Авторский блог Дом Культуры ТриПтиХ 15:16 11 апреля 2017

Россия Вечная и реальная картина мира

Современный думающий человек всё реже удовлетворяется теми объяснениями, что предоставляют ему официальная наука в области истории, экономики, социологии и других менее популярных гуманитарных дисциплин. Собственно они перестают удовлетворять и самих учёных.
1

 

I. Кризис гуманитарного знания

 

Современный думающий человек всё реже удовлетворяется теми объяснениями, что предоставляют ему официальная наука в области истории, экономики, социологии и других менее популярных гуманитарных дисциплин. Собственно они перестают удовлетворять и самих учёных. Так, профессор РГГУ Андрей Олейников преподносит её следующим образом в своей работе «Кризис гуманитарного знания: трудности диагностики»:

«Разговор об этосе гуманитарного знания становится возможным и даже насущным во многом потому, что сегодня нам часто приходится слышать о кризисе, его охватившем. Об этом кризисе говорят везде, на Западе и у нас. За последние десять лет эта тема вполне сложилась и обросла столь внушительным числом публикаций, что ее уже можно предлагать в качестве отдельной темы для магистерской или кандидатской диссертации по одной из тех дисциплин, которые, как многие считают сегодня, переживают острый кризис, — скажем, по философии, культурологии или социологии. Говорят об этом кризисе люди самых разных, иногда совершенно полярных, политических убеждений и исповедующие самые разные взгляды на природу гуманитарного знания и на задачи гуманитарного образования. Что может быть общего у таких, например, российских интеллектуалов, как Николай Копосов и Александр Дугин, или Андрей Россиус и Вадим Межуев? Ничего, или почти ничего. Между тем все они, так или иначе, сходятся во мнении, что сегодня гуманитарные науки переживают глубокий и системный кризис».

Со стороны позитивистcки настроенных исследователей, особенно либеральной формации, нередко приходиться слышать мнение, что всему виной радикальное усложнение современного мира и его всё ускоряющееся развитие. А наука просто не успевает, но обязательно поспеет, как только выработает соответствующий инструментарий.

Как мне представляется, усложнение мира не является главной причиной кризиса наук объясняющих развитие человеческого общества. Да и далеко не факт, что это усложнение происходит по-настоящему. Налицо измельчание и фрагментаризация гуманитарного знания (а не просто дефицит инструментария как локальная проблема), ведущего к исчезновению понимания (и даже попытки понимания) устройства социально-антропологических систем.

Формирование же целостной картины или big picture, как говорят англосаксы, во многом зависит от сквозных связей пронизывающих социум. Нащупать такие связи можно главным образом при помощи общего целеполагания. То есть в данном случае речь идёт о парадигматическом подходе, в рамках которого мыслится построение тех или иных гуманитарных (научных или любых других познавательных) систем, отражающих и объясняющих функционирование общества в целом.

При этом, чем больше язык познания связан с декларируемой телеологией, тем более честным является анализ окружающего мира. Естественно в данном случае нужно иметь в виду мир как антропосферу, так как мир физический a priori иррелевантен человеческому сознанию. Сейчас налицо разрыв между фактическим и озвучиваемым целеполаганием в обществе. И это само по себе симптом кризиса. Собственно в период социального кризиса, как правило, происходит и кризис официального гуманитарного знания, в том числе из-за отсутствия запроса на реальную картину мира. Как результат, отход от принципов универсализма и общего классического видения сам по себе порождает ту самую скудость научного языка, которая ограничивает нас в описании и понимании окружающей действительности.

Подобная ситуация не уникальна для человеческой истории. Так, в своё время отжили свой век универсальная жреческая парадигма древних обществ, античный академизм не смог адекватно отреагировать на кризис Римской империи, а христианские доктрины выродились в схоластику. Научный марксизм-ленинизм был практически не в состоянии описывать и объяснять советское общество. Ныне пришёл черёд западной гуманитарной науки, берущей своё начало в рациональной философии и идеологии эпохи Просвещения. Современная либерально-демократическая парадигма стремительно профанируется, а базирующиеся на ней изыскания уже впору называть псевдонаучными (достаточно вспомнить Интернет-мем «британские учёные»).

Классическое доктринальное образование, напротив, стремительно сдаёт свои позиции. Например, исследователи Гордон Хатнер и Фейзал Г. Мохамед в своей статье «Настоящий кризис гуманитарных наук – в государственных университетах» отмечают следующие тенденции:

«За последнюю четверть века на государственные университеты обрушился град изменений, поскольку государственное финансирование неуклонно, а временами даже стремительно, сокращалось. В свою очередь, университеты стали ценить программы, способные принести доход благодаря пожертвованиям выпускников, грантам извне или плате за обучение. В условиях функционирования новой бизнес-модели пострадали как в целом программы гуманитарных наук, так и небольшие кафедры (классической филологии и философии), оказавшиеся под постоянной угрозой сокращения, несмотря на их историческую роль и значимость для высшего образования».

 

Также стремительно деградирует и научный язык, прикрываясь фиговым листком формальной математизации. При этом последняя всё больше напоминает схоластические экзерсисы позднего европейского Средневековья в худшем смысле слова.

II. Реальная картина мира – не самоцель

В максиме Фрэнсиса Бэкона «Знание само по себе – сила» содержится очевидное самообъяснение необходимости лидерства в интеллектуальной сфере. Тот, кто лучше будет понимать природу происходящих в современном мире процессов, тот, в конечном итоге, сможет лучше ими управлять или, как минимум, направлять их развитие.

О необходимости такого знания, например, в социально-экономическом контексте, упоминает и Ю. Мамлеев: «Должно быть выработано патриотическое учение, которое, независимо от того, каков будет характер экономического строя в России, обеспечивало бы реальную защищенность населения и его рост (хотя, разумеется, экономический строй должен соответствовать общей направленности, выраженной в национально-государственном патриотизме)».

 

И, как уже отмечалось выше, подобное знание должно носить холистический характер и, следовательно, произрастать из парадигматического мировоззрения. Нам представляется, что базисом для подобного мировоззрения может служить доктрина Россия Вечная, которая содержит в себе квинтэссенцию русской идеи, интегрирует всё самое значимое и ценное, накопленное в опыте многих поколений русских философов, историков, деятелей культуры и искусства, государственного управления.

По мнению Мамлеева: «Патриотическое мировоззрение (разумеется, не шовинистическое, а, безусловно, включающее уважение к другим народам) должно наполниться конкретным духовным и социальным содержанием, оно должно быть разумным, гуманистическим, просвещенным, находящимся на уровне требований двадцать первого века, но в то же время не отрывающимся от своей первоосновы – вечной России».

 

Переосмысление с этих позиций философии, истории, литературы, культурологии, социологических и экономических учений, юридических концепций, политических систем, а затем разработка на этой основе соответствующих научных и образовательных методик и материалов является важнейшей целью, закладывающей фундамент последующего идейно-содержательного строительства. Он должен стать основой создания позитивного образа будущего, привлекательного как для всего многонационального народа России, так и на международной арене. Без такого образа просто немыслимо участие в формировании мировой повестки дня. В современном глобальном мире подобный устойчивый, органичный образ является полюсом сил, вокруг которого группируются соответственно ориентированные участники мирового сообщества, которые оказываются не в состоянии предложить собственной социально-политической перспективы развития. При этом такое общегуманитарное мировоззрение и создание позитивного образа будущего сами по себе являются макроинструментами для формирования новой элиты.Общество, сформированное на основе этой доктрины, будет обладать всеми необходимыми качествами для выработки новых системных знаний и представлений, позволяющих опережать геополитических и геоэкономических конкурентов в области понимания реальной картины мира, а также для формирования соответствующей  культурно-эстетической среды, которая станет настоящей альтернативой современной массовой культуре с её установками на обесценивание подлинной духовности, культом денег и насилия.

Как писал Ю. Мамлеев: «Черты этой новой, крайне желательной для России, интеллигенции (читай, элиты) нетрудно предугадать: высшая образованность, духовность (в нормальном смысле этого слова), воля к свободному и глубинному творчеству, любовь к России…

 

Патриотизм ее должен быть вполне сочетаем с творческой и духовной свободой, тем более сама Россия настолько глубинна, что ее духовное богатство неисчерпаемо, в том числе для людей творческих.

Отметим также, что поскольку духовное начало в России не является привилегией только «образованных» классов, то объединение духовных, творческих сил из самого народа, из его глубинки, с интеллектуальной элитой несомненно даст свои необычайные плоды.

Какова же тогда может быть формула и суть новой национально-государственной идеологии (НГИ), в которой отражались хотя бы экзотерические, «понятные» каждому, установки Русской доктрины. Такого рода «мировоззрение» не может быть создано «сверху», чтобы быть жизненной, она должна корениться в сердцах людей. Сама по себе Русская доктрина отвечает этим требованиям, но она должна быть адекватно переведена на массовый, социально-экономический и политический уровень, и здесь неизбежны весьма специфические нюансы, тонкости и даже затруднения».

На основе такой национальной идеологии элита сможет приобрести реальные способности для успешной разработки и управления долгосрочными геоисторическими проектами, а широкие массы населения будут иметь стройную, неподдельную основу для создания нового типа государственного устройства, в котором интересы всех групп и слоев общества будут синхронизированы. Любовь к родине здесь становится реальной движущей силой, объединяющей всех участников государства на пути к всеобщему благосостоянию, определяет новые ценностные ориентиры, снимает вопрос внутриусобного соперничества, служит основой международного авторитета.

Основным носителем такой доктрины/идеологии и связанных с ней человеческих и общественных качеств становится элита государства. Вся доктрина в целом, без сомнения, должна иметь общенациональное признание, но до тех пор, пока она не станет подлинной основой мировоззрения элиты, её потенциал не сможет оказать значимого воздействия на развитие государства. Элита – это все те, кто занимаются служением обществу и высоким идеалам, своим примером, всей своей жизнью оказывают огромное влияние на мировоззрение и мнение остальных.

Обоснование и распространение такого общегуманитарного мировоззрения, которое позволяет формировать нравственные устои и ценности, а также сознание и самосознание элиты должны стать краеугольным камнем долгосрочной государственной научной политики.

Как уже отмечалось выше, общегуманитарное мировоззрение, основанное на доктрине России Вечная, должно послужить фундаментом для новой научной и образовательной парадигмы, особенно в гуманитарной сфере. Необходимо внедрение данной идеи в самые широкие сферы общественной жизни, прежде всего в области гуманитарных наук, таких как: история и археология, философия, социология, экономика, политология, юриспруденция, языкознание и лингвистика, этнология, культурология, литературоведение, религиоведение, педагогика, психология, искусствоведение.

 

III. Проблемы познания современных социально-антропологических систем

 

Недостаточность узкоспециализированного инструментария находит свой выход в росте интереса к междисциплинарным исследованиям, а также во взрывном увеличении количества теорий и систем альтернативных современной официальной науке. Гуманитарная наука, таким образом, утрачивает стабильную основу. Об этом в частности применительно к истории писал Илья Пригожин в своей статье «Философия нестабильности»:

«Высказанные Лейбницем утверждения принадлежат к базовому уровню идеологии классической науки, сделавшей именно устойчивый маятник объектом научного интереса, — неустойчивый маятник в контексте этой идеологии предстает как неестественное образование, упоминаемое только в качестве любопытного курьеза (а по возможности вообще исключаемое из научного рассмотрения). Но изложенная концепция вечности грешила тем, что в ней не оставалось места для уникальных событий (впрочем, и в ньютоновском подходе не было места для новаций). Материя, согласно этой концепции, представляет собой вечно движущуюся массу, лишенную каких бы то ни было событий и, естественно, истории. История же, таким образом, оказывается вне материи».

Казалось бы, выход кроется в перестройке самой научной парадигмы, которая позволила бы пересобрать картину мира заново. Но именно это представляется самым сложным шагом, поскольку сама гуманитарная наука детерминируется определённой идеологией в гораздо большей степени, чем науки естественные. У того же Пригожина находим:

«Так, например, закон роста энтропии был сформулирован еще в XIX в. Другое дело, что на фоне установки, исключающей время из научного описания, он рассматривался лишь как закон роста беспорядка, а установка эта являет нам очевидный пример идеологичности научных суждений. Впрочем, сегодня мы можем согласиться: наука и есть в некотором смысле идеология — она ведь также укоренена в культуре».

 

Так замыкается круг. И Мамлеев и Пригожин говорят о культуре. Причём на сам труд «Россия Вечная» можно посмотреть как на рафинированное междисциплинарное исследование, в котором для цивилизационного анализа используются литературоведческие, философские, исторические и геополитические методы и приёмы.

Мечты Пригожина о холистической науке – «Для китайца Вселенная представляла собой когерентное образование, где все события взаимосвязаны. Я надеюсь, что наука будущего, сохраняя аналитическую точность ее западного варианта, будет заботиться и о глобальном, целостном взгляде на мир» – особенно в гуманитарной сфере, не сбываются именно потому, что современный Западный культурно-философский мэйнстрим всё меньше соответствует реальному целеполаганию существующему в обществе или вернее в тех структурах, которыми оно управляется.

Всё это до боли напоминает следующую цитату из фильма Георгия Данелия «Кин-дза-дза»:

— Какой дурак на Плюке правду думает?… Абсурд!

— Вот потому, что вы говорите то, что не думаете и думаете то, что не думаете, вот в клетках и сидите. И вообще, весь этот горький катаклизм, который я тут наблюдаю… и Владимир Николаевич тоже…

 

Однако если современная официальная гуманитарная наука не способна адекватно объяснять действительность, то это не снимает подобного запроса со стороны структур реально управляющих человеческим социумом. Именно поэтому, происходит всё большее перемещение реального исследования общества из университетов и институтов в организации наподобие транснациональных компаний, международных фондов (часто закрытых или чья деятельность, как минимум, непрозрачна), в политтехнологические и рекламно-маркетинговые бюро, некоммерческие объединения, а также в крупнейшие IT компании, аккумулирующие и обрабатывающие гигантский объём данных об обществе и его конкретных индивидах. Последние, благодаря информационной революции просто-напросто становятся лидерами с точки зрения наличия базы знаний, даже несмотря на катастрофическое снижение среднего уровня качества информации при чудовищном росте её количества. Google и Big Data правят бал. Причём их самые важные внутренние сети, как и сети Пентагона, как правило, отделены каменной стеной от глобального Интернета…

Наличие такой гигантской информационной машины, обработка и алгоритмизация её данных призваны решить проблему разработки новых целостных и верифицируемых моделей различных социумов. Подключение к этому процессу является насущной необходимостью для развития знания, основанного на доктрине Россия Вечная. Нам нужно всеохватывающее понимание структуры современного общества, чёткое представление об его субъектах и объектах, их генезисе и развитии, функциональных и иерархических взаимосвязях.

Без этого невозможно построение реальных систем управления, как отдельными структурами, так и социумами, адекватных современным вызовам. И если значительная часть инструментальных разработок связаны де-факто с закрытыми областями науки, которые нам известны лишь по вершине айсберга (нелинейное управление и алгоритмизация, интеллектуальное управление и искусственный интеллект, нечёткая логика, теория графов и гиперграфов и т.п.), то мы можем вернуть себе самое главное преимущество – единство декларируемого и реально применяемого целеполагания для разработки целостной мировоззренческой парадигмы. Именно она вкупе с новым языком познания в социально-антропологической сфере может нам помочь решить задачу интеллектуального превосходства, без которого любая цивилизация (даже самая сильная и крупная) рискует быть отодвинутой на обочину Истории.

Валерий Инюшин
Март 2017

Россия Вечная и реальная картина мира

 

на фото картина Владимира Маковского "В сельской школе. 1883"


Загрузка...
Комментарии Написать свой комментарий
11 апреля 2017 в 16:10

Все новое теперь, это старательно заплеванное "старое". От нынешнего душок трупный сразу пошел. Поэтому, оглядываясь в будущее вскоре не трудно будет заметить, приготовленное там, воскрешение преданного и закланного... В этом истинная парадигма! Закон не нами установленный...