Авторский блог Наталья Ростова 03:00 7 октября 2009

На экране - Гиренок

Недавно на философском факультете МГУ имени М.В. Ломоносова состоялась премьера фильма "Удовольствие мыслить иначе" по одноименной книге философа Федора Гиренка. Режиссер Марк Дитковский, воодушевившись идеями Гиренка о том, что философия имеет свой ритм, экспрессию и драматургию, а потому — и сценарное прочтение, рискнул в своем фильме визуализировать философский дискурс. Надо сказать, что обычно философские фильмы сводятся к пересказу биографий мыслителей и довольно внешней подаче их концептов. Другие фильмы носят художественный характер и повествуют о личности философа. Есть третий вид фильмов, авторы которых пытаются переложить философию на язык образов, то есть найти адекватный философскому концепту визуальный ряд. Так, Александр Клюге недавно экранизировал "Капитал" Маркса, создав 10-часовую ленту, а теперь Марк Дитковский визуализировал философию минималиста Гиренка, уложившись в полтора часа.
0

 

Недавно на философском факультете МГУ имени М.В. Ломоносова состоялась премьера фильма "Удовольствие мыслить иначе" по одноименной книге философа Федора Гиренка. Режиссер Марк Дитковский, воодушевившись идеями Гиренка о том, что философия имеет свой ритм, экспрессию и драматургию, а потому — и сценарное прочтение, рискнул в своем фильме визуализировать философский дискурс. Надо сказать, что обычно философские фильмы сводятся к пересказу биографий мыслителей и довольно внешней подаче их концептов. Другие фильмы носят художественный характер и повествуют о личности философа. Есть третий вид фильмов, авторы которых пытаются переложить философию на язык образов, то есть найти адекватный философскому концепту визуальный ряд. Так, Александр Клюге недавно экранизировал "Капитал" Маркса, создав 10-часовую ленту, а теперь Марк Дитковский визуализировал философию минималиста Гиренка, уложившись в полтора часа. Что же из этого получилось?

Получился пестрый, довольно динамичный фильм с использованием картинок, музыки, фрагментов из спектаклей и живописи. На протяжении всего фильма мы слышим закадровый голос Федора Гиренка, читающего свой текст. Порой философ появляется на экране, и мы можем уловить несказанное, не вмещающееся в язык, не только в его богатом интонациями суггестивном голосе, но и в красноречивой мимике. О чем же рассказывает нам Гиренок? О том, что разумное — не есть мыслящее, о том, что история философии губит философию, что человек есть мыслящий хаос и аутист, а вовсе не реалист, а также о том, что ум тоскует по безумию. Если попытаться уплотнить плотный мыслями текст Гиренка и сжать его до афоризма, то, быть может, здесь подойдут слова Ницше о том, что мы, люди, — лунатики дня. Мы слишком любим спать и грезить, и для этого нам не нужно закрывать глаз. Мы существа воображающие и произвольные, а не интеллектуальные и приспосабливающиеся. Мы грезим, неистовствуем, любим и страдаем, и в этом наша суть.

Эмоциональный рассказ Гиренка сопровождают знакомые нашей культуре картинки. Вот, Гиренок заговорил о том, что сегодня все еще живут люди, которые всерьез полагают, что пребывание в мыслительной культуре возможно лишь через соотнесение себя с западной философией, и мы видим на экране панораму центральных улиц Европы. Или Гиренок говорит, что мир есть не текст, а объективированная иллюзия, и перед нами предстают груды печатающихся текстов. Или, например, Гиренок, рассуждая о соотношении философии и истории философии, говорит о том, что Мамардашвили, читая Канта, был страшно далек от профессии историка и, заставляя Канта говорить на своем языке, позволял философии ожить. Параллельно этим словам Гиренка, мы видим на экране то портрет Канта, то — Мамардашвили. Когда же Гиренок сообщает о том, что современные философы, не имея, что сказать, обратились к художникам в надежде на то, что через них говорит Бог, мы тут же видим на экране фрагменты репортажа с биеннале.

Картина за счет пауз позволяет воспринять плотную мыслями философию Гиренка, однако оправдана ли претензия фильма? Здесь есть две проблемы. Во-первых, Гиренок, призывая к визуализации философского дискурса, хотел, по всей видимости, сказать о том, что нынешняя философия стала слишком непрозрачной, неясной, что ее язык стерт и девальвирован, и немыслимое скорее поместится в образ, нежели в знак. Но не девальвирован ли сегодня также и визуальный язык? Во-вторых, чтобы визуализировать дискурс, необходим художник, конгениальный философу. Например, философия Б. Поршнева легко переводима на язык живописи П. Филонова. То есть тексту Поршнева можно противопоставить картину Филонова. Или тексту Делёза — композицию Кандинского, а тексту Канта, быть может, — живопись Пикассо. Другими словами, визуальный ряд, чтобы быть адекватным философскому, должен быть настолько самостоятельным, что, убрав текст, мы легко считаем смысл в образах. Какие же образы были бы адекватны философии Гиренка? Быть может, некоторые картины А. Зверева или же начальный эпизод фильма "Зеркало", в котором врач учит говорить заикающегося мальчика, и тот, в конце концов, произносит: "Я могу говорить". Или же кинолента Фассбиндера "Горькие слезы Петры фон Кант", героиня которой, раненная непереносимой интенсивностью жизни, жаждет уснуть.

Наверное, у фильма "Удовольствие мыслить иначе" есть будущее на широком телеэкране, и вполне можно представить, что в субботний вечер кто-нибудь, например, по телеканалу "Культура" с удовольствием ознакомится с творчеством Федора Гиренка. На философском же факультете в ходе дискуссии, состоявшейся после премьеры, большинство сошлось во мнении, что фильм Марка Дитковского предлагает лишь дополнение к сказанному философом, но отнюдь не отвечает своей претензии.

Для приобретения фильма "Удовольствие мыслить иначе" следует написать электронное письмо с пометкой "купить фильм" и указанием количества дисков по адресу webtvnews@mail.ru.

 

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой