Октябрь горит, новые правые плачут
Авторский блог Завтра рекомендует 14:37 10 октября 2019

Октябрь горит, новые правые плачут

интервью Daily Storm с представителем «Идентаристов России»
7

К 26-й годовщине «чёрного октября» и расстрела Дома Советов — 5 октября — некие молодые люди на фоне здания правительства развернули плакат с числом 1993, зажгли фаеры и подожгли этот плакат. Атмосферные фотографии быстро стали вирусными. Daily Storm связался с акционистами и выяснил, что побудило их на красочную акцию.

Из удивительного: яркую акцию провели не модные леваки или ностальгирующие по Советскому государству члены КПРФ — «чёрный октябрь» поджигали идентаристы, так называемые новые правые, которые считают первого президента России Бориса Ельцина преступником, а путч 1993 года — убийством публичной дискуссии и адекватного политического процесса. Представитель «Идентаристов России» Ростислав Марсов рассказал о том, как они собираются менять мышление россиян и почему не хотят идти в публичную политику прямо сейчас.  

— Что вы хотели сказать акцией «1993»?

— 1993 год стал точкой, когда в России вместо публичной дискуссии и адекватного политического процесса был силой навязан сценарий глобалистского проекта Ельцина. В ходе штурма были убиты рядовые граждане и защитники Белого дома из правого и левого патриотических лагерей. Мы считаем это преступлением против русского народа, которое было, к сожалению, забыто и которое привело к массовому обнищанию населения, росту бандитизма, провалам и предательству в ходе чеченской войны, построению авторитарного строя в России и массе других проблем, которые характеризуют эпоху лихих 90-х. Верховный Совет и защитники Белого дома были теми, кто не хотел допустить всего этого в России, но они были преступным путем выкинуты из политики.

— Кто такие «Идентаристы России»? И чего вы хотите?

— Мы — движение русских патриотов, которые выступают за идею нового объединения Европы под знаменами традиционных ценностей и единства европейской цивилизации с уважением самобытности каждой культуры внутри нее. В России мы боремся за сильное суверенное социально ориентированное государство, которое будет защищать русскую идентичность и идентичность малых коренных народов и будет сопротивляться замещающей миграции и проникновению так называемых прогрессивных ценностей в культуре. В своих методах мы делаем упор на политический активизм и культурную работу. Наша цель — через политические акции поднять в обществе важные для нас темы и вступить в публичную дискуссию с наших идентаристских позиций. Наша организация, в свою очередь, является частью панъевропейского движения Generation Identity.

— А объединение Европы и суверенная Россия не противоречат друг другу?

— Мы выступаем за тесное сотрудничество между европейскими странами на основе близости культуры и ценностей, где каждый европейский народ будет иметь свой голос и субъектность. Современный глобалистский проект ЕС эту субъектность стирает и превращает страны, вступившие в него, в марионетки финансовых элит, которые насильно продвигают современную повестку поддержки ЛГБТ и квоты для замещающих коренное население мигрантов.

— Ваше движение — оно про акционизм или политическое все же? У вас есть публичные политики или люди, которых вы поддерживаете?

— Мы придерживаемся сетевой структуры. У нас нет вождя или авторитарного лидера, но я — один из руководителей российских идентаристов.

— Вы считаете нынешнее государство наследником преступного произвола Ельцина? А какую вы в таком случае Россию хотите? Ну то есть традиционные ценности — это понятно, но это довольно общие фразы.

— Традиционные ценности в разрезе нашей идеологии строятся на идеях органического общества вроде семьи, народа или профессионального союза, традиции как вечной религиозной истины и идеи идентичности. В отличие от либеральной идеологии, мы мыслим человека как часть органического сообщества, которое формирует единый организм народа и коллективный субъект. Быть частью народа, семьи и профессионального союза и мыслить себя через них — и значит быть идентаристом. Защищать свою идентичность — вот наша цель, защищать русский народ, институт семьи и права работающего населения — это наши задачи.

— То есть сейчас с российским государством все плохо?

— Нынешнее государство имеет двойственный характер. В нем есть как те, кто продолжает преступную ельцинскую политику, так и те, кого можно назвать патриотами. Но из-за того, что Ельцин своими авторитарными замашками заложил основы режима без альтернативы, в России нет политического процесса. На действия государства общественность сейчас практически не может повлиять. Вернее, есть небольшая либеральная прослойка. Она влиятельна благодаря олигархам. Но она помогает только своим и придерживается неприемлемых для нас взглядов. Независимым патриотам сейчас нет места в политике. Мы не видим возможности повлиять на политику, поэтому мы занимаемся метаполитикой и культурой. Мы стремимся изменить мышление молодежи в сторону наших идей, а не боремся за места в условной Мосгордуме.

— А как вы относитесь к Путину?

— Нейтрально. Мы его считаем уже просто частью истории, который должен скоро уйти из политики. К либеральной оппозиции мы не относим себя и мы совершенно точно не провластны. Мы хотим видеть в России третью политическую силу, которой пока нет. Когда ты в политике и ты молод, то проще немного подождать.

— Как ваши акции могут изменить что-то, по-вашему? Условно — вот я акцию вашу увидел, подумал: «О, прикольно». Но без пояснения даже не очень понятно, что вы конкретно хотите сказать.

— Но журналисты берут комментарии, и это становится трибуной для нас. Помимо этого, в век технологий и социальных сетей наши материалы в виде фото и видео массово распространяются по интернету, нас начинают гуглить, обсуждать, в конце концов — приходить на ресурсы и становиться активистами. Внутри коллектива мы работаем над качеством состава, воспитываем кадры и занимаемся культурной политикой. Эту тактику хорошо осознают и используют наши оппоненты из числа, например, ЛГБТ и радфем-активистов, так они мягкой силой продавливают свои идеи. Мы продавливаем свои, это и есть борьба на метаполитическом уровне. Судьба будущего России решается не только в депутатских креслах, но и в борьбе за народные умы.

— А чем ЛГБТ вам не угодили? Почему вас волнует, кто с кем спит?

— Спать-то они могут с кем угодно, но из-за того, что они любят спать с представителями своего пола, не нужно брать однополые отношения за норму. И нельзя преследовать тех, кто не поддерживает однополые связи, как это бывает на Западе. Тем более это касается не только геев и лесбиянок, которые имеют расстройства гендера или проблемы с взаимодействием с противоположным полом, но и откровенно больных транссексуалов! Наиболее отвратительно, что в эти дела пытаются привлечь детей, водят их на парады, разрешают усыновлять их гомосексуальным парам.

— Вы говорите, что малые народы России тоже поддерживаете. Но я так понимаю, вы не очень терпимы к мусульманам. Как с ними быть?

— Мы не являемся исламофобами и не имеем ничего против мусульман. Но мы против либеральной системы открытого общества и границ, которые повысили в Европе долю мусульман с 0,5% в 60-70-х до 10-15% в 2019-м, так что имя Мухаммед стало самым популярным среди новорожденных в Лондоне. Россия в этом плане — не исключение. После выбранного Ельциным курса по построению глобалистского проекта в России мы тоже стали испытывать проблемы с замещающей миграцией в России. Только в Петербурге, если мусульман в нулевых было 200 тысяч, то сейчас около миллиона. В Москве сейчас 2,5 миллиона. Количество мусульман растет постоянно во всех странах Европы из-за либерального порядка. И это проблема либерализма и открытого общества, потому как замещают коренное население совершенно разные народы. То, что они придерживаются ислама (разных ветвей к слову), — это совпадение, вызванное территориальным расположением европейского континента. В США, например, население замещается мексиканцами, в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке — китайцами. Открытое общество и замещающая миграция — вот реальная угроза, а не ислам.

— То есть условно вы считаете, что чеченцы должны сидеть в Чечне, дагестанцы в Дагестане и так далее?

— Да, но чтобы они нормально жили у себя в регионах, нужны нормальная социально ориентированная экономика и система пропорционального политического представительства. Мы считаем себя патриотами, так пусть и они тоже будут патриотами своей малой родины и развивают Чечню, Дагестан, Узбекистан, Таджикистан, вместо того чтобы ехать в Москву и Питер, строить здесь свои диаспоры, вывозить деньги, совершать преступления вроде убийства нашего героя Никиты Белянкина (ранее служивший в ГРУ и воевавший в Сирии молодой человек, который погиб в потасовке с представителями Кавказа) и потом еще избегать ответственности, трусливо сбегая в свои страны, как это сделал убийца Никиты из Армении.

— То есть вы считаете, что преступность напрямую связана с этнической принадлежностью?

— Есть такое понятие, как «этнопреступность». Когда мигранты из одной страны приезжают в другую, то, не ощущая свою принадлежность к этому обществу, начинают заниматься темными делами. Наши мигранты в этом плане не исключение. В США, например, русская мафия — это уже часть массовой культуры и мем. Помимо этого, этнически сколоченные преступные группировки намного опаснее обычных, поскольку они очень закрытые, среди них не только представители социального дна, а также люди, связанные с политиками из родного государства, и многое другое. Диаспоры — это теневые сплоченные организации, которые не имеют никакого юридического статуса, существуют нелегально по факту и часто не гнушаются коррупции, лоббизма и криминала. Их работу следует сделать более открытой и требовать для диаспор — вроде армянской — регистрации и отчетности. Их деятельность в целом попадает под определение иностранных агентов, и наше общество имеет право знать все об их деятельности.

— А много ли вас в движении?

— Информация о численности конфиденциальная. Нас не так много, поскольку мы — независимая организация молодых людей, чья жизнь только начинается, и у нас всё ещё впереди. (В паблике «Идентаристы России» состоит около трех тысяч человек. — Примеч. Daily Storm).

— Опишите тогда хотя бы портрет вашего сторонника.

— У абсолютного большинства, включая меня, нет опыта участия в «правом движе» старого национализма. Мы считаем, что вообще это деление устарело и педалирует старые тезисы большевизма и антибольшевизма. Сейчас борьба происходит между либералами и патриотами. Наши сторонники, как правило, не имеют политического прошлого за спиной. Это люди 16-24 лет, которым не нравится путь современного Запада. И от отрицания этого пути они приходят к идеям консервативной революции, впитывая в себя позитивные направления этого течения.

— Кто из современных политиков вам близок?

— Из российских официальных политиков только депутат Сергей Шаргунов. Мы положительно относимся к нацболам, которых считаем частью российского патриотического движения. В Европе мы сочувствуем сильно Маттео Сальвини, в меньшей степени Ле Пен  и Виктору Орбану.

— Кто из мыслителей на вас влияет?

— Идентаризм вытек из идей французских новых правых во главе с Бенуа, а их идеи стали продолжением немецкой консервативной революции, которая целиком и полностью вдохновилась русскими славянофилами, и в частности Достоевским, который и популяризовал термин «консервативная революция».

— Вы все же видите себя или своих сторонников в реальной политике в будущем?

— Возможно, после 2024 года.

— После того как уйдет Путин?

— Когда в России разрешат заниматься реальной политикой.

Публикация: Daily Storm

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий
10 октября 2019 в 17:34

Ну, если вы, ребята, нейтральны к Путину, то чего егозитесь ? Именно Путину и его окружению и выгодно заменить русский народ на мигрантов - для бизнеса, это дешёвая, бесправная рабсила, а для его политиков - осуществление принципа *разделяй и властвуй*. Кстати, у Навального, по отношению к мигрантам, политика схожа с вашей, но он её особо не афиширует.
Запомните, без поддержки либеральных СМИ, вы останетесь маргиналами, ибо других СМИ у нас нет.

10 октября 2019 в 17:59

А почему бы такой ультрапатриотической газете ("Завтра") не ПОРЕКОМЕНДОВАТЬ, что 4 октября состоялся поминальный Митинг и Панихида по жертвам ельцинистского путча 1993 года. Это организовали коммунисты и объединили все ИСТИНО народно патриотические организации в этом скорбном шествии. Или у "Завтра" какой-то другой патриотизм?

12 октября 2019 в 12:17

Извините, не очень ясен пафос комментария. "Завтра" давала объявление о всех мероприятиях 3 и 4 числа
http://zavtra.ru/events/pamyat_o_zashitnikah_doma_sovetov_-_svyashenna

10 октября 2019 в 19:16

Думаю,что это движение не будет иметь будущего,а отвлекать от социальных проблем в России, власть может помочь!!!

10 октября 2019 в 20:50

Нацболы борются с капиталистами, которых уже давно нет. А это движение совсем не затрагивает тему эксплуатации.

10 октября 2019 в 21:51

Где-то искрит мысль о нормализации нашей жизни и это отрадно читать и слышать. Ведь из искр возгорается пламя действия.
Ребята молодцы, что не безразличны к устройству жизни в своём государстве. Успеха вам.
Только не верьте россказням Сванидз и Гозманов о чёрной эре социализма в нашем Отечестве. Наши отцы и деды были ответственнее и справедливее нынешних верховодов.

11 октября 2019 в 14:27

Это Вы, Болашенко, ответственный?
Который врет с 1976 г., что капитализм якобы все еще существует.
Который врет о якобы все еще существовании капитализма и после того, как многократно прошло доказательное оповещение о гибели капитализма в 1976 г.