ПАССИОНАРНОСТЬ
Авторский блог Редакция Завтра 00:00 3 октября 2012

ПАССИОНАРНОСТЬ

<p><strong>К 100-ЛЕТИЮ СО ДНЯ РОЖДЕНИЯ ЛЬВА НИКОЛАЕВИЧА ГУМИЛЁВА</strong></p>
0

Этот снимок был опубликован на первой странице первого номера газеты "Завтра" за 1993 год. На нём — душа живая в ожидании чуда. По словам самого Гумилёва, открытие им феномена пассионарности произошло в тюремной камере изолятора "Кресты": в какой-то момент  через зарешеченное окно под потолком в узилище проник ярчайший луч. Был он насыщен и плотен, внутри него колебалась и мерцала неведомая сила. И будущий ученый прозрел в этой силе священную энергию, дающую великий жизненный импульс отдельным людям, народам и цивилизациям.

Михаил Леонтьев, телеведущий

По моему мнению, Льва Гумилёва нельзя прицепить на знамя. Он — абсолютная индивидуальность. Он играл в карты не только с властью, но и с историей. У него была концепция, видно, что он её очень любил. И достаточно азартно подшивал фактуру под стройную систему доказательств. 

Концепция очень красива, Гумилёв всё-таки был сыном двух великих поэтов. И генетически сам был поэтом, природа на нём не "отдохнула". Его мировоззрение, его отношение к миру было именно поэтическим. Страстным, ангажированным и тем более интересным и оправданным. С этой точки зрения, мне кажется, что гумилёвское творчество, конечно, имеет научную ценность, но оно в значительной степени — воплощение духа, а не рациональности. Все концепции Гумилёва являются политическим инструментарием. Это идеология. Но это идеология Гумилева, она не вписывается в какую-то другую. 

У него есть пересечения с евразийством, особенно с ранним, рафинированным евразийством. Гумилёв явно не считает Россию органичной часть западной цивилизации. Но в целом евразийство было соглашательским, оппортунистическим по отношению к той власти. И оно никак не соответствовало страстности Гумилёва. 

У него в истории и культуре были симпатии или антипатии. Он любил или не любил. Что для учёного является ересью, то для политика и поэта просто органическая черта. Политик должен любить и ненавидеть, иначе он не политик, а неизвестно кто. 

Пока гумилёвское творчество не используют: тот уровень идей, который сейчас существует у нас в области теории, не доходит до степени использования. Когда дело дойдёт до работающих идеологических концептов, мы обязательно увидим там корректное, но, вполне вероятно, и некорректное использование гумилёвских идей. Из него будут брать, — он очень привлекателен. Но и уровень мифологизации, выхолащивания гумилёвских концепций будет возрастать.  

Александр Бородай, политолог

Сегодня немного осталось людей, которые могут похвастаться личным знакомством с Гумилёвым. Но, я, несмотря на свой относительно еще молодой возраст, с Гумилёвым был знаком. Лев Николаевич и мой отец, Юрий Мефодиевич Бородай, долгие годы дружили, сотрудничали. Гумилёв и его супруга Наталья Викторовна жили с нами в одном доме, много времени проводили у нас на даче, наши семьи вместе проводили отпуска. Конечно, это детские впечатления, но я видел и знал подлинного Гумилёва. Каким он был в общении с близкими людьми, кому раскрывал свои мысли и чувства. И этот образ далёк от того, что порой сегодня рисуют. Гумилёв не был неким благостным профессором, чисто академическим учёным. Гумилёв был настоящим пассионарием. Он обладал огромной энергией, огромным обаянием, привлекал к себе людей. Но его энергия была энергией ненависти, взлелеянной годами по отношению к тем, кого он считал врагами. Это был боец, жёсткий по отношению к себе и суровый по отношению к другим. Власть он не принимал, хотя признавал её трансформацию в послевоенный период. Гумилёв считал, что советская власть делится на две части: либерально-демократическую и черносотенно-казачью. И с либерально-демократической говорить абсолютно не о чем, а с черносотенно-казачьей частью советской власти можно иметь отношения. 

Его главное устремление было в том, что он хотел свою концепцию, теорию донести до людей. Сделать это в тогдашних условиях было практически невозможно; но Гумилёв пытался любыми средствами и способами. Он частенько хитрил. Например, когда заявлял, что он — не политик, это был типичный обман. Лев Николаевич был готов с властью, со своими врагами играть в карты. И, как старый лагерник, надуть их. Это у него получилось: идеи Гумилёва стали широко известны; пусть к концу жизни, но он сумел опубликовать свои работы. 

Кстати, основным своим трудом он считал не "Этногенез и биосферу Земли", а "Древнюю Русь и Великую Степь". 

Настоящим другом Гумилёва был Никанор Петрович Палицын, с которым они познакомились в лагере. Посадили его, студента-химика, за знатную фамилию. Палицыну мы обязаны тем, что Гумилёв дожил до своих лет и написал свои книги. Они вместе попали в Норильск, в самый первый заход. Условия был чудовищно тяжёлыми, у зэков волосы примерзали к постелям. А Никанор Петрович был назначен начальником химической лаборатории лагеря. И он перетащил Гумилёва к себе в качестве истопника. Гумилёв оказался в тепле, отошёл от холода, который, как признавался потом сам Лев Николаевич, куда страшнее голода. 

Были у Гумилёва друзья, последователи, можно сказать, ученики. Сейчас эти имена по большей части забыты. За исключением известного исторического писателя Дмитрия Балашова. Ещё можно вспомнить Константина Иванова. Это был действительно любимый ученик Гумилёва. Загадочным образом он был убит в Петербурге в начале 90-х, убийц так и не нашли. 

Лев Николаевич был верующим православным человеком. В "Этногенезе и биосфере земли" подробно сформулирована космическая теория возникновения пассионарности. Но когда его друзья спрашивали, каким же образом возникает пассионарность, он достаточно чётко и просто отвечал: "Воля Божья"

Игорь Шишкин, заместитель директора института стран СНГ

Если мне не изменяет память, то, кажется, Андрей Белый сформулировал три способа борьбы с неугодными тех, кого мы называем либералами. Первая форма — это залить грязью. Вторая форма — замолчать. Третья форма — извратить. Были годы замалчивания, в 90-е годы было заливание грязью. Сейчас появляется огромное количество людей, которые, так или иначе, интерпретируют Гумилева до неузнаваемости. 

Основной сегмент борьбы с творчеством Гумилева связан как раз с либеральной общественностью. Причину этой борьбы очень хорошо и точно определил, на мой взгляд, такой известный борец с "русским фашизмом", как Александр Янов. Он заявил ясно и чётко, что, если идеи Гумилева широко распространятся в российском обществе, то на демократии в России можно поставить крест.

Что же такого Гумилев сделал, что, действительно, очень и очень опасно для тех процессов, которые сейчас пытаются проводить в России? Возьмем несколько примеров. 

Слом начала 90-х, последующие либеральные реформы вряд ли могли быть возможны, если бы в общественное сознание не был внедрён один очень простой способ восприятия всемирной истории — идея линейного и прогрессивного развития человечества. Всё человечество идет по одной линии, Запад, смотрите, как хорошо сейчас живет. Поэтому, как истинные патриоты, мы должны быстренько отбросить все, что не соответствует западным ценностям, встать на этот общечеловеческий путь, догнать их и стать богатой и процветающей страной. И этот тезис был внедрен в сознание нашего общества, сыграл огромную роль в ходе "перестройки" и "рыночных реформ". 

Что этому тезису противопоставляется? Рассказы про то, что Запад сейчас начинает подгнивать, что там кризис, воспринимаются как несерьёзные. Мол, кризисы были, есть и будут, и вы сначала до этого кризиса дойдите. Разговоры об особом пути России вызывают только насмешки и ответные разговоры о том, что здесь "всё не как у людей". А вот творчество Гумилева по теории этногенеза показывает полную научную несостоятельность концепции линейного прогресса в истории человечества. Да, об этом писали еще Данилевский, Тойнби, Леонтьев. Но научную базу дал Лев Николаевич Гумилёв. Всемирная история — это не история абстрактного человечества, которое все идет по одной дороге, правда, некоторые сбиваются с пути, а другие отстают, а история народов, у каждого из которых свой путь. Гумилёв показал, что история многовекторна. Это совершенно другая система координат восприятия окружающего мира, на которую либеральная пропаганда западоцентризма просто не накладывается. Она в этой системе координат невозможна.

Прекрасная могучая западная цивилизация — результат творчества романо-германских народов. Представим, что, если бы они, выходя на историческую арену, стали бы перенимать ценности процветавшей по соседству византийской цивилизации? Византии, может быть, от этого был бы прок, а вот современной западной культуры мы бы не имели. Точно так же это относится и к русскому народу, и ко всем другим. 

А что значит особый путь? Гумилев показывает, что надо опереться на древний подход: "Познай самого себя и будь самим собой". История каждого народа — это познание самого себя и максимальная реализация себя. Не подражать кому-то, а быть самими собой. Нужно понять, кто такие русские. Каково наше место в истории человечества. И, соответственно, строить свою жизнь на тех принципах, на тех ценностях, которые подходят нам, а не пытаться жить по принципу: "Сидоров сейчас богат, поэтому давайте я стану подражать Сидорову". 

Сейчас очень много идёт дискуссий по поводу того, в каких границах и как нам строить российское государство. Одни говорят о необходимости евразийской интеграции, другие говорят о необходимости отстраивать ныне существующие границы Российской Федерации, третьи — о том, что нужно создавать некую русскую республику, четвертые вообще проповедуют общеевропейский дом от Дублина до Владивостока.

Лев Гумилев проследил историю Евразии за последние, как минимум, два тысячелетия. Он показал, что в географических условиях Евразии жизнеспособно только государство, контролирующее всю эту территорию. Форма контроля — это другой вопрос, находящийся в зависимости от времени. Но иначе здесь построить государство нельзя. В географических условиях Европы самодостаточным, обеспечивающим экономическую и политическую независимость может быть и небольшое государство. В Евразии совершенно иначе. Поэтому Евразию за последние два тысячелетия объединяли трижды: сначала тюрки, потом монголы, наконец, объединили мы — русские, и продолжаем это делать до сих пор. В Европе ничего подобного не наблюдалось. Империя Карла Великого просуществовала несколько десятилетий. Сейчас европейцы предпринимают очередную попытку; чем она закончится, мы пока сказать не можем. 

Гумилёв еще задолго до того, как распался Советский Союз, писал о том, что "в условиях Евразии разъединиться — это значит всегда поставить себя в зависимость от соседей, далеко не всегда бескорыстных и милостивых". И два последних десятилетия показали это на практике. 

Еще один важный момент. Когда говорят о евразийской интеграции, идут заявления о том, что это попытки растворить русских в каких-то азиатских народах, потерять русское "я". Извините, ко Льву Николаевичу это не имеет никакого отношения. Гумилев ясно и чётко показал, что географический фактор предопределяет необходимость и целесообразность интеграции, но он её не обеспечивает. История Евразии — это история распадов, история дезинтеграции. Почему? Потому что объединялась Евразия всегда, когда на историческую арену выходил этнос, у которого было достаточно пассионарности, достаточно подходящая система поведения, этос, для того, чтобы реализовать эту задачу, для того, чтобы объединить данное пространство под своей властью. И вот нынешняя интеграция, которая продолжается уже много веков, связана с выходом на историческую арену русского этноса. 

Именно учение Гумилева показывает, что такое государствообразующий этнос. Это не красивая вывеска или привилегия — это реальность. Без государствообразующего этноса не может существовать объединенная Евразия. Именно труды Гумилева показывают, что будет крепким и сильным русский народ — будет единая Евразия, будут процветать и другие народы. Будет ослаблен русский народ — никакой евразийской интеграции не будет до тех пор, пока не появится другой народ, который сможет в этих географических условиях реализовать задачу интеграции. Но это будет, извините, уже другая история, нас с вами — русских — не затрагивающая. 

В последние 10 лет одна из самых животрепещущих проблем России — это проблема межнациональных отношений. Чем здесь важно и полезно наследие Гумилева? Он создал теорию этнических контактов. Гумилёв показал, что этнос, народы — это явление природы, но каждый ныне наблюдаемый этнос — это одна из фаз длительного природного процесса его жизнедеятельности. Отсюда закономерный и логичный вывод — характер взаимодействия двух и более природных процессов определяется не нашими пожеланиями, что такое "хорошо", что такое "плохо" и что такое "целесообразно", а природными закономерностями. Гумилёв вывел формы, при которых многонациональное государство становится сильнее мононационального, при которых многонациональность безвредна для государства; и те, при которых многонациональность разрушительна для государства. 

Когда же мы видим миграционную политику, которая проводится в наших городах, то можно с уверенностью сказать, что эти люди либо очень хорошо изучили творчество Льва Николаевича Гумилева, либо являются стихийными "гумилёвцами". Они делают все в точном соответствии с описанием Гумилева — как разрушить межнациональный мир. Как сделать так, чтобы народы стали смотреть друг на друга со злобой, а при малейшем обострении — и через прорезь прицела. Не стравив русских с другими народами, нельзя помешать объективно необходимой интеграции Евразии. Сейчас я могу с уверенностью сказать, что теория этнических контактов Гумилева воплощается в жизнь. Но воплощается — во вред русской нации и другим народам нашей страны, и это делают те, кто хорошо знают последствия. Они, конечно, разводят руками и говорят: "Мы хотели, как лучше, а получилось случайно". Извините, в то, что они клинические идиоты, лично я не верю. И в то, что они умных книжек не читали — тоже не верю. 

Одна из актуальных тем последнего времени — это проблема "пятой колонны", вмешательства Запада в наши дела. Можно только приветствовать, что, наконец, мы дожили до того, что эта проблема активно и открыто обсуждается. Но то, что делается, — это хорошо и нужно, однако это лишь первый маленький шажок в борьбе с той опасностью, которая реально существует. Гумилевым была создана теория антисистем. Она была своеобразным ответом на те вызовы, с которыми столкнулась наша страна. Почему дважды за один и тот же век наша страна была разрушена ударами не извне, а изнутри? Что это за силы, которые изнутри работают на разложение государства и на разложение государствообразующего этноса? 

Списать всё это только на происки западных спецслужб, на тех, кто "шакалит" у посольств… Да, есть купленные, но если бы все сводилось только к купленным, то они бы такой силы не имели. Это есть внутренняя болезнь. Откуда берутся эти болезнетворные бактерии? Почему они появляются и как действуют? Вот это всё объясняет теория антисистем, и она показывает, что эти антисистемы очень легко меняют — знамена, лозунги, даже на прямо противоположные. Согласитесь, что лозунги у Троцкого и у Гайдара с Чубайсом были всё же разные, правильно? А делали они одно и то же. Почему? Откройте книги Гумилева, и вы узнаете, как бороться с антисистемами. Одними запретами финансирования из-за рубежа вы эту проблему не решите. 

В силу всего этого наследие Льва Гумилева крайне актуально для нас сегодня. И единственное, что я могу посоветовать, — читайте Гумилева, тогда вы не станете марионетками в руках тех, кто уже не первое десятилетие старается сделать так, чтобы наше государство исчезло, чтобы здесь и вообще нигде в мире не было русского духа, и им больше никогда не пахло. 

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой