24. Липецкое Подстепье готовится к Пушкинскому 220-летию
Сообщество «Учебный космос России» 00:09 21 мая 2019

24. Липецкое Подстепье готовится к Пушкинскому 220-летию

Пушкинский космос духовности. "ГУМАНИТАРНОЕ КОСМОСОЗНАНИЕ". "Бюллетень-еженедельник дистанционной кафедры истории развития гуманитарно-космических технологий".
2

 

                                                       Навстречу  220-летию  со дня рождения

                                                       Александра Сергеевича П у ш к и н а.

………………………………………………………………………………………

 

                       24. ЛИПЕЦКОЕ ПОДСТЕПЬЕ

             ГОТОВИТСЯ  К  ПУШКИНСКОМУ  220-ЛЕТИЮ

                                      

 

   «То ли мнится мне, а может, снится, что обратно вертится Земля… В черном фраке он похож на птицу, В бархатном жилете – на шмеля. Вон он мчится во поле наметом, В венчике серебряных колец. (Стал пчелой, летящею за медом, Тело разрывающий свинец). Вот, пируя, он сидит заснедью, у судьбы не просит ничего. Тушью, деревом и алой медью невозможно выразить его. Вот с женой в театре. Ложи блещут спесью позументов и натур. И стихи его, как рыбы, плещут в сетях гениальных партитур. Разве все – высокий крест у храма и лампады негасимый свет? Если наше будущее – драма, он – её завязка и сюжет…»

 

                          ВЛАДИМИР КОСТРОВ. «То ли мстится мне, а может, снится…»

 

                                         *                                 *                                *

 

                       ПУШКИНСКАЯ МОСКОВИЯ –

         ПУШКИНСКО-ЛИПЕЦКОЕ   ПОДСТЕПЬЕ

 

Лазарь Абрамович Черейский в  обстоятельной книге документальных очерков                      «Современники Пушкина» (М,, 1999) напоминает: «…следует иметь в виду, что работа по изучению документов, связанных с литературным наследием Пушкина, ведётся непрерывно. Делаются новые открытия, появляются публикации новых материалов, в  уже известные сведения вносятся уточнения и поправки… Наверняка в дальнейшем круг сведений о пушкинском окружении будет постоянно расширяться».

   Особую познавательную и воспитательную значимость имеет «региональный компонент» Пушкинианы.

   В качестве примера можно назвать книгу тамбовских краеведов Николая Гордеева и Владимира Пешкова  «Тамбовская тропинка к Пушкину», вышедшую в  1960-1990-х годах тремя изданиями, с дополнениями, исправлениями, уточнениями. «Вслед за пушкинской строкой» - один из жанровых подзаголовков  этой книги.

                                               «Огончарованный»   Пушкин

                                                                                   …Я влюблён, я очарован,

                                                                                   Я совсем огончарован!..

   Зимой 1828-1829 годов аристократическая и интеллектуальная Москва откликнулась на приглашение известного учителя танцев Петра Иогеля. Здесь, на балу, Александр Пушкин  впервые встретил Наталью Гончарову («Я влюблён, я очарован, Я совсем огончарован!»).

            Пушкинская «Мадонна»:                          

                                               Исполнились мои желания. Творец

                                               Тебя мне ниспослал, тебя, моя Мадонна,

                                               Чистейшей прелести чистейший образец.

   В апреле 1830 года Пушкин обращался к своей будущей тёще с признанием:

«Когда я увидел её, красоту её едва начинали замечать в свете. Я полюбил её, голова у меня закружилась, я сделал предложение, ваш ответ, при всей его неопределённости, на мгновение свёл меня с ума».

   Подмосковный  Я р о п о л е ц  - ещё одно  из   п у ш к и н с к и х    м е с т. Это имение Натальи Ивановны Гончаровой (1785-1848), матери Натальи Пушкиной. Источники свидетельствуют о  неоднократном приезде сюда поэта. В частности, Л.А. Черейский в «Современниках Пушкина»  констатирует: «Поэт в 1833 и 1834 годах приезжал к тёще в её подмосковное  имение Ярополец и был гостеприимно принят владелицей».

   Москва – Ярополец, Москва – Полотняный Завод  - пушкинские маршруты, которые ещё предстоит «освоить» краеведам. Пушкиноведы отмечают, что Пушкин познакомился с будущей тёщей в начале 1829 года. О Наталье Ивановне сведения противоречивы. Одна из хорошо знавших её современниц, вспоминала, что  хозяйка имения в Яропольце была «довольно умна и несколько начитана, но имела дурные, грубые манеры и какую-то пошлость в правилах», даже «дочерей своих била по щекам».

   1830-1831 годы: встречи с ней соискателя руки дочери, сватовство, помолвка, женитьба. Крутой нрав, проявления ханжества и самодурства Натальи Ивановны вызывали неприятие со стороны молодого семьянина, уехавшего  с женой из Москвы на постоянное жительство в северную столицу.  Однако позднее наступило  «перемирие». Общая их знакомая Е.А. Долгорукова в мемуарном свидетельстве заметила, что Наталья Ивановна со временем  даже «полюбила Пушкина, слушалась его».

 

                                 *                                  *                                *

 

   «…Быть ему всегда с народом вместе, как простой рубахе с кушаком. Вечные слова «невольник чести», так не скажешь больше ни о ком. Вслед  ему другим идти за славой, петь и не стыдиться поздних слез. Видишь: в череде рябин кровавых встали свечи белые берёз…»

 

 

                     ВЛАДИМИР  КОСТРОВ. «То ли мстится мне, а может, снится…»

 

   … Удивительно переплетаются судьбы, даты, биографии, факты. Ещё до рождения Натальи Гончаровой происходили грозно-тревожные события. Она родилась

 27 августа 1812 года, на второй день Бородинской битвы, в имении Кариан-Загряжское  на Тамбовщине.

   Напомним о некоторых фактах её биографии, биографий её близких и родных. Полчища Наполеона устремлялись к Москве. От «супостатов» можно было спастись только в «дальних» губерниях. Из письма  владельца  Полотняного Завода Николая Афанасьевича Гончарова (конец августа 1812 года): «Несчастный переворот политических дел Европы и загоревшаяся неожиданная война в отечестве возвели наконец бедствия домашних неустройств наших до той степени, которой кажется уже никакие удары судьбы превзойти не в силах. Вам известны они будут в полной мере, когда, думая найти в прародительском доме семейство Ваше, с ужасом застанете лишь стены собственности прежней, сделавшейся жертвой вероломных хищников и варваров, столь нагло нарушивших священный союз с Россией! Сии надвинувшиеся громовые тучи на любезный край наш и предчувствия вящих нещастий решили меня, между страхом и надеждою за своих колеблющегося, спасти жену в то время на сносе беременною и невинных изнемогающих болезнию младенцов от когтей тигров, соорудивших погибель вселенной.

   Итак, для всякой осторожности назначил я дорогим сердцу моему мирным убежищем деревню шурина моего Загрязского, село Кареян, где они теперь все находятся с 19-го числа августа. Служба моя при гражданском губернаторе в Калуге, требуя меня налицо, заставила против воли бросить все заведения наши, ибо есть ли б  не был при нём, то по понуждению дворянства идти на ратное поле конечно бы и я не миновал участи протчих. Должностным невозможно было в таких смутных положениях получать отпуски, ибо строго запрещалось оставлять город, но выезжать лишь тогда, когда приказано будет губернатору и всей его канцелярии в случае неизбежной опасности и лишь тогда выбираться вместе с присутственными местами. Меня ж, к щастию, по особенному препоручению, освободили выездом прежде, и теперь соединился я уже с моим семейством в Кареяне, где ожидаем гибель или спасение. Бога ради, дайте себя видеть и удостовериться нам, что имеем ещё близкого сердцу нашему и истинного друга в числе живых. Все те, которые решились принять меры осторожности, отправились в Тамбовскую губернию или в самый город Тамбов; в числе последних выслал туда же сам губернатор Каверин своих детей, так как в край отдаленной от центра России, где и до сих пор все жители спокойны.

   Маршрут: из Калуги на Тулу, на г. Богородицк, на г. Козлов, на г. Амбур и в Тамбов, откудова всякий рассказать может дорогу в село Знаменское Кареян тож.

Искренний друг по гроб Н. Гон…в»

   Подраставшую Наташу  ласково звали Т а ш е й.

   Полотняный Завод – одно из «культурных гнёзд» России. Дети Гончаровых получали неплохое по тому времени образование. Чудом сохранились ученические тетради Таши  и её сестёр и брата. В них – записи по отечественной истории, мифологии, географии, филологии.

   Наташа Гончарова была не лишена стихотворческого дарования. Конечно, её детские опыты не сулили ей судьбы «русской Сафо» - Анны Буниной. Вместе с тем десятилетней девочкой она  вписала в альбом  брата Ивана  свои рифмованные строки на французском:

                                               Пройди без невзгод свой жизненный путь,

                                               Пусть дружество украсит дни твои,

                                               И помни о чистосердечной привязанности,

                                               Что я всегда питала к тебе.

   Будущая спутница  русского гения неплохо владела несколькими иностранными языками; ей было присуще художественно-живописное дарование; знала она толк в цветоводстве; её оценки музыкальных, театральных, скульптурных произведений отличались глубиной мысли и чувством прекрасного; ею любовались и как грациозно-озорной наездницей. Знавшие её отмечают её педагогическое дарование.

   Время сохранило записную книжку сестёр Гончаровых  с «Правилами жизни»:

    «Никогда никому не отказывать в просьбе, если только она не противна твоему понятию о долге. Старайся до последней крайности не верить злу или что кто-нибудь желает тебе добра. Старайся никогда не рассказывать ни про кого дурного, исключая того, кто должен это знать. Не осуждай никого ни голословно, ни мысленно, а старайся найти, если не оправдание, то его хорошие стороны, могущие возбудить жалость».

   Тот же Л.А. Черейский  в «Современниках Пушкина» делает некоторые обобщения негативного характера о жизни и домашних «университетах» в имении Полотняный Завод: « Жизнь Натальи Николаевны в родительском доме была безотрадной. Душевнобольной отец Николай Афанасьевич, суровая и деспотичная мать Наталья Ивановна отравляли жизнь детям, а дочерям в особенности. Много горя пришлось испытать и самой младшей из них, Наташе. Позднее она признавалась, что  « в самом строгом монастыре молодых послушниц не держали в таком повиновении, как сестёр Гончаровых».

                                       *                                 *                               *

 

   «…Впереди – обычный путь над бездной. Впереди, гляди, сквозь мрак и снег он, веселый,  с тросточкой железной, маленький, курчавый человек.

   Браво, Пушкин! Браво, Пушкин! Браво! Мы с тобой не пропадем вовек»

 

            ВЛАДИМИР КОСТРОВ.  «То ли мстится мне, а может, снится…»  1999.  

  …Какие страсти кипели в Яропольце, Полотняном Заводе, московском доме Гончаровых, когда 16-летняя  Таша-Наташа  сообщила о  неожиданном предложении Александра Пушкина? Первоначальная реакция – отрицательная. Жених явно небогат.  Ходят упорные слухи о его неблагонадёжности, о претензиях к нему правительства. Но обычно робкая, застенчивая, покладистая, молчаливая и очень сдержанная, даже запуганная суровой родительницей Наталья  вдруг проявила строптивость и настойчивость.  Близкая их семье современница заявляет: «Гончарова-мать сильно противилась браку своей дочери, но… молодая девушка её склонила».

    «Участь моя решена. Я женюсь…» -  дневниковая  пушкинская  запись. Признание Пушкина  Н.И. Кривцову: «Я женюсь без упоения, без ребяческого очарования. Будущность является мне не в розах, но в строгой наготе своей. Горести не удивят меня…». Александр Сергеевич выделит тёще деньги на приданое и свадьбу. Наталью Ивановну убедит также заверение шефа жандармов Бенкендорфа о том, что государь одобряет брак поэта с «с женщиной столь достойной и привлекательной, как м-ль Гончарова».

 

                                 «…МЕЧТАЯ  О  МОГУЧЕМ ДАРЕ…»

 

 

   У Евдокии Петровны Ростопчиной (1812-1858) есть стихотворение «Две встречи». Поэтесса вспоминает пасхальный день  в Москве 1827 года: праздничные толпы народа, «славный певец Эльбруса и Бахчисарая» среди гуляющих, восторг и восхищение, просьбы со всех сторон: «Укажите! Укажите нам его!»

                                               … О! не забуду я,

                                   Что  П у ш к и н а  улыбкой вдохновенной

                                   Был награждён мой простодушный стих

                                               Е. Р а с т о п ч и н а. «Памяти Пушкина».

   …В пасхально-праздничном многолюдьи – сам Пушкин!

                                   И мне  сказали: «О  н    идёт!

                                   О  н, наш поэт, о  н, наша слава,

                                   Любимец общий

   Память поэтессы как бы портретирует далёкое-близкое («Я отгадала, поняла  На нём и гения сиянье, И тайну высшего призванья, И пламенных страстей порыв, И смелость дум…»).

                                   …Уж он прошёл, а я в волненьи

                                   Мечтала о своём виденьи,-

                                   И долго, долго в грёзах сна

                                   Им мысль моя была полна!..

                                   Мне образ памятный являлся,

                                   А р а п с к и й   п р о ф и л ь  рисовался,

                                   Блистал молниеносный взор,

                                   Взор, выражающий укор!..

                                   И тени раны затаенной!..

                                   И часто девочке смиренной,

                                   Сияньем чудным озарен,

                                   Всё представал, всё снился   о  н!..

                                               Москва – Рязань: Пушкины на земле Рязанской

                                                                                   Мечтая о могучем даре

                                                                                   Того, кто русской стал судьбой,

                                                                                   Стою я на Тверском бульваре,

                                                                                   Стою и говорю с тобой…

                                                                                   Я умер бы сейчас от счастья,

                                                                                   Сподобленный такой судьбе.

                                                                                   Но, обречённый на гоненье,

                                                                                   Ещё я долго буду петь…

                                                                                   Чтоб и моё степное пенье

                                                                                   Сумело бронзой прозвенеть.

                                                                                                          Сергей Есенин.

    «Рязанское землячество» в Большой Москве…  «Рязанское подворье» в Большой Москве… Вычленяя, выделяя в  москвоведении  «рязанский компонент», обратим внимание на некоторые существенные культурологические факты (связанные, в частности, с Пушкинианой).

   На протяжении нескольких столетий имением Пушкиных было село Мокеево на Рязанщине. В 1695 году вторым полковым воеводой в Рязани служил Тимофей Семёнович Пушкин  (в 1598 году – голова в Крымском походе).Его сын Пётр Тимофеевич Черной, Толстой, жилец, дворянин, «за  московское очищение и за рану» жалован поместьем в Рязанском уезде в 1615 г. Его жена с 1619 г. Елена Григорьевна Сумбулова (дочь Григория Никитича) наследовала д. Мокеево Рязанского у. со 170 четвертями. С того времени Мокеево часто упоминается в «пушкинском контексте». Пётр Петрович Пушкин, в 1645 г. рында (на Руси 15 – 17 вв. – воин придворной охраны – В.Ш.), в 1646 г. есаул, в 1652-ом стольник, в 1659-ом на службе у засек, в 1660-ом дворянин московский.

   Примечательно, что владельцы села Мокеево Пушкины были одновременно владельцами села Болдино под Арзамасом. Отошлю читателя к главе «Род и предки А.С. Пушкина на земле Рязанской» из  своей книги «Русское Подстепье – прародина  Александра Сергеевича Пушкина».

   Краеведы и регионоведы в последние годы обнаружили и прокомментировали уникальные материалы, связанные с личностью Фёдора Петровича Пушкина, прапрадеда  А.С. Пушкина. Фёдор Петрович переселился в Кореневщино (ныне Липецкой области), где у его сына Алексея родится внучка Надежда, которой суждено будет стать матерью великого русского поэта.

…Рязанско-московские тропы к Пушкину… Серьёзный вклад в Пушкиниану внёс знаменитый лирик Яков Петрович Полонский. В 1844-ом, после окончания Московского университета, Полонский познакомился со Львом Сергеевичем Пушкиным.В 1846-ом Полонский написал стихотворную новеллу «Прогулка по Тифлису (письмо Льву Сергеевичу Пушкину)». В 1880 году Полонский создаёт стихотворную трилогию «А.С. Пушкин» («Пушкин - это возрожденье Русской Музы, - воплощенье Наших трезвых дум и чувств. Это – незапечатленный Ключ поэзии, священный В светлой области искусств. Это – эллинов стремленье  К красоте и лицезренье Их божеств без покрывал. Это – голос Немезиды, Это девы Эвмениды Окровавленный кинжал». Культуролого-искусствоведческая «расшифровка» текста, контекста  позволяет осмыслить предлагаемую Полонским  художественную концепцию роли и места пушкинского наследия в истории мировой культуры. Метафорический пантеон богов Древней Греции, Эллады («эллинов стремленье»;  Эвменида... даром открывать тайные преступления, преследующая виновных; Немезида – богиня возмездия)… Философско-психологическая трактовка отечественной мифологической традиции («Это – вещего Бояна Струнный говор… свист Руслана… И русалок голоса… Это – арфа Серафима, В час, когда душа палима Жаждой веры в небеса. Это старой няни сказка, Это молодости ласка, Огонек в степной глуши… Это -  слезы умиленья… Это – смутное влеченье Вечно жаждущей души…»).

     Открытие памятника русскому гению на Тверском бульваре в Москве сопровождалось появлением самых разных жанровых «посвящений» Пушкину. Авторы их стремились  осмыслить и понять характер творческой индивидуальности, отразить драматические «изломы» биографии,  магически-волшебную, чарующую притягательность пушкинских образов. У Якова Полонского   своё  понимание,  своя трактовка пушкинского феномена

(«Свой в столице, на пирушке, В сакле, в таборе, в лачужке, Пушкин чуткою душой Слышит друга голос дальний – Песню Грузии печальной… Бред цыганки кочевой… Слышит крик орла призывный, Слышит ропот заунывный Океана в бурной мгле, - Видит небо без лазури И, - что краше воли в буре, - Видит деву на скале. Знает горе нам родное… И разгулье удалое, И сердечную тоску… Но не падает усталый – И, как путник запоздалый, Сам стучится к мужику. Ничего не презирая, В дымных избах изучая Дух и склад родной страны, Чуя русской жизни трепет, Пушкин – правды первый лепет, Первый проблеск старины…»).

   Пушкинское наследие в отечественной культуре… Пушкинское «присутствие» в мировой нравственно-эстетической, духовно-психологической традиции…  Воспринятые от Пушкина великие уроки человеколюбия, добротолюбия, беззаветного служения искусству, патриотизма, гражданственности («Пушкин – это эхо славы От Кавказа до Варшавы, От Невы до всех морей, - Это – сеятель пустынный, Друг свободы, неповинный В лжи и злобе наших дней. Это – гений, все любивший, Все в самом себе вместивший – Север, Запад и Восток. Это – тот «ничтожный мира», Что, когда бряцала лира, Жег сердца нам, как пророк. Это – враг гордыни праздной, В жертву сплетни неотвязной Светом преданный, - враждой, Словно тернием, повитый, Оскорбленный и убитый Святотатственной рукой… Поэтический Мессия  На Руси, он, как Россия – Всеобъемлющ и велик… Ныне мы поэта славим – И на пьедестале ставим Прославляющий нас лик»).

 …Рязанские  тропы к Пушкину…  Из заметок Есенина: «…Постичь Пушкина – это уже нужно иметь талант…»; «…только сейчас мы начинаем осознавать стиль его словесной походки…  В смысле формального развития теперь меня тянет всё больше к Пушкину….»; «… Из поэтов мне больше всего нравился Лермонтов и Кольцов. Позднее я перешёл к Пушкину…»

                                        Москва-Тамбов: Пушкины на земле Тамбовской

                                                                                  Судьбой наложенные цепи

Упали с рук  моих, и вновь

 Я вижу вас, родные степи,

Моя начальная любовь.

Степного неба свод желанный,

Степного воздуха струи.

 На вас я в неге бездыханной

 Остановил глаза мои.

Но мне увидеть было слаще

 Лес на покате двух холмов

И скромный дом в садовой чаще

Приют младенческих годов.

                  Евгений Баратынский.

   В часто цитируемом пушкинском «Начале автобиографии» поэт писал: «…дед мой  служил во флоте и женился на Марии Алексеевне Пушкиной, дочери тамбовского воеводы, родного брата деду отца моего (который доводится внучатым братом моей матери). Отошлём читателя к содержательному исследованию Н.Гордеева и В.Пешкова «Тамбовская тропинка к Пушкину» (Центрально-Черноземное книжное издательство, Воронеж, 1969). По=хорошему дотошный, внимательный архивный и библиографический поиск пролил дополнительный свет на судьбы Пушкиных: Алексея Фёдоровича, Сары Юрьевны Пушкиной-Ржевской, Юрия Алексеевича, Михаила Алексеевича, Александра Юрьевича, Надежды Осиповны Ганнибал…

   Среди  близких знакомых  Пушкина на встречах в Москве и Подмосковье называется имя Евгения Баратынского (1800-1844). Евгений и Александр познакомились

В 1818-1819 годах и «сошлись довольно коротко».  В годы   пушкинской  ссылки, «финляндского изгнания» Баратынского  они  оживлённо переписывались. Баратынский – адресат нескольких  пушкинских произведений («Сия пустынная страна…», «Стих каждый в повести твоей…», третья глава «Евгения Онегина»). В 1826 году Пушкин возвратился в Москву, встречался с Баратынским, их отношения стали ещё «короче прежнего». 29 октября в доме Баратынского Пушкин читает «Бориса Годунова». Баратынский посвящает Пушкину стихотворение «Новинское».

   «Дельвиг – близкий друг обоих – стал для них связующим звеном», - отмечает

 Л. А. Чарейский. В январе 1831 года после кончины  Дельвига  Пушкин, Баратынский, П.А. Вяземский, Н.М. Языков   встретились, чтобы помянуть усопшего друга (ресторан «Яр»).  Л.А. Черейский в «Современниках Пушкина» напоминает, что в 1827 году в черновом наброске  Александр Сергеевич назвал Баратынского «одним из первоклассных наших поэтов», подчеркнув, что в элегиях «он первенствует». Ещё в одной записи Пушкин одобрительно говорит о баратынском «Бале» («Пора Баратынскому занять на русском Парнасе место, давно ему принадлежащее»). В статье 1830 года Пушкин размышляет о творческой судьбе Баратынского, сравнивая его с К.Н. Батюшковым: «Время ему занять степень, ему принадлежащую, - и стать подле Жуковского и выше певца Пенатов и Тавриды». Взыскательнейший мастер слова весьма лестно аттестует

мастерство  Баратынского: «Гармония его стихов, свежесть слога, живость и точность выражения должны поразить всякого хотя несколько одаренного вкусом и чувством».

                                    Москва-Воронеж: Пушкины на земле Воронежской

                                               …Здесь русский дух, здесь Русью пахнет

                                                                       А.С. П у ш к и н

                                               …Глядишь кругом – всё сердцу говорит:

И деревень однообразный вид,

И городов обширные картины,

И снежные безлюдные равнины,

И удали размашистый разгул,

 И русский дух, и русской песни гул,

То глубоко беспечный, то унылый,

 Проникнутый невыразимой силой…

 Глядишь вокруг – и на душе легко,

И зреет мысль так вольно, широко,

И сладко песнь в честь родины поётся,

 И кровь кипит, и сердце гордо бьётся,

И с радостью внимаешь звуку слов:

«Я Руси сын! Здесь край моих отцов!

                        И в а н     Н и к и т и н

      «Воронежское землячество» в Москве… «Воронежское подворье» в Москве… Участие Москвы в строительстве Воронежских верфей, подготовке походов на Азов.

… В «Родословной росписи Пушкиных» под № 267 значится Алексей Михайлович Пушкин, ставший в 1747 году Воронежским губернатором. По стопам отца пошёл Фёдор Алексеевич Пушкин: он был Воронежским губернатором с 1800 по 1805 год.

   Пушкинская эпоха. Пушкинское окружение. Личные контакты поэта с современниками. Дружба. Товарищество. Стремление найти в адресате, собеседнике единомышленника, соратника. Города, селения, годы, судьбы… Русское Подстепье, берега Воронежа и Дона помнят братьев… Дмитрий Никитич Бегичев (1786-1854), отпрыск старинного дворянского рода, воспитанник Пажеского корпуса, гусаром участвовал в Аустерлицком, Фридландском сражениях. В 1812-ом он – правитель канцелярии генерала А.С. Кологривова, формировавшего кавалерию в Тамбове. 1813 год. Белоруссия. В гусарском полку под командованием того же Кологривова Дмитрий Бегичев знакомится с А.С. Грибоедовым. Знакомство перерастает в почитание, искреннюю дружбу. Знакомство и дружба с Денисом Давыдовым. Общие интересы, общие воспоминания: «Где друзья минувших лет, Где гусары коренные, Председатели бесед… На затылке кивера, Доломаны до колена, сабли, ташки у бедра, И диваном – кипа сена»…

   …История Большой Москвы пополняется фактами, коллизиями, судьбами, индивидуальностями, имеющими отношение к тому, что происходило тогда на берегах Москвы-реки, Оки, Дона, Воронежа. Переплетение биографий, судеб, действий, поступков… Сестра Дениса Давыдова  Александра Васильевна стала женой Д.Н. Бегичева. В сущности, большинство из пушкинского окружения – в личных тесных контактах с Бегичевым. В обширной длительной переписке находился с Бегичевыми Вильгельм Кюхельбекер (любопытен «воронежский» период его жизни).

    Д.Н. Бегичев – крупный государственный деятель; известен он и как литератор. Лев Толстой выделял в круге семейного чтения бегичевский роман «Семейство Холмских».

Пушкинская эпоха, первые десятилетия века девятнадцатого представляется  своеобразной  «движущейся панорамой» со страниц бегичевских бытоописательных жанров («Ольга. Быт русских дворян в начале нынешнего столетия», «Провинциальные сцены», «Записки губернского чсиновника», «Быт русского дворянина в разных эпохах и обстоятельствах его жизни»).

   …Воронежским губернатором в 40-ые годы был Николай Иванович Кривцов (1791 1843). Московские страницы его биографии весьма поучительны и увлекательны. Ранение под Бородиным. В 1813-ом он потерял ногу под Кульмом. Слушал лекции в лучших университетах Франции и Германии. В беседах с А.С. Пушкиным он рассказывал потом о знакомстве с Шатобрианом, Бенжаменом Констаном, аббатом Грегуаром, Талейраном, Контом, Сисмонди, мадам де Сталь.

   Из мемуаров пушкинской эпохи – характеристика близкого приятеля А.С. Пушкина – Н.И. Кривцова: «Экс-фаворит императора, экс-губернатор трех губерний, экс-богач, посещавший все дворы Европы и не последний в первых ее обществах, имеющий блистательные и основательные надежды, бывший в родственных связях и отношениях с первыми домами и лицами империи, с гордым повелительным характером…».

   Ето ему адресует Александр Сергеевич письмо за неделю до женитьбы на первой красавице Москвы: «Все, что бы ты мог сказать мне в пользу холостой жизни и противу женитьбы, все уже мною передумано. Я хладнокровно взвесил выгоды и невыгоды состояния, мною избираемого. Молодость моя прошла шумно и бесплодно. До сих пор я жил иначе как обыкновенно живут. Счастья мне не было… Мне за 30. В тридцать лет люди обыкновенно женятся – я поступаю как люди и вероятно не буду в том раскаиваться. К тому же я женюсь без упоения, без ребяческого очарования. Будущность является мне не в розах, но в строгой наготе своей. Горести не удивят меня: они входят в мои домашние расчеты. Всякая радость будет мне неожиданностью. …Прерываю письмо мое, чтоб тебе не передать моей тоски. Пиши мне на Арбат…».

   Николая Кривцова знали, доверительно общались с ним Н.М. Карамзин, П.А. Вяземский, В.А. Жуковский, И.И. Дмитриев, братья Александр и Николай Тургеневы. Значится он и на заседаниях «от липецкого потопа» полемически-знаменитого «Арзамаса». С А.С. Пушкиным сблизился он еще с 1817 года. В стихотворении 1819 г. «Кривцову» Пушкин, называя своего адресата «милым другом», с иронией предсказывает будущее жизнелюбов и озорников («Мы ж утратим юность нашу  Вместе с жизнью дорогой»; «Смертный миг наш будет светел»). Уезжающему в Англию другу Пушкин подарил карманное издание «Орлеанской девственницы» Вольтера; в сопроводительном стихотворном послании Кривцов именуется «эпикурейцем моим», устремившимся в «мрачный Альбион». Осенью 1823 года Александр Сергеевич писал возвратившемуся на родину Кривцову: «Милый мой Кривцов, помнишь Пушкина?..  …не забывай демократических друзей 1818 года. Все мы разбрелись. Все мы переменились. А дружба, дружба…».

   В библиотеке Кривцова – книги с автографами Пушкина, Вяземского, Дельвига, Карамзина, Батюшкова, Баратынского, мадам де Сталь, Бенжамена Констана. Посылая Кривцову экземпляр «Бориса Годунова», А.С. Пушкин с признательностью заметил: «Ты некогда баловал первые мои опыты»…

 

 

 

 

           

 

 

 

 

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий
21 мая 2019 в 22:26

...Кореневщино, Капитанщино, Доброе...

21 мая 2019 в 22:27

...Сокольск, Пушкино, Елец, Задонск...