ТИХИЙ ОКЕАН — РУССКИЙ ОКЕАН
Авторский блог Александр Проханов 03:00 21 июля 1997

ТИХИЙ ОКЕАН — РУССКИЙ ОКЕАН

<br>
0
ТИХИЙ ОКЕАН — РУССКИЙ ОКЕАН
Author: Александр Проханов
29 (190)
Date: 22–07–97
_____
“Противолодочный крейсер — громада серой холодной стали, взметенной уступами в небо, врезанной в угрюмое свечение вод. Надстройка, бронированная в глыбах гора, дымящая туманной вершиной, стеклянным дыханием кратера. Ковши и чаши антенн чутко, жадно процеживают струи тумана и ветра. Бугры круглобоких контейнеров таят в своей сердцевине тела ракет и торпед, незримых и сонных, готовых скользнуть и метнуться, превратить в пожары и взрывы любые корабли и подлодки. Колючие, воздетые ввысь зенитно-ракетные комплексы ведут остриями по тучам, ожидая молниеносной атаки разящего штурмовика. На тусклой палубе, на стартовом белом кругу застыл самолет — остроклювый, хищный, готовый пружинно сорваться, дунуть огнем, превратиться в исчезающую точку, бомбить и стрелять у далеких, в завесах дождя, горизонтов. Экипаж, невидимый, упрятанный в палубах, рубках, — припал к прицелам, приборам, окружил машины и топки, наполняет корабль биением команд и сигналов, непрерывной работой, толкающей остров брони в океане… ”(из блокнота)
_____
_____Александр ПРОХАНОВ. Товарищ адмирал, действительно, так случилось, что лет пятнадцать назад писательская судьба привела меня на ТОФ, на Тихоокеанский флот, и мне удалось принять участие в уникальных учениях, маневрах, когда еще новенький, с иголочки, и, казалось, непотопляемый “Минск” был наполнен такими же молодыми, сверкающими, лакированными машинами вертикального взлета. Это были “Яки” со всеми их недостатками — но мы ушли в район учений, и там были проведены реальные, по существу, стрельбы, когда воображаемый ордер, авианосный противник, был подвергнут сразу пятикратному удару: с ракетного крейсера, который вышел в район стрельбы с подводной лодки многоцелевой ракетой “море-море” наш “Минск” отстрелялся из своих аппаратов из своих комплексов стреляла ракетоносная авиация — и на море бушевал пожар, мишени разлетались и плавились, так что казалось, будто все мы присутствуем при рождении потрясающей, уникальной дальневосточной военно-морской цивилизации. Тогда еще не был освоен даже Дахлак, но уже говорили, что пора отсюда подтягиваться в Красное море и что Персидский залив, забитый американскими авианосцами, мы должны нейтрализовать. А что сейчас с этим авианосцем, с “Минском”? Знаете, разные ходят версии в Москве, и судьбу “Минска” можно считать в какой-то степени метафорой всего нынешнего состояния флота.
_____Владимир КУРОЕДОВ.Да, многие годы прошли, Александр Андреевич, с тех памятных дней, и сегодня значительно трудней флоту, его людям. Мы все больше становимся флотом прибрежного действия, очень мало оставили действий в океанской зоне. А ведь тогда Индийский океан освоили, Красное море, Суэцкий канал даже, Читтагонг разминировали, если помните, — это исторические моменты действий Тихоокеанского флота в зоне Индийского океана. Там у нас целая эскадра была. Сегодня произошло значительное сокращение, и состояние флота, можно сказать, тревожное. Все держится на вечном нашем золотом запасе, на людях, которые и тогда, и теперь говорят: “Мы нужны России, и мы понимаем, что такое патриотизм, что такое защита Отечества”. В руках этих людей техники еще достаточно, но “Минска” уже нет. “Минск” свою жизнь боевую завершил.
_____А. П. А что с ним? Его разрезали или бордель в нем устроили, ресторан? Ходят разные версии.
_____В. К. Я видел его пять месяцев назад стоящим у пирса и целым. Что сейчас с “Минском” — не знаю. По контракту он продавался на металлолом. А если фирма, которая “Минск” купила, хотела использовать его как-то иначе, то там необходима была переделка контракта, это серьезная договорная процедура с продающей стороной. Поэтому все знает организация, которая занималась продажей.
_____А.П. Сейчас есть такое мнение, причем не обывателей, или там литераторов, а среди людей, реально планирующих военную стратегию, что России ТОФ не нужен, Черноморский флот не нужен, один адмирал действующий Балтику лужей назвал. Ставка делается только на Северный флот. Вот что это за точка зрения, что за явление, почему вдруг нашлись люди в мундирах, которые считают, что ТОФ себя исчерпал?
_____В. К. Не знаю, я таких людей среди морских офицеров, среди военных вообще не знаю и не видел. Но если вдруг придется с такими разговаривать, то я скажу: Россия, омываемая морями и океанами, просто обязана иметь у себя силы, защищающие ее со всех этих направлений. И я точно знаю, что подобных мыслей у тех, кто руководит сегодня военно-морским флотом и Вооруженными Силами, нет.
_____А.П. Тогда как могло случиться, что уважаемый мной Игорь Николаевич Родионов, который ныне в отставке, находящийся, перед этой отставкой, полетев в Японию, во всеуслышание заявлял, будто его как военного человека, как министра русского радует военно-стратегическое сближение Америки и Японии? Я помню, что всегда наращивание военного присутствия Японии в Тихом океане вызывало тревогу у России, у Советского Союза, а также американцы, которые зоной своих интересов объявили Охотское море, — нас возмущали, и вдруг министра обороны радует военно-стратегическое сближение двух несоюзных нам флотов, двух армад, которые в любой момент могут быть обращены против нашей страны.
_____
“Флагман лег на боевой курс, держа в пеленге ракетный крейсер и лодку. Приближался момент удара. Офицеры управления скопились у экрана, вглядываясь в зеленый пульсирующий мир. Зажигались и меркли мелкие импульсы целей — корабли охранения, блокирующие зону стрельбы, мишени в центре квадрата, два китобоя далеко за пределами зоны и “Локвуд”, американский фрегат-разведчик, оттесняемый охранением из района учений.
Планшетисты с мелками, нацепив наушники, на прозрачном разграфленном планшете легкими сухими ударами вели траектории двух “орионов”, назойливо круживших на большой высоте. Американские самолеты, нашпигованные электроникой, уцепились за невидимую точку в небе и ходили кругами, выжигая горючее, посылая на свои береговые базы электронную картину района, репортаж о советских учениях”
(из блокнота).
_____
_____В. К.Не знаю, откуда у вас эта фраза, эта информация. Я вместе с министром обороны был в этой командировке, облетел с ним весь земной шар, посетил все пункты и Америки, и Японии — нигде на эту тему разговор так не шел. Не может нас радовать это, и не говорил такого Родионов. Были другие слова: “Это дело двух государств, это их право”. И добавлялось: “У нас прекрасные отношения с Китаем — ведь вы же не будете против? ” Игорь Николаевич очень умный человек, дальновидный, он хороший стратег, и я вам скажу, что он был и безупречный политик. Я с огромным удовольствием прошел эти десять дней под его руководством, но, к сожалению, мы ничего не сдвинули внутри своих Вооруженных Сил по реформам — это наша беда. И моя беда. Разве я не отвечаю за флот Тихоокеанский, за людей, за его боевую мощь? Отвечаю, в первую очередь отвечаю. Просто есть условия, прежде всего финансовые, которые мне руки вяжут, не дают возможности эффективно работать. Но вопрос даже не в том, чтобы мне дать сюда денег побольше, вопрос — разрешить мне в рамках выделенных средств провести мои мероприятия. Но этого разрешения нет. Я за целевое, постатейное выделение денег. Если бы я имел бюджетную величину для флота на год, я бы несколько по-другому флот построил, структурно перестроил его, я бы сделал, чтобы людям было легче. К сожалению, здесь уже не моя прерогатива, а высших органов флотских. Вот такие трудности.
_____А.П. Но что же все-таки подразумевается, когда мы говорим “военная реформа”? Я по-прежнему как наивный человек, как идеалист — а я им и сейчас остаюсь — считаю, что мы в это слово вкладываем некий положительный смысл, наше желание усовершенствовать флот, экономику, всю жизнь. Что же такое реально представляет собой реформа, как она касается вас на флоте своим крылом?
_____В. К.Одной фразой отвечу: жить по-человечески и служить по уставу. По-человечески — это значит не на февральской получке находиться во второй половине июля.
_____А служить по уставу — значит как положено: на корабле, в море. Ведь когда нет топлива — разве это служба? Вот это надо сделать, и это возможно сделать, даже сегодня возможно, когда мы в удавке финансовой.
_____А. П. И все же, каковы параметры, критерии существования флота? Скажем, эскадры океанской у нас нет, Дахлак не наш, топливо и масла на пределе, весь флот стоит у пирса, у офицеров бушуют души, жены ропщут, оборудование навигационное устарело, космические группировки удается нам вывести в полном объеме или нет — этого не знаю. Но в чем критерий существования флота? Он сжимается, сжимается, сжимается… Что в пределе: последний катер или еще флот? Или это как бы арифметическая сумма железа и какой-то человеческой массы?
_____В. К.Критерий флота имеет и количественную, и качественную характеристику. Количественная — в его составе боевом, в его людях, а качественная характеристика присуща эффективности решения задач, стоящих перед ним.
_____А.П. То есть ТОФ удовлетворяет и сегодня этим критериям?
_____В. К. Безусловно. Отвечает всем необходимым требованиям: от последнего тральщика до морских стратегических ядерных сил.
_____А. П. И даже управляемость сохраняется?
_____В. К. Да, наш флот управляем и как самостоятельное боевое объединение, и в составе любой группировки. Сейчас мы совместно с Дальневосточным округом провели небольшие региональные мероприятия — учения, проверили взаимодействие на практике, отработали все свои вопросы.
_____А.П. Значит, вам удается — и я думаю, на это все направлено — превратить свой флот в минимально возможное нечто, чтобы потом это все опять расцвело. Или нет? Ведь в моем, литературном, мире мы переживаем тоже своеобразную катастрофу: союзы писателей рухнули, многие ушли в политику сумасшедшую, какое-то время просуществовали в качестве общественных лидеров и сгорели дотла на этих своих ролях. Рынок книжный рухнул, и ты сегодня можешь писать шедевры, но критики, которая оценит, уже нет. То есть свои муки налицо, но все-таки, мне кажется, нам удалось сохранить некий ДНК, некий код культурный, вот он сейчас зазимовал, как вирус, в стадии вируса, а чуть потеплеет — опять мы распустимся в культуры. Наверное, и на флоте вот этот ген подобным же образом сохраняется?
_____В. К. Вы совершенно правы. Этот ген прежде всего в людях. Останутся те, кто верит, что флот нужен России. Таких много, сотни тысяч. Есть, конечно, люди, сломавшиеся морально. Планочка жизненного уровня где-то опустилась — они и не выдержали, упали. Есть такие. Мы их потеряли, можно сказать. Но в своем большинстве люди у нас достаточно упорные, в них как вложили понятие “Родина”, так в них это понятие и остается — как основа всего. Ради шутки, как говорят на флоте: “На шлюпках поднимем флаги, а флот будет! ” Это — идея, можно сказать, народная, не пришедшая со стороны, не насильственно кому-то вложенная в уши.
_____
“Летчик, угнездившись в кабине, захлопнул фонарь. Укрылся стеклянным блеском. Стал невидимой частью машины. Слабо зашумело, задуло, одев машину прозрачной рябью. Перешло в нарастающий секущий свист. Из-под брюха ударили синие струи, расплющиваясь об огнеупорную палубу. Самолет окутался копотью, светом. В грохоте колыхнулся, стал отжиматься от сияющих раскаленных опор. Висел в сфере света, в центре огня. Медленно вращал глазницами, уходил за пределы палубы над плещущим морем, выдавливая на воде плоские ямы. И вдруг косо, быстро, снимаясь с невидимой, удерживающей его спицы, понесся, черня и терзая воздух, вонзаясь в тусклую даль. Разом умолкая, превращаясь в маковую росинку. Пусто. Голое море. Оседает шлейф жирной гари. И уже второй самолет, окутываясь ревом и пламенем, балансирует, щупает крыльями воздух, уносится на огненной метле”(из блокнота)
_____
_____А.П. Мне кажется, что военным, в частности морякам, сейчас морально труднее, чем кому бы то ни было, я даже думаю, труднее, чем конструкторам генеральным, которые что-то там строят — ракеты, корабли, танки, — потому что военные, а особенно моряки, вообще очень наивные люди, потому что большую часть жизни они проводят на морях и не знают жесточайших законов берега. Они наивные, потому что верят в святые символы флага. И теперь, когда рушится Родина, народ, ценности, оборона, — встают вопросы. За что Нахимов воевал? За Крым. Где этот Крым? Зачем Цусима, где погибла эскадра адмирала Рождественского? Ведь это страшно тяжело сегодня офицеру, адмиралу, тяжело морально. Я не говорю о зарплате и прочих бытовых неурядицах.
_____В. К. Потому-то я и сказал перед этим: тот, у кого моральная планочка оказалась низковата, — тот и выпал из строя. А в основном у большинства, она высокая. Ведь мое место в частях. Я от Камчатки до Хабаровска на самолете все облетал, переговорил и продолжаю общаться с очень многими людьми.
_____А.П. Вы чувствуете себя частью края?
_____В. К. Конечно, я же коренной приморец. Я все сегодня делаю для того, чтобы на кораблях служили уроженцы Дальнего Востока. Ведь раньше ТОФ на 80 процентов комплектовался офицерским корпусом с запада. А сегодня мы делаем все — и, на мой взгляд, правильно делаем, чтобы здесь служили те, кто здесь родился и вырос.
_____А.П. Судьба Приморья сейчас волнует всех. Вот, Владимир Иванович, можно некорректный вопрос задать? Я тут встречался с Евгением Ивановичем Наздратенко и почувствовал, как он взвинчен, какая у него сейчас душевная драма происходит в связи с конфликтом, который сейчас нарастает, разгорается в Приморье. Как офицеры флота к нему относятся? Я не спрашиваю, как вы к нему относитесь. Вы знаете свой состав. Что думает моряк-дальневосточник по поводу этой драмы, которая нависла над Наздратенко? Ведь нет в ней необходимости, нет для нее условий — и нам бы ее очень не хотелось, очень. Но все же: если, предположим, будут досрочные выборы… Мне кажется, что до этого не дойдет, удастся погасить скандал. Но если будут досрочные выборы, то флот поддержит губернатора?
_____В. К. Конечно, флот будет за губернатора голосовать, как и в 95-м году. Наздратенко сегодня очень много делает для флота — не на словах, а в конкретных делах: и в подготовке кораблей, и в обеспечении жильем, да по любому вопросу, который надо решить. И не только он, но и все его вице-губернаторы с удовольствием любой наш вопрос решают. Вот сейчас “Адмирал Виноградов” ушел в поход на Токио. Кстати, интереснейший поход. Больше века русских военных кораблей не было в Японии, с 1894 года, когда мы последний раз заходили в порт Нагасаки. Так вот, по моей просьбе были проведены за счет местного бюджета некоторые финансовые вливания для корабля, чтобы не ударить в грязь лицом. И точно так же мы здесь работаем. Ведь Владивосток — город моряков, и флот городу помогает, краю помогает. Вплоть до того, что по-прежнему на картошку ездим! Но наша помощь, конечно, больше проявляется в ситуациях чрезвычайных. Вот когда зимой очень трудно было, топлива не давали, то корабли сливали, отдавали свое топливо городу. Так было.
_____А. П. А нам казалось, что Наздратенко открывал НЗ.
_____В. К. Да, флот открывал НЗ по просьбе губернатора, чтобы дать топливо городу, его тепловым электроцентралям. Мы друг без друга не можем жить. Поэтому, возвращаясь к тому вопросу, я еще раз повторю: не нужна эта драма. Нам нужна работа. Трудная, совместная работа.
_____А. П. А что вообще творится в Тихом океане, кто там сейчас хозяин?
_____
“На рейд из залива вышла подводная лодка. Лениво, вяло скользила, неся свое черное, змеиное, со связками мускулов тело. Застыла, гася движение среди белесых вод. Я смотрел, прозревая сквозь воду ее колоссальную, сокрытую в море массу, атомное горение котла, контейнеры, отягченные готовыми для удара ракетами. Подлодка готовилась к стрельбам. Через несколько недель она уйдет в океан. Погрузится на долгие месяцы, скроется среди подводных течений. Войдет в пульсирующее грозное поле, охватившее мировое пространство. Между двух полюсов, уклоняясь от самолетов разведки, следящих акустических станций, противолодочных кораблей неприятеля, от рыскания враждебных подлодок”(из блокнота)
_____
_____В. К. Знаете песню: “На Тихом океане тишина обманчива, как летняя погода”? Сегодня там крупнейшие державы мира друг против друга пока стоят — и люди по 3–4 месяца находятся на боевом дежурстве. Но за последнее время и ТE8хий океан, и моря все больше становятся ареной доверительных действий. Мы начали проводить ряд совместных с другими флотами мероприятий. Почти ежегодно проводятся учения с Соединенными Штатами Америки, а в прошлом году мы принимали корабли четырех государств на празднике 300-летия русского флота. Буквально неделю назад от нас ушел проводящий кругосветное плавание фрегат “Ричмонд” Королевства Великобритании. На мой взгляд, это просто веление времени. Тематика наших учений — оказание помощи в стихийных бедствиях, в тех ситуациях, которые складываются здесь, в западной части Тихого океана, в результате возможных землетрясений: где надо — эвакуация, где — оказание помощи людям и доставка продовольствия. Вот на такую тематику мы ведем учения. Я вот был удивлен учениями на Черном море вокруг Севастополя — с задачей оказания помощи какому-то населению в результате конфликта, возникшего в городе. От таких учений Россия отказалась, вы знаете. А здесь — другая тематика.
_____А.П. Вот вы говорите “меры доверия”. Со времен Горбачева — все меры доверия. Китай, например, не только отрабатывает “меры доверия”, но и наращивает свое военное присутствие, и все с пониманием, с уважением даже к такой политике относятся.
_____В. К. Я бы сказал так: Китай увеличивает или улучшает свою обороноспособность. Почему бы так не сказать?
_____А.П. Но когда шли последние маневры вокруг Тайваня, наш флот реагировал?
_____В. К.Конечно, правда, у нас задача была другая: более детальное изучение обстановки. И мы ее выполнили.
_____А.П. Несколько лет назад я шел в районе Хоккайдо на каком-то пограничном корабле обеспечения (не помню, как он назывался, но боевой, были там орудия небольшие) так за нами, пока мы шли, шастали два японских эсминца: спокойные, точные, молчаливые — смотрели, есть ли потенциальная угроза.
_____В. К.Оружие само по себе потенциальная угроза. Потому-то и речь идет о поиске мер доверия, чтобы, не боясь, ходить друг к другу.
_____А.П. Бояться не надо, но опасаться стоит всегда. А Курилы, эти самые Южные Курилы — ведь до сих пор дискуссия не стихает по их поводу. Есть круги, очень влиятельные круги бизнеса, которые, контролируя, по существу, огромный сектор российской политики, по-прежнему, исподволь, отрабатывают проект передачи этих островов Японии, и общественное мнение находится под такой радиацией, которая вымывает из нашего сознания святую заповедь: “ни пяди русской земли! ” Если Украину отдали, то что там Курилы? Если Прибалтику отдали…
_____В. К. Вы меня в политику тянете, а ведь знаете, что военные политикой не занимаются. Но отвечу вам так: в этих вопросах я за законность и справедливость. Я категорический сторонник того, что ни пяди русской земли мы никому не должны отдавать. Ни предками нашими, ни нами, ни нашими детьми, ни историей — никем нам не позволено отдавать, мы права такого не имеем. Но все должно решаться на основаниях законности и справедливости.
_____А. П. А многое флот проиграл бы в случае потери этих островов?
_____В. К.Безусловно. Прежде всего здесь проигрыш стратегического плана, потеря оперативной целостности театра. Это уже проигрыш. Дальше условий можно много придумать: и блокирование флота в Японском море, и невозможность развертывания сил в океанскую зону и т. д., но потеря оперативной целостности, разрыв флота пополам — это уже говорит о многом.
_____А. П. И последний вопрос. Я не завидую сегодняшним официальным идеологам, которые говорят о величии России, потому что у них нет примеров личностных, на которых они могли бы воспитывать, скажем, новую армию. Допустим, вот Суворов, давайте действовать как Суворов! Но Суворов собирал империю, он за Измаил воевал, он бил турок. Тирасполь, Приднестровье — это суворовские завоевания. Или давайте брать пример с Ушакова для флота. Но Ушаков долбил турецкий флот на Средиземном море… Кого ни возьми — все так или иначе содействовали расширению русских пространств: что в море, что на суше. А где новые, демократические герои, в чем их слава?
_____
“Летчики ведут ракетоносец на цель, уже приборы вложили ее образ в электронную память ракет. Те еще связаны жестко с машиной, но в их электронном мозгу уже зреет, дымится удар.
—… Шесть, пять, четыре, три, два, один… Пуск!..
Недоступный для средств ПВО, вне их зоны поражения, ракетоносец пустил ракету. Медленно удаляясь, она вписывается в ниспадающую к морю кривую, вычерчивая ее дымной трассой.
— Есть!.. Цель поражена!.. Попадание!.. ”
(из блокнота)
_____
_____В. К. Флот и сейчас воспитывается на именах своих героев: Ушаков, Нахимов, Лазарев, и великий наш исследователь Крузенштерн. Но, наверное, сегодня мы воспитываем личный состав на идее нерушимости границ, того достояния, которое оставлено нам нашей славной историей. Вот я выступал на прошлой неделе перед выпускниками училища — 23 диплома с отличием, 3 медалиста — и вспоминал себя. Ведь 30 лет назад я закончил то же самое училище и я понимаю: этикет военного — прекрасная вещь, при мне командующий флотом никогда перед выпускниками не выступал. Но на мои слова: “Есть ли вопросы? Я готов на все ответить! ” — ни одного вопроса, им все понятно, видите ли. Если мне не все понятно, как же у них может не быть вопросов? Им же входить в эту жизнь. Я знаю, что они умнее меня. Умнее — это точно. Я-то прожил жизнь в условиях стабильности, мы в тепличных условиях вырастали, я об этом говорю и своим подчиненным, и в человеческих, и в военных. А когда наваливается воз проблем, да воз не по нашим условиям, то многие, кто не был к такому готов, ушли другие руки опустили, в сторону отошли. Остались только те, кто может справиться и с проблемами, и со службой. Но они то за эти шесть лет, с 92-го по 97-й — через сколько прошли? Ведь каждый год динамично реформировалась Россия — я не говорю, в какую там сторону, я говорю о динамике вообще. И они значительно умнее нас, эти молодые ребята, они за 5 лет такое прошли, чего я не видел. И в то же время вот молчат, у них нет вопросов.
_____А.П. Но, с другой стороны, и вы кое-что видели: мировой океан, например, а они его увидят ли?
_____В. К. Да, здесь проблема очень серьезная. В прошлом году, например, некоторые офицеры, выпускаясь штурманами, не были ни на одном штурманском походе. Но это тоже проблема решаемая. Просто надо в любой ситуации найти правильное решение. А то все смотрим, вздыхаем, ждем, как узел закрутится сам: затянет тебя или не затянет? Людей, принимающих по существующим условиям четкие решения, почти нет. А здесь все просто решилось: каждый месяц, когда флот делает выход в море, сажаем училище на корабли. И они довольны, и мы довольны. Все курсы берем — и идем в недельное плавание под флагом командующего флота. Они там и свои занятия по программе проводят, и вместе на боевых постах учатся, делают все, что им потом предстоит решать. Так что сегодня уже с первого курса ходят у нас курсанты на боевом корабле. Везде есть выход. Обнадеживает вот что: и в лучшие времена на флоте первичных должностей не хватало всегда. У нас переизбыток был старшего поколения. А низшего звена всегда не хватало. И сегодня просто радость, что молодежь идет. Парадокс ведь: знают, что флот сокращается, а идут! И получают места на кораблях. Вот 209 человек выпускаем, 167 — получают места на Тихоокеанском флоте и на кораблях в первую очередь. Сейчас стоит задача: сохранить корабли. Иначе зачем тогда флот? Этот кабинет не нужен, если кораблей не будет.
_____
“Я поднялся в ходовую рубку. Вахтенный офицер стоял в свечении вод. За стеклами близко, врезанные в светлую воду, шли корабли, по четкой черте, бесшумно, мощно пожирая пространство, тратя последний тающий отрезок времени, сжигая его прикосновением отточенного железа.
Я чувствовал убывание времени: корабельного, боевого, приближавшего старт ракет и своего, личного, отдававшего в голову частым тяжелым уханием.
Море грозно светлело. Шли корабли. И я, чувствуя вовлеченность в удар и матросов-хлебопеков, и юнца-оператора, и множества иных, вовсе незнакомых мне людей, испытал мгновение, расширяющее сознание, — словно тело перестало существовать, а моя душа поднялась над всем, обозрела всю землю разом…
На подводной лодке ртутно задымило. В молнии света прянуло острие, словно сорвался с тетивы черный зубец. И я в тяжелый бинокль следил дрожащий полет ракеты, трепетное, в окулярах, удаление острия.
Крейсер, задрав контейнер, окутался белой гарью, накрылся рыхлой дымной копной — и оттуда, ахнув, гася за собой струю света, умчалась ракета, отточенная, как стеклорез.
На флагмане, перед рубкой, в поднявшемся на дыбы сером цилиндре закипело, осветилось. Задергались кинжальные лезвия синих шипящих огней. И словно шарахнуло по корпусу громадной кувалдой. Огромный огненный шар прокатился по палубе, пропуская сквозь себя корабль, и в пламени, исчезая, на миг возникло черное буравящее веретено. В рубку ворвался, обжигая ноздри, запах раскаленной стали. Жадно, остро вдыхал я этот дух, этот блеск. Глядел, как рассеивается пороховое облако, и бок корабля с контейнером несет в себе горячий ожог — серую, лысую, со сгоревшей краской, броню”
(из блокнота)
_____
_____А. П. Я помню, как молодым человеком попал в кабинет к Адмиралу Советского Союза Горшкову. Он почему-то стал благоволить ко мне после моих публикаций о флоте, оформил мне поездку на все закрытые базы североморские и как-то раз в разговоре со мной увлекся, начал рассказывать об океанических цивилизациях. Он тогда только что написал свою книгу “Морская мощь государства” и говорил, что к ХХI веку Россия станет великой океанической державой и будет контролировать не только поверхность океана, но и дно. Там о поселениях морских речь зашла. И он говорил об этом с какой-то наивной, футурологической, мальчишеской верой и мечтой. Я подумал: как бы ему было горько видеть нынешнее состояние флота. Но надеюсь, что во флоте сохранились наверняка какие-то слои военных интеллектуалов, которые держат еще эту мечту и сверхзадачу.
_____В. К.Да, в основном у поколения старшего, у штабистов осталось, но они сохранили это направление.
_____А.П. Владимир Иванович, вот советское время — это время огромных огранизационных свершений, были непрерывные суперпроекты: “Космос”, или “Целина”, или проект создания нового поколения океанических военных кораблей, то есть была устремленность в будущее. И чтобы создать безбазового содержания флот в Северной Африке — это какая башка должна была быть у стратегов: как поставить корабли, на каких местах, чтобы в Тунис сходить на заправку, помидоры взять в Пирее, подвоз, коммуникации, действия в случае войны… То есть чертова кибернетика! Сейчас эти проекты как бы исчезли, нет Пятой эскадры, нет флота. Значит, нам придется заново все изобретать, или этот опыт драгоценный где-то лежит в маленькой папочке на пергаментной бумажке, ждет своего часа?
_____В. К. Велосипеда мы постараемся не изобретать. То, что прошло проверку на практике и осталось в архивных делах, то, что планировалось на перспективу, ничего не забыто.
_____А. П. А как лично ваша судьба складывалась?
_____В. К. Всю жизнь здесь, в Приморье, кроме двух с половиной лет на Балтике, где был начальником штаба флота, ну и плюс годы учебы в Москве и Ленинграде. А так я в Приморье родился, и училище здесь заканчивал, и службу почти всю здесь прошел. Во всех закуточках Дальнего Востока отслужил.
_____А.П. Если доживу, и на ТОФе появится какой-нибудь новый авианесущий крейсер, пригласите меня на смотрины.
_____В. К. С удовольствием приглашу! Вот придет наш “Петр Великий”, наш атомный крейсер ракетный, который сегодня на Северном флоте испытания проходит, — и как только придет, я вас приглашу.
_____
“Вышло бледное солнце, позолотило высокую сталь — и она зажглась, как колокольня. Крейсер, утратив страшные тонны, невесомый, лучистый — скользит среди вод и небес”.
_____
_____
Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой