Битва за историю
Авторский блог Владимир Карпец 00:00 22 августа 2013

Битва за историю

Может быть, действительно, всё же — Арктика и Индия как крайние точки глубин Великого Континента? Плюс Персия, то есть Иран. Быть может, именно то, что понимали Иван Грозный и император Павел: твердо стать по Великой Оси “с южных гор до северных морей" и остановиться на пороге ближневосточной воронки? А нефть? Нефть у нас есть своя. Только никому нельзя ее отдавать. Никаким навальным, тоже участникам "Большой Игры"
11

Известный политический обозреватель Михаил Леонтьев выпустил недавно книгу "Большая Игра. Британская Империя против России и СССР" (М., 2012). Книга состоит в основном из цитат исторических и политических деятелей на одну тему — британско-российских отношений. Так сказать, "чисто матчасть". Но именно она и нужна для вразумления верящих в "ценности демократии". Она у Леонтьева грамотно мизантропична. "Великая нация полагается главным образом на себя и только потом на союзы, хотя бы они были самыми тесными, потому что глубоко в сердце каждой нации лежит старая крепкая злоба, которая в момент кризиса может вспыхнуть прежним пламенем", — цитирует Михаил Леонтьев слова "классика британского империализма" Джона Адама Кремба, написанные еще до первой мировой. История XIX-XXI вв. — "Большая Игра": "титаническая борьба, которую великая Британия ведет с Россией". Ее истоки, как пишет Леонтьев — "панический страх Британии за Индию. Британия была просто уверена — Россия обладает таким могуществом, что в принципе не может не претендовать на Индию".
Перед читателем предстает галерея британских военно-политических деятелей, таких, как Дэвид Уркварт (1805—1877), один из главных идеологов "свободы Кавказа" и покровитель Карла Маркса, или Томас Эдвард Лоуренс ("Аравийский", 1888—1935) — с британской стороны, или граф Семен Воронцов (1744—1832), самый яркий представитель "британского лобби" в России ("посол Воронцов заложил основы той дипломатии, которая через полвека вовлекла Россию в ловушку Крымской войны. Сейчас мы назвали бы эту дипломатию козыревской"). Впрочем, есть в книге и другой ряд: Дмитрий Милютин, Николай Муравьев, граф Николай Игнатьев, князь Александр Барятинский — "ястребы" Александра II (Михаил Леонтьев правильно употребляет это выражение, как ни парадоксально оно звучит на первый взгляд применительно к Царю-Освободителю). "Англофобская" и отчасти прогерманская группировка. Михаил Леонтьев правильно пишет, что Пакт Молотова—Риббентропа тоже был разрушен проанглийскими группами — и в Германии, и в СССР.
"Эта крепость — Кавказ — представляет для Англии более важную точку, чем Турция. Там мы могли бы в любое время и за пустячную цену… дойти с огнем и мечом до самых ворот Москвы". Это, в свою очередь, Эдвард Спенсер, автор вышедшей еще в 1838 году книги "Путешествие по Западному Кавказу".
На самом деле (об этом автор не говорит, но об этом надо помнить), Большая Игра — продолжение древнейшего разлома Гипербореи и Атлантиды, о котором говорит Рене Генон, причем Атлантида — удел "ариев-предателей", по Мигелю Серрано. Впрочем, желающий думать только в пределах новой истории может это "отмыслить".
Но вывод Леонтьева печален: "Трагическое отличие нынешнего этапа Большой Игры от прежних в том, что она практически уже перекинулась с традиционных Центральной Азии и Закавказья на саму внутреннюю Россию. Что и следовало ожидать: потеряв подбрюшье, не удивляйтесь, что вам залезли в брюхо”. Правильно. "Антикавказские" проекты — это просто проекты передачи Кавказа британцам (ну, и сросшимся с ними Ротшильдам). Просто — возвращение к Уркварту — и Марксу. Маркс и марксизм смело могут быть названы лежащими у истоков современной "русской национал-демократии". Михаил Леонтьев цитирует: “Московия была вскормлена и выросла в кровавой и омерзительной школе монгольского рабства… Петр Великий… соединил ловкость монгольского раба с притязаниями монгольского владыки". Сегодня под этими словами британского ставленника готовы подписаться "радетели русской свободы", "националисты-уменьшители". Но это и было всегда целью британской "Большой Игры". "Хорошо бы загнать Россию к обработке внутренних земель, загнать московитов вглубь лесов и степей" — писала "Таймс" еще в 1854 году. Но загадка того, почему значительная часть русской интеллигенции пронизана манией самоубийства и склонна играть в "Большой Игре" на стороне врага, остается "загадкой без разгадки". Политолог Дмитрий Саймс, которого также цитирует Леонтьев как участника "Большой Игры", пишет: "Я не знаю ни одного случая в истории, чтобы ведущая нация почувствовала себя жертвой в своей империи и стала разрушать ее своими собственными руками, причем без всякой на то исторической необходимости".
Но тогда возникает и "крамольный" вопрос: не ошиблась ли в какой-то момент и сама Россия в своём геополитическом целеполагании? Этот вопрос хотелось бы задать и Михаилу Леонтьеву, отстаивающему точку зрения о том, что "страх за Индию" — это просто и только "британский кошмар". Он ведь прямо и говорит: "А нужна ли России Индия?.. Константинополь и проливы — вот реальная цель российской политики. Это и идея православной империи — Третьего Рима, но это и безопасность, выход в европейское Средиземное море…" А, быть может, всё же "не нужен нам берег турецкий"? Может быть, действительно, всё же — Арктика и Индия как крайние точки глубин Великого Континента?. Плюс Персия, то есть Иран. Быть может, именно то, что понимали Иван Грозный и император Павел: твердо стать по Великой Оси “с южных гор до северных морей" и остановиться на пороге ближневосточной воронки? А нефть? Нефть у нас есть своя. Только никому нельзя ее отдавать. Никаким навальным, тоже участникам "Большой Игры".

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой