Раздетая одета...
Сообщество «Салон» 00:00 12 сентября 2012

Раздетая одета...

<p><img src="http://zavtra.ru/media/uploads/37/7-1_thumbnail.jpg" /></p><p>Истинный денди и эстет обязан посещать "Кремлевский балет". О, это не дежурный поход в Большой театр пресыщенного сноба, это легкий жест пренебрежительного отношения к серьезности. Той серьезности, которая вызывает сочувствие к пациенту, размышляющему о мировой миссии русского балета в терминах едва не религиозных.</p>
0

На фото: Дарья Климентова и Вадим Мунтагиров ("Лебединое озеро").

Истинный денди и эстет обязан посещать "Кремлевский балет". О, это не дежурный поход в Большой театр пресыщенного сноба, это легкий жест пренебрежительного отношения к серьезности. Той серьезности, которая вызывает сочувствие к пациенту, размышляющему о мировой миссии русского балета в терминах едва не религиозных.

Балет Кремля, осмелюсь доложить, хорош, и хорош весьма. Утверждаю. Однако голословным быть не собираюсь. Потому и попытаюсь заразить тебя, читатель, своей любовью к коллективу.

Что есть "Кремлёвский балет"? Труппа, достоинства которой проявятся в моем тексте лишь к концу, но в жизни видны невооружённым глазом сразу. Театр, работающий в самом неприспособленном в мире помещении для балета — Кремлёвском дворце съездов, имеет своего зрителя в Москве, пользуется успехом у иностранной публики. Феномен "Кремлевба- лета" лежит в том же поле, в котором выращивал и возделывал свой успех Сергей Дягилев. Это — приличный кордебалет, наличие собственных звёзд, недо- статочное казенное финансирование.

Последнее обстоятельство не позволяет вести самостоятельную селекционную политику, скрывать не станем, Большой балет имеет здесь абсолютное преимущество, но то, что удается Андрею Петрову, художественному руководителю кремлёвского театра, иначе как поразительным не назовешь.

Итак, огромность зала и необходимость его содержания отнимает у балета пространство-время в пользу стасамихайлова, но ведь известно, что "заграница нам поможет". Поэтому "Кремлевский балет" существует не только как репертуарный театр, но и как "проектный": самым известным проектом Кремля являются "Русские сезоны. XXI век" фонда Лиепы. По существу, все спектакли новых "сезонов" суть выступления "Кремлевского балета" с приглашенными звездами. Гастролирует театр много. И с фондом Лиепы, и сам по себе. Прошлый сезон, например, был просто выездной: за рубежом "Кремлевбалет" танцевал чаще, чем дома. Результатом чего стало то, к чему я подбираюсь после ознакомления тебя, читатель, с героем.

Английские гастроли проходили так, как принято проводить их русскими балетами. С радостью и зрительской любовью, с участием местных прим и премьеров в выступлениях. Результат оказался настолько хорош, что опыт решили перенести в Москву. Давид Махатели стал продюсером проекта. В чем его содержание? Оно тривиально: показать в репертуарных спектаклях зарубежных и своих звёзд первой величины. Высшую лигу мирового балета.

И началось.

Первым балетом этого сериала стало "Лебединое озеро" с примой Английского национального балета Дарьей Климентовой и премьером этого же коллектива Вадимом Мунтагировым.

Надо сказать, что в Кремле идет та редакция "Лебединого", которую принято называть "старомосковской". То есть — редакция Горского, и то с осторожностью. Как говорит худрук Петров, это редакция, в основу которой положена редакция Горского. Короче, никакого Григоровича. Ротбарт там называется Ротбартом, меня не унижают сентенциями от Капитана Очевидности о том, что он — Злой Гений, alter ego принца Зигфрида. Словом, когда я оказываюсь в "Кремлевском балете", меня никто не унижает "намеками на содержимое выеденного яйца" (© Николай Гумилев). Зато меня вовлекают в удивительный танец, позволяя оставаться возвышенно-глуповатым и невежественным. Не вся мудрость пишется буквами — и в балет я иду не за математи- ческим анализом. Когда мне понадобится что-то действительно стоящее по интеллектуальному накалу, поверьте, в последнюю очередь я пойду за этим в Большой театр на произведения Григоровича. В общем, именно "Кремлёвбалет" рождает в моей душе этакий гусарский дух аристократического пренебре- жения к учености, физическому труду и прочим "скучностям", а влечет к настоящему делу: охоте, танцам, собакам, лошадям, женщинам. Фокус в том, что я знаю о муштре, положенной в основу этой легкости бытия, но хочу сыграть в эту рулетку. Сплясать вместе с Ницше над бездной. Для чего же еще балет?

Конечно, понять это дано не каждому. Здесь необходим соответствующий душевный настрой, я бы сказал даже, соответствующее сословное чутье, некоторое благородство: если не происхождения, то стремлений. Поэтому — смешны мне вы, критикующие "Кремль" со своих скучных позиций лакея, допущенного прислуживать барину!

Да уж, сравнить "Кремлёвбалет" с Большим — это невероятная умственная смелость. Сравнить с театром, равного которому попросту нет в мире (разве что Гран Опера может приблизиться к нам, да и то не по мастерству, а по блистательному "бэкграунду" роскошных монархий, основавших и пестовавших свои придворные балеты), коллектив, лишенный "государевой милости", это даже не смешно. Глупо, методологически неверно. Но поди объясни это тому, кто считает, что, кроме Большого, нет ничего достойного! Мне жаль этих людей. Во-пер- вых, они не умеют радоваться. Во-вторых, они подсознательно понимают, что в доброе старое время их бы в зрительный зал Большого и не впустили бы. Ныне же эти критики там и, крича о величии русского балета, на деле способствуют разложению его аристократической составляющей. Лишают самой танцевальности. Ведь в балете я, например, участвую не менее, чем любимая танцовщица на сцене. И восторг мой зависит не от регалий и депутатских мандатов выступающей.

Пример. Есть такое "Лебединое озеро". Есть в нем Одетта/Одиллия. Белая лебедь и черная. "Раздетая одета", — шутят балетные, и в этой формуле лучше всего зашифровано двуединство персонажа. Мягкий лиризм versus страсть, которую, казалось бы, изобразить проще простого, коль скоро у нас даже балетный театр ценится умением слепить яркий образ прямо по Станиславскому. Однако, ничуть! Зрительский опыт показывает, что Одетту у нас одинаково хорошо дают и Захарова, и Александрова, и Лопаткина, балерины, знаете ли, как минимум, разные, а вот Одиллию убедительно показать удаётся кому угодно по чистой случайности. Кроме двух танцовщиц, которые в этом стабильны. Это Мария Семеняченко из театра Станиславского и Немировича-Данченко и отошедшая от дел Нелли Алимова, которую я увидел в самой завершающей стадии карьеры в Новосибирской опере. Да, деньги и реклама для балета и балетных важны, но чудо здесь, бывает, раздают и бесплатно. Короче, третья Одетта/Одиллия, которая меня восхитила, — это Дарья Климентова.

У английской звезды оказались красивые женские ноги, она сдержанно и      осмысленно провела свою партию, а если ей не хватало где-то лихости цирковой лошади, то ведь это не из балета! В паре с нею другой "англичанин", Вадим Мунтагиров, не потерялся, выглядел мужественно, но главное не это. Главное — рядом с guest stars не потерялся никто из родных. Ни солисты, ни кордебалет.

Следом был показ "Ромео и Джульетты", где партнером нашей Натальи Балахничевой выступил премьер "Ковент Гарден" Федерико Бонелли. Пусть о парне напишет кто-то другой, меня восхитила в очередной раз Наташа. Огромной культуры и сдержанности танцовщица привнесла в довольно скучную, если честно, постановку Григоровича предсмертный элегизм рано повзрослевшего ребенка, аристократа на деле, не на словах. Из-за нее спектакль внезапно обрел универсальное звучание, вернувшись от Григоровича к Шекспиру.

Третьей серией стал "Дон Кихот" с Яной Саленко в роли Китри (Штатсбалет, Берлин). Это диагноз: третья прима с красивыми ногами, невероятно изящной стопой, высочайшей культуры не просто танца, но самого существования на сцене. Вкус "Кремлевбалету" не отказывает! Что же, я влюбился в Яну Саленко, хотя она непривычно миниатюрна для нас: стандарт нашей сцены предполагает девочек рослых, предпочитаю их и я. Но оказалось, если девушка пропорционально сложена, то обыкновенное для миниатюры изящество превращается в истинную красоту.

Сейчас проект Махатели — Петрова только-только пересёк экватор. Впереди три спектакля: "Спящая красавица" с Алиной Кожокару, "Жизель" с "мариинкой" Екатериной Осмолкиной и "Корсар" с нежно любимой мною Александрой Тимофеевой. Выводы можно сделать сейчас.

Главный. Участие в спектаклях мировых премьеров показывает, что "Кремлевский балет" принадлежит той же лиге, что и "Ковент Гарден", например. То есть высшей лиге, а его уровень — мировой. Тот уровень, для которого лишь Большой театр — исключение.

Важнейший. Коль скоро с миром мы сравнение выдержали, то неплохо было бы прояснить, каково место театра во внутрироссийской иерархии. Что же, народная артистка Наталья Балахничева известна и уважаема, другая прима театра — заслуженная артистка России Саша Тимофеева — имеет высочайшую репутацию, кордебалет доказал свою состоятельность еще "сезонами". Будущее радует: в первые ряды выходит Кристина Бурцева, которую я приметил еще школьницей, а сегодня не отвожу от нее взгляд, как хороша! Есть еще ряд удачных приобретений из выпусков Московской академии хореографии последних лет. Резюме: среди русских театров "Кремлевский балет", скажем осторожно, прочно имеет место в тройке лучших.

И еще. Нынешний проект показывает, что у нас есть проблемы с балетным критиком: ведь тот, кто пренебрежительно отзывается о "Кремлевском балете", понимает в маркетинге, в пиар-технологиях, в улучшении собственного благополучия, да в чем угодно! Но ни в мироустройстве, ни в природе балета ничего не смыслит.

Загрузка...

Cообщество
«Салон»
3
4 ноября 2019
Cообщество
«Салон»
1
Cообщество
«Салон»
1
Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой