УКРАДЕННЫЙ ДОМ
Авторский блог Редакция Завтра 00:00 16 сентября 2003

УКРАДЕННЫЙ ДОМ

0
38(513)
Date: 17-09-2003
Author: Александр Гамаюн
УКРАДЕННЫЙ ДОМ
У Анатолия Морозова нет дома. Дом был. Его построил крепким крестьянин — дед Анатолия — таким же крепким, каким был сам. Дом бревенчатый, на каменном фундаменте, с просторными комнатами, большой русской печью, в которой можно было мыться, как в бане. Дом с широкими сенями. Именно этот дом облюбовали офицеры Советской Армии для временного госпиталя во время стояния под Москвой. За этот дом в войну, как и за всю Родину, отдал свою жизнь отец Анатолия на Ленинградском фронте, оставив вдову с четырьмя детьми на руках. Из этого родного дома Анатолий был призван на службу в Советскую Армию. Отслужив, решил одеть дом в кирпично-блочную одежду, для чего на заработанные .деньги купил полуторный кирпич, шесть тысяч штук, 25 автомашин шлака, 10 автомашин песка. Кирпич поместился в сенях, и все было готово к исполнению желания. Но случилось землетрясение в Ташкенте, и мать надоумила сына ехать по призыву правительства на помощь людям, и может быть, сестре своей, вышедшей замуж в Ташкент. С обычным запалом, с каким берется Морозов за дело, отправился он на трудные работы. Окончив их, уже по другому призыву, "сверху", поехал работать на БАМ, мечтал все же вернуться в родную деревню с семьей, а потому с задачей зарабатывал на переезд. Не думал-не гадал, что найдутся расхитители на его стройматериалы, на весь дом, на весь труд его — воспользуются темные людишки тем, что после смерти матери дом опустеет; тем, что Анатолий из-за болезни не смог прибыть на похороны матери, а накопленные деньги переслал сестре для этой печальной процедуры и снова должен был копить их для переезда в родной край. Эти люди во главе с председателем Никольского с/совета Н.Е Поповой не обратились в суд, а следовательно, не дали хода судебным уведомлениям о необходимости вступить в наследство ни сестре Анатолия Галине, что приезжала из Ташкента хоронить мать, ни брату Анатолия, Николаю, который проживал с семьей близко от деревни Чапаевка и навещал родной дом, сажал картошку на земле усадьбы, собирал урожай сада мешками и многим соседям раздавал яблоки и сливы. Понятно, что такое судебное уведомление, предусмотренное законом, не искало и Анатолия, хотя ему сказали, что не могли его найти. Вот .она ложь и нарушение закона — дом имел наследников, а его разобрали без суда, как бесхозный, распродав все,что можно было от него распродать, и все заготовленные, сохраненные матерью стройматериалы. Второе нарушение, что дом был разобран без акта БТИ, самоуправно. Опустошен был сад. Когда вернулся в деревню Анатолий, ему в местном отделении милиции вначале сказали: "Построй хотя бы хозблок, но с окном, чтобы носил жилой характер, и мы тебя пропишем, так как ты наш и у тебя на этот дом есть домовая книга, в которой значится вся семья твоих родителей вместе с тобой". Так как Анатолий серьезно копил средства для переезда, то сумел построить такую хатку, посадить новый сад: 200 гнезд малины, много кустов смородины и крыжовника, 48 плодовых деревьев. На это ушло 4 года, и за все это время Морозов старался узаконить свои действия хлопотами о прописке в родном месте. Однако суть дела Морозова и его хлопоты не остановили корысть полковника Егорникова. Он захватил участок при помощи местной власти. Три дня беспощадно сжигал на костре все, что высаживал и строил Морозов 4 года, истратив все денежные средства. Затем Егорников обнес усадьбу своим забором, но, в отличие от Морозова, за многие годы не посадил ни деревца, ни кустика, ни цветочка, ничего не построил, кроме бани, которую построил год назад. Таков радетельный новый хозяин! Нужды ли у него нет, так как это место для него дача, а не основное место жительства, как для Анатолия? Или потому, что купля-продажа земли юридически в то время не могла состояться, а значит, "кот знает, чье мясо съел"?
Вот и приходится по сей день ходить Морозову по разным инстанциям, чтобы вернуть себе родное место, приобрести свою крышу над головой. Пока безрезультатно. Шести публикаций в разных газетах не хватило на то, чтобы прокуратура возбудила по соответствующей статье депо в суде. В одиночку Морозову отстаивать свое право на наследство сложно, потому он ищет опоры в депутатах, журналистах, — во всех, кто может помочь.
В декабре 1991 года Мособлсовет большинством голосов в присутствии Морозова и около пятидесяти человек свидетелей принял решение вернуть Морозову дом и землю, пообещав выдать письменное решение на следующий день. Но при выдаче ему этого решения в нем слово "обязать" было заменено словом “рекомендовать". Морозов настаивал, чтобы текст решения был точно таким, за который проголосовали на совете депутаты, включил диктофон с записью собрания, но отстоять истину не удалось. Пришлось пользоваться рекомендацией. Однако и она была торпедирована следующим образом: вместо комиссии по расследованию дела Морозова на месте прокуратура выделила только одного человека — мадам Дзяевич, причем прокурор Наместников убедил Морозова в том, что одной Дзяевич достаточно для решения вопроса, так как решать его будут в присутствии и с участием самого Морозова с представителем местной власти с/совета д. Чапаевка Н.Е. Поповой Но Дзяевич и Попова заперлись в кабинете, не впустив туда Морозова на глазах свидетелей.
Так было допущено нарушение закона, которое наказуемо по статье о сговоре, но по сей день наказан только Морозов бездомностью, а теперь еще и тем, что стал пенсионером, а пенсию за трудовую жизнь получать негде.
Анатолий Морозов давно собрал сто шестьдесят подписей своих односельчан. Они свидетельствуют, что дом стоял в нормальном состоянии, не был аварийным, был застеклен. Тридцать человек из них сказали о состоянии дома на момент его слома, остальные 130 ходатайствовали о том, чтобы вернули Морозову наследство. Большинство в деревне были возмущены тем, что наследство украли и разорили усадьбу.
Редакция газеты "Завтра" решила показать здесь один из документов Морозова по теме сноса его дома. Из документа следует, что дом на момент слома был крепким, а потому и снесли его самоуправно без акта БТИ. Это акт обследования крестьянского подворья д. Чапаевка по улице Калинина д. №1 — наследства А.Д.Морозова.
Пока сам Анатолий продолжает хлопоты. В начале этого года он обратился со своим вопросом в Совет Федерации РФ, откуда заместитель председателя комиссии по по информационной политике Е.А.Елисеев оперативно обратился с проблемой Морозова к генеральному прокурору России В.В. Устинову.
Мы с интересом ждем развития событий, надеясь вместе с Морозовым на положительный исход его дела.


Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой