Русское чудо XXI века
Авторский блог Елена Ларина 17:54 4 февраля 2014

Русское чудо XXI века

Третья производственная революция в России не только возможна, но и весьма вероятна. Ведь она не является каким-то «русским чудом», а представляет собой своего рода производственную необходимость, которую нужно реализовать спокойно, трезво, систематично и дисциплинировано.
6
Часть II. Русский прорыв

Понятно, что в новых условиях старая экономика, базирующаяся на всенародном присвоении ренты и выжимании последних остатков из накопленного технологического потенциала, больше не работает. Точка невозврата действительно пройдена. Единственный выход в сложившемся положении – это осуществление Третьей производственной революции, причем в варианте гораздо более решительном и бескомпромиссном, чем за рубежом.

 В Соединенных Штатах, Европе, Японии и Китае существует достаточно большое число предприятий и владеющих ими мощных транснациональных групп, относящихся к традиционной, понемногу уходящей экономике. В свое время экономический рывок ФРГ и Японии, а в последующем Китая был связан во многом с тем, что они создавали свой производственный потенциал, по сути, с нуля. Старого потенциала либо не существовало, либо он был разрушен в ходе военных действий. У нас вместо военных действий были бездумные рыночные реформы и структуроразрушающая приватизация. Поэтому поле для Третьей производственной революции у нас на сегодняшний день в значительной степени расчищено.  Ослаблены и группы, которые связывают свое существование с традиционными уходящими укладами. Вместо этих групп у нас имеются группы рентополучателей различного типа. Но, как показывает история, противодействовать рентополучателям легче, чем монополистическим группам с особыми интересами.

Наконец, у нас, в отличие от большинства стран мира, в силу длительного пренебрежения к образованию и квалификационной подготовке, нет мощных профессиональных групп, которые будут препятствовать Третьей производственной революции. Например, сегодня в Соединенных Штатах в этом направлении уже активно действуют юристы, психоаналитики, офисные работники среднего звена и т.п.

Трудно препятствовать тому, что непонятно, неизвестно и, главное, не воспринимается серьезно на данный момент. А эффект неожиданности, опять же как свидетельствует мировой опыт, при должной воле и последовательности позволяет пройти первую, наиболее критичную фазу технологических преобразований. Что же касается навыков и знаний, необходимых для уверенной работы в рамках Третьей производственной революции, то сегодня уже существует целая гамма соответствующих учебных курсов, практических платформ, методов получения не столько знаний, сколько умений. Ими можно спокойно воспользоваться, и не изобретать велосипед. В крайнем случае, перевести ключевые курсы на русский язык и договориться о возможности проведения практических занятий, опять же на русском. Как показывает опыт, ведущие мировые университеты, а также компании-производители роботов, 3D принтеров, облачных платформ и т.п. охотно идут на это и поддерживают соответствующие инициативы.

Третья производственная революция в России не только возможна, но и весьма вероятна. Ведь она не является каким-то «русским чудом», а представляет собой своего рода производственную необходимость, которую нужно реализовать спокойно, трезво, систематично и дисциплинировано.

Практический подход к осуществлении Третьей производственной революции требует покончить в первую очередь с «разрухой в головах». Допустимо принятие любых мер, которые заставят людей повернуться лицом к реальности и начать мыслить скорее технологически, а не политически.

Третья производственная революция не имеет ничего общего со сверхмобилизационными проектами 30-х годов прошлого века, различного рода «чрезвычайками» или загоном всех в гигантские высокоинтегрироанные корпорации, которые будут создавать по единому плану десятки миллионов рабочих мест. Несмотря на то, что подобные проекты заполнили не только Рунет, но и  страницы серьезных изданий, надо отдавать себе отчет, что то, что работало когда-то, не сможет работать сегодня. Более того, сам характер Третьей производственной революции предусматривает сочетание максимальной децентрализации, минипроизводств с выходом на гигантские централизованные платформы, носящие преимущественно не организационный, а технологический характер. В рамках Третьей производственной революции, единственным критерием для выбора тех или иных организационных форм или имущественных отношений становится технологическая целесообразность.

 

Направления русского прорыва

В каждой стране и регионе Третья производственная революция должна осуществляться и осуществляется исходя из национальных задач, с учетом региональных и страновых особенностей и текущей ситуации.

Для русской производственной революции непреложным законом должен стать отказ от ломки чего-либо эффективного и работающего. Принцип «до основания, а затем» был многократно использован в истории нашей страны и в общем и целом показал свою крайнюю неэффективность.

Когда говорится и пишется, что экономика нашей страны не должна зависеть исключительно от топливно-энергетического комплекса – это ни в коей мере не означает, что этот комплекс не является, по сути, единственно работающим сектором экономики, реально обеспечивающим ее текущую жизнедеятельность. Поэтому, Третья производственная революция должна развернуться именно в этом комплексе. Этому способствуют, по меньшей мере, три обстоятельства.

Первое. В прошлом году Президент Российской Федерации В.В.Путин сказал: «Все без исключения недропользователи обязаны соблюдать существующие условия разработки месторождений, полностью извлекать полезные ископаемые на всем предоставленном участке, а не работать по принципу «снятия сливок». Здесь имеется в виду, прежде всего, конечно, использование соответствующих технологий...» Подавляющее большинство таких технологий хорошо известно, и прошло практическую апробацию. Многие из них имеют отечественное происхождение. Другими – располагают наши зарубежные партнеры крупнейших российских корпораций. Поэтому дело за малым – начать делать дело. Тем более что конъюнктура нефтегазового рынка к этому принуждает.

Второе.  Россия в последние годы прежде всего в лице топливно-энергетического комплекса, и в первую очередь, Газпрома и Роснефти возвращается в Арктику. Причем, делает это на долговременной системной основе. Буквально в самые последние месяцы запущена уникальная нефтедобывающая платформа Газпрома на Приразломном месторождении на Арктическом шельфе. Наращивает объемы добычи и обустраивается гигантский международный проект «Ямал СПГ». Набирает мощность расположенное на Таймыре Ванкорское месторождение Роснефти. Завершаются подготовительные работы к разворачиванию проекта по освоению крупнейшего месторождения редкоземельных металлов в Якутии, где свои возможности объединили новосибирские ученые, частный бизнес, власти кути и федеральный центр. Приход в Арктику, и вообще на Север, означает не только создание новых платформ добычи, но и целые инфраструктуры жизнеобитания, транспортировки и логистики.

В отличие от безумных проектов гайдаровских реформторов, предложивших просто бросить европейский и азиатский север России, крупнейшие российские нефтегазовые компании с преобладающим государственном участием, вместе со своими зарубежными партнерами  фактически занимаются созданием нового Арктического ценоза. Этот ценоз включает в себя и самые передовые технологические кластеры, складывающиеся в целостный технологический пакет Третьей арктической индустриальной революции, сложные системы постоянной человеческой жизнедеятельности в этих районах, самые передовые природосберегающие технологии, охраняющие экологию региона, гарантирующие его от повторения судьбы Мексиканского залива. Совершенно очевидно, что при тщательном продуманном подходе создание Арктического индустриального ценоза может стать одним из главных локомотивов Третьей российской производственной революции.

Здесь, конечно, важно, преодолеть свойственное любой крупной корпорации во всем мире стремление внутренней бюрократии использовать освоение ценоза для получения бюрократической ренты, и отсечь от освоения ценоза передовые решения и технологии, напрямую не связанные с корпорациями. Это не чисто российская, а мировая задача, и решать ее можно только за счет обеспечения прозрачности, дисциплины и взаимного перекрестного контроля всех участников проекта.

Национальная задача освоении Арктического ценоза и реализация там технологического пакета Третьей индустриальной революции не должна быть поставлена под сомнения в случае неблагоприятного изменения цен на энергоносители. Существенный риск такого оборота событий есть. Однако задача освоения арктического ценоза  – это не задача года или даже десятилетия. Поэтому, на каком-то этапе надо быть готовым к тому, что освоение Арктического ценоза будет затратной задачей, когда государственные корпорации должны будут целевым образом датироваться. В этом смысле чрезвычайно важным и дальновидным является привлечение в качестве младших партнеров иностранных участников, которые заинтересованы в долговременном доступе к арктическим ресурсам, и которые могут разделить с нашей стороной бремя создания техноценоза в годы неблагоприятной рыночной конъюнктуры.

Третье. В ходе развертывания Третьей производственной революции в мире происходит отрезвление в отношении различного рода передовых технологий атомной энергетики. Целый ряд таких технологий, зачастую абсолютно без рекламы, а иногда и по возможности скрытно, запущены в последние несколько лет в Соединенных Штатах, Франции, Великобритании, Китае. Речь идет в частности о ториевой энергетике, сверхмалых атомных реакторах и т.п.

Нынешний Росатом без сомнения является мировым лидером и уверенно контролирует не только внутренний рынок, но и высококонкурентен за рубежом. В России в атомной и близких к ней энергетических отраслях накоплен огромный потенциал принципиально новых проектов, которые находятся в высокой степени готовности, и при должной политической воли и неусыпном контроле, а также целевом выделении ресурсов на подобные проекты, они могут быть запущены и реализованы даже быстрее и лучше, чем их зарубежные аналоги. Поскольку за рубежом в значительной степени приходится начинать в этой сфере либо с нуля, либо использовать старые российские лекала.

Отдельная, принципиально новая задача связана с разворачиванием Третьей индустриальной революции по тем направлениям, в рамках тех кластеров и технопакетов, которые формируются в настоящее время на Западе и Востоке. Нашим большим преимуществом является то, что первоначальную работу, что называется, нулевой цикл осуществили за нас другие. Сегодня уже ясны магистральные направления Третьей производственной революции, ее основные кластеры, базовые технологии, квалификационные навыки, нужные для работы в новых условиях и т.п.

Для того чтобы максимально быстро и решительно начать эту работу в нашей стране нужны, прежде всего, организационные меры, а также изменения некоторых наших привычных поведенческих установок и взглядов.

Как отмечают практически все эксперты, всерьез занимающиеся как на государственном, так и на корпоративном уровне Третьей производственной революцией, ее основные кластеры начали формироваться еще в 70-е годы прошлого века и под воздействием стремительного развития информационных технологий на наших глазах превратились в единый технологический пакет.

Несмотря на все перипетии и неприятности, которые подстерегали российскую науку и технику, она не представляет абсолютно выжженной земли. Более того, в сфере информационных технологий нам есть чем похвастать. В этой связи нужно провести само собой разумеющееся мероприятие.   Нужно как можно скорее провести полную и детальную инвентаризацию действующих разработок и технологий, входящих в кластеры Третьей технологической революции, с определением по каждой технологии уровня ее готовности для практического использования и т.п.

Конечно, тонким моментом является всегда сама процедура оценки. Но в общем плане можно не мудрствуя лукаво, использовать мировой опыт. Главным оценщиком с точки зрения коммерциализации или практического применения должен стать конечный пользователь. В одних случаях им являются соответствующие государственные структуры, в других – заинтересованные представители бизнес-сообщества, в третьих – специалисты по коммерциализации технологий на внешних рынках. Конечно, никакая инвентаризация не проходит без привлечения экспертов. Но здесь важно опираться не на различного рода охотниками  грантами из российской юрисдикции, а в тех случаях, где нет ограничений по режиму секретности, широко привлекать практиков Третьей производственной революции из-за рубежа. Огромная фактография убедительно свидетельствует, что такие эксперты в подавляющем большинстве случаев не выступают в качестве промышленных шпионов, а напротив, выполняют функции менторов и консультантов. Примеры Сингапура, Малайзии, Бразилии – лучшие тому подтверждения.

Есть основания ожидать, что по целому ряду направлений Третьей производственной революции итоги инвентаризации внутренних научно-технических разработок окажутся неутешительными. Несмотря на несомненную печальность подобной констатации, в ней, вообще говоря, нет ничего страшного. Не так давно известный исследователь Эми Чуа опубликовала книгу «День империи», которая сразу же после выхода получила большую популярность в высоких политических и деловых кругах различных стран мира, включая Америку. Книга посвящена источникам мощи так называемых мировых «гипердержав». Американка китайского происхождения, профессор Йельского университета, установила, что одним из главных источников процветания империи является их открытость миру, терпимость и доброже6лательность к иностранцам, готовность привлекать их на службу, брать из мира все лучшее, что в нем накоплено.

Собственно, для знатоков российской истории в выводах Эми Чуа нет ничего нового. Хорошо известно, что  в Российской Империи та же Екатерина Вторая активно привлекала в Российскую Академию наук лучших ученых мира, а для освоения богатых почв Новороссии и Поволжья всячески стимулировала крестьянскую миграцию из Германии. В годы российского экономического чуда 90-х годов XIX века в России трудилось много специалистов из стран Европы. Есть и более близкие примеры. Уже долгие годы старательно скрывается роль зарубежного участия в советской индустриализации.  Не то что книг, но и исторических публикаций, либо диссертаций на эту тему найти невозможно. Между тем, на стройках индустриализации трудились в общей сложности десятки тысяч инженеров, конструкторов, высококвалифицированных рабочих из многих стран мира. Десятки заводов были спроектированы в архитектурно-проектных фирмах Соединенных Штатов Америки. Сотни крупнейших советских предприятий были оснащены по последнему слову техники оборудованием ведущих американских, германских, британских и т.п. фирм.

Поэтому при решительном проведении в России Третьей производственной революции надо максимально широко использовать зарубежный опыт и возможности в самых различных формах. При этом, создание дочерних структур западных гигантов в России является отнюдь не единственной и даже не главной т лучшей формой трансферта технологий Третьей производственной революции. Хорошо известно, что разработчиками этой технологической волны  являются университеты, а также небольшие быстро развивающиеся компании, которые затем зачастую покупают гиганты, начиная от Google, заканчивая Lockheed Martin.

 Никто не мешает российским структурам участвовать в скупке подобных компаний. Беспристрастный анализ публикаций о сделках на высокотехнологическом рынке Америки показывает, что в последние месяцы 2013 года все чаще покупателями выступали, например, китайские, южнокорейские, бразильские компании. Нет никаких оснований полагать, что регулирующие органы США, Западной Европы, Японии к российским покупателям будут относиться хуже, чем к китайским. Считать обратное было бы очередной пропагандистской уловкой и бездоказательным суждением.

Для успеха Третьей производственной революции надо максимально использовать сеть международного научно-технического сотрудничества, возможности приобретения зарубежных небольших высокотехнологических фирм и стартапов, полностью задействовать социальный капитал трансграничных русских, занятых за рубежом в высокотехнологичном секторе на постоянной основе, либо работающих там по временным контрактам. Естественно, что такое задействование должно сопровождаться внимательнейшим отношением государства и общества к нуждам и интересам этих людей.

Разумное соединение внутреннего  и внешнего потенциала Третьей производственной революции в условиях слабости препятствующих ей институциональных барьеров и групп особых интересов, позволит развернуть эту революцию в России более быстрыми темпами, чем во многих иных странах.

 

Третья производственная революция. Необходимые и достаточные условия.

При всей важности технологических аспектов остается проза жизни, связанная с финансами, организационным обеспечением Третьей производственной революции.

Сама по себе Третья производственная революция – предмет экономически рентабельный и на относительно короткой перспективе самоокупаемый.

Однако в любом случае для старта технологических нововведений, особенно учитывая отсутствие развитой частной венчурной инфраструктуры, неизбежно потребуются немалые деньги. Причем вряд ли можно ожидать сколько-нибудь значительных отвлечений средств из государственного бюджета, который на долгие годы, вероятно, будет весьма напряженным в силу непредсказуемых цен на энергоносители.

В этой связи вряд ли стоит изобретать мудреные схемы, а лучше воспользоваться уже имеющимся отечественным и зарубежным опытом мобилизации ресурсов на высокотехнологичные проекты.

В течение текущего года будет принят пакет законов, предусмотренный в выступлении Президента РФ В.В.Путина, связанный с решительной деоффшоризацией российской экономики. Цель законов, как известно, состоит в том, чтобы вывести бизнес из оффшоров и помимо прочего пополнить государственную казну.

На опыте борьбы с оффшорами государство наработало необходимый комплекс процедур, методов и нормативных подходов к исправлению ранее имевшихся законодательных недочетов и порожденных ими различного рода злоупотреблений. Дело осталось за малым – распространить этот опыт на сферу финансирования технологического прорыва. Причем, сделать это таким образом, чтобы не залезать в казну, не использовать дополнительные средства государственного бюджета.

Учитывая широко распространившееся в мире среди миллиардеров и миллионеров веяние благотворительности, представляется, что можно найти очень серьезных и влиятельных, чрезвычайно богатых людей, которым их коллегам было бы сложно отказать в просьбе создать российский благотворительный технологический фонд. При этом ключевым моментом должно стать то, что средства в этот фонд должны вносить все, кто получил сверхдоходы на приватизации и на работе с государством. Причем, распоряжаться этим фондом вероятно должно не государство, а какие-то другие структуры. Подобный опыт можно посмотреть в Америке в эпоху создания университетов.

Конечно, важным является вопросы налогообложения компаний третьей технологической волны, работающих в рамках Третьей производственной революции, включая «закрывающие» технологии. Принципиально, с некоторыми доработками для этих целей вполне может подойти режим Сколково. В этом случае проекты, несомненно, послужат во благо России.

При желании можно найти и еще немалое количество вполне легитимных, строго соответствующих общепринятой мировой практике принципов и способов финансирования «русского чуда XXI века».

Часть I. "Приукрашенная действительность" http://zavtra.ru/content/view/russkoe-chudo-xxi-veka/

 

 

 

 

 

 

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой