Преступность COVID – 19
Сообщество «Выживание» 12:58 31 марта 2020

Преступность COVID – 19

как меняется криминал в период пандемии
1

Пандемия COVID-19 оказывает глубокое воздействие на все социальные процессы  в обществе, в том числе и на криминальные проявления, особенно на организованную преступность (ОП) и незаконные рынки.

На ранних стадиях пандемии представляется достаточно затруднительным не только количественно оценить, но и содержательно спрогнозировать криминальные последствия воздействия COVID-19 и осуществляемых мер по противодействию ОП.  Тем не менее, на данный момент уже имеются профессиональные комплексные криминологические оценки ситуации и предложения по реагированию.

Европол анализирует новую преступность

Важнейшие положения об изменениях в криминальной деятельности в период пандемии содержит доклад (март 2020) Европола «Пандемический спекулянт: как преступники эксплуатируют кризис COVID – 19». Аналитики Европола отмечают, что преступники быстро воспользовались возможностями, чтобы использовать кризис, адаптируя свои способы действий или участвуя в новых преступных действиях. Факторы, которые вызывают изменения в преступности и терроризме, включают:

высокий спрос на определенные товары, защитное снаряжение и фармацевтическую продукцию;

снижение мобильности и потока людей через и в ЕС;

граждане остаются дома и все чаще работают на дому, полагаясь на цифровые решения;

ограничения в общественной жизни сделают некоторые криминальные действия менее заметными и перенесут их в домашние или онлайн-настройки;

увеличение тревоги и страха, которые могут создать уязвимость для эксплуатации;

сокращение поставок определенных незаконных товаров в ЕС.

Основываясь на информации, предоставленной государствами-членами ЕС, и собственной экспертизой, Европол выделяет четыре основные области преступности периода COVID – 19:

Киберпреступность

Количество кибератак против организаций и частных лиц уже сейчас является значительным и, как ожидается, будет расти. Преступники использовали кризис COVID-19 для проведения атак социальной инженерии, посвященных пандемии, для распространения различных пакетов вредоносных программ.

Киберпреступники вероятно, будут стремиться использовать все большее число векторов атак, поскольку все большее число работодателей вводят онлайн – работы (удаленную) и позволяют подключаться к системам своих организаций.

Пример: Чешская Республика сообщила о кибератаке в университетской больнице Брно, которая вынудила больницу закрыть всю ИТ-сеть, отложить срочные хирургические вмешательства и перенаправить новых пациентов с острыми заболеваниями в ближайшую больницу.

Мошенничество

Мошенники очень быстро адаптировали под новую ситуацию известные схемы мошенничества, чтобы извлечь выгоду из опасений и страхов жертв во время кризиса. К ним относятся различные типы адаптированных версий схем телефонного мошенничества, мошенничества с поставками и дезактивации. Можно ожидать, что в ближайшее время появится ещё большее количество новых или адаптированных схем мошенничества, когда мошенники попытаются извлечь выгоду из беспокойств людей по всей Европе.

Пример: расследование, поддерживаемое Европолом, фокусируется на передаче компанией в Сингапуре 6,6 млн. евро компании для приобретения спиртосодержащих гелей и масок FFP3 / 2. Товар так и не был получен.

Контрафактные товары

Продажа контрафактной медицинской и санитарно-гигиенической продукции, а также средств индивидуальной защиты и контрафактной фармацевтической продукции увеличилась в разы с начала кризиса. Существует риск того, что фальшивомонетчики будут использовать дефицит в поставках некоторых товаров, чтобы все чаще предоставлять контрафактные альтернативы как в автономном режиме, так и в автономном режиме.

Проявления организованной преступности

Различные типы схем, связанных с кражами, были адаптированы преступниками для использования текущей ситуации. Это включает в себя известные мошенничества, связанные с выдачей себя за  представителей органов государственной власти. Ожидается, что коммерческие помещения и медицинские учреждения будут все чаще становиться объектом организованных краж.

Несмотря на введение дополнительных карантинных мер по всей Европе, криминальная угроза остается динамичной, и во время кризиса и после него будут возникать новые или адаптированные виды преступной деятельности.

Пример: несколько государств-членов ЕС сообщили о схожем образе действия для кражи. Преступники получают доступ к частным домам, выдавая себя за медицинский персонал, предоставляющий информационные материалы или средства гигиены, или проводя «тест на коронавирус».

Усилия международных исследователей

Доклад (март 2020) «Преступность и вирус. Воздействие пандемии COVID-19 на организованную преступность», подготовленный международной исследовательской организацией «Global Initiative Against Transnational Organized crime”, представляет собой результат обобщения и осмысления информации, полученной от  государственных полицейских органов, международных сообществ отставных сотрудников полиции, а также от наших партнеров из числа правительственных организаций, научных центров и гражданских сообществ относительно воздействия коронавируса на ОП и незаконные рынки.

В докладе отмечено, что пандемия меняет лицо не только экономики и финансов, но и объемы, структуру и принципы функционирования преступных рынков и связанных с ними ОП.

На первом этапе пандемии практически повсеместно наблюдается некоторое снижение уровня преступности и уменьшение активности ОП. Однако при продолжении пандемии и особенно развертывании ее по наиболее неблагоприятному сценарию, связанному с высокой смертностью и снижением управляемости в тех или иных регионах, странах и городах, вполне вероятен всплеск активности ОП и значительный рост спроса на незаконные товары и услуги.

Еще один контекст взаимодействия ОП и пандемии связан с переплетением государственной власти с ОП через коррупцию и прямое представительство преступности во власти. В подобных государствах организованные преступные группы (ОПГ) еще до пандемии были глубоко интегрированы с финансовым сектором, здравоохранением, логистикой. В таких государствах последствия пандемии могут быть особенно страшны, поскольку ОПГ постараются нарастить свое могущество, увеличить масштабы контролируемых ресурсов за счет паразитирования на медицинском обслуживании населения и использования ресурсов на борьбу с пандемией.

Стремительнее изменения

Приоритетом номер один для правительств, стремящихся замедлить распространение вируса, стало ограничение передвижений, сегментация населения и блокировка не только государственных границ, но и различных, особенно пострадавших от пандемии регионов от остальной страны. Силы безопасности – полиция, вооруженные силы и национальная гвардия – мобилизуется для блокировки границ, транспортных терминалов, районов страны, отдельных городов и даже кварталов мегаполисов, как, например, в Китае. Ключевое значение для уровня эффективности этой деятельности имеет уровень доверия между полицией и сообществами, а также между полицией и каждым отдельным гражданином, вынужденным соблюдать никогда ранее не существовавшие меры строгой изоляции.

Во время пандемии особое значение имеет не только уровень доверия между полицией и населением, но и отсутствие коррупции в правоохранительных органах. Там, где полиция так или иначе связана с ОП, можно прогнозировать низкую эффективность мер по изоляции и блокировке. Более того, реализация этих мер может стать питательной средой для деятельности преступных структур, которым коррумпированные полицейские передадут эксклюзивные функции по доставке продуктов питания, медицинских препаратов и т. п.

Правительства и правоохранительные органы накопили значительный опыт эффективной деятельности в условиях военных конфликтов, а также различного рода чрезвычайных ситуаций локального характера. Что же до текущей пандемии, то уже в настоящее время очевидно, что впервые как минимум за 100 лет мир столкнется с глобальным кризисом, который столь резко поменяет экономические, политические, социальные реалии. Есть основания полагать, что если кризис продлится более чем ещё два-три месяца, то ОПГ в зависимости от конкретных государств будут стремиться либо встроиться в процессы логистики товарных потоков, либо даже постараются преступно захватить административные структуры, координирующие государственное противодействие пандемии.

Проблема в том, что воинские подразделения, по крайней мере в развитых странах мира ориентированы на ведение боевых действий, подразделения национальной гвардии - на подавление беспорядков в рамках политических волнений, а полиция – на противодействие криминалу в рамках обычной жизнедеятельности. Соответственно, ни вооруженные силы, ни подразделения национальной безопасности, ни полиция не имеют опыта деятельности в условиях обрывов социальных связей, режима самоизоляции и других подобных форс-мажоров.

В этой связи возникает потенциальная угроза со стороны ОПГ, для которых форс-мажор – естественное и привычное состояние, - как административным координирующим структурам, так и непосредственно сообществам. Преступность в условиях глубокого кризиса будет стремиться интегрироваться во власть. Такого рода процессы наблюдались в девяностые годы во многих странах Восточной Европы и в Латинской Америке.

Там, где государственные усилия по борьбе с коронавирусом окажутся недостаточно эффективными с точки зрения населения, преступные боссы и ОПГ могут постараться не только встроиться в структуры логистики и блокировки, но и напрямую войти в государственную власть. Вирус глубоко изменяет общество и соответственно меняет условия противодействия государства ОПГ.

Анализируемый доклад рассматривает четыре главных тенденции:

- можно ожидать временного сокращения масштабов ОП и разнообразия их деятельности вследствие принудительного ограничения антропотоков не только между и внутри стран, но и в масштабе городов и даже отдельных районов. ОП потребуется некоторое время для того, чтобы приспособиться к новым условиям;

- поскольку внимание правительства, подразделений национальной гвардии и полиции в период пандемии сосредоточено в первую очередь на борьбе с ее последствиями, некоторые преступные группы могут использовать ослабление внимания к ним для расширения криминальных операций;

- ОПГ, действующие в секторе здравоохранения, постараются максимально интегрироваться в структуры чрезвычайной медицинской помощи в рамках пандемии. Там, где медицинские структуры будут испытывать нехватку аппаратов искусственного дыхания и иной медицинской техники, с высокой степенью вероятности можно ожидать появления криминальных структур с участием коррумпированных медицинских работников, подпольно продающих услуги улучшенного медицинского ухода за тяжелыми больными;

- традиционно киберпреступность относилась к криминальной сфере, имеющей прежде всего, долгосрочные последствия. Однако в условиях пандемии все большая часть граждан использует услуги электронной коммерции, а также заказы продуктов, лекарств и т. п. онлайн. Можно гарантировать, что преступники с одной стороны постараются проникнуть или даже поставить под контроль сети доставки, а с другой, используя инструментарий киберпреступности, создадут множество поддельных интернет-магазинов и т. п.

Коронавирус замедляет, ограничивает преступную деятельность и заставляет ее перестраиваться.

Ограничения на путешествия и перемещения в пределах городов и населенных пунктов, а также драматическое сокращение экономической активности и международной торговли на первом этапе пандемии тормозит и ограничивает преступную деятельность. Однако, подобные ограничения будут носить лишь краткосрочный характер. К сожалению, в некоторых странах и регионах ОП более гибка и оперативна, чем законопослушные структуры. Соответственно она на этапе развития пандемии постарается поставить под свой контроль новые, быстрорастущие зоны экономической активности, включая службы доставки, дистанционной торговли, предоставления онлайн финансово-кредитных услуг и оказание незаконных медицинских услуг.

Изменится и структура преступности. Предпринимаемые меры по блокировке, изоляции и социальному дистанцированию, несомненно, окажут положительное влияние на уличную преступность. Например, в Мексике, где количество убийств в 2018 - первом месяце 2019 г. было рекордное за последнее пятилетие, то со второй декады марта, когда начали осуществляться меры по самоизоляции и ограничению, число преступлений в день сократилось со среднегодового 81 до 54.

(Аналогичные кратковременные тенденции сокращения уличной преступности отмечаются в городах США, Австрии, Германии, Швеции – В.О.).

Также на порядки падает число квартирных и домовых краж, а также грабежей магазинов. В пустых городах сразу бросаются в глаза группы, входящие в те или иные, в том числе закрытые заведения. По состоянию на конец второй декады марта нигде в мире не зарегистрированы попытки организовать массовые беспорядки, связанные с изоляцией и ограничениями. Также в подавляющем большинстве стран снизился уровень уличных преступлений, типа, угона автомобилей, квартирных краж и т. п.

(Вместе с тем, уже появились и тревожные тенденции, которые могут в ближайшем будущем изменить картину преступности. На юге Италии боятся социальных протестов там начинаются первые грабежи, вынуждая владельцев супермаркетов проявлять особую бдительность.

В Палермо организованная группа из двадцати человек появилась перед коробками супермаркета Lidl — на Viale Regione, одном из крупнейших и наиболее посещаемых в Палермо — с тележками, полными продуктов, отказываясь платить, крича: «Достаточно быть дома, у нас нет денег, чтобы заплатить, мы должны есть». Сотрудники супермаркета вызвали полицию, в то время как паника распространилась среди широкой публики, ожидающей на улице, стоявшей в очереди с безопасным расстоянием в один метр между людьми. Хаос продолжался часами. Чтобы избежать худшего, правоохранительные органы вынуждены следить за защитой супермаркетов в Палермо и других городах.

Призывы к беспорядкам распространяются, как лесной пожар в социальных сетях. На Facebook был открыт профиль группы под названием «Ной», который поощряет мятеж под лозунгом: «Заберём то, что у нас  взято». Через несколько часов у него появились сотни подписчиков, некоторые из которых организованы посредством чата. Их сообщения не оставляют места для сомнений. Есть те, кто говорит: «Те, кто готов к войне 3-го (дата, предусмотренная для окончания чрезвычайной ситуации, хотя есть уверенность, что правительство примет решение о продлении), должны записать это здесь», «мы должны сломать все супермаркеты». Другой пишет: «Проблема немедленная, дети должны есть».

Призыв к разграблению супермаркетов проявляется не только на Сицилии, но и в других местах на юге. На этой половине территории Италии в подпольной экономике занято почти четыре миллиона человек. В некоторых районах Неаполя, участились случаи грабежей на улице, когда преступники отбирали у людей отбирали сумки с продуктами, которые некоторые покупатели только что купили в супермаркетах. Редкий день, когда в некоторых южных провинциях нет нападения на аптеки.

Так называемая информационная служба 007 подготовила конфиденциальный отчет, направленный премьер-министру Конте и министру внутренних дел Ламоргезе с таким предупреждением: «Существует потенциальная опасность стихийных и организованных восстаний и восстаний, особенно на юге Италии», где подпольная экономика и присутствие организованной преступности являются двумя основными факторами риска».

О таком риске — мафии предупреждает мэр Палермо Леолука Орландо, который предупреждает, что организованная преступность воспользуется, чтобы возглавить беспорядки – В.О.).

ОПГ и китайский экспорт

В более широком смысле на доходах ОПГ сильно сказывается сокращение китайского экспорта. Китай является не только крупнейшей торговой державой мира, но и ведущим источником контрафактной и незаконной торговли товарами во всех ведущих странах мира. Поскольку китайские фабрики не работают, а товаропоток за рубеж на порядки сократился, то как китайские, так и международные ОПГ лишились одного из главных источников своих доходов.

Ограничения китайского экспорта также привели к резкому сокращению поставок на рынки США опиоидов, таких, как, например, пентатил. Мексиканские картели вот уже десятилетия закупают в Китае химические вещества – прекурсоры, изготовляя на этой основе наркотики и отправляли их в Америку. В итоге, в 2013-2019 гг. поставки опиоидов стали основным источником дохода для мексиканских картелей. В 2020 г., особенно с конца февраля, поставки через мексиканские картели на порядки сократились в объемах.

Усиление пограничного контроля, торговля людьми и контрабанда

Значительное усиление пограничного контроля резко снизило объемы трансграничной торговли людьми и контрабандный товаропоток. Перевозка товаров и людей ограничивается резким уменьшением числа работающих таможенных пограничных постов и одновременно на порядки более пристальным контролем за трансграничными перемещениями кого-либо и чего-либо со стороны национальной гвардии и полиции.

Кроме того, общие ограничения и закрытие границ для перемещения людей сделали для контрабандистов и работорговцев крайне затруднительной доставку в Европу и через Европу. В более отдаленной перспективе существует значительная опасность, которая в настоящее время недооценивается. Можно ожидать, что в скученных лагерях беженцев, которых только на Ближнем Востоке насчитывается 5 млн человек, начнется неконтролируемая и не документируемая официальной статистикой вспышка коронавируса. На фоне десятков, сотен, а может и тысяч смертей отчаявшиеся люди из лагерей беженцев преимущественно на севере Сирии, в Турции, Иордании, Ливане, а также на Севере Африки неупорядоченно хлынут на европейский континент, особенно в страны ЕС. Из этого мутного потока ОПГ постараются извлечь максимум прибыли. В этой связи весьма вероятным сценарием является целенаправленно инспирированная торговцами людьми, другими криминальными структурами вспышка коронавируса в лагерях беженцев в период, когда коронавирус предположительно выйдет на пик в странах ЕС, Турции и т. п.

Полиция Ливии уже сообщает, что ограничения, направленные на борьбу с коронавирусом, меняют маршруты контрабанды людей через Сахель. Перед лицом пандемии и без того опасное будущее сотен тысяч мигрантов станет еще более драматичным. Все это накладывается на процесс установления границ и барьеров внутри Африки.

Во-первых, страны региона, воздействие на которые COVID-19 в условиях развала и недостоверности статистики неизвестно, тем не менее активно начали закрывать таможни и пограничные пункты въезда-выезда по всему Черному континенту.

Например, в Нигере контрабандисты, переправлявшие крупные партии грузов из Нигера в Ливию, и сопровождаемые военным конвоем 17 марта были отправлены на границе обратно в Нигер. Пока ОПГ, обслуживающие транзит, испытывают шок. Однако скоро шок пройдет и с высокой степенью вероятности можно ожидать направления контрабандных и криминальных конвоев под прикрытием серьезно вооруженных, вплоть до танков и вертолётов, конвоев сопровождения, при необходимости готовых дать бой на границе. Что касается конвоев, то они вероятно будут созданы из регулярных военнослужащих стран Африки, временно уходящих в отпуск с оружием с согласия старших коррумпированных офицеров.

Во-вторых, как сообщают из Сирии, правительство при поддержке Турции смогло блокировать известные места дислокации контрабандных банд.

В-третьих, сами контрабандисты приостанавливают деятельность из опасений по поводу вируса и инфекции среди них. Даже если контрабандисты попытаются продолжить деятельность, в нынешних условиях местные сообщества, вооруженные силы, протурецкие негосударственные группы не колеблясь используют силу, чтобы уничтожить контрабандистов в том случае, если они попытаются продолжить свой трафик через турецкую границу.

В целом, в настоящее время подавляющая часть контрабандистов находится в растерянности и непонимании, что они будут делать дальше. Лишь некоторые, как правило, молодые и трансграничные ОПГ, в состав которых входят как обычные преступники, так и киберкриминал, видят в новых ограничениях возможность для дополнительного заработка и заняты, согласно донесениям спецслужб, разработкой принципиально новых технологий контрабанды.

Первоначальные сообщения из Европы свидетельствуют, что в тех странах, где существует политика жесткой блокировки или социального дистанцирования проявился недостаток дезинфицирующих средств, медицинской техники и отдельных видов лекарств. Есть основания полагать, что в ближайшие недели криминал попробует интегрироваться в логистические сети и, используя тайные маршруты, наладить поступление дженериков из Индии и необходимых фармацевтических субстанций из Китая.

Во всем мире идет процесс стремительного закрытия не только уличной торговли, но и традиционных, привычных всем молов, галерей и универмагов. Многие экономисты полагают, что, если социальные ограничения продлятся больше двух и особенно трех месяцев, то традиционным оффлайновым торговым сетям будет очень сложно восстановиться. Это потребует продолжительного времени. Криминал уже среагировал на хрупкость оффлайновой уличной торговли и начал активно предлагать товары с безопасной доставкой не только через онлайновые, но и одноранговые, теневые веб-рынки.

Пострадают и другие ключевые криминальные отрасли. Хорошо известно, что в различных странах мира, в том числе даже в развитых, немалая часть продаваемых в оффлайновых официальных торговых точках товаров носит контрафактный и криминальный характер. Поскольку объемы оффлайн торговли стремительно падают по всему миру, не удивительно, что прибыли ОПГ от этой сферы бизнеса также снижаются. Кроме того, в странах с недостаточно устойчивым рынком владельцы магазинов и иных торговых точек привыкли не только платить налоги, но и отдавать часть дохода криминалу. Теперь этого источника у ОПГ больше нет.

Коронавирус открывает окно новых возможностей для ОПГ

Пандемия ставит государственные учреждения под беспрецедентное давление. COVID-19 вынуждает правительства стремиться к достижению двух несовместимых целей: минимизации заболевших и умерших от коронавируса и спасения экономики и финансов от полного, необратимого разрушения. Хотя институциональное перенапряжение имеет множество последствий, применительно к правоохранительным органам едва ли не главным является следующее.

Полицейские вместе с национальной гвардией, и, если потребуется, армией в основном, по крайней мере на первой стадии пандемии, решают задачи блокировки, изоляции и поддержания в работоспособном состоянии логистических цепочек. Им часто не хватает времени на борьбу с ОП.  Большая часть преступников также, как и все общество, вынужденно ушла в изоляцию и минимизировала свою активность. В то же время молодые и высокотехнологичные преступники, пользуясь возросшей безнаказанностью, активизируют деятельность, прежде всего, связанную с производством и оборотом наркотиков, а также продажей контрафактных аппаратов для тестирования коронавируса, аппаратов искусственного дыхания. Кроме того, известно, что в Италии, Испании, Португалии, Бразилии и даже в некоторых штатах Америки высокотехнологичные ОПГ разместили в интернете и в Darknet магазины, где можно купить указанную выше продукцию. Практически вся она контрафактная.

Данные процессы характерны не только для развитых стран. Например, в Гвинее Бисау после спорных выборов в декабре 2019 г. конкурирующие политические партии рассматривают в качестве президента и премьер-министра своих кандидатов. Соответственно страна погрузилась в начале 2020 г. в хаос и анархию. Поскольку еще в середине 2000 годов Гвинея Бисау стала ключевой точкой для перевозки кокаина из Южной Америки в ЕС, в настоящее время обе противоборствующие политических силы сообщают контрагентам о своих возможностях по выполнению этих функций.  В текущей ситуации авторы доклада называют Гвинею Бисау наркогосударством.

В Албании полицейские силы в настоящее время перегружены решением логистических и блокировочных задач. При этом март и апрель – это сезон для производителей каннабиса. Поскольку полиция занимается первоочередными задачами, криминальные сети, оставшиеся без присмотра и противодействия, значительно увеличили объемы поставок в страны ЕС. Закрытие пограничных постов в Колумбии – крупнейшем в мире производителе кокаина – направлены на предотвращение трансграничных вспышек вируса. Однако на колумбийских границах существуют сотни пограничных подземных переходов, полностью контролируемых криминалом. Эти туннели используются для незаконного ввоза мигрантов, наркотиков, нелегального золота и криминального оружия. По сведениям колумбийской контрразведки, во второй половине февраля – первой половине марта объем преступной продукции, транспортируемой по тоннелям, возрос не на проценты, а в разы.

В Южной Африке Национальный резервный банк опубликовал предупреждение против мошенников, которые утверждают, что являются представителями банков, собирающими у населения банкноты, зараженные вирусом. В Нигерии полиция совершила налет на магазины, предположительно продающие поддельные тесты на коронавирус. Даже в благополучной Швейцарии молодые ОПГ, состоящие преимущественно из мигрантов, стали предлагать гражданам, магазинам и кафе услугу дезинфекции зон коронавируса. В ходе дезинфекции они крадут деньги и наиболее ценные товары.

Возросла незаконная торговля флорой и фауной, связанных с коронавирусом. Торговцы продвигают продукты из рога носорога, как уникальное лекарство от коронавируса. В Италии и в Соединенных Штатах в DarkNet по спекулятивным ценам можно приобрести оригинальные контрафактные работающие и неработающие системы тестирования, медицинские кровати и различного рода аппараты для вентиляции легких. Эти магазины открыли преступники из Балканских стран и из Восточной Европы.

Сектор здравоохранения является важной мишенью для преступных групп, особенно там, где они уже проникли в эту сферу

Поскольку пандемия вызывает ажиотажный спрос на медицинские принадлежности и медицинскую технику, а информационный шум приводит к дезинформации населения, преступные группы пользуются этой уникальной возможностью. Продажа контрафактной медицинской продукции резко возросли с момента появления первой информации о коронавирусе. Это же относится к кражам медикаментов и предоставлению услуг по эксклюзивному медицинскому обслуживанию в вирусологических комплексах за большую плату.

Если подавляющая часть правительственных структур в Северной Америке и странах ЕС по-настоящему прониклись опасностью коронавируса с первых числе марта, а Соединенные Штаты – с середины марта, то преступные группировки активизировали свой контрафактный и поддельный медицинский бизнес уже в феврале. В середине февраля, невзирая на строжайшую дисциплину и блокировки, они начали работать не только в северных провинциях Китая, но и в Монголии, Японии, Южной Корее и на Филиппинах.

Там, где ОПГ уже интегрированы в системы медицинской и фармацевтической логистики, они способны переключить на себя значительную часть материальных и финансовых ресурсов, тем самым усугубляя ситуацию с заболеваемостью и смертностью в той или иной стране, для которой характерна такая интеграция.

Власти Ирана, Украины и Азербайджана пресекли попытки контрабанды запасов медицинских масок и дезинфицирующих средств для мытья рук. В Италии полиция конфисковала контрафактные маски в нескольких регионах.

В ответ на новые тенденции в области медицинского контрафакта в марте 2020 г. в рамках координируемой Интерполом и Европолом операции «Пангея» власти 90 стран мира приняли коллективные меры против незаконной продажи лекарств и медицинских товаров в интернете. В результате первого этапа операции уже арестовано 121 человек и конфисковано фармацевтических препаратов на сумму 14 млн долларов.

В некоторых странах ОПГ глубоко укоренились в цепочках поставок медицинских услуг и в системе здравоохранения. Коррупция является серьезной проблемой, которая обязательно аукнется большим числом дополнительных заражений и смертей. Предварительные данные показывают, что по завершении пандемии выяснится, что уровень коррупции прямо будет коррелироваться с успешностью государственных мер против СОVID-19.

Эта тенденция уже проявилась в Италии, переживающей подлинную катастрофу, связанную с заболеваемостью и смертностью от СОVID-19. Несмотря на бескомпромиссную борьбу итальянского государства с традиционной преступностью, до сих пор система здравоохранения, фармацевтическая промышленность и медицинская дистрибуция находятся в течение долгих лет в значительной мере под контролем «Козы-Ностра» в Сицилии, «Каморры» в Неаполе и «Ндрангета» в Калабрии.

Хотя проникновение мафии в здравоохранение характерно преимущественно для юга страны, в трагические дни в Ломбардии и североитальянские ОПГ предлагали отчаявшимся людям за серьезные суммы денег подключить их родственников к аппаратам искусственного дыхания. Этих аппаратов в Италии хронически не хватало.

Располагая мафиози на ключевых позициях, в административном руководстве больницами, аптеками, учреждениями здравоохранения криминальные сети присвоили себе значительную часть инвестиций и иностранной помощи, получаемой Италией от государств вне ЕС. Помощь ЕС имеет целевой характер и направляется напрямую больницам. В то же время помощь государств, не входящих в ЕС, идет по линии правительства и предполагает наличие в Италии дистрибьютеров распределения помощи.  Хотя итальянскую систему здравоохранения часто хвалят за уровень доступа и качество медицинского обслуживания, в нее глубоко проникла мафия. Расследование, проведенное в 2018 г. показало, что по всей Италии машины скорой помощи контролируются Ндрангетой и ее контрагентами на севере. В результате врачи скорой помощи зачастую вымогают деньги у больных, и это при том, что машины скорой помощи находятся из-за воровства мафиози зачастую в аварийном состоянии.

Как сказал во время презентации настоящего доклада эксперт по мафии и заместитель министра здравоохранения Италии Серхио Нацзаро: «Мафия и коронавирус – близнецы-братья. Мафия похожа на коронавирус. Она может вас заразить, где бы вы не находились».

Коррупция и криминальная эксплуатация носят глобальный характер. К сожалению, коррупция глубоко пропитала медицинские учреждения, аптеки и в целом медицинскую сферу. Причем, это относится не только к так называемым несостоявшимся государствам или странам, только встающим на путь экономического развития, но и по вполне благополучному европейскому региону. Согласно исследованию ЕС в 2018 г., 19% пациентов сообщили о том, что они платили взятки за льготное медицинское лечение и как благодарность врачам и медсестрам за проведенные операции. Для Словении эта цифра достигает 38%, а для Словакии 41%.

Система здравоохранения США долгое время являлась мишенью для преступных групп. В докладе Thomson Reuters, опубликованном в 2012 г., говорится, что от 3% до 10% общей суммы расходов на здравоохранение или примерно 230 млрд долларов разворовывается, поступает в ОПГ или присваивается коррупционерами.

Хорошо задокументирован криминальный аспект работы по локализации во время вспышки Эболы в 2014-2016 гг. Хроническое недофинансирование медицины из-за мошенничеств, коррупции, финансовых манипуляций существенно ослабили эффективность работа здравоохранения во всем мире. Кроме того, в XXI веке в целом ряде стран с высоким уровнем общественного здравоохранения произошла его передача в частные руки с последующей оптимизацией. Эта оптимизация сократила значительное число вирусологических больниц, отделений, лабораторий и т. п. Фактически сегодня мир, по крайней мере в аспекте медицинской инфраструктуры, встречает пандемию хуже оснащенным и организованным, чем во второй половине XX века.

Национальная медицинская промышленность, оцениваемая в Соединенных Штатах в 431 млрд. долларов ориентирована, прежде всего, на сверхбогатых, богатых и средний класс.  Ассортимент лекарств, условия предоставления амбулаторных и стационарных медицинских услуг практически недоступны для бедных больных и недавно прибывших в страну иммигрантов. В этих условиях некачественные и неэффективные лекарства в аптеках для бедных могут не только не помочь их выздоровлению, но и, напротив, ухудшить состояние больных, затруднить постановку точного диагноза, ускорить распространение инфекционных заболеваний, резко снизить доверие людей к медицинским учреждениям, и в конечном счете, в дополнение к вирусу убить множество людей.

Во многих странах мира контрафактные фармацевтические рынки контролируются мощными ОПГ. Кроме того, ОПГ, используя шантаж, силу и связи с коррумпированными политиками, осуществляют вывод дефицитных лекарств и медтехники с белых рынков на черные, преступные. Всё это ведет к увеличению доли контрафактной продукции в общем медицинском обороте.

Например, в Мексике, шесть из каждых десяти медицинских изделий или лекарств подделаны, просрочены или реализуются на черных рынках, будучи украденными из легального здравоохранения. Крупнейший преступный медицинский оператор, не только содержащий сеть мелких и средних аптек по всей стране, но и наладивший производство дженериков из субстанций, поступающих по контрафактным каналам из Китая, Халиско взял под полный контроль здравоохранение в штатах Гуанахуато, Халиско, Герреро и Мичоакан.

Какими бы разнообразными не были пути проникновения криминала в медицину, фармацевтическую промышленность и торговлю лекарствами, в той или иной степени они задействованы ОПГ по всему миру.

Кибермошенничества, онлайн финансовая преступность, дезинформация и другие виды преступлений, осуществляемых киберкриминалом в условиях пандемии, несомненно, увеличат масштабы и прибыльность

Это связано с тем, что люди повсеместно в условиях блокировки переходят от взаимодействия оффлайн к контактам онлайн.

Сведения, получаемые из различных стран мира – из Китая и США, из Норвегии и Индии, из Италии и Японии – свидетельствуют о том, что киберкриминал, в отличие от традиционных видов ОПГ, стремительно среагировал на пандемию и использует открывшиеся возможности.

Начались и множатся серии фишинговых атак, связанных с коронавирусом. Стремительно растет число поддельный сайтов, замаскированных под надежные источники, включая Всемирную Организацию Здравоохранения, национальные медицинские платформы и т. п. На этих поддельных сайтах рекламируются контрафактные лекарства и медицинская техника, а также указываются якобы надежные оптовые и розничные продавцы, которые могут на льготных основаниях реализовать продукцию. Такая сложная цепочка, включающая не только киберпреступность, но и социальную инженерию, эксплуатирует сочетание дефицита защитных средств, лекарств и медицинского оборудования со свойственными людям паническими настроениями.

В 2018 г. Управление отчетности правительства США сообщило, что 43% лекарств, продаваемых в легальных аптеках страны, являются либо поддельными, либо контрафактными, либо незаконно ввезенными в страну. Можно с уверенностью сказать, что в настоящее время в условиях пандемии этот показатель значительно выше.

Также ОПГ активно используют в своих интересах значительное увеличение свободного времени населения в рамках блокировки и самоизоляции.  Например, флагман индустрии виртуального секса PornНub уже в начале эпидемии на 30% увеличил количество и продолжительность просмотров. Одновременно ресурс предлагает бесплатное членство премиум класса на время пандемии. После ее завершения клиенту будут выставляться счета. Отписаться от ресурса будет весьма затруднительно.

Аналогичным образом уже с первых месяцев эпидемии активизировались не только в DarkNet, но и в социальных сетях ресурсы, ориентированные на онлайн сексуальную детскую эксплуатацию (CSE). В США, Бразилии, Италии зарегистрированы случаи, когда преступники открывают специальные ресурсы, рассчитанные на детей, и предлагают доставить бесплатно домой к ребенку недорогой компьютер с видеокамерой и передать его бесплатно, если ребенок согласится не выключать компьютер в течение дня, даже когда он с ним не работает. ФБР уже раскрыло несколько банд, которые в течение февраля-марта привлекли к этому постыдному бизнесу более, чем 200 детей-натурщиков.

Другая криминальная онлайн индустрия, которая, вероятно, значительно увеличит число своих клиентов – это подпольные казино и т. п. В условиях пандемии эти ресурсы расширяют свой таргетинг. Если раньше они были ориентированы на молодежь, то теперь дополнительно нацелены на людей среднего возраста со средним уровнем дохода, невысоким уровнем образования и социально изолированных.

Исходя из первых полицейских анализов, в феврале и особенно первой неделе марта значительно выросло число попыток компрометации деловой электронной почты. Поскольку все большая часть предприятий оказывается во все более сложном финансовом положении, социальные инженеры и мошенники предлагают за небольшое вознаграждение, часть из которого надо выплатить авансом, открыть для подобных предприятий долгосрочные беспроцентные кредитные линии, якобы поступающие из государственной казны.

Общей тенденцией в условиях пандемии является перераспределение структуры дохода. То, что традиционные ОПГ теряют в оффлайне, новые, в том числе трансграничные ОПГ приобретают в онлайне. Они же стремительно наращивают доходы от комбинации оффлайн и онлайн деятельности.

Уязвимости и ответы

Информация с мест, полученная из различных регионов мира, позволяет говорить об основных направлениях воздействия коронавируса, значительно изменяющих среду и условия действия полиции. Конкретно речь идет о следующем:

Во-первых, ОПГ стараются максимально использовать в своих интересах заметно возросший уровень риска для определенных возрастных и социальных групп. Соответственно полиция должна опережающе взять эти группы под свою защиту и повседневный мониторинг.

Во-вторых, в рамках развития пандемии коронавируса неизбежна переориентация полиции, уголовного правосудия, и более широко, органов безопасности на борьбу с пандемией коронавируса даже за счет оголения некоторых традиционных направлений деятельности в сфере национальной безопасности. Возможность возникновения широкомасштабных социальных беспорядков, волнений и массовых грабежей, так или иначе связанных с ОПГ, заставляет полицию и силы национальной гвардии действовать опережающе, не допуская массового распространения настроений паники, ненависти к государству и холодной гражданской войны под лозунгом «Каждый только за себя».

Преступность и уязвимые группы населения

Гуманитарные и организационные меры по борьбе с коронавирусом должны принимать во внимание, что значительная часть уязвимых старших групп традиционно пользовалась услугами криминала через приобретение страховок, лекарств и оказание медицинских услуг в структурах, контролируемых ОПГ. Социальная маргинализация, особенно в развивающихся странах, с неизбежностью порождает криминальную экономику.

Некоторые предупреждают, что центры содержания под стражей, а также огромные лагеря беженцев, прежде всего, на севере Сирии, в Турции, в Иордании, в Ливане и Ливии являются поистине страшными бомбами замедленного действия. Согласно отчетам ВОЗ, эпидемия коронавируса особенно быстро распространяется там, где популяция живет либо в предельно замкнутых, либо в скученных условиях. Именно там темпы развития эпидемии, ее масштабы и летальные последствия максимальны.

Мало кто из политиков отдает себе отчет в том, что, если эпидемия продлится от 4 до 6 месяцев, считая с января 2020 г., то в тюрьмах и местах временного содержания скачкообразно увеличится смертность. Это может послужить запалом для бунтов и волнений.

Ещё страшнее перспектива стихийных, неуправляемых потоков беженцев в Европу в результате скачкообразного роста числа заболевших и умерших в лагерях беженцев на Ближнем Востоке. В этих лагерях по самым минимальным оценкам проживает в настоящее время около 5 млн человек.

Такие масштабы незаконного антропотока в условиях и без того переживающих политико-экономический и культурно-ментальный кризис стран ЕС, сколько-нибудь мощные, малоуправляемые, обезумившие от страха потоки нелегальных мигрантов могут привести к хаосу, которого мир давно не видел. Под угрозой не только ЕС. По состоянию на сегодняшний день не очень понятны ситуации в Мексике и Центральной Америке, а также в Центральной Азии и Северном Китае. При наиболее неблагоприятном развитии событий в этих регионах могут сложиться условия, которые вынудят десятки и сотни тысяч людей попытаться бежать в Соединенные Штаты, в южные районы Китая и в Россию.

На американском континенте пандемия коронавируса может наиболее болезненно ударить по Гаити. Уже сегодня в этой стране существуют лагеря для перемещенных лиц, где живут десятки тысяч человек. Страна так и не преодолела последствий давнего землетрясения и значительная часть ее населения продолжает жит ь в нищете. Хаос, вызванный пандемией, поставит на грань выживания основную массу населения, в котором имеется едва ли не самая высокая в Центральной и в значительной части Латинской Америки доля молодёжи от 14 до 28 лет.

В Великобритании полицейские аналитики предупреждают, что длительное закрытие школ, развлекательных и общественных центров может подтолкнуть молодых людей, особенно из промышленных и городских агломераций к вербовке в ОПГ. Проблема обостряется тем, что интернет-культура на протяжении по крайней мере последних 10 лет всячески насаждала компьютерные игры с криминальным оттенком, прежде всего так называемые криминальные квесты и стрелялки. В условиях скачкообразного возрастания свободного времени у молодежи, у значительной части лиц может возникнуть соблазн попробовать применить свои виртуальные навыки в реальной жизни.

В условиях пандемии особому риску подвергаются сообщества наркоманов. Уже сейчас очевидно, что в условиях целенаправленного ограничения антропотока и резкого снижения объемов мировой торговли могут заметно нарушиться регулярность, график и объёмы поставок наркотиков из Афганистана, Восточной и Южной Африки, Колумбии, Венесуэлы, Боливии и Мексики. Сбои в отлаженной логистике приведут к ломке наркоманов по всему миру. В этом состоянии, как известно, они способны на всё, чтобы получить наркотики. Соответственно, в мировых мегаполисах резко, возможно на порядки, возрастает риск подвергнуться неспровоцированному нападению со стороны наркоманов, переживающих период ломки.

Кроме того, временный недостаток опиатов, героина, других видов тяжелых наркотиков приведет наркоманов к необходимости перехода к жизни в небольших сообществах. Чисто статистически, будучи членом сообщества, у человека всегда больше шансов получить ресурс, чем у одиночки. При этом несомненно, что коллективное потребление наркотиков приведет во всем мире к росту вич инфицированных, больных гепатитом и т. п.

Коронавирус меняет институции и вызывает чрезмерную нагрузку на правоохранительные органы

Пандемия уже создала предельный уровень нагрузки на все государственные учреждения. С каждой неделей становится все более вероятным, что она может затянуться.

Существует и дополнительный фактор, связанный с пандемией. Каждая чрезвычайная ситуация – это прежде всего экзамен на эффективность работы властей на всех уровнях. В зависимости от масштабов и смертности от пандемии граждане решат, заслуживает ли их правительство доверия, либо его надо менять.

Как показывает опыт, попытки отдельных правительств утаивать информацию и длительно, либо постоянно лгать гражданам полностью разрушает не только престиж правительства, но и фактически ведет к утрате им легитимности. Именно итоги эпидемии станут важнейшим политическим фактором на ближайшую перспективу.

Одной из ключевых подсистем правительственной инфраструктуры является уголовное правосудие. Пандемия коронавируса может стимулировать наиболее радикальную перестройку структуры, функционала и организации работы полиции. Поскольку правительства все чаще берут на себя чрезвычайные полномочия, именно полиция, национальная гвардия и армия превращаются в ведущие государственные институты, от которых зависит жизнеспособность общества и эффективность государственной власти.

К сожалению, уже имеются случаи, когда в условиях полной неэффективности работы медицинской инфраструктуры, полиции и армии приходилось брать на себя несвойственные им функции. Лучший пример этого – Италия.

Как показывает опыт, наиболее эффективно полиция осуществляет деятельность в странах, где заранее были внедрены всеохватывающие системы наблюдения и мониторинга населения. Именно система социального кредита в сочетании с разветвленной инфраструктурой видеонаблюдения позволила Китаю быстро с основном справиться с пандемией.

Важность наблюдений для правоохранительных органов в чрезвычайных ситуациях понимают и далеко от Китая. Например, премьер-министр Израиля Б. Нетаньяху использовал чрезвычайное постановление по борьбе с коронавирусом, чтобы узаконить развертывание по всей стране системы видеонаблюдения.  К моменту написания доклада 10 стран, включая Китай, Иран, Германию, Сингапур и Вьетнам начали широко использовать системы видеомониторинга, а также иные цифровые решения для отслеживания распространения вируса и своевременного купирования его распространителей.

Изменения уровня, качества и технической инфраструктуры, контроля и мониторинга за населением в условиях коронавируса предполагает после завершения пандемии уточнение социального договора между гражданином и государством. В этом договоре общество – с одной стороны, и государство – с другой стороны должны определить и согласовать, до какой степени видео- и иные формы контроля и мониторинга приемлемы для общества в обмен на обеспечение безопасности гражданина, в том числе во время пандемий.

Пандемия заметно увеличивает поведенческую нагрузку на сотрудников полиции. В условиях блокировки и самоизоляции часто именно полицейские становятся не только единственными представителями власти, но и вообще единственными контактами людей, которые находятся на карантине. По сути, например, в Китае, а сегодня и в некоторых штатах Америки именно полицейские в глазах населения олицетворяют не только власть и государство, но и общество, как взаимосвязь индивидуумов. Фактически полицейские в условиях пандемии не только сохраняют порядок в рамках чрезвычайного положения, но и поддерживают живые непосредственные контакты между членами общества, которые не может заменить никакое онлайн общение.

Иными словами, впервые в истории полиция берёт на себя три фундаментальных функции:

- во-первых, охраны порядка, борьбы с ОП, киберкриминалом, а также традиционной и уличной преступностью, которыми полиция собственно занималась с момента своего основания;

- во-вторых, полиция, как показывает опыт Китая, Японии, Южной Кореи, Германии, США, Вьетнама, Великобритании и т. п. достаточно широко используется для развертывания медицинской инфраструктуры, например, совместно с инженерными войсками. Например, для перепрофилировании домов отдыха и т. п. во временные больницы;

- в-третьих, в условиях карантина именно полицейские не только оказывают бытовые услуги лицам старших возрастов, но и по сути являются теми, кто сохраняет, особенно в наиболее острый период эпидемии, саму социальную ткань общества.

Принципиально новые проблемы для полиции пандемия коронавируса создает в условиях нарушения нормальных технологий правоохранительной деятельности. Например, уже в первые дни развертывания эпидемии в Южной Корее, Южной Африке, некоторых штатах Америки полностью закрылись суды.

Одновременно, полиция получила рекомендацию минимизировать число задержанных, в том числе за мелкие нарушения общественного порядка. В условиях закрывшихся судов полицейские все чаще оказываются вынужденными брать на себя несвойственную, и более того в известном смысле незаконную функцию самим решать, заслуживает ли преступивший закон временного заключения под стражу или достаточно профилактической беседы.

Отдельный вопрос – это ситуация с тюрьмами. Например, отсутствие доступа к медицинской помощи, перенаселенность и антисанитарные условия привели к тому, что уже на первой стадии эпидемии в городе Ухань были инфицированы 800 заключенных местной тюрьмы. Страх перед вирусом вызывает волнения и насилие в тюрьмах. Бунт, вспыхнувший в Боготе – столице Колумбии – привел к гибели 23 заключенных и 83 раненых из числа заключенных и полицейских, которые с трудом подавили вспышку.  Еще один пример дает Иран. Понимая невозможность справиться в тюрьмах с эпидемией, он одноразово освободил 85 тыс. заключенных, в том числе подавляющее большинство политических заключенных.

(Поэтому во Франции, Германии,   США, Аргентине, Колумбии, Иране, Афганистане, Бахрейне, Египте, Иордании, Судане, Эфиопии уже приняли решения выпустить на свободу тысячи осужденных за малозначительные преступления , а также пожилых осужденных – В.О.).

Поскольку полиция становится по сути главным публичным лицом властей, в полной мере не только главными, но чуть ли не единственными представителями государства в контактах с населением, центральным вопросом работы правоохранительных органов становится доверие и легитимность полиции у граждан. В местах, где повальная коррупция и избыточная жестокость, а также крышевание преступности полицией стало правилом, можно ожидать самых трагических последствий эпидемии коронавируса.

Именно в период пандемии коронавируса авторитет, доверие к полиции со стороны граждан становится едва ли не решающим фактором эффективности государственных усилий.

Едва ли не лучшим примером является Италия. На севере Италии граждане доверяют полиции и ценят ее помощь. Уже сегодня очевидно, что, если бы не помощь карабинеров и полиции героическим итальянским врачам, трудящихся в условиях растерявшегося руководства, жертвы коронавируса из без того высокие, были бы возможно на порядок больше. В то же время в южных районах Италии, где полиция не обладает авторитетом в глазах граждан, население весьма неохотно выполняет меры по блокировки и социальному дистанцированию.

Возможность социальных беспорядков и работа с ОПГ

Один из основных вопросов которых до сих пор остается без ответа, заключается в том, как глобальный кризис повлияет на нелегальные рынки. Согласно нашим данным, законопослушные отдельные лица и сообщества в большинстве развитых стран прибегают к черному рынку тогда, когда исчерпываются законные средства к существованию, а на легальных рынках отсутствуют товары, необходимые для выживания. Если пандемия приведет к глобальному социальному и экономическому кризису, сроком более полугода, начиная с декабря прошлого года, то есть большой шанс, что люди к концу этого периода впадут в отчаяние. Длительный кризис и изоляция могут увеличить риски мародерства и краж со взломом, а также породить отдельные чёрные рынки. На этих рынках будет реализовываться не только поддельная и контрафактная продукции, но и товары, переданные криминалу коррумпированными чиновниками и зависящими от криминала бизнесменами.

По мнению авторов доклада, возможные попытки властей некоторых стран в условиях пандемии подавить существующие десятилетиями подпольные рынки могут привести лишь к порочным циклам насилия и маргинализации. Это чревато огромными человеческими жертвами и страданиями.

Авторы показывают это это на примере борьбы с наркотиками, практикующейся на протяжении последних 30 лет в таких латиноамериканских странах, как Колумбия, Боливия и Эквадор. По сути, производство, упаковка и логистика наркотиков являются едва ли не основным направлением занятости и источником дохода крестьянства в указанных странах. При поддержке США в этих странах были предприняты значительные усилия по созданию альтернативных хозяйств с переходом от выращивания наркосодержащих растений к иным направлениям сельскохозяйственной деятельности. После многолетних усилий пришлось констатировать, что кампания потерпела неудачу. Ее итогом стало перемещение производства наркотиков в другие локации, прежде всего, в Венесуэлу и Мексику. Что же касается сельских общин Колумбии, Боливии и Эквадора, то их доходы резко снизились, и они превратились в полноценных маргиналов. В условиях избытка сельскохозяйственной продукции в рамках сложившегося платежеспособного спроса новым производителям просто некуда экспортировать продукцию.

Оcобенно сильно пандемия ударит по многим благополучным странам Латинской Америки, Африки и Южной Азии, живущим в значительной степени за счет туризма и посещения национальных парков и заповедников. Поскольку в последние годы максимальный туристический поток обеспечивался за счет Китая, Южной Кореи, США, богатых стран ЕС, то удар будет просто смертельным. Вполне вероятно, что в условиях развала национальных рынков туристических услуг быстро появятся ОПГ, ориентированные на организацию браконьерских туров, торговлю дикими животными, а также работорговлю и предоставление педофильских услуг. Самое печальное заключается в том, что население, включая родителей несовершеннолетних детей перед угрозой нищеты и голода будет вынуждены не только пойти на сотрудничество, но и более того, по сути, превратиться в низовой уровень новых ОПГ.

Поскольку пока эпидемия оценивается по очень неточным статистическим данным, в мире сложилось впечатление, что коронавирус бьет прежде всего по G20, т. е. ведущим странам мира, а населению Африки, Латинской Америки и Центральной Азии ничего не угрожает. Это – колоссальная ошибка. Она обнаружится по прогнозам экспертов где-то к середине или к концу апреля.  Поскольку в этих странах отсутствует медицинская статистика, слабо развито здравоохранение, а правительства многих из них имеют авторитарный характер и склонны ко лжи, об эпидемии в этих регионах мир узнает не на ранней стадии, а когда эпидемия будет уже бушевать, и десятки, а скорее всего сотни тысяч человек, живущих в невероятной скученности, либо в антисанитарии, умрут.

В условиях в лучшем случае ослабления, а при весьма вероятном сценарии, развала государств в такого рода странах именно силы ОПГ могут занять вакантное место, соответственно сначала де факто, а затем и де юре превратиться во власть первоначально на локальном, а затем на страновом уровне. Так, в марте в бразильских социальных сетях появились  посты о том, что в районах фавел Рио-де-Жанейро ОПГ начали вводить комендантский час. В бедных районах по всей Бразилии с начала марта распространяются листовки со следующим текстом: «Если правительство способно только болтать, нам, - ОП – придется взять власть на себя».

В мегаполисах развивающегося мира, где банды фактически уже длительное время оказывают значительное влияние на власть и на организацию жизнедеятельности на низовом уровне, в экстремальной ситуации коронавируса государство и правоохранительные органы должны управлять ситуацией, принимая во внимание, что они не являются единственными арбитрами и редко имеют реальную власть. Нередко негласные и тонко завуалированные договоренности между полицией и преступными сетями позволяют сохранять в этих районах общественный порядок и мир на низовом уровне. Сотрудники полиции и представители ОПГ в экстремальных условиях не только общаются, но и сотрудничают друг с другом. Пример такого взаимодействия это - договор правительства Сальвадора, подписанный еще в марте 2012 г., с крупнейшими и наиболее жестокими преступными организациями, который позволил стабилизировать кризис в стране и ограничить разгул насилия.

Криминальные группы в целом ряде регионов и стран являются влиятельными посредниками и гарантами на местах. Во времена кризиса и перед лицом разрушения, а также серьезных социальных беспорядков, правительства и правоохранительные органы в отдельных развивающихся странах, вероятно, будут использовать любые ресурсы для достижения главной цели – прекращения пандемии и поддержания спокойствия. Целый ряд правительств и не только в несостоявшихся государствах обратятся к криминальным сетям за помощью. Существует долгая история сотрудничества государств с криминальными группировками во времена кризисов. Пожалуй, наиболее ярким примером является сотрудничество правительства США и боссов мафии, связанное с взаимодействием по обеспечению логистики военных грузов, а также освобождению Италии от фашизма и нацизма во время Второй мировой войны.

Лидеры банд, которые заинтересованы в сохранении общин, где они являются властью, минимизации потерь и жертв в рамках поддержания легитимности могут иметь временные общие интересы с правительствами.

Риск, присущий таким стратегиям, заключается в том, что в долгосрочной перспективе криминальные деятели легитимизируются и усилят контроль над территориями. В результате правительства и правоохранительные органы оказываются перед необходимостью сдерживать вирус независимо от долгосрочной потери легитимности иных последствий.

Организованная преступность и коронавирус: политические ответы

Пандемия COVID-19 станет переломным моментом в турбулентно меняющемся мире. Она, несомненно, изменит соотношения между легальной и криминальной экономиками, как в глобальном, так и в региональном и страновом аспектах.

(Что ещё более вероятно, пандемия впервые привлечёт внимание и морально легитимизирует так называемые серую экономику и серые рынки – В.О.).

Мир движется в неопределенное будущее. Однако, уже сегодня можно выделить некоторые риски, которые неизбежно скажутся на глобальной, региональной и страновой динамике.  Приведем несколько примеров. Эффективная борьба с кризисом предполагает широкое и жесткое использование таких методов, как социальное дистанцирование, самоизоляция, блокировка, сегментация стран, территорий и даже отдельных кварталов, а также широкое использование инструментария практического осуществления этих мер. Все это невозможно выполнить без значительного ограничения прав человека и свобод личности в пользу общественного контроля и государственного мониторинга.

Практически во всем мире нарастают риски проникновения криминала в систему здравоохранения , куда направлены огромные финансовые и материальные ресурсы.

Еще более очевидными, чем ранее становятся процессы сращивания, особенно на низовом уровне, ОП и правоохранительных подразделений.  В более общем плане можно прогнозировать, что преступные группы будут стараться использовать нестабильность и отвлечение полиции от борьбы с ОП и торговлей людьми из-за запредельной занятости в борьбе с коронавирусом.

Авторы доклада выделяют ряд политических инициатив в части борьбы с ОП и ее пересечения с борьбой с пандемией:

- внимательно следить за воздействием вируса «второго порядка» на безопасность, особенно там, где преступные организации стремятся извлечь прибыль и предвидьте возможность использования пандемии для укрепления позиций и получения дополнительных доходов ОПГ;

- опираясь на активный мониторинг по возможности перейти от реактивной к проактивной борьбе с криминалом: действовать как можно быстрее, когда оперативные подразделения получили и распознали слабые сигналы о попытках ОПГ взять под контроль уязвимые группы населения, в том числе потребителей наркотиков. Максимально использовать блокировку, чтобы сломать криминальные рынки разнообразной направленности. Не забывать о стремлении ОПГ перенести активность из оффлайна в онлайн, и максимально использовать такие направления как вымогательства, мошенничество и внедрение в законопослушный бизнес;

-  уделять особое внимание ОПГ, действующим или стремящимся действовать в сфере здравоохранения, а также торговли лекарствами и медицинской техникой. Публично противодействовать попыткам преступных групп создать новые рынки, связанные с пандемией, такие как торговля поддельными лекарствами, реклама продуктов дикой природы и платный экзотический педофильский контент;

- активно работать со средствами массовой информации и группами гражданского общества по повышению осведомленности о процессах и ситуации борьбы с пандемией;

- сотрудничать с платформами средств массовой информации, электронной коммерции и развлечений с тем, чтобы повысить их осведомленность и безопасность в киберпространстве. Побуждать родителей и учителей проявлять бдительность в отношении интернет-мошенничества, порнографического и иного контента, контрафактной продукции и т. п.;

- поддерживать группы гражданского общества в осуществлении контактов с детьми и молодежью, помогать родителям и группам граждан, имеющих опыт борьбы с вербовщиками криминальных структур и террористических сетей;

- сосредоточиться на уязвимых группах, например, таких, как потребители наркотиков и проститутки;

- обеспечить положение, чтобы полицейские меры реагирования в контексте блокировки и карантинов придерживались бы самых высоких стандартов профессионализма и стремились по возможности заручиться поддержкой сообществ и лишить преступные группы их легитимности;

- обеспечить максимальную легитимность предпринимаемых мер. По возможности избегать публичных или скрытых переговоров с криминальными формированиями.

Пандемия является глобальной проблемой и поэтому не может быть подавлена без широкого международного сотрудничества. Развивающиеся страны и государства, где социальный порядок и правоохранительные органы наиболее слабы, нуждаются в многосторонней и международной поддержке, чтобы устоять перед эпидемией, не допустить хаоса и неконтролируемых антропотоков.

Подписывайтесь на наш канал в Яндекс.Дзен!

Нажмите «Подписаться на канал», чтобы читать «Завтра» в ленте «Яндекса»

Cообщество
«Выживание»
2
Комментарии Написать свой комментарий
30 марта 2020 в 08:10

Вся серьезная и крупная организованная преступность принадлежит и контролируется сионистами, ими же и раздувается миф - "пандемия коронавируса". Но могут объявить и "русской мафией", как поступили с эмигрировавшими из СССР в США одесситами.