ЛИКИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ
Авторский блог Редакция Завтра 00:00 17 июня 2003

ЛИКИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ

0
25(500)
Date: 17-06-2003
Author: Олег Дорогань
ЛИКИ РУССКОЙ КУЛЬТУРЫ
В издательстве "Алгоритм", пожалуй, сегодня самом известном издательстве, выпускающем все лучшие книги отечественной патриотической мысли, вослед за книгами Вадима Кожинова, Александра Панарина, Сергея Кара-Мурзы, Владимира Бушина вышла книга ведущего русского критика и публициста Владимира Бондаренко "Пламенные реакционеры. Три лика русского патриотизма". Собственно, это настоящая энциклопедия патриотики русской культуры конца ХХ века. Владимир Бондаренко собрал в одну книгу портреты пятидесяти наиболее известных художников, музыкантов, артистов, писателей, поэтов разного возраста, разных политических взглядов, объединённых, пожалуй, только одним, но жизнеопределяющим принципом: люби Россию и служи ей. Георгий Свиридов и Игорь Шафаревич, Валентин Распутин и Александр Проханов, Илья Глазунов и Эдуард Лимонов, Александр Зиновьев и Александр Солженицын, Станислав Куняев и Татьяна Глушкова, Владимир Бушин и Никита Михалков. Многие из них в жизни не здороваются друг с другом, ведут суровую полемику, но спроси человека стороннего, а лучше всего заядлого врага России, какого-нибудь Шендеровича — и тот припечатает их всех чохом: реакционеры и мракобесы. "Красно-коричневые", одним словом.
Владимир Бондаренко задался целью прояснить картину: кто же в русской культуре противостоял распаду России. Кто же держал в этом двадцатилетнем с 1985 года, противостоянии "демократы — патриоты" сторону патриотов. Тем и ценна книга, потому и будут её читать и друзья и враги России, дабы понять, сколь значительное число светлых гениев и талантов коренной России не поддалось на фальшивые лозунги вседозволенности, свободы человека от права быть человеком, свободы от любви к народу своему и стране своей.
Книга делится на три части. Первая часть озаглавлена "Красный лик патриотизма", объединяющий всех тех, кто и в будущем для России видел лишь возрождённую красную, советскую идею. Это и отец Дмитрий Дудко, прошедший лагеря и унижения, но никогда не отказывающийся от своих идей, это и Юрий Бондарев, классик большого советского стиля. Это и мыслитель Александр Зиновьев. Вторая часть "Белый лик патриотизма". Как пишет автор: "Белый, монархический, национально-православный, романтически-ностальгический лик… Великая завершенность видна и в белом лике русского патриотизма. От идеологии до эстетики, от правил игры до своих святынь, своих героев, своих мучеников. Они помнят свой "Лебединый стан", помнят расстрелянного Николая Гумилева…". В их рядах скульптор Вячеслав Клыков и художник Илья Глазунов, писатель Леонид Бородин и мыслитель Игорь Шафаревич…
Есть и третий лик, обозначенный просто и ясно, "Русский лик патриотизма". В этой части, и самой большой части своей книги, Владимир Бондаренко поместил беседы и портреты тех, кого не назовешь убежденным защитником идей советскости, красной державности. Но кого и не причислишь ни к монархистам, ни к защитникам белого патриотизма. В любое время, в любой России они защищали русские национальные ценности. Несли идею русскости сквозь любые идеологические надстройки. По сути, именно такие вроде бы явно не бунтующие художники и писатели, мыслители и публицисты и русифицировали в конце концов социализм, почему от него отвернулись космополиты всех мастей: Валентин Распутин и Юрий Кузнецов, Татьяна Доронина и Николай Бурляев, Владимир Личутин и Вадим Кожинов…
Конечно, каждый из прочитавших книгу скажет, а почему в ней нет того-то и того-то. Но автор и сам не скрывает пробелы в своей энциклопедической "Патриотике". И сам говорит о том, что собирается писать еще о Валентине Пикуле и Иване Стаднюке, о Петре Паламарчуке и Игоре Талькове, о Валерии Гаврилине и Сергее Бондарчуке… Тот, кто следит за газетами и журналами, за литературной периодикой, заметит и новые статьи Владимира Бондаренко об Анатолии Передрееве и Глебе Горбовском, беседы с Юрием Бондаревым и Сергеем Михалковым. Работа продолжается. Очевидно, в следующем издании книги будет уже не пятьдесят, а семьдесят или восемьдесят, а то и сто портретов русских патриотических мастеров искусства. Работа исторического масштаба… Дай Бог Владимиру Бондаренко сил, энергии на полное осуществление этого замысла.
К тому же книга читается очень легко. Как литературоведческий остросюжетный роман. Со своей интригой. Своей внутренней полемикой. Интервью на самые острые темы соседствуют с литературными портретами, воспоминания об ушедших мастерах — с анализом недавно опубликованных романов и поэм. Находит он место в книге и для таких странных, не вписывающихся в традиционный канон патриотизма, своеобразных патриотических еретиках, как Григорий Климов и Юрий Мамлеев, Лев Гумилёв (правда, здесь помещено последнее прижизненное интервью с ученым сына автора молодого историка Григория Бондаренко) и Дмитрий Галковский. Может быть, в следующем издании автор даже выделит их в своеобразную четвертую часть, нечто вроде "Еретический лик патриотизма". Объем работы критика и публициста поражает. Впрочем, о трудоголизме Владимира Бондаренко давно уже ходят легенды, и многие более ленивые собратья по перу видят в этом нечто отрицательное. Мол, я статью критическую пишу целый год, а он в месяц печатает в разных газетах и журналах по нескольку статей. Но не так ли писал Виссарион Белинский? Не так ли писал Аполлон Григорьев? Не надо нынче свою собственную леность и инстинкт иждивенчества выдавать за национальную русскую черту. Не лентяи прошагали всю нашу Империю, от океана до океана, не лентяи брали в разное время Берлин и Париж, Варшаву и Прагу, прибивали свой щит на ворота Константинополя. Не лентяи создали великую русскую культуру. Впрочем, все герои книги тоже не лентяи, такие же яростные и неукротимые пассионарии, как и сам автор.
А сейчас я остановлюсь поподробнее на каких-то фрагментах этой обширной энциклопедической книги, интересной и школьникам и студентам, всем ценителям русской культуры и всем сторонникам русского патриотизма.
"Красно-коричневый" окрас русского патриотического направления просветляется, самоочищаясь в купели духовной борьбы. Его ряды пополняются, сплачиваются, несмотря на различия во взглядах и подходах у лучших представителей национально-патриотических сил. Пусть тенденции к расколу и раскольчикам изнутри остаются, эти силы сегодня связывает и единит нарастающая тревога за будущее России.
Это почувствовал Владимир Бондаренко. И свою новую литературно-публицистическую книгу он озаглавил "Пламенные реакционеры. Три лика русского патриотизма". Как пишет автор в предисловии к книге: " Разве они не реакционеры с господствующей, либеральной точки зрения? Реакционеры в области морали, нравственности, реакционеры по отношению к держаным ценностям. Конечно, жаль, что наши русские реакционеры, консерваторы, державники весь двадцатый век воевали друг с другом и продолжают воевать до сих пор. То, чего добился Франко в Испании, так и не произошло до сих пор в России в ХХ веке. Может, получится в нынешнем? Разве не реакционер писатель Леонид Бородин, который делает прямую ставку на консерватизм, заявляя, что "консерватизм сегодня — это сопротивление всеобщему распаду"? Но также могла бы сказать знаток Константина Леонтьева и, конечно же, пламенная реакционерка Татьяна Глушкова. Я понимаю. У них разные точки отсчёта государственности, но основа-то одна и та же — ставка на сильную государственность, на традиционные религиозные и нравственные ценности. По крайней мере, все мои герои — хороший фундамент для будущей русской литературы и культуры, для формирования объединяющей русской национальной идеологии в ХХI веке…" Может быть, ради этого объединения и написана была автором его книга? Недаром в пилотном издании книги он предпослал в читательское сознание образ, скалькированный с известной картины Петрова-Водкина "Купание красного коня". Как век тому назад — русский патриотизм сегодня снова на коне, на красном восходящем коне. И знаменный цвет лика русской идеи — словно румянец утренней морозной зари.
В числе передовых носителей этой идеи — "репрессированное поколение победы". Так автор назвал поколение ветеранов Великой Отечественной войны и великой отечественной литературы. Они стали жертвами всех войн и репрессий ХХ века, их добивают сегодня — нищетой и общественным презрением. А соратники по штыку и перу, переметнувшиеся в либеральный стан, их не признают, поносят и позорят. "Репрессированное поколение" потеряло многих, постарело, но не складывает своего духовного, нравственного оружия, не изменяет своему творческому призванию. Их патриотизм становится качественно новым.
Он молод — русский патриотизм, раскован и романтичен по-своему, хоть и вобрал в себя всю старую воинскую доблесть и мудрость на полях духовной брани. Он отдирает коричневую запекшуюся корку с ратных ран, как молодой солдат, вернувшийся с чеченской войны, отлежавшийся в госпитале.
Он молод, несмотря на то, что среди лидеров его есть люди самого разного возраста. Это и Валерий Ганичев — писатель, историк, публицист, общественный деятель всерусского соборного размаха и значения. Это и духовник патриотического движения отец Дмитрий Дудко, писатель и священник. Это и Игорь Шафаревич — всемирно известный ученый и мыслитель. Это и художник Илья Глазунов, сотворивший, кроме сотен своих полотен, и русскую Академию живописи. Это и национал-большевик Эдуард Лимонов, не дающий молодёжи сгореть в огне потребительского костра.
Русский патриотизм молод, как неизменно молоды мятежным русским духом своим наши фронтовики-ветераны Второй и Третьей мировых войн. Среди них автор выбирает тех, кого хорошо знает лично, ценит, уважает и любит. Кто они?
Сергей Михалков — автор немеркнущего державного гимна, великий детский писатель, поэт-сатирик, своим пером разивший пороки общества и в советский и в постсоветский периоды.
Юрий Бондарев — автор романов "Горячий снег" и "Берег",особенно широко известных и любимых в народе. "Самолет перестройки" по Юрию Бондареву так и болтается между небом и землей в поисках своего аэродрома. Ни один аэродром его не принимает, и он вот-вот, исчерпав свои последние ресурсы, рухнет. Жаль, на этом самолете все мы, а катастрофа надвигается реально, неотступно, неотвратимо... И уже нам, нынешним молодым, придётся сажать этот самолёт на надежную площадку русского патриотизма.
На события страшные и счастливые, судьбоносные и роковые богата была жизнь и у писателя-фронтовика Михаила Алексеева. Было о чем книги писать. И есть что отстаивать сегодня от засилия оголтелого беспамятства и очернительства отечественной истории. Его "Ивушка неплакучая" — Россия, исхлестанная ветрами перемен, гнутая, но не сломленная, выплакавшая слезы, но не ожесточившаяся, теряет все новых и новых лучших своих сыновей. В отличие от героев Виктора Астафьева в его последнем романе "Прокляты и убиты", герои Михаила Алексеева, пропущенные через мясорубку войны, выходят более человечными, более сострадательными. Ожесточённость всегда идёт от дьявола, о чём порою и забывают иные писатели.
Через войну прошел и Александр Зиновьев, русский философ. Он долгое время провел в эмиграции, но считает взлет советского социалистического строя в 70-80-е годы величайшим достижением человеческой цивилизации, беспримерный в истории и едва ли где-либо достижимым в скором будущем. Парадоксально, он никогда не был коммунистом, а считает себя "коммунистом романтическим, психологическим, а не формальным"…
Увы, чистые идеалы, самые лучшие для него идеалы, далеко не всегда воплощались чистыми руками. Элитарная номенклатура, обуржуазившись, изживает сама их в своих кругах. Личная власть, собственное могущество и жажда обогащения, стремление все это увековечить создали в российском обществе критическую массу, угрожающую безопасности государства, и, наконец, взрывающую его — то государство, в основе которого были закреплены устои соборности, коллективизма и народовластия. Как это у нас и произошло. Нынешняя либерально-демократическая элита родом из советского буржуазного верхушечного меньшинства — утверждает Владимир Бондаренко в своей книге. И противостояние народной культуры и элитарных избранников, обслуживающих власть, перетекало из советского периода жизни государства уже в нынешний. Противостояние формированию русской национальной элиты в разных формах продолжалось и в царское, и в советское, и в нынешнее псевдодемократическое время. О чем с антипатриотических позиций, но достаточно подробно пишет Николай Митрохин в вышедшей недавно книге "Русская партия…". И всегда русские патриоты в самой России оказывались в оппозиции к власти. А власть в оппозиции к патриотам. Это верхушечное меньшинство и реформирует раздираемое противоречиями на части посткоммунистическое общество, списывая все грехи на "красно-коричневых" коммунистов. И дух гражданской вражды не утихает, не входит в русло гражданского согласия.
Один из наиболее нонконформистских героев книги Бондаренко среди патриотов-фронтовиков — Владимир Бушин. Он яркий публицист, непримиримый полемист. У него, несмотря на разменянный уже восьмой десяток лет, кипучая молодая энергия. Он привык ни с кем и ни в чем не соглашаться. В одном кармане у него статья против Бондарева, в другом против Проханова, в третьем против Солженицына. Он воюет с доброй половиной героев бондаренковской патриотической энциклопедии. Вот и Александра Зиновьева он упрекает, что тот целил в коммунизм, а попал в Россию, и теперь выступает за возврат коммунизма. Впрочем, иные белые патриоты уверяют, что он сразу и целил в Россию. И попал куда ему было нужно. Но с автором книги, Владимиром Бондаренко, он согласен, что советская власть сама же породила гнилую верхушку. Сама и учинила переворот ради окончательного перехода в буржуазное состояние. Уничтожение великой державы, по большому счету, их рук дело, тех, кто вершил и правил именем советской власти. Ни наши диссиденты, ни американские цэрэушники не ожидали такой лихости развала и разграбления страны ее же руководящей верхушкой. "Им надоело быть временщиками, решили хапнуть Россию навсегда. Вот в чем разбираться надо нынешним красным идеологам", — окончательное мнение автора книги. И еще одно его мнение, выраженное наиболее чётко в споре с Владимиром Бушиным. До тех пор, пока русским политикам, русским мыслителям, русским художникам не надоест воевать друг с другом на потеху всему миру и всем лютым наши врагам, никакой единой русской национальной элиты не будет. Никакой победы русского духа над уничижителями его не произойдет. Все мы разные. Но сердце бьётся у нас одно — русское сердце. Когда мы это поймём, тогда и придет победа.
В ряду ветеранов-фронтовиков стоит и знаменитый критик Михаил Лобанов. Его критические публикации еще в советское время оказали заметное влияние на возрождающееся русское движение. Его статьи "Просвещённое мещанство" и "Освобождение" стали вехами в истории русской литературной критики и русского патриотического движения.
Не все, о ком пишет и с кем беседует Владимир Бондаренко, живут сегодня с нами. Хоть книга четко адресована к эпохе перестройки, и даёт почти полную панораму всей литературной и патриотической жизни с 1985 года, но за прошедшие почти двадцать лет многих из героев книги "Пламенные реакционеры" нет уже в живых... Нет с нами Анатолия Иванова, популярнейшего народного писателя, автора знаменитых книг "Вечный зов" и "Тени исчезают в полдень", нет последнего классического поэта Николая Тряпкина. Нет Татьяны Глушковой. Нет светлого музыкального гения Георгия Свиридова. Нет Владимира Солоухина и Владимира Максимова. Нет Льва Гумилева и нет Виктора Астафьева.
По прозе Анатолия Иванова, венчаемой "Вечным зовом" — широко известным в народе романом и телесериалом, можно восстановить все вешки и маяки советского строя, жизнеутверждающий пафос великой всенародной мечты о светлом будущем. Вечный зов — это ли не вселенский зов к справедливости, всеобщему братству и любви, счастью для всех, к воплощению закона гармонии звезд как закона совести у людей. Анатолий Иванов всячески избегал социальных идиллий. Его лучшие герои и в относительно благополучные времена расцвета социализма оказывались лицом к лицу с могущественными врагами. Сегодня они напоминают о себе этим врагам, будто вставшим из могил и занявшим командные высоты в политике и экономике.
Исконно русский поэт с "деревенской мистикой" Николай Тряпкин никогда не принадлежал к коммунистам, никогда в своем творчестве не воспевал советскую индустриальную державу, а все равно перед уходом в инобытие воспел рухнувшую империю, оплакал ее в молитвах перед Богом:
За великий Советский Союз!
За святейшее братство людское?
О Господь? Всеблагой Иисус!
Воскреси наше счастье земное.
Так что же, и этот поэт стал красно-коричневым на излете своей жизни? Выходит так, если судить по меркам нашего либералитета.
Не боялась называться красно-коричневой поэтесса Татьяна Глушкова. Бескомпромиссная, она считала повинных в разрушении Родины и всех молчащих, выдающих себя за патриотов, и людей компромисса.
Когда не стало Родины моей
Я ничего об этом не слыхала.
Так, Богом бережённая, хворала!
Чтоб не было мне горше и больней…
Она пережила "Час Беловежья" всего на десять лет, но своих гражданских патриотических позиций не сдавала до самого конца. И поэзия ее стала еще более бунтующей,мятежной, высокодуховной. По-моему, первым сей факт подметил как раз Владимир Бондаренко: именно бывшие центры белого движения — Дон, Кубань, Алтай и так далее. В годы перестройки стали красным вроде бы поясом. Художники и поэты, в советское время бывшие бунтарями и почти отщепенцами, в годы перестройки стали духовным оплотом красно-коричневых патриотов. Значит, дело не в окраске. Дело в сути явления. Под какими знаменами защищают Россию и её национальные интересы, её культуру, под те знамёна и идут патриоты во все времена…
Многие лидеры патриотического направления в искусстве уже ушли из жизни… Но дух их жив, он с нами, он витает и входит в души тех, кто крепок и достаточно здоров физически. Как важно ему войти во всех нас, чтобы успеть создать новую русскую культурную цивилизацию. Духовно она уже подготовлена. Да только все враждебное ей, все русско-ненавистническое — и у нас, и вне нас — давно делает все возможное, чтобы Русь Китежем пустить ко дну.
Многие прямо-таки бредят Русской Атлантидой, заклинают, закликают ее. Это, прежде всего, либералы-шестидесятники. Е. Евтушенко недавно рассказал, что в его нью-йоркской квартире на стене висит портрет ветерана Великой Отечественной войны, и ему показалось, что глаза ветерана глядят на него со дна Советской Атлантиды. Так наш непотопляемый поэт-верховод умеет пустить крокодилову слезку, заживо хороня и отпевая еще живущих ветеранов, а с ними и всю околовековую историю советской державы. В лице того ветерана он ставит крест на С. Михалкове, Ю. Бондареве, М. Алексееве, М. Лобанове, А. Зиновьеве, В. Бушине, В. Розове и многих других ныне здравствующих фронтовиках, ратниках на полях духовных битв.
Убежденным сторонником честного социализма остается и выдающийся драматург Виктор Розов, девяностолетие которого мы все будем отмечать в августе этого года, в честь которого уже учреждена престижная литературная премия "Хрустальная ваза". Он верит, что нельзя убить русский дух, что еще наступит наш Сталинград.
"Мы, пожалуй, первыми и выдохлись в рывке за великим будущим для всего человечества, — итожит прожитый век Валерий Ганичев. — У нас были иллюзии, что мы совместим социализм с русским началом. " Лидер Союза писателей России призывает искать новые русские прорывы и во власть, и в культуру, и на телевидение.
Дело здесь вовсе не в возврате советской власти, а в воссоздании мощного Государства Российского. В этом и заключается "реакционный" консерватизм Валерия Ганичева и созданной им национально-консервативной партии. Державность, духовность, достоинство — на этих трех китах плыть России в будущее. Иначе — погибельный путь…
Знаковым символом предыдущей книги В. Бондаренко "Дети 1937 года" мне метафорически представились белые аисты с черными подпалинами на крыльях подхватывающие и несущие души загубленных политзэков в гулаговских лагерях, чтобы вложить их в тельца нарождающихся будущих пророков безвременья, выдающихся представителей своего поколения. Пассионарный взрыв национальной энергии пришелся на роковые времена, но выразился невиданным ростом рождаемости. Пассионарная энергия уходила в черную дыру безвременья. Но светлая вселенская ее корона осталась. И она не меркнет. Жаль, сегодня, в наши смутные времена при ежегодном миллионном ущербе населения рождаемость крайне низка. Нет прироста населения — одна пассионарная убыль...
Вот и получается, что фактически идет на дно либеральная розовая идея со своими беспомощными и разлагающими все живое реформами. Она дряхлеет, самоизживается, провоцирует новый народный взрыв. Откуда берутся скинхеды или лимоновцы — из самых протестных слоёв населения. Их не отвлечёшь уже ни модной музыкальной попсой, ни пелевинской прозой. Но ведь количество таких "протестантов" растёт, и многие тысячи каждый год возвращаются из Чечни. Умеющие хорошо стрелять и убивать. Возвращаются туда, откуда они пришли в армию — в самые низы города и деревни. Это и будут будущие командиры. Которых себе на гибель готовит спасающий своих сытых сыночков от армии разлагающийся режим. А идеи национального возрождения они возьмут из таких книг. как книга "Пламенные реакционеры…" Владимира Бондаренко. Либеральная идея виртуального рая, созданного для меньшинства, попирающая чаяния и человеческое достоинство подавляющего большинства российского народа, так или иначе обречена. И не стоит уповать, что все окончится вселенским всхлипом русской нации, безропотно уходящей в небытие.
"Без великой русской нации — убежден автор книги, — мир летит в пропасть на глазах у всего человечества".
По мнению Владимира Бондаренко "…как бы будущие либеральные историки ни пытались оправдать творцов разрухи, русская литература не дает им никакого шанса".
В новой книге автору — при всей аналитической глубине и диапазоне эрудиции — удается сохранить романтический настрой, с метафизическим тайным, мистическим планом,и при этом дать точную схватываемость реалий разных времен, не поддающихся однозначной оценке. Ему удается увидеть мистический отсвет смены времен — то ли это ранняя заря, то ли поздний закат… Вольный чистый воздух и обнаженная угловатая фактура словно сошли с полотна художника и органично вплелись в канву книги. Патриотизму автор придал пассионарный цвет…
Созрела ли возможность слияния красной и белой идеи и движения? По мнению автора, возможен союз государственников. Критик уверен. Что по крайней мере молодые читатели будут воспринимать их красно-белые патриотические идеи уже целиком, как нечто единое. Интересы воссоздания Государства Российского спустя время сгладят многие противоречия, которые живучи, но кровь, когда-то пущенная братьями в борьбе друг с другом еще метафизически струится...
Всем от мала до велика надобно сегодня осуществлять прорывы из репрессированного своего положения, обложенного частоколами либеральных свобод, прозападно ориентированных. Из патриотической резервации в широкий и просторный русский мир. Прорывы к русской государственности из своей идеологической замкнутости и раскольнической ограниченности…
А это на поверку — далеко не просто. Национально-патриотические силы пока разрозненны, внутри у них еще немало разногласий. Вот и Николай Губенко, известный актер и режиссер, просто апокалиптически встревожен:"Русский народ распят. Кто держит крест? Власть. Кто гвозди? Средства массовой информации. Кто молоток? Те, кто отдает голоса этой власти. Кто поддерживает эту власть? Америка".
Каковы перспективы у патриотического движения? Расколы внутри шли оттого, что оно замкнуто на себе, считает автор, и потому не было движения вширь? А народ отмалчивался и в августе 1991 года, и в октябре 1993 года. К сожалению, за время перемен, почти за два десятилетия, в России не возникло такого крупного и влиятельного, как на Украине и в Литве, широкого русского патриотического движения, как крупной политической силы, как Рух или Саюдис, как партия Ле Пена во Франции. И сегодня надо работать над созданием русской национальной элиты, добиваться реального влияния на действия правительства. Так на литературно-критическую, энциклопедическую, историко-литературную концепцию книги накладывается ещё и политическая, общественная концепция автора. Книга становится не только литературным пособием, но и заметным актом отечественной публицистики начала третьего тысячелетия.
Расширение движения сегодня явно наметилось. Оно захватило и молодежные круги. И пусть оно еще стихийное, неоформленное — в среде нацболов и скинхедов, или даже футбольных фанатов. Но оно есть, оно — как закваска…
И здесь важно, чтобы опыт и умудренность старших были восприняты молодёжью. Юность, стреноженная мудростью, -— это и есть зрелая молодость русского патриотизма.
Он молод — русский патриотизм. И потому так мощна экспрессия в книгах еще одного героя Владимира Бондаренко — потому так страстна и увлекательна экспрессивно-метафорическая стихия произведений Александра Проханова. Он осуществил невероятный прорыв к современной читающей молодежи. В его романе "Господин Гексоген", выхватившим из рук либеральных литераторов престижную премию "Национальный бестселлер",лежит в капсуле и ждет своего часа новый вселенский взрыв русской национальной идеи с вековечной мечтой о русском рае. "Он был заложен еще при рождении Земли, в первичном взрыве Вселенной, — так считает писатель. — В этих спектрах Вселенной уже была эаложена красная идея. И пока будет жива Вселенная, красная идея будет вспыхивать где угодно и когда угодно: в антиглобализме, в Венесуэле, на юге, на востоке. И никакие олигархи не справятся с этим красным космизмом. " И череп Ильича, взирающий пустыми глазницами с обложки его книги от издательства "Ад Маргинем", подобен, на мой взгляд, кузнецовскому "черепу отца…" Как известно,наши скифские предки когда-то набирались ратной доблести и решимости, ритуально выпивая вино из черепов своих предков.
Владимир Бондаренко как о новом небывалом явлении в общественной жизни России говорит о Прохановском прорыве.
Время свернулось в метафору смутного лихолетья. Проханов сумел своим магическим метафоризмом дать большую историческую правду времени, чем многие прилежные реалисты. .
В числе интеллектуальных радикалов, пользующихся популярностью среди молодежи — лидер национал-большевистекой партии, талантливый писатель и безусловный русский патриот Эдуард Лимонов. Ему Владимир Бондаренко тоже отводит одну из глав своей книги. И не случайно. У Эдуарда Лимонова,заточенного в тюрьму за политические убеждения и выступления, за действенное художественное слово, в отличие от многих писателей, есть еще и реальное политическое влияние на общество. Он — писатель-бунтарь, но его бунт не бессмысленный, его бунт всецело подчинён русской национальной идее. Русскому прорыву в будущее.
Горьким прозрением звучат слова самого Владимира Бондаренко: "Конечно же, унижением России был унижен и Христос. Уничтожением русской Державы нанесли удар по всему истинно христианскому миру". Что ж, на всякое действие есть и своё противодействие. Нет в книге безысходности по отшению к будущему России и её великой культуры. Уже одно то, что было написано, придумано и воплощено пятьюдесятью героями книги Владимира Бондаренко, нашими ведущими мастерами русского искусства — есть прямое продолжение великой Русской культуры. Частичкой этого великого продолжения стала и книга "Пламенные реакционеры". Три лика русского патриотизма", все её 750 страниц. Достойный подарок крепнущего издательства "Алгоритм" самому широкому русскому читателю.


Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой