Авторский блог Георгий Судовцев 13:40 17 июня 2017

Советский Кеннеди

книга Дмитрия Косырева о Дмитрии Шепилове
1

Дмитрий КОСЫРЕВ. Советский Кеннеди. Загадка по имени Дмитрий Шепилов. — М.: Бослен, 2017. — 480 с.

Юрий Андропов в памяти народной запомнился прежде всего фразой, которую он на самом деле не произносил: "Мы не знаем страны, в которой живём" (другой вариант — "общества, в котором живём"). Хотя, казалось бы, кто ещё, если не он, генеральный секретарь ЦК КПСС и многолетний глава КГБ, должен был знать всё и вся? И эта фраза, которая в оригинале звучала так: "Если говорить откровенно, мы ещё до сих пор не изучили в должной степени общество, в котором живём и трудимся", сказанная им 34 года назад, на пленуме ЦК КПСС 15 июня 1983 года, — поневоле вспоминается, когда читаешь жизнеописание Дмитрия Трофимовича Шепилова (1905-1995), написанное его внуком, известным журналистом и писателем Дмитрием Косыревым. Кстати, бывшим "правдистом", а ныне "либералом" из пула "Новой газеты".

Кстати Шепилов, как и Андропов, тоже не остался без своего места в мифологичной по своей природе памяти народной: "ипримкнувшийкнимшепилов" на протяжении почти 60 лет, с 1957 по 2015 год, в шутку считался самым длинным именем собственным русского языка, пока на этом почетно-ироническом троне не оказалась "террористическаяорганизациязапрещённаявРоссии". А судьба этого человека, исполненная невероятных взлётов и падений, позволяет увидеть историю нашей Родины в ХХ столетии под совершенно неожиданным углом.

Наверное, Дмитрий Трофимович был из числа тех самых самородков-"левшей", которыми щедро наделена (Богом ли? природой ли?) русская земля. Настолько щедро, что этими самородками буквально мосты мостят и гати гатят, независимо от эпохи и социально-политического строя. Это правило работает всегда, хотя и в разных режимах.

Если в периоды стабильности ("застоя" etc.) система управления давит всех, везде, но понемногу, то в периоды кризисов, революций и прочих потрясений "окно возможностей" открывается пошире, и некоторые самородки получают возможность "огранки" с дальнейшим включением — на правах величайших драгоценностей — в "корону российской истории". Но только — некоторые. Остальные же "идут в расход" с удвоенной, а то и удесятерённой мощностью. Так было при Петре I, так было во времена Октябрьской революции и "сталинского" Советского Союза, так — уже на нашей памяти и при нашем участии — было во времена "рыночных реформ". Есть социальные законы, которые никто не отменял.

Впрочем, наличие закона тяготения не мешает летать птицам и самолётам, используя другие физические свойства окружающей среды. Каждая из российских антикризисных "модернизаций" происходила за счёт внутренних, а не внешних ресурсов: "колоний метрополии" у России не было никогда. Но если при "петровской" и "ленинско-сталинской" модернизациях власть хотя бы усиливала внутренний потенциал, задействуя энергии синтеза, прежде всего — в сфере знаний, в сфере образования и науки, то последняя по времени, "горбачёвско-ельцинская" попытка базировалась исключительно на энергиях распада.

Это — к тому, что "феномен Шепилова", который то возносился до политических вершин, то жил жизнью одного из миллионов "простых" советских людей —  был возможен только при том огромном социальном "люфте", который был присущ обществу сталинских времён. Формально высшей точкой государственной карьеры Дмитрия Трофимовича стал пост министра иностранных дел СССР, который он занимал в 1956-1957 годах, а его "звёздным часом" — "суэцкий кризис" 1956 года, в ходе которого Советский Союз окончательно заявил себя как "вторая сверхдержава" послевоенного мира (кстати, в те годы Юрий Андропов был "всего лишь" послом Москвы в Будапеште, то есть де-юре подчинённым Дмитрия Шепилова).

На самом же деле в эти годы "звезда"  Шепилова на советском политическом небосклоне вновь начала закатываться — в главы советской дипломатии и секретари ЦК КПСС его отправили, "отобрав" идеологическую власть, которую Шепилов получил незадолго до гибели Сталина и пользовался ею до 1955 года. Вместе с контролем над финансово-экономической реформой, которую он тоже готовил — не только как идеолог, но и как учёный-экономист. Эта реформа, в конце концов, оказалась в других руках и приобрела совсем иные черты... Да и печально знаменитый "доклад Хрущева ХХ съезду" с критикой сталинского "культа личности", к подготовке которого был причастен Шепилов, тоже в конечном варианте изменился буквально до неузнаваемости.

Именно поэтому неожиданно и странно выглядевший шепиловский демарш 1957 года — как же, "любимец Хрущёва" выступил против него на стороне "сталинистов"?! — на самом деле был более чем обоснованным и неизбежным.

"В 50-е отставание СССР от США и прочих держав не так уж и ощущалось... Ещё в 60-е годы в СССР можно было проделать то, что смог сделать Китай начиная с конца 70-х... Сопротивление хрущёвских (серых и неграмотных) кадров приходу "империи лучших" было бы яростным. Но что-то мне подсказывает, что еще до утверждения Шепилова у власти его предшественники вернули бы сталинскую кадровую политику — привлекать самых ярких, требуя от них невозможного — без сталинского отстрела таковых..." — подобным образом сформулированная "главная идея", она же "сверхзадача" автора, разумеется, относится к жанру "альтернативной истории", то есть социальной фантастики как таковой, но собранный им вокруг биографии собственного деда материал позволяет лучше понять истоки и перспективы нынешнего "либерального постсталинизма" в России. А заодно — и самой современной "постсоветской" России, мучительно и трудно переживающую очередную системную модернизацию. Ту самую, к которой привело знаковое политическое поражение "Советского Кеннеди" (используем здесь терминологию Дмитрия Косырева) шестьдесят лет назад.

 

4 0 4 107
0 0 3 876

Загрузка...
Комментарии Написать свой комментарий
19 июня 2017 в 17:55

Автора статьи поддерживаю, а вот автора книги, более, чем нет. И ведь не постеснялся надуть конспирологию вокруг жизни аж своего деда, ради денюжки. Ну, дед бы, конечно, наверно, простил бы. Внукам, кажется, всё простишь. Но ведь он его жизнью, извращая её, бьёт его же жизнь, его устремления...

Что за время у нас такое - что же природа-то решила откровенно на наших поколениях отдохнуть? И отдыхает по полной, начиная с самого Кремля. Ведь, что не за выдающаяся личность, то дети откровенно в противоположность. И вроде бы (говорят) и талант передаётся даже может по наследству, но что же человечность-то не передаётся? Почему у великих людей потомки превращаются в людоедов?