Моя жизнь — это море музыки
Авторский блог Марина Алексинская 00:00 13 февраля 2014

Моя жизнь — это море музыки

На сцену вышла стройная, очаровательная, черноволосая девушка и запела свободно льющимся, уникальным по красоте тембра, голосом…". Членам жюри конкурсной комиссии Большого театра, среди которых такие мастера, как Евгений Светланов, Борис Покровский, Ирина Архипова, ничего не оставалось делать, как принять девушку в труппу театра.
7

"На сцену вышла стройная, очаровательная, черноволосая девушка и запела свободно льющимся, уникальным по красоте тембра, голосом…". Членам жюри конкурсной комиссии Большого театра, среди которых такие мастера, как Евгений Светланов, Борис Покровский, Ирина Архипова, ничего не оставалось делать, как принять девушку в труппу театра. "Скоро из детского сада в Большой приходить будут", — улыбнулся кто-то из членов жюри. Ей было всего лишь двадцать лет. Ей суждено было стать олицетворением жизнерадостности, беззаботности, обворожительности лёгкого бытия. Ошеломлять, покорять, вызывать восхищение — эффект любой роли, в которой бы она не выходила на сцену: будь то Ратмир ("Руслан и Людмила"), или Любаша ("Царская невеста"), или Марина Мнишек ("Борис Годунов"). Сергей Лемешев пригласил в спектакль "Евгений Онегин", приуроченный к 70-летию выдающегося артиста, и тот спектакль оказался символичным. Легенда немеркнущей славы Лемешева золотым дождем пролилась над певицей, и обернулась в новую, искрометную легенду. Легенду Тамары Синявской, Народной артистки СССР, солистки Большого театра, примадонны мировой оперы.

Сегодня Тамара Синявская возглавляет кафедру вокального искусства Российской академии театрального искусства. Участие Тамары Синявской в проекте телеканала "Культура" "Большая опера" в качестве члена жюри, председателя жюри выразилось во всеобщий вздох: "и то же в ней очарованье". И та ж в душе поклонников большой оперы к Тамаре Синявской любовь.

Специально для газеты "Завтра" Тамара Синявская любезно согласилась дать интервью.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, чем вы можете объяснить тот резонанс, который вызвал вдруг проект "Большая опера" на телеканале "Культура"?

Тамара СИНЯВСКАЯ. А вы не догадываетесь?

"ЗАВТРА". Интересно ваше мнение.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Соскучился народ. Очень даже.

"ЗАВТРА". Не менее важным в этом проекте, на мой взгляд, оказалась работа жюри. Жюри, в составе которого недосягаемые примадонны оперы какой-то материнской заботой согрели не только конкурсантов, но и зрителя. В настоящее время, когда каждый сам за себя, та щедрость, с которой вы, Тамара Ильинична, делились заботой, тайнами своей профессии, выглядела поистине как чудо.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Вы говорите сами за себя? Это не ко мне. Я всю жизнь была открыта: я могу столько рассказать, ты меня только послушай. Видимо, одно время в этом не было надобы, а вот сейчас понадобилось. И я делюсь своими знаниями с удовольствием.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, с вами секретами оперного искусства кто делился?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Так у меня сложилось в жизни, что с людьми, владеющими "секретами", я общалась постоянно. Повезло. Начиная с училища при консерватории… нет, еще раньше. С пионерского ансамбля Локтева. Уже в этом ансамбле мы были маленькими артистами, много гастролировали, потому что народ нас очень любил. Мы участвовали в правительственных концертах: выходил наш хор, все в одинаковой форме, с галстучками, участвовала танцевальная группа. Руководитель ансамбля Владимир Сергеевич Локтев был просто сказочный человек. Я это тогда понимала, а сейчас, по прошествии времени, думаю: какое это счастье мне было подарено. Он так дирижировал, почти кулаками дирижировал, отдавая всю свою энергетику, и мы просто бежали на занятия. Мы пели часа по три на занятиях, а потом нехотя возвращались домой, шли, кстати говоря, по бульвару мимо Большого театра, провожали друг друга, мальчики и девочки. Тот же самый Владимир Сергеевич Локтев посоветовал: "Пойди, послушайся в музыкальное училище, у тебя очень редкий голос меццо-сопрано". И в училище уже со мной делились своими знаниями и секретами, как вы говорите, высококлассные педагоги, дирижеры. У нас были оперные классы, ансамблевые классы, мы изучали сольфеджио, музыкальную литературу. Очень хорошее давали образование. Здесь я проучилась четыре года, навсегда влюбившись в профессию певицы.

"ЗАВТРА". Не думали тогда о Большом театре?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Тогда нет. Не думала даже, когда ансамбль Локтева принимал участие в концертах в Большом театре. Такое участие для меня счастьем было: к десяти часам вызывали на репетицию, в Большом театре давали справочку: "В связи с тем, что была занята в репетиции правительственного концерта в Большом театре, освобождается от занятий в школе". Вот счастье-то было! (улыбается)

"ЗАВТРА". Сегодня принято пионерский лагерь представлять почти как концентрационный лагерь, где детей пытали и мучили.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Да ну? Кто это так представляет? Те, кто были в пионерских лагерях, такого никогда не скажут. Это люди из последующих двух поколений с каким-то перевёрнутым сознанием? Я с таким удовольствием была пионеркой.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, на главные сцены Москвы вы вышли совсем в юном возрасте.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Да, в 18 лет я оказалась на сцене Большого зала консерватории. Мне — доверили; знаете, как раньше говорили: "Мы тебе доверяем быть солисткой", доверили фрагмент из кантаты Прокофьева "Александр Невский", песню девушки "Мёртвое поле". Я только сейчас понимаю, что пришлось сразу взять высокую ноту в жизни, но тогда воспринимала совершенно как должное.

"ЗАВТРА". И уже через три года пришли в Большой театр. Как вас встретили?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Я пришла в Большой театр после прослушивания в стажерскую группу. Я была стройненькая, худенькая, амплуа травести подходило под мой контральтовый голос. В контральто нуждается любой театр в мире. И ко мне отнеслись в Большом театре, как к ребенку. Я переслушала и пересмотрела в театре все спектакли, и уже тогда запомнила оперы наизусть. В ложе "Б", что над директорской ложей, всегда сидели режиссер спектакля, помощник режиссера и я. Наблюдала, кто как поёт, как дышит, нервничает.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, но вы еще умеете с непревзойденным шармом выходить на сцену. Вас этому научили?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Университеты актерского мастерства я проходила в Малом театре. С 17 лет я была в хоре Малого театра. Вот где нагляделась на драматическое искусство! Какие тогда были артисты! Я присутствовала на репетициях Пашенной, Царёва… мне казалось, я была в тот момент в тёплом Адриатическом море. Надо сказать, я в нём, по-моему, до сих пор нахожусь. Люблю драматическое искусство, люблю изобразительное искусство.

"ЗАВТРА". Интересны ваши предпочтения.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Поначалу — Русь. Всегда — Суриков, Васнецов… Потом Левитан добавился, потом Врубель, с которым уже образы оперных див возникали. Музеи изобразительных искусств я посещала каждый раз, когда с гастролями приезжала в Париж, Мадрид, Милан… У меня был маршрут: шла сначала в кафедральный собор, потом в музей изобразительных искусств и по дороге в гостиницу заворачивала в аптеку, где покупала аспирин.

"ЗАВТРА". Да, оперная певица в постоянном страхе простудиться, потерять голос.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Постоянно в голове: "Как выйти вечером на сцену?"

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, сегодня многие понятия размыты, размножены и в этой множественности изничтожаются. "Большая опера", "большой стиль" — это искусство 30-50-х годов, в Большом театре — постановки Голованова, Баратова, Федоровского. Как вы относитесь к тем спектаклям?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Вы знаете, с огромный пиететом. Я все эти постановки просмотрела еще из ложи "Б". Потом Борис Александрович Покровский периодически возобновлял их. Я участвовала в спектаклях, и мне совершенно непонятен был вопрос "Что делаю на сцене?". Я на сцене просто жила. Так на сцене Большого театра я прожила почти сорок лет, не прослужила даже, а прожила.

"ЗАВТРА". В настоящее время вы отстранились от Большого театра?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Нет, я от Большого театра никогда не отстраняюсь, потому что он — часть моего сердца. Я просто, как себе сказала однажды, — в бессрочном отпуске.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, что такое опера? В моём сознании опера — всегда нечто из прошлого. То прекрасное прошлое, что преподносится на величественных котурнах.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Вы абсолютно правильно подметили. Это всегда взгляд в прошлое, что нам всегда представляется прекрасным. Но время одно. Поэтому и Верди с такой мощью, с такой траекторией вольтовой дуги обращался к сюжетам прошлого, но дышал своим временем. И потому каждый в опере найдёт своё — своё время, пульс своего сердца. И потому опера — вечна.

"ЗАВТРА". Иными словами, опера — это классика?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Только классика.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, в вашей судьбе немалую роль сыграл Сергей Лемешев. Хотелось бы услышать от вас слова об этом титане русской оперы. Вы помните еще ту атмосферу, когда поклонницы сходили по Лемешеву с ума?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Та атмосфера увековечена в замечательном фильме "Музыкальная история". Я застала лишь отголоски. Так получилось, что Сергей Яковлевич отмечал меня либо на страницах газет, журналов, либо на каком-нибудь собрании, и эти слова Лемешева становились достоянием, их цитировали. Конечно, и я, и Муслим, мы очень любили, уважали Лемешева… Я запомнила на всю жизнь спектакль в честь 70-летия Серея Яковлевича — "Евгений Онегин". Он пригласил меня персонально на роль Ольги. Это был удивительный, трогательный, трепетный спектакль, о котором даже рассказывать трудно. Лемешев так волновался, так нервничал. И как только он закончил свою арию, глубоко вздохнул и шепотом спросил: "Тамарочка, как я пел?" "Сергей Яковлевич, — отвечаю, — вы потрясающе пели!" "Ну слава Богу!" И Лемешев еще передал мне свои цветы. Я так испугалась! Думала, меня разорвут. Я предусмотрительно вытащила из букета все записочки, передала их Сергею Яковлевичу. И вот выхожу из первого подъезда, а там толпища! Знаете, море колышется. Думаю: "Всё! Куда мне прятать цветы?" И вдруг поклонницы Лемешева, всё это море, устроили мне овацию. Я спросила: "А мне-то за что?" "За то, что не кричала". Не заглушала, пристраивалась к голосу Лемешева.

"ЗАВТРА". С высоты сегодняшнего дня постановки тех лет поражают величием и красотой сценографии.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Я помню свою маму, которую я привела на "Аиду". Она рассказывала, что застыла от той красоты, которую увидела и услышала на сцене.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, а вы видели сегодняшние постановки Чернякова? "Евгения Онегина", "Руслана и Людмилу"?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Видела.

"ЗАВТРА". Ваше отношение?

Тамара СИНЯВСКАЯ. No comments.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, принято упрекать русских оперных артистов в том, что они не владеют бельканто. Но вот вы на конкурсе в Брюсселе получили гран-при за исполнение Доницетти, тогда как я не знаю итальянских артистов, кто столь же безупречно исполнил бы Мусоргского. Почему так?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Потому что у итальянцев в то время не было особого стремления петь русский репертуар. А мы пели и русскую оперу, и стремились к итальянской. Тот конкурс в Брюсселе был самым трудным конкурсом в моей жизни, в одном потоке шли, соревновались друг с другом и мужчины, и женщины. Мне помогла подготовиться к конкурсу мой профессор, знаменитый педагог ГИТИСа Дора Борисовна Белявская, и я просто пела в стиле Доницетти. После конкурса в Брюсселе был один из труднейших конкурсов в мире — конкурс Чайковского в Москве, где мы с Еленой Образцовой поделили первое место, и после этого в 1972 году я направилась в Милан обучаться именно бельканто. Итальянцы — самые лучшие в мире певцы. Итальянский язык — самый лучший для пения — это мое убеждение.

"ЗАВТРА". На конкурс Чайковского в Москву приезжала Мария Каллас. Кем она была для вас?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Дивой. Дивой, которая была очень скромна. Меня это потрясло. Она была в коротеньком узеньком пальтишке, и очень печальная. Тогда я ничего не знала о ее жизни… такой короткой, такой насыщенной. Мария Каллас своим талантом держала в постоянном внимании весь мир. Вокальный мир. Вместе с Марией Каллас приехал тогда и Тито Гобби. Они были почетными гостями только на третьем туре и на гала-концерте.

"ЗАВТРА". Можно представить ваше волнение!

Тамара СИНЯВСКАЯ. Я волновалась перед первым туром, на нервной почве целый месяц держалась температура 37,5. А потом включились уже, так сказать, "силы потайные".

"ЗАВТРА". Что из певицы делает артистку?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Талант.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, Марию Каллас пригласила на конкурс Чайковского министр культуры Фурцева. Пыталась помочь Каллас преодолеть депрессию. Какой вы запомнили Екатерину Алексеевну Фурцеву?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Я запомнила её очень неординарной женщиной. Фурцева — человек не из толпы, она — личность. Безусловно, была талантлива… Почему Фурцева любила артистов? Она внутри была сама готова к тому, чтобы стать артисткой. Это моё личное мнение. И она себя соответственно вела: следила за собой, со вкусом одевалась, появились эти знаменитые её причёски. Для меня Фурцева была и осталась загадкой.

"ЗАВТРА". Это правда, что в Большом театре одно время висел телефон, по которому артисты могли напрямую звонить Фурцевой?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Наверное, его убрали до меня (смеется).

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, есть ли музыка, какую вы слушаете чаще всего?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Я не слушаю музыку. Мне некогда её слушать, я с ней живу всё время. Есть композиторы, мы с ними давно-давно были знакомы. Они посмотрели на меня, и всё про меня написали. А есть композиторы, которые так и остались для меня недосягаемыми. Но и они дают мне радость, дают мне настроение. С музыкой нельзя расставаться даже ни на секунду.

"ЗАВТРА". Какое время вам ближе?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Мне всегда нравился XIX век. Мне хотелось в кринолинах ходить всю жизнь.

"ЗАВТРА". Люди были другие, воздух был другим, что держало эпоху, когда на сцену Большого театра выходили вы, Образцова, Милашкина, Атлантов, пожалуй, всех не перечислишь, а на эстраде был Магомаев?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Где-то начиная с середины 60-х годов и почти до 90-х, это время я называю "золотым сечением Большого театра". Вот в него входили те самые замечательные певцы, о которых вы только что сказали. Почему была такой высоты планка? Потому что перед нами были такие артисты как Галина Павловна Вишневская, как Ирина Константиновна Архипова, как Александр Павлович Огнивцев, Зураб Иванович Анджапаридзе и так далее. Мы ведь участвовали еще в одних и тех же спектаклях, и мы тянулись за ними. Мне даже в сладость было дотягиваться. Как можно было выходить в одном и том же спектакле, допустим, с Ириной Константиновной Архиповой и петь плохо? Стыдно!

На эстраде пели люди с голосами, с оперной школой. Муслим ведь закончил, я извиняюсь, консерваторию. Больше того, он закончил школу "Скала" и первое время был очень популярен именно как оперный певец. Потом так случилось в его жизни, перешел на эстраду. Но и там королевское место занял.

"ЗАВТРА". Тамара Ильинична, Джульетту Мазину не раз спрашивали: "Как вы терпите Феллини? У него постоянно романы!" На что Мазина отвечала: "Лучше быть женой гения, чем дурака". Не было ли у вас ревности? Муслима Магомаева любили почти все женщины Советского Союза и далеко за его пределами.

Тамара СИНЯВСКАЯ. Марина, для меня трудно на эту тему говорить вообще. Я не пускаю сюда никого. Только я вам отвечу, зацепившись за ваш вопрос. Джульетту Мазину спрашивали, трудно ли ей жить с человеком, у которого бесконечные романы? У Муслима если и были романы, то только до меня. Мы жили — одним воздухом дышали. Кроме музыки, каких-то драматических всплесков, в принципе, нас ничего не интересовало.

"ЗАВТРА". Каким был ваш дом?

Тамара СИНЯВСКАЯ. Дом был открыт для друзей. Проходным двором не был. Главное слово, которое жило в доме всегда, это — любовь.

"ЗАВТРА". Есть мнение, что женщина должна быть красивой и легкомысленной.

 Тамара СИНЯВСКАЯ. Да ну, какая-то ерунда! Женщина должна быть талантливой!

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой