СЛУЖБА ДОВЕРИЯ
Авторский блог Редакция Завтра 03:00 25 ноября 2002

СЛУЖБА ДОВЕРИЯ

0
48(471)
Date: 26-11-2002
Author: Александр Брежнев
СЛУЖБА ДОВЕРИЯ
Первый этаж обычного для центра Москвы здания. Домофон, лестница, дверь. За дверью — квартира в сто пятьдесят квадратных метров. На этой площади постоянно находятся не больше десяти человек, на столе у каждого — телефон. Здесь размещена московская служба "телефон доверия". Со всех концов громадного мегаполиса и его пригородов сюда стекаются сигналы от жителей. Это сигналы SOS!, призывы о помощи. Это не "скорая помощь", не служба спасения и не милиция. Сотрудники этой службы не решают материальных, физических проблем своих клиентов. Тем не менее, телефоны раскалываются от обилия звонков. Мегаполис живет не только материальными проблемами, но и психологическими. И эти проблемы зачастую бывают сложней и серьезней, чем проблемы с деньгами или карьерой. Помощь людям здесь основана на самых тонких нитях человеческой психики. Огромный город, собравший вокруг себя почти двадцать миллионов человек, постоянно формирует психологический дискомфорт. И люди, которые уже не способны справляться со своим психологическим напряжением, обращаются сюда, набрав несложный номер телефона доверия 205-05-50.
За дверью — длинный коридор. Незатейливый паркет, простые обои на стенах. Главный зал — пространное помещение с кабинками, по три с каждой стороны. Похоже на телеграф, где кабинки для междугородных разговоров — такие же тесные и замкнутые. Беленый потолок, деревянные двери, тишина — двери и стены кабинок хорошо звукоизолированы. Задушевные разговоры в кабинках не слышны, скрыты. В коридоре и в комнатах много икон старинного исполнения. Лики Богоматери, святых и Спасителя как всегда спокойно взирают на специалистов-психологов, телефоны, кабинки… Их безучастие — кажущееся. Скорее всего, они доверяют своим подопечным — психиатрам. Врачи сейчас и изгоняют бесов из кого-то, и спасают от грехов, в том числе и от самых страшных: отчаяния и самоубийства. Город-мегаполис, аккумулирующий в себе и отчаяние, и стремление к суициду. Город и не демоничен, и не свят. Город сам выделил из своих структур эту службу, чтобы спасать своих горожан от самого страшного, что может совершить человек. Самоубийство, саморазрушение всегда было наиболее опасным, опаснее, чем убийство. Не очень сильный свет ламп, укутанных в люстры, тени по стенам. Окна с Ленинградского проспекта сейчас, зимой, освещают квартиру постольку поскольку. Прихожая, шкаф, ковры для вытирания ног. Гардероб для обуви специалистов, кто работает в службе. Здесь больше всего коричневого цвета. Это и паркет, и двери, и стены, и даже сами телефонные аппараты. Полутьма — обратна яркому свету, который не позволяет хорошо вникнуть в проблему позвонившего, максимально помочь абоненту.
Звонок. Его адресуют кому-то из специалистов. Начинается разговор по душам… Специалисты службы стараются понять беду и проблему того, кто позвонил. Врачи задают вопросы, пытаются выяснить реальные причины психологического срыва. Врачи выслушивают любой бред, стараются помочь при любой самой сложной психологической ситуации.
Службу создали еще в 1982-м году. Проблема суицида приняла государственные масштабы уже тогда. Тогда же и стали пытаться с этой проблемой бороться. В службе даже помнят День своего создания —27 апреля, теперь это местный корпоративный праздник.
Служба уже отметила в этом году свое двадцатилетие. Многие работают в службе с самого основания, поэтому для них это действительно праздник.
Создавали службу, как орган для борьбы с суицидом. Но опыт двух десятилетий работы показал, что телефон доверия с реальным количеством самоубийств связан мало. Айна Амбрумова, создательница службы, позже пришла к выводу, что настоящие самоубийцы почти никогда не обращаются на телефон доверия. Как ни странно, сводят с жизнью счеты почти всегда психически здоровые люди. И делают это осмысленно, продумывают все мелочи, а потом претворяют свой смертельный план "в жизнь". Решившиеся на такой шаг никогда не звонят в службу доверия, не обращаются к друзьям или любимым. Делают это молча и обстоятельно.
Звонят в службу, говорят о самоубийстве чаще всего те, кто хотят жить. Сам звонок для них — тонкая ниточка надежды, последняя попытка спасти свою отчаявшуюся душу. И работа психиатра заключается в том, чтоб эту ниточку не порвать. Нужна громадная концентрация воли и любви к людям, чтоб суметь сказать абоненту что-то такое, от чего клиент развяжет петлю, разобьет о стену шприц с ядом. Отдельная проблема — люди, прибегающие к демонстративному суициду. По статистике, почти каждая третья демонстрация самоубийства заканчивается реальным суицидом. Хотел человек что-то доказать своим родным или любимым, все обществу сразу, но слишком крепко вбил крюк, перебрал с таблетками. Летальный исход, а всего-то и хотел москвич привлечь внимание к своей страдающей душе… Хотел, чтоб его искренне пожалели. Врач, пожалевший, выслушавший, давший выплакаться или выругаться,— спаситель.
Жизнь в современной Москве постоянно травмирует психику людей, доводит их до безумия, ненависти, припадков гнева. Всё это знакомо человечеству уже тысячи лет. Время от времени мир предлагает людям религии, идеологии, мифы о разумности, вечной любви… Но эти мифы необходимы ежечасно, намного чаще, чем может соглашаться на собственное распятие Христос. Специалисты службы "телефон доверия" создают эти мифы по многу раз каждый день. Каждому позвонившему стараются "поднять жизненную мотивацию", сказать что-то, отчего человеку на том конце провода захотелось бы жить. Специалист не может дать абоненту денег, вернуть жену или работу, может только найти слова. Но иногда и эти слова спасают чью-то разуверившуюся жизнь. И тогда в какой-то московской квартире человек, откладывает нехитрую удавку в сторону, ставит на конфорку чайник, разогревает макароны и доживает до утра.
Утро вечера мудренее. Самое горячее время в службе доверия — с шести вечера до двух ночи. В эти часы телефоны раскалываются, на врачей накатывается целый вал проблем. После двух телефоны смолкают. Народ засыпает, а сон — очень серьезный целитель. С утра проблемы, казавшиеся неразрешимыми, становятся простыми, иногда смешными. Утро — самое спокойное время, почти нет звонков.
В среднем в службе раздается триста пятьдесят-четыреста звонков в день. Больше всего звонят по рабочим дням, меньше по праздникам и выходным. Пик активности —осень и весна, потом идет зима. Лето в Москве — самый психологически благоприятный период. Летом вешаться почти никто не хочет. Может, на самом деле, суицидальные попытки как-то связаны с недостатком не только душевного, но и физического тепла, мало солнца? Ведь вряд ли летом люди становятся намного доброжелательнее в отношении друг друга.
За двадцать лет работы службы структура обращений почти не изменилась, изменились только масштабы. Нарастание вала обращений связано не только с усложнением психологической атмосферы в столице, но и с новым законом о психиатрии от 1993 года. Новый закон всеми признается, как очень гуманный, по нему никто не имеет права посадить в "психушку" человека иначе как по решению суда. Система оценки людей "нормальный — ненормальный" сменилась на "здоровый — нездоровый". Теперь считается, что странностями и собственными "заскоками" могут обладать все. Всё зависит от адаптированности этих "заскоков" к обществу. Те, у которых странности не адаптированы,— нездоровы. С остальными странностями люди обращаются на телефон доверия. Поэтому сюда поступает много звонков от людей, которые в советские времена лежали в больнице и лечились бы препаратами. Сейчас врачам приходится общаться с ними по телефону — а это не всегда эффективно.
Как ни удивительно, для громадного мегаполиса Москвы психические проблемы, связанные с бизнесом и карьерой, совершенно нетипичны. Для российской столицы, как и во времена Тургенева, всё так же актуальны семейные противоречия. Отцы и дети. Сволочь-теща, свекровь-кровопийца… Неблагодарные дети, родители-жлобы. Семейные проблемы —каждый третий звонок. Большая проблема — одиночество. Переполненный людьми город, тем не менее провоцирует самое настоящее одиночество, и оно намного более болезненно в окружении тысяч людей, чем, скажем, для Робинзона на необитаемом острове.
Деловые люди, если и обращаются, то волнами, связанными с каким-нибудь дефолтом или кризисом. Звонят довольно высокопоставленные бизнесмены или чиновники, часто в состоянии аффекта и фрустрации —"ПРОПАЛО ВСЁ!". Тогда врачу приходится вникать в проблемы макроэкономики или курса на фьючерсы хлеба на следующую весну… Иногда специалистам службы приходится хорошенько разбираться в самых неожиданных сферах. Обращаются на телефон доверия крутые бандиты, "большие" чиновники, серьезные финансисты. У них так вышло, что во всем их окружении нет никого, кто бы вызывал у них доверие. Друзья связаны с конкурентами, бабы продают… Тогда человек в два часа ночи озадачивает врача в службе трудным вопросом: стоит ли "покупать акции воронежских или обождать"? Человек уже давно всё для себя рассчитал и решение принял, но по-язычески хочет услышать от незнакомого голоса на том конце провода одобрение. Доверяет телефону доверия свои личные и деловые тайны, как идолу. Но такие вопросы — чаще всего экзотика, а волны звонков, связанных с дефолтами или обвалами акций, ограничиваются одной-двумя ночами.
Часто обращаются подростки, полные отчаяния. Родители не дают достаточных денег для жизни и развлечений. Мальчишки, а чаще девчонки, вообще без образования или каких-нибудь полезных в труде навыков, обладают такими амбициями, что им необходимо никак не меньше тысячи долларов в месяц, чтоб не чувствовать себя самым несчастным на свете человеком. Тогда врач, который часто имеет два высших образования, а живет на двести долларов в месяц, вынужден слушать и соглашаться с бредом готового повеситься недоросля. Вообще, несоразмерность личного благосостояния специалиста тем проблемам, которые им иногда приходится решать, в работе почти не мешает. Большие деньги — большие проблемы. Врач с окладом в три раза меньше, чем в среднем по Москве, утешает себя тем, что не боится выйти на улицу, не беспокоится за безопасность родни, никому ничем не обязан и не должен. Причем, по уверению врачей, богатые действительно плачутся им в трубку так же часто, как и нищие. К примеру, последнее веяние — обращаются жены богатых бандитов, жалуются, что муж не дает социализироваться. Муж требует, чтоб сидела дома с детьми под охраной, как в золотой клетке. Тогда бы и женился на какой-нибудь азиатке, она посчитала бы такую жизнь за счастье. Нет же, женится на женщине с высшим образованием из "продвинутой" семьи. Она и бесится потом от скуки.
Средний разговор продолжается порядка сорока минут. За это время абонент успевает выговориться, удостовериться, что его понимают, жалеют и морально поддерживают. Иногда для разговора достаточно и трех минут. На некоторых людей надо просто рявкнуть, и они сразу же мобилизуются для отпора. Есть и свои рекордсмены. Бывают случаи, когда разговор продолжается шесть-семь часов. Считай, что весь рабочий день уходит на одного клиента. Тогда общение переходит даже в неформальную плоскость. Врач может нормальным тоном попросить абонента посидеть на телефоне минут пятнадцать, пока он сходит в туалет, перекусит, или просто перекурит. Почему-то абоненты предпочитают ждать у телефона, а не перезванивать потом. Такие разговоры случаются редко, абонент просто выливает на специалиста всё, что копилось у него на душе многие годы. Бывает обратная крайность. Клиент звонит каждый день, обсуждает самые разные проблемы, отнимая не больше пяти минут. Им просто не с кем поговорить, обсудить новую серию латиноамериканского кино, свежий выпуск новостей. Их распределяют по специалистам, у каждого врача службы есть по нескольку своих персональных клиентов, которые звонят каждый в свое время.
Вообще, структура обращений определяет и структуру службы. На телефон доверия поступают на семьдесят процентов звонки от женщин, и только тридцать — от мужчин. В основном обращаются люди до семнадцати лет и после тридцати. В двадцать-двадцать пять лет в службу не обращаются почти никогда. Основной возраст — после сорока пяти, пятидесяти. Служба укомплектована специалистами, по своим общим характеристикам идентичными основной массе клиентов. Здесь более чем две трети сотрудников — женщины. На работу сюда берут только людей с высшим образованием и пятью-шестью годами стажа работы в психиатрических учреждениях. Жизненный опыт часто больше, чем образование, помогает в работе с абонентом. Работают посменно. Смена — двенадцать часов, с девяти до девяти. Одна смена днем, потом смена ночью, потом три дня выходных. Всего занято два с половиной десятка специалистов. Таких или аналогичных служб в столице около десяти. Но только эта работает постоянно, круглосуточно, а именно это немаловажно. Многие службы доверия работают пару часов в день или носят специализированный характер. В любое время на любой вопрос ответят только здесь. Именно здесь работают настоящие врачи-специалисты. В других конторах за телефон могут посадить девочку-студентку психфака после небольшого инструктажа. Профессионализм такого психолога и его глубокий жизненный опыт вызывают сомнения.
Иногда работа службы становится похожа на роль священника, ведущего исповедь: долго и с участием выслушивать человека, облегчать ему душу. Та же анонимность, тесная кабинка исповедника. Служба становится похожа на цифровой вариант храма в ХХI веке. Достижения телефонной связи позволяют общаться с новоявленным священником, не выходя из дома, не вставая с дивана. Сами сотрудники службы такой аналогии не признают. От сравнения со священниками отказываются. Руководитель службы Сергей Трофимов заявляет, что душевные проблемы и духовные — совершенно разные вещи. Психиатры лечат душевные болезни, снимают психологические кризисы. Все это никак не подменяет духовной жизни, а духовные проблемы решает только церковь. Почти половина сотрудников службы — верующие, поддерживают отличные отношения с православными священниками.
Другое дело, что современные москвичи сами не понимают разницы, предпочитают звонок на телефон доверия обращению к священнику. Для церковной исповеди необходимо покаяние "клиента", соблюдение поста, выполнение множества обрядов, а главное — само признание совершенного греха. Мегаполис предоставляет возможность не утруждать себя ни тем, ни другим. Просто взял трубку, набрал номер. А анонимный "духовник" обязан сказать тебе, что "всё нормально, успокойся, ты ни в чем не виноват, главное не терзай себя". Успокоенный человек продолжает жить, как жил, продолжая без психологических сбоев выполнять ту работу, которой требует от него громадный город.
Специалисты службы тоже стремятся не брать в голову проблемы абонентов. Работа специалиста довольно сложная: с одной стороны, необходимо максимально глубоко вникать в проблему клиента, одновременно стараясь на этой проблеме не зацикливаться, максимально от нее абстрагироваться. Для этого каждый сотрудник старается создать вокруг себя "собственную психологическую защиту". В каждой кабинке, сотрудник обкладывается какими-то своими маленькими вещами: игрушка, фотография любимого человека. Во время разговора смотрят на них, теребят, не дают чужим бедам, бредам и кошмарам, проникать слишком глубоко в собственную душу. Кабинки тесноватые, поэтому в каждой из них установлено большое зеркало. Отражение создает иллюзию большего пространства, а главное, глядя на свое собственное лицо в зеркале, проще отвлечься. Иногда не помогают даже зеркало, игрушки или фото внука, абонент вывалил на врача столько горя и болезней, комплексов, фобий и тоски, что после такого разговора сотруднику необходим отдых не менее получаса. За это время врач пойдет и примет душ, перекурит в коридоре, согреет на плитке чай. Вода, сигареты и чай, еще лучше еда, помогают полностью освежить голову. Тогда врач опять садится в кресло своей кабинки. Долго ждать звонка не приходится. Через пару минут очередной абонент уже начинает обстоятельно пересказывать свои беды и несчастья.

Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой