Сообщество «Посольский приказ» 16:37 10 ноября 2017

Sweet Home Alabama

О противостоянии республиканцев фальшивых республиканцам подлинным
2

Штат Алабама – самое сердце американского Юга, ядро того, что принято называть Библейским поясом, родина людей, привыкших жить так, как жили их отцы и способных защитить этот образ жизни от посягательств не на словах, но с дробовиком в руках. В крупнейшем городе здесь живет 212 тысяч человек, а почти вся масса 4.5-миллионного населения проживает в сельской местности. Сколько грязи было вылито на рабочих людей Алабамы, в каких только грехах не призывали их покаяться, какими только оскорблениями не называли обычных жителей штата – людей, несомненно, не самых высокодуховных, но открытых и прямолинейных, живущих в соответствии с тремя принципами, которым, по мнению некоторых, нет места в будущем – семья, оружие, христианство. Совершенно ясно, что в попытках построить новую идеологическую систему, американские леволибералы не могли оставить в покое оплот южного консерватизма.

Судья Рой Мур, отец четырех детей и убежденный республиканец с 1992 года, избирается в Сенат, надеясь занять место Джеффа Сэшнса, покинувшего Сенат ради должности генпрокурора США. Победе Мура на партийных праймериз предшествовали 16 лет активной деятельности в Верховном суде штата, заслужившей ему репутацию слишком принципиального консерватора даже для Алабамы. Еще перед работой в Верховном суде, будучи окружным судьей, Мур прославился как судья, украсивший стену за своей спиной деревянными табличками с Десятью заповедями. Его практика начинать всякое судебное заседание молитвой тоже добавила ему известности и поддержки 88 процентов населения штата. Главным мотивом выдвижения на должность председателя Верховного суда Алабамы в 2000 стало намерение «вернуть присутствие Господа в общественную жизнь», а в ходе кампании им была высказана мысль о связи падения влияния христианства и подъема преступности, школьного насилия и гомосексуализма. Кампания с мизерным бюджетом в 200 тысяч долларов обернулась триумфальной победой как над кандидатом на должность от демократов, так и над куда более умеренными претендентами-республиканцами, за чьей спиной стояли солидные люди из Вашингтона. Два года первого срока ознаменовались множеством скандалов, связанных с принципиальностью Мура во многих вопросах, таких как аборты и рава ЛГБТ. Второй срок продлился с 2013 и закончился в октябре 2016 в связи с увольнением из-за непризнания решения федерального правительства о легализации гей-браков. Громкая отставка стала поражением, легшим в основу множества будущих побед – Мур стал известен на всю страну как защитник прав христианского населения, твердо противостоящий напору либеральных медиа, чья активность достигла своего пика именно осенью прошлого года. В феврале сенатор от Алабамы Джефф Сэшнс ушел на повышение, освободив место в палате парламента и дав старт внеочередным выборам сенатора, назначенным на 12 декабря этого года. В ходе кампании Мур отметился речью, в которой заявил, что элементом, объединяющим разрозненную нацию, станет не президент и не Конгресс – им будет Господь. В отличие от всей страны, где число сторонников обеих партий приблизительно одинаково, консервативная Алабама с 1940-х годов за редким исключением на всех выборах голосовала за представителей республиканцев. Результат выборов этого года казался, да и до сих пор многим кажется уже чем-то свершившимся – шансы невзрачного и откровенно теряющегося на фоне эксцентричного соперника демократа Дага Джонса довольно малы. Впрочем, последние события могут перевернуть с ног на голову успешную кампанию Роя Мура.

Недавняя череда скандалов с Харви Вайнштейном, Кевином Спейси, Луи Си Кеем и еще Бог знает с кем ознаменовала рождение нового медиа-оружия массового уничтожения. Набравшая колоссальную мощь машина мэйнстримного, поверхностного феминизма, не имеющего ничего общего с реальной борьбой за права женщин, ныне окрепла настолько, что приобрела способность уничтожать репутацию известных личностей по щелчку пальцев – без доказательств, подробностей или объяснений. Фемшизе достаточно лишь указать на человека, найти «жертву», которую цель, скажем, потрогала за коленку 20 лет назад и наблюдать за эффектом. Помимо ряда актеров, продюсеров и медийных личностей, жертвами череды скандалов буквально за полторы недели стали несколько довольно крупных политиков, а один британский региональный министр даже покончил с собой. Такая незначительная мелочь, конечно, не остановила СМИ от раздувания нового скандала подобного толка, целью которого стал наш сегодняшний герой. В момент, когда гонка выборов в Сенат вышла на финишную прямую, Washington Post опубликовала откровения женщины, якобы имевшей отношения недвусмысленного характера с тридцатидвухлетним на тот момент Роем Муром. Суть в возрасте женщины – в 1979 году ей было 14 лет. Мур уже заявил, что все обвинения лживы и необоснованы, но масс-медиа это, похоже, не особо волнует.

Тот факт, что это всплыло незадолго до выборов, едва ли способен поменять расклад сил в сенатской гонке. Слишком уж велик перевес Мура, да и среди алабамских республиканцев не так много радикальных феминистов, способных принять за чистую монету историю без доказательств, так вовремя раздутую на пустом месте Washington Post и радикально изменить свои предпочтения. Важно здесь совсем другое – как только статья наделала первый шум, с резким осуждением Мура выступили сенаторы. Казалось бы, нет ничего необычного в осуждении кандидата-республиканца демократическими сенаторами, если бы не существенная деталь – эти сенаторы были республиканцами. И не простыми, а весьма влиятельными – главный из них, Митч Макконелл, лидер большинства в Сенате, многими экспертами, в том числе и Стивом Бэнноном, признается одним из столпов глубинного государства и союзником неизбираемого вашингтонского болота надпартийной элиты. Главное, о чем это должно сигнализировать – вашингтонские старожилы с обеих сторон боятся и не хотят видеть в Сенате настоящего республиканца. Потому что за ним последует множество похожих на него, а такие люди своей твердо обозначенной позицией и неизменными принципами неизбежно повлекут изменение политического ландшафта в Вашингтоне. Первым тревожным звоночком для истеблишмента стал Трамп, с чьего избрания прошел сегодня ровно год и чьи попытки противостоять элите, обладающие переменным успехом, убедили всех в главном – «болото» не непобедимо и Америку ждут серьезные перемены.

8 ноября 2017
Cообщество
«Посольский приказ»
4 0 4 329
Cообщество
«Посольский приказ»
12 1 5 380
14 ноября 2017
Cообщество
«Посольский приказ»
20 2 9 094

Загрузка...
Комментарии Написать свой комментарий
12 ноября 2017 в 13:13

Не могу согласиться с тем. что "«болото» не непобедимо и Америку ждут серьезные пе-ремены". Ведь "Будущее рождается в головах у людей". А в головах всех американцев не-истребимо застряло, что "Американский образ жизни не подлежит обсуждению". То есть у них некоторые понятия, давно потерявшие связь с жизнью, вроде "демократии", "Рынка", превратились в абсолютные истины. Поэтому решение всех проблем американцы (как, впрочем, и русские, хранцузы, анчурийцы и прочие нынешние обитатели Земли) ищут в некоторых пределах "от и до". А истина, она никаких пределов не признает, и решение может лежать за пределами "от и до". Пример: меньшевики и эсеры в 1917 году. В феврале они были на коне, а большевиков ни в какой микроскоп не было видно. Перед Россией стояли две проблемы: война и земля. А у этих господ были идолы: «Крест на Святой Софии и верность союзникам» и «Частная собственность». А то, что лошадь (народ) уже не тянет, так это значит, кнута мало. Но народ к тому времени оказался вооруженным, и просто дал пинка под зад предкам наших нынешних либералов. А к рулю поставил тех, кому на святую Софию, союзников и частную собственность было плевать.
В Америке сейчас большевиков просто нет. А кризис сейчас не американский, не русский, не хранцузский или анчурийский, а мировой и системный. Понятия же о его причинах, его характере, его последствиях нет ни у кого. Хотя интуитивное ощущение опасности есть. «К тому же и США, и Западной Европе оказалось трудно совладать с культурными последствиями социального гедонизма (стремление к наслаждениям с уходом от социальных проблем, - Г.Ч.) и резким падением в обществе центральной роли ценностей, основанных на религиозных чувствах (в этом отношении поражают...параллели, относящиеся к упадку империй). Возникший в результате кризис культуры осложнился распространением наркотиков и, особенно в США, его связью с расовой проблемой. И наконец, темпы экономического роста уже не могут больше удовлетворять растущие материальные потребности, которые стимулируются культурой, на первое место ставящей потребление. Не будет преувеличением утверждение, что в наиболее сознательных кругах западного общества начинает ощущаться чувство исторической тревоги и, возможно, даже пессимизма». (З. Бжезинский. Евразийская шахматная доска. М., 1998).
Но в данном случае чуйвств мало. Нужно знание, наука. А вся американская и мировая «наука» - социология занята не поиском истины, а пропагандой для масс, чтобы они не дёргались. Пропагандой толерантности (приспособленчества), гендерного равенства, благодати базара (рынка). То есть поводыри у нас слепые. Что при этом будет, смотри в классике. Серьёзные-то перемены будут. Но какого свойства? И останется ли хоть что-нибудь после перемен? Почему-то ощущается чувство исторической тревоги и даже пессимизма. И за Америку, и за всех остальных.

12 ноября 2017 в 14:20

Не могу согласиться с тем. что "«болото» не непобедимо и Америку ждут серьезные пе-ремены". Ведь "Будущее рождается в головах у людей". А в головах всех американцев не-истребимо застряло, что "Американский образ жизни не подлежит обсуждению". То есть у них некоторые понятия, давно потерявшие связь с жизнью, вроде "демократии", "Рынка", сцементировались в абсолютные истины. Поэтому решение всех проблем американцы (как, впрочем, и русские, хранцузы, анчурийцы и прочие нынешние обитатели Земли) ищут в некоторых пределах, "от и до". А истина, она никаких пределов не признает, и решение запросто может лежать за пределами "от и до".
Пример: меньшевики и эсеры в 1917 году. В феврале они были на коне, а большевиков ни в какой микроскоп не было видно. Перед Россией стояли две проблемы: война и земля. А у этих господ были идолы: «Крест на Святой Софии и верность союзникам» и «Частная собственность». А то, что лошадь (народ) уже не тянет, так это значит - кнута мало. Но народ к тому времени оказался вооруженным, и просто дал пинка под зад предкам наших нынешних либералов. А к рулю поставил тех, кому на святую Софию, союзников и частную собственность было плевать.
В Америке сейчас большевиков просто нет. А кризис сейчас не американский, не русский, не хранцузский или анчурийский, а мировой и системный. Понятия же о его причинах, его характере, его последствиях нет ни у кого. Хотя интуитивное ощущение опасности есть. «К тому же и США, и Западной Европе оказалось трудно совладать с культурными последствиями социального гедонизма (стремление к наслаждениям с уходом от социальных проблем, - Г.Ч.) и резким падением в обществе центральной роли ценностей, основанных на религиозных чувствах (в этом отношении поражают...параллели, относящиеся к упадку империй). Возникший в результате кризис культуры осложнился распространением наркотиков и, особенно в США, его связью с расовой проблемой. И наконец, темпы экономического роста уже не могут больше удовлетворять растущие материальные потребности, которые стимулируются культурой, на первое место ставящей потребление. Не будет преувеличением утверждение, что в наиболее сознательных кругах западного общества начинает ощущаться чувство исторической тревоги и, возможно, даже пессимизма». (З. Бжезинский. Евразийская шахматная доска. М., 1998).
В данном случае чуйвств мало. Нужно знание, наука. А вся американская и мировая «наука» - социология - занята не поиском истины, а пропагандой для масс. Чтобы они не дёргались. Пропагандой толерантности (приспособленчества), гендерного равенства (уголовщина), Божьей благодати базара (рынка). То есть поводыри у нас слепые. Что при этом получается, смотри в классике. Серьёзные-то перемены будут. Но какого свойства? И останется ли хоть что-нибудь после этих "перемен"? Почему-то ощущается чувство исторической тревоги и даже пессимизма. И за Америку, и за всех остальных.
А по поводу выдвижения таких, как гн Трамп, поэт в своё время написал:
Хитро придумано, признаться:
Чтоб хорошо сучилась нить,
Поспешной сменой декораций
Народ от мыслей отучить.
Конечно, может, это и не так. Но как-то не верится в возможность личной инициативы в современной Америке. Мынулося, видгрымило.