Грозовая чаша
Авторский блог Марина Струкова 00:00 2 мая 2012

Грозовая чаша

<p></p><p><img src=/media/uploads/18/strukova_thumbnail.jpg></p><p>Революции быть комфортной? </p><p>Буржуазной? Да что за бред — </p><p>с либеральной крысиной мордой </p><p>всенародных искать побед. </p><p></p>
0

Спим на ветхой медвежьей шкуре,

нам неведомо ремесло 

очищающей землю бури,

и зарницы, разящей зло.

В старой амфоре, как в темнице, 

дожидаясь иного дня, 

молодое вино томится 

Слова, Музыки и Огня. 

Чтоб эпоху пресечь больную, 

где ничем не спаслась страна, 

имя, веру и цель иную 

наша Русь обрести должна.

Нужно бога сменить на бога, 

помогающего в бою, 

и поэтом пути иного 

в обновившемся стать краю.

Чтоб звучала победа наша, 

возвышая и единя, 

поднимай грозовую чашу 

Слова, Музыки и Огня.  

*   *   *

Радоваться смерти врагов — 

это ли не лучший удел, 

это ли не солнечный дар 

милости небесных кругов? 

Чуять, что не вынесут нош, 

знать, что плод уже переспел, 

верить неизбежности кар, 

видеть, как обрушится ложь.

Если не судьба приближать

этот замечательный день, 

нужно только силы беречь,

нужно только ровно дышать, 

и когда сойдёте с бегов, 

обречённо рухнете в тень,  

не смогу одним пренебречь — 

радоваться смерти врагов!                                   

*    *    *

Революции быть комфортной? 

Буржуазной? Да что за бред — 

с либеральной крысиной мордой 

всенародных искать побед. 

Рвутся флаги из потных ручек, 

притязаний набор не нов 

у циничных богемных сучек 

и прозападных болтунов. 

Отхватить у державы область, 

зарубежный освоить грант — 

вот иных диссидентов доблесть, 

и новаторство, и талант.

Мы — бездомны. Вам — терем тесен.

Не родня, говоря всерьёз, 

революция ваших песен 

революции наших слёз.

Вам бы — мирно, без перестрелок. 

Нам — уже никого не жаль.

На Рублёвке был жемчуг мелок.

На Руси закалялась сталь.

*   *   *

Переполнен ульями заброшенный дом, 

где прошло моё детство своим чередом. 

Там рои от морозов хранят. 

Запах мёда и небо за пыльным окном, 

грезят в сотах личинки младенческим сном, 

зреет в жалах целительный яд. 

Засыпая, невнятные хоры поют, 

прославляя простой насекомый уют,

ожидая весенних лучей.

…Обречённость и необратимость судеб 

ощущаются чётче от мысленных скреп 

с жалкой грудой чужих кирпичей.

*   *   *

Россия — бесполезная страна. 

А русский — нищеброд с последней бомбой. 

Отдай Сибирь! Она другим нужна.

Отдай Кавказ! И похороним с помпой. 

Отдай Карелу! Это не твоё.

Отдай Калининград! Отдай Поволжье!..

Слетелось мировое вороньё. 

Осталось уповать на волю Божью.

За братушек-славян вели борьбу, 

за всю Европу — русской крови море. 

Могли иные вылететь в трубу, 

не вылетели, нынче — в общем хоре. 

Злом — на Добро. Империю — в клочки. 

Любая тварь клеймит, порочит, ранит.

Воскресни, Гитлер, двинь на них полки!

Россия останавливать не станет.

*    *    *

Заглянувший в колодец, увидит икону. Неведомо — чью.

Под торжественный хор накрывают колодец холстом

и тебя над водою. Стоишь у земли на краю,

дышит холод в лицо, и себя осеняешь крестом.

Это бабушка в детстве. Один из рассказов о старой Руси.

Тот источник потом уничтожить Советы решат.

Он завал размывал, всё равно, сколь камней не вози,

сколько щебня не сыпь... И опять богомольцы спешат. 

Вижу новое фото: лужайка лесная  в шалфейном цвету.

А над срубом — часовня резная и купола блик.

Представляю ту девочку и глубины высоту,

где сквозь воду горел, приближаясь, Владимирской лик.

*   *   *

— Нет, не Третий вы Рим, — заявляет мне он,

и в ответ возмущаюсь не разумом, кровью, — 

наизнанку вы вывернутый Вавилон, 

где не пальмы, а смешанный лес Подмосковья.

Где сейчас евразийский кривой небоскрёб 

гастарбайтеры наскоро лепят за крохи, 

где с муллой ваххабитов соседствует поп, 

принимая диктат мусульманской эпохи.

Есть программа Вселенной, другие — закрой, 

как компьютерный вирус — любая идея.

Сохраняется нация только Торой, 

а у вас несть ни эллина, ни иудея.

Не украсть мессианства, не вывести в топ 

русских, жертвуя ими за мультикультуру.

И скрипит евразийский кривой небоскрёб,

и скинхеды растаскивают арматуру.

Завоёванный вами, на вас наплевал,

веской прибыли нет от бессмысленной славы.

...Но пока эту башню не выломал шквал, 

я стою на вершине великой державы.

*   *   *

Как друг на друга смотрят косо 

народы Солнца и Луны 

и евразийские вопросы 

не разрешают без войны.

Зияй, придуманная бездна.

Бурли, пустая клевета.

До звёзд возгонит злобы тесто 

гнилая мёртвая вода.

Остры клинки, камчи упруги, 

арканы крепко сплетены. 

И видят мерзкое друг в друге 

народы Солнца и Луны. 

Опустоши за Рода чашу, 

и сродников благослови.

…Но жгуче притяженье наше

к иному богу и любви.

Не громом мечным, звоном лирным, 

но страстью к чуждому больны, 

порой мы свяжем в мире мирном 

народы Солнца и Луны. 

  ДАР

"Всякий, кто прошел по этой земле четыре амы, 

может быть уверен, что он войдет в будущий мир" 

                                                            (Вавилонский Талмуд).

Четыре шага по Земле Святой

тебе удел оплатят в жизни той, 

где вознесён,  судьбой неодолим,

неразрушимый Иерусалим. 

Так почему же ты ещё не здесь? 

Рассеян, как искрящаяся взвесь, 

по свету род святых и бунтарей. 

С чужих просторов, от чужих дверей  

хмельных, больных, погромных городов 

ступай, народ, в евреи из жидов,

туда, где ты не гость, а господин,

с уделом ослепительным един.

Между тобой и Господом Завет 

неотменим, как вечер и рассвет, 

непобедим, как праведная власть,

неумолим, как истинная страсть.

…Избрав удел шутов и торгашей, 

ты ждёшь, пока не выгонят взашей. 

Но за тебя — тебе мой дар простой — 

четыре шага по Земле Святой.

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой