что Кремль, правительство и "Единая Россия" не выполнили ни одного из пунктов плана Рогозина и его товарищей, не может рассматриваться как неудача лидеров "Родины". Что касается внимания общества, то на руку голодавшим играли даже те информационные помои, что были вылиты на их головы за одиннадцать дней акции. Действовал принцип: если тебя ругает Грызлов, проклинает Жириновский, бесчестит официозный телеканал — значит, твое дело чего-то стоит.
Голодовка депутатов явилась первой подобной акцией, и оттого стала новым жанром политической борьбы. Ее антураж — всё проходило в самой Госдуме, в кабинете Рогозина, на виду у сторонников и противников; с круглосуточным Интернет-вещанием и подверстанным под акцию полуторатысячным митингом в сильный мороз в центре Москвы — все это оживило затхлое политическое болото России, внесло свежие и смелые краски, на которые у власти вдруг открылась аллергия.
Блестящим результатом голодовки стала неадекватная реакция Кремля, который так и не придумал, что делать с депутатской пятеркой, и поэтому приказал: мочить. За эти дни мы успели гораздо лучше разглядеть власть и понять: если она столь бесчувственна к депутатам, к партии, которую многие считали "проектом Кремля", — то какое ей дело до простого народа?
Безусловно, голодовка явилась шоком для думского большинства, выставленного в самом дурном свете. Вряд ли это пройдет бесследно; теперь "Единая Россия" вынуждена будет, дабы не прослыть коллективным тираном, ослабить хватку в парламенте и допустить оппозицию до законотворчества, хотя бы на уровне публичных обсуждений законов. Внесла голодовка свою лепту и в то, чтобы правительство лихорадочно завертелось в поисках выхода из кризиса, ежедневно совещалось с Путиным, вскрыло "неприкасаемый" стабилизационный фонд, лишь бы утихомирить народ. Да и смерч над головой Зурабова стал благодаря депутатам из "Родины" немного выше.
После голодовки и абсолютного невнимания Кремля к требованиям пятерки многие аналитики заговорили даже о "сливании "Родины” в связи с ее неуправляемостью". Этому способствовал и ряд странных обстоятельств, развернувшихся вокруг партии, включая пресловутые письма "о запрете сионистских организаций", подписанные некоторыми членами партии, и ту "фигуру умолчания", которую вот уже два месяца демонстрируют в отношении Рогозина основные телеканалы страны.
Парадоксально, но все эти "похороны" партии только пошли ей на руку. Каких-то 11 дней "безрезультатной" голодовки плюс идиотская диффамация со стороны Кремля — и вот уже "Родина" может позволить себе избавиться от ярлыка "управляемой прокремлевской партии", открестись от самоназвания "спецназ Путина". Спецназ хотел сражаться, но его бросили на произвол судьбы — и теперь он предоставлен сам себе, его руки развязаны.
Наступило отрезвление: отныне никто больше в России не станет тратить время на голодовки. Многие в партии, наконец, осознали: нужно не просить у власти, а бороться за власть. Сегодня "Родина" вынуждена резко радикализироваться — возможно, помимо воли многих своих членов — потому что оставаться на уровне трехмесячной давности ей больше невозможно — это равносильно политическому самоубийству.
Первой ласточкой радикализации явилась смена программных формулировок: отныне "Родина" борется не просто против "социально-экономического курса правительства", не за отставку трех человек, но уже против всего "курса исполнительной власти", то есть, по сути, против Путина. Следующее решение — переход к активной стадии борьбы, выход на улицы, организация акций протеста, сплочение народных масс. Уже сегодня митинги, собираемые "Родиной", гремят по всей России. Есть, однако, нарастающая уверенность в том, что Рогозин и его товарищи резко пересмотрят даже нынешнюю, весьма успешную тактику уличного протеста и придумают новые, невиданные для России формы прямого действия.
Даже парламентские формы борьбы приобрели иную окраску. Отныне члены фракции "Родина" бойкотируют думские заседания в знак протеста против "депутатского апартеида", проводимого ЕдРом, и до тех пор, пока на повестку не будет поставлен вопрос о вотуме недоверия правительству — за вотум уже собраны подписи 101 депутата.
Подобное преображение "Родины" не могло не отразиться на оппозиции в целом, и голодовка явилась превосходным катализатором всего патриотического движения. Как выразился Рогозин, "мы теперь точно знаем, кто наши союзники, кто поддержал нас в этот сложный период и кто наши противники".
Прежде всего произошло резкое сближение "Родины" и КПРФ, их отношения из партнерских фактически перерастают в союзнические, и это блестящий итог голодовки. Обе партии, коль скоро у них общие противники и общие интересы, не могут не сотрудничать друг с другом. Им суждено вместе выводить людей на улицы, сообща планировать акции протеста и, конечно, соблюдать взаимные интересы на региональных выборах. Выход "Родины" на улицы неминуемо заставит ее блокироваться и с крайне радикальными организациями — например, с НБП. Высказанная еще в декабре, на Конгрессе, идея о создании по всей стране национально-освободительных комитетов — единой координационной сети левопатриотического движения страны — наполняется в дни после голодовки новым содержанием и имеет все шансы на жизнь.
Голодовка привела к разрыву "Родины" с партией "Народная воля" Сергея Бабурина и уходу "народовольцев" в прокремлевское движение "Патриоты России" под крыло раскольника Семигина, к антисоветчику Гудкову. Что это за компания, давно известно. Один из этих двух "патриотов" чуть не развалил Компартию, а другой, бывший гэбист, привёл свою “Народную партию” в стойло ЕдРа — что, однако, не помешало "истинному коммунисту" и гонителю красных объединиться в нежной политической дружбе. Что они представляют собой сегодня, когда вся страна протестует против монетизации, объяснять не надо: Семигин не вывел на улицы ни одного человека, а в программе гудковской "Народной партии" сказано даже, что льготы "вступают в противоречие с самой сутью рыночных отношений", за которые и ратует "народная" партия. Посему решение бабуринцев вызывает недоумение. Все указывает на то, что после голодовки в “Родине” возможны перестановки, — воспользуется ли этой ситуацией Сергей Глазьев, заявивший только что, что у него больше нет серьезных разногласий с Рогозиным?
Все это можно суммировать в главный итог голодовки: Рогозин, Денисов, Маркелов, Савельев и Харченко сумели взорвать политический застой, внесли хаос и сумятицу в могильный порядок, воцарившийся с давних пор в партийной сфере, открыли дорогу новым инициативам и неожиданным комбинациям.
Скучать им не придется: уже с 1 февраля народу предъявлены новые "безльготные" коммунальные платежи, кризис со "страховыми" лекарствами в аптеках набирает силу, вот-вот произойдут кардинальные изменения в системах здравоохранения (отмена бесплатной помощи и педиатрии) и образования (введение платы и сегрегация учеников по имущественному признаку).
Новый виток социального протеста неминуем. Весной на улицы выйдут миллионы. Партия "Родина" будет с народом.
1.0x