Авторский блог Сергей Сокуров 07:03 5 ноября 2017

Русское Солнце в тумане Смуты

Исторический портрет Героя Отечества ко Дню Народного Единства
17

 

 

Он способен был покончить со Смутой. Для этого подвига Провидение наделило его даром полководца и дипломата, личным мужеством, решительностью и находчивостью; у него вся жизнь была впереди. Но...

Обратимся мысленно к началу XVII века,  оглянемся через плечо в 400-летнюю даль.


          Молодой, да ранний

          Сегодня среди знаменитых исторических лиц, полководцев и дипломатов, объект моего описания чаще всего упоминается в безликом ряду "и другие". Но для современников он был почти святым, как и его прямой предок Александр Невский. В грамоте, составленной в Троицкой лавре по снятии с обители 16-месячной осады поляками, возносится хвала Богу и… Михаилу Скопину-Шуйскому за чудесное спасение. В марте 1610 года, когда, по вызову царствующего дяди Василия Шуйского, победитель "тушинского вора" и королевского гетмана Сапеги въезжал в Москву, люди падали ниц перед героем, как перед чудотворной иконой, целовали его одежду и сбрую коня и в экстазе называли отцом отечества. Предводитель рязанских дворян Ляпунов в послании молодому князю именовал его царем и призывал силой занять престол. 

           Такая любовь, граничащая с религиозным поклонением, проявлялась не только в людских массах, которые питают воображение в основном молвой и видят "парадный лик" предмета своего обожания. Подобное чувство блистательный воевода, не проигравший за свою короткую, словно полет Перуна, жизнь ни одного сражения, вызывал в ближнем окружении – у закаленных в битвах русских воинов и у наемных солдат из "немцев", в том числе у их командира – шведа Якоба Делагарди. Этот беспринципный конкистадор назвал князя своим другом и поступал как друг, защищая московита от пуль и от яда врагов. А когда не уберег, горько сетовал над гробом: "Москвичи! Не только на Руси, но и на родине не видать мне такого человека!". Шведский историк Видекинд писал: "Имея от роду всего 23 года, он отличался статным видом, умом, зрелым не по годам, силою духа, приветливостью и умением обходиться с иностранцами". Вот мнение противника, гетмана Жолкевского: "Сей Шуйский-Скопин был наделен отличными дарованиями души и тела, великим разумом не по летам, не имел недостатка в мужественном духе". Храбрым героем называл его пастор Мартин Бер. Автор Нового летописца в характеристике, данной "Герою Смутного времени", добавляет: "Сему храброму князю Михаилу Васильевичу дано от Бога, не от человека". В "Повести о победах Московского государства" читаем: "Этот государев воевода… большой мудростью к военному делу одарен был, стойкостью и храбростью и красотою… Его разумным руководством поляки и литовцы из всех государевых городов все до одного в Польшу и Литву убрались". Во "Временнике" дьяка Тимофеева выделяются такие качества юного воеводы, как самостоятельность, инициатива, привычка действовать, не оглядываясь на царя. Редкое в то время качество! И еще важное наблюдение писателя: он побеждал врагов, наступая "стройной ратью", то есть – строем, что в России было еще заморской новинкой.  

            В этом хоре высоких оценок князя бросается в глаза подчеркивание его молодости. Да, Михаила Скопина опустили под пол Архангельского собора в Кремле, рядом с захоронениями государей, когда шел ему всего-то 24-й год. И не пика польского панцирного всадника, не сабля казака из окружения "вора", не татарская стрела свели его в могилу в расцвете сил, когда, нетерпеливо подталкиваемый проницательным другом Якобом и матерью, почуявшей смертельную опасность для сына в Москве, князь-воевода собирался выступить с полками на выручку осажденного поляками Смоленска.   

              Награда за популярность          

              Подвела к чаше с ядом славного потомка Александра Невского сказочная популярность в русском народе и за рубежом, даже среди врагов, шляхты и магнатов Речи Посполитой, многие из которых видели окончание вековой вражды между соседями в создании единой славянской державы. Эта популярность пугала Василия Шуйского, боявшегося лишиться трона при жизни, и его брата, во всем бездарного Дмитрия, который рассчитывал на Шапку Мономаха после бездетного Василия. А дальше – по классическому сценарию средневековья: пир, чаша с вином, поднесенная намеченной жертве "дружеской" рукой (в нашем случае – кумой Скопина, дочерью Малюты Скуратова). А спустя две недели в Москве с трудом отыскивают дубовую колоду под гроб высокорослого покойника…        

               Служба царская  

               Чем же заслужил князь Михаил такую бессмертную любовь и смертельную ненависть? Службой Отечеству.
                Он начал ее с отроческих лет. Его, 17-летнего, хронисты видят уже в командном составе полков Бориса Годунова, при дворе которого он в чине стольника. Тогда Россия вновь вышла к Финскому заливу. Видимо, княжич на берегах Балтики добывал себе первую славу и первые воинские звания. Через два года он, как и большинство его соотечественников, искренне признает в Самозванце наследника Ивана Грозного. Да как не признать, если мать Дмитрия, Марфа Нагая, которую Михаил Скопин доставляет в Кремль из Углича, узнает сына. При дворе Дмитрия (еще не "лже") молодой князь уже мечник. Однако отрезвление наступает скоро, и нет ничего безнравственного в том, что отпрыск знатного рода Шуйских, имеющих право на царство большее, чем Годуновы и Романовы, помогает дяде Василию, двуличному старцу, взойти на московский престол. Это только пролог доверия родни. Доверять племяннику дядя начнет после усмирения Болотникова, в котором Михаил Скопин сыграл отнюдь не решающую роль; примерно такую же, как немногим более полутора веков спустя сыграет Суворов в деле с Пугачевым.        

            Юный мечник князь Михаил и дальше не прыгал через ступени служебной лестницы; военную науку проходил на полях сражений и чины добывал саблей. Этому способствовала затяжная война с "непримиримой оппозицией" царю Василию, возглавляемой "боевым холопом", то есть профессиональным воином, Болотниковым. Беглые крестьяне и всякий сброд играли в "воровском войске" внушительную яростную массовку, но боевым ядром были дворяне и даже представители знати, посадские люди и казаки. Они "потесняли" царские войска, усиливали в них "шатость", вызываемую именем якобы вновь спасшегося "природного государя" Дмитрия Иоанновича, за "большого воеводу" которого выдавал себя способный военачальник Болотников. На его стороне был численный перевес и вера в правое дело, магия имени неуязвимого сына Грозного. Часто без боя на его сторону переходили города и целые волости. Среди царских воевод, выигрывающих отдельные сражения, но, в целом, бездарно ведших кампанию, выделялся активный Скопин-Шуйский. В его распоряжении изначально не было крупных сил, однако, командуя малой ратью в упорном сражении на р. Пахра осенью 1606 года, он останавливает полки Болотникова, заставляет его искать обходную дорогу на Москву, которая при этом получает время подготовиться к обороне. В генеральном сражении за столицу молодой воевода командует уже полком – "на вылазках"; в решающий момент действовал от Серпуховских ворот столь искусно, что Болотников "с достальными людьми побежал в Калугу". Там герой Пахры и Московской обороны получает "особый полк" и успешно действует на подступах к городу, а когда Болотников с армией перемещается в Тулу, царь подчиняет доблестному племяннику соединение из трех полков, что делало его фактическим Главнокомандующим. Но руки воеводы оказались связанными: в армию прибыл сам Василий с его "талантом" во все вмешиваться и все рушить. Тем не менее и в таких условиях племянник сумел блестяще отличиться, загнав мятежников за крепостные стены. При этом, в нарушении боевой традиции, победа была достигнута не бросками тяжелой конницы, которая вязла на топких берегах речки, а пешей атакой стрельцов на "воровских людей" засевших за деревянными укреплениями.         

              Наука побеждать 

            Это был один из уроков. А Скопин учиться умел. Он удостоверился в преимуществах "пешцев", а туляки, трудно уязвимые за временными укреплениями, напомнили ему о дедовских "гуляй-городах". Но те возводились из массивных щитообразных конструкций из дерева, образуя цельную крепость, спасавшую от татарских стрел и летучей конницы. Полководец нового времени убедился в эффективности изолированных "острожков" из легких деревянных щитов. О них разбивалась польская панцирная кавалерия, которая до этого сметала любой строй длинными пиками. Убедится он со временем и в преимуществах строя, сомкнутых рядов. 
           Царствующий дядя остался было осаждать Тулу, а племянника отослал в Москву собирать силы для отпора новому самозванцу – Лжедмитрию II. Тот от Северского рубежа двинулся в сторону столицы, нанес сокрушительное поражение цареву братцу Дмитрию под Болховом, что вызвало панику во дворце. Василий спешно возвратился в Кремль и велел "молодшему" из Шуйских, Михаилу, спасать положение. Напрасно опытный воевода доказывал, что рать, собранная наспех, не годится для предприятия (притом, опять наблюдается "шатость" среди простых ратников и даже бояр), что не сделана даже предварительная разведка. Царь требовал безропотного выполнения решения. Опасения полководца подтвердились: самозванец шел "не тою дорогою". Скопин решает действовать в его тылу, перерезая дороги из Северской земли и из Литвы, но Василий, испуганный изменами, требует возвратиться в Москву. Здесь перед лицом Лжедмитрия, засевшего в Тушине, князь Михаил, пожалованный боярским чином и получивший почетное назначение – воеводой Большого полка, вновь в непосредственном подчинении царя. Василий пассивен, выжидает, племянника отпускает на незначительные стычки с противником. И вдруг посылает в Новгород Великий – собирать, на выручку Москве, новую рать, привлекать в союзники хоть черта, хоть дьявола.         

           Этому "вдруг" дала толчок открытая агрессия Польши против Руси. Если до сих пор в полках самозванцев польские отряды действовали за ширмами волонтеров, то теперь огромная армия Сигизмунда появляется под Смоленском. Это полномасштабная война. Дмитрий Иоанович им уже не нужен. Король требует у Кремля и патриарха признать его верховную власть. Второй самозванец бежит в Калугу, вскоре с ним покончено (впрочем, появятся новые "Дмитрии").    

         На севере Скопин-Шуйский не только набирает под царские знамена свежие полки, но и, проявив недюжинные дипломатические способности, заключает мирный договор со Швецией, чего боялись в Варшаве. Из Стокгольма направляется способный военачальник Якоб Делагарди с отрядом под начало знаменитого воеводы, которому жизни оставалось всего один год.    

         Это были "звездные месяцы" Михаила Скопина, с апреля 1609 по апрель 1610 года. Русские полки и союзники, ведомые непосредственно им или по его стратегическому плану удачно подобранными командирами (Хованским, Борятинским, Валуевым, Горном), другом Якобом, проводят победную кампанию. Штурмом взяты города-крепости Орешек, Тверь, Торжок, Старая Русса. Летучая конница действует в окрестностях Смоленска, пресекая воссоединение ушедших из Тушина поляков с королем Сигизмундом. Наконец снята осада с Троицкой лавры; гетман Сапега с остатками воинства, бросив обозы, бежит в Дмитров. За ним, на лыжах, гонится отряд князя Куракина, подбирая трофеи – пушки и знамена. Беглецов вот-вот достанут в Клину, но они столь резвы налегке, что, уже недосягаемые для погони, находят пристанище у короля под Смоленском.          

            Скопин-Шуйский между тем занимает Старицу и Ржев. Его авангарды подходят к Тушино. Там паника. Лагерь горит. Последних поляков выводит опытный командир Рожинский. Сапега оттеснен за Угру. Шайки Лисовского и Просовецкого укрываются в мятежном Пскове. Победитель готов выступить против самого короля, силы которого, 70 тысяч человек с артиллерией, сосредоточены под Смоленском.           

            Падучая звезда       

           А потом следует тот роковой въезд триумфатора в Москву – на торжественную встречу с "благодарным" царем, с родственным кланом князей Шуйских, царедворцами и ликующим народом. Всеми силами противится этой поездке мать, ей вторит Делагарди. Но князь не смеет ослушаться. Он верен присяге.          

           Что случилось в ночь с 23 на 24 апреля 1610 года, мы уже знаем. Часы истории пробили урочное время. Никто не в силах перевести стрелки назад…
Михаил Васильевич Скопин-Шуйский, как его предок Александр Ярославич, добыл бранную славу в ранней молодости. Подобно Суворову и Скобелеву, он был стремителен в сражениях, на ходу принимал верные тактические решения. При этом разумной осторожностью и дипломатическими способностями напоминает Кутузова. Есть сходство между ним и Петром Великим: оба не считали зазорным учиться у иноземцев.

          Сохранился подлинный портрет князя. Сразу бросается в глаза отсутствие бороды – за 100 лет до "петровского брадобреяния"(!). Круглое лицо с высоким морщинистым лбом, прямой нос, крепко сжатые, резко очерченные губы; большие, широко расставленные глаза; коротко остриженные волосы, ранние залысины и мешки под глазами – облик сильного, волевого, еще молодого и много пережившего человека. Но так мало прожившего!

Смута затянулась ещё на два года, но щедра Русская земля: она породила Минина и Пожарского.

П р и м е ч а н и е: Ниже - скульптурный портрет по парсуне М.В. Скопина-Шуйского начала XVII века

 двойной клик - редактировать изображение

 

 

43 1 5 248
19 2 18 737
36 0 20 187

Загрузка...
Комментарии Написать свой комментарий
5 ноября 2017 в 07:26

)) Портрет смешной. Фотографу позировал гей.

5 ноября 2017 в 08:45

Что-то бабье и покорное в этом портрете...

5 ноября 2017 в 11:13

Предлагаю новую поговорку, и первое посвящение - С. Животкову, как достойнейшему её:

"Гей, от похоти потея,
в каждом хочет видеть гея.

5 ноября 2017 в 11:27

Вроде почитатель Вашего таланта Коля Какашкин специалист по этим делам.

5 ноября 2017 в 14:24

Животков, отца своего предавший, - специалист крутить животковским же задом!
Этакая жирная тварь животкОва, на родителя могилу животкова-старшего фактически наплевавшая, иуда!
Ноне прислюнилась расписывать Храм в РПЦ, где надеется скрыть животковскую любовь к коммунистам, отрицание репрессий к Священнослужителям РПЦ, в общем = законченная гнида есть животков!
...Сергей Анатольевич, просветите РПЦ = КОГО они пригрели, кого булочками Церковными кормят!
Это не есть в падло, т. к педераст животков = не заслуживает человеческого отношения!

5 ноября 2017 в 16:37

Николай Сергеевич, прошу Вас по-дружески, хотя мы с Вами нередко на ножах:
Давайте не будем поминать здесь, в этом приюте болтунов, отца СЖ,
Покойник ведь, ничем нам не досадил; у нас нет оснований сомневаться, что Животков Старший был достойным человеком. А то, что на Животкове Младшем природа отдыхает, то это закономерно.
Жму руку,
ССЪ

5 ноября 2017 в 12:13

Нынче постник с явно бабьим лицом (гляньте-ка на фотку глупенько улыбающегося мокрыми губами женоподобного завсегдатая сайта) выступает в роли физиономиста. Ну, пусть потешится, лишь бы не какало.

Сей портрет взят из портретной галереи М.В. Скопина-Шуйского. Он явно сделан по известной парсуне 17 в. Спокойный взгляд на нас, потомков, уверенного в себе человека, жившего в Смуту.

Что касается ВОРОНИНА, представляю такую картину:
Пробудился сегодня бывший член (или сочувствующий бывшим членам) партии могильщиков великой страны; оглядел ветки сайта, а там опять Сокуров.
Не читая ещё белогвардейца, фашиста, бандерповца и пр. и пр. поставил, как всегда, минусик. Потом стал читать, выискивая, к чему бы придраться. Увы, ни слова о Ленине, о Велимкой Октябрьской социалистической. И к тексту никак не придраться, не за что зацепиться. Остался портрет. Что бы такое оригинальное выдать? Геем назваитьт? Но Животков опередил. Назову-к бабой, - решила баба Леонида по фамилии Воронина, выдающая себя за мужика.

5 ноября 2017 в 13:59

Я очень хорошо знаю парсуну Шуйского 17 века,этот образ широко известен. Непонятно почему Вы не показали эту парсуну в начале статьи,и чем Вас привлёк именно этот человечек с подведёнными глазами и выщипанными бровями?

5 ноября 2017 в 14:29

Что ты можешь знать, одноизвилинный педераст животков?!
Как на могилу собственного отца плевать?!
Как лизнуть по самые гланды у Проханова?
Как пресмыкаться пред коммунариками, дабы потрепали тебя, животковское отродье, по жирной твоей ряжке, дебильная?!

5 ноября 2017 в 14:33

Бородатая корнчита-животкова, из петушатника вылезшая, влезает в мужские разговоры!
Иди щи варить, живОтная"-стряпуха!

5 ноября 2017 в 15:18

Не читая ещё белогвардейца, фашиста, бандерповца и пр. и пр. поставил, как всегда, минусик.
\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\
А в этом и есть, Сергей Анатольевич, их поганая гнусность ("не читал, но осуждаю")!
...Думаю, что Сокурова они (бывшие коммунарики и примкнувшие к ним животкОвы) ненавидят ПРЕЖДЕ ВСЕГО за ВОСТРЕБОВАННОСТЬ Сокурова, т. к бывшие краснопёрые = только штаны протирать ныне способны!

5 ноября 2017 в 16:44

Чем привлёк? Да новизной. Если, кроме Вас и Воронина, ещё будет критика портрета, то "по просьбе трудящихся" заменю.

5 ноября 2017 в 14:19

Уважаемый Сергей Анатольевич! Перед развернувшейся пропастью очередной русской смуты, нам необходимо обратиться к своей многовековой истории, к тем нравственным надёжным ориентирам, с помощью которых Россия существовала, сохраняя своё духовное и физическое здоровье. Вы это глубоко чувствуете и понимаете, обращаясь в своих публикациях к таким историческим личностям, как Козьма Минин, Михаил Скопин-Шуйский. Наше прошлое до семнадцатого года, представляется многими на этом сайте, как мрачная и беспросветная эпоха в русской истории (думаю, что умышленно). Этим объясняется желание некоторых комментаторов плюнуть поглубже в наше прошлое, либо затуманить обсуждение малозначащими деталями.
Спасибо за статью, как всегда интересную и содержательную.

5 ноября 2017 в 14:38

Достойным человеком быть всегда не просто, хорошо всегда только Животковым да Ворониным эти как кошечка с собачкою, "где хочу пописаю где хочу покакаю". Так и тут какнули возрадовались! Двуногие, только без хвостов. Какой народец такова и жизнь что тут попишешь.

5 ноября 2017 в 14:41

А статья добрая, про славного человека, уже как-то поднадоело это коммунячество, разборы их делишек грязных и зверств.

5 ноября 2017 в 15:00

Павел Комов
Достойным человеком быть всегда не просто, хорошо всегда только Животковым да Ворониным эти как кошечка с собачкою, "где хочу пописаю где хочу покакаю".
\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\\
Воронин = известный сайтовский идиЁт-изобретатель, на фиг никому не нужОнный, но лезет с умным видом на Форум, когда сказать ему НЕЧЕГО, окромя ПШИКА!

5 ноября 2017 в 16:03

Сергей Анатольевич, на две Ваших последних статьи хочу откликнуться небольшим отрывком знаменитого стихотворения Фёдора Глинки "Москва":

...Ты не гнула крепкой выи
В бедовой своей судьбе:
Разве пасынки России
Не поклонятся тебе!..

Ты, как мученик, горела
Белокаменная!
И река в тебе кипела
Бурнопламенная!

И под пеплом ты лежала
Полоненною,
И из пепла ты восстала
Неизменною!..

Процветай же славой вечной,
Город храмов и палат!
Град срединный, град сердечный,
Коренной России град!

В сентябре я зажгла свечу у могилы Кузьмы Минина в соборе Нижегородского Кремля. И там же, у подножия кремлёвского холма, на плащади Народного единства, поклонилась памятнику Минину и Пожарскому, уменьшенной копии памятника на Красной площади.

Об истории нашей судить очень сложно:
Было много в ней бед и великих побед;
Только если о прошлом у нас знаний нет,
То вперёд продвигаться стране невозможно...

Михаил Крюков