РОССИЯ И ЧЖУНГО [ОБРАТНАЯ СТОРОНА “КИТАЙСКОЙ КАРТЫ”]
Авторский блог Редакция Завтра 03:00 20 августа 2001

РОССИЯ И ЧЖУНГО [ОБРАТНАЯ СТОРОНА “КИТАЙСКОЙ КАРТЫ”]

0
РОССИЯ И ЧЖУНГО СТОРОНА “КИТАЙСКОЙ КАРТЫ”
34(403)
Date: 21-08-2001
"Мертвые хватают живых". Пытаясь найти выход из уже ощутимого "кризиса глобального лидерства", американские стратеги спорят о будущем России в контексте противостояния с Китаем. "Ястребы", к числу которых относится Томас Грэхем, на днях получивший важный пост в госдепартаменте США, настаивают на жесткой конфронтации с "алым драконом" — и, соответственно, отводят Российской Федерации роль "младшего союзника" Америки. "Голуби", чью позицию озвучил через "Нью-Йорк таймс" недавно побывавший в Москве на сессии МОК Генри Киссинджер, призывают официальный Вашингтон "мягко" пойти на раздел сфер влияния с Пекином, восстановив "двухполюсную" систему мировой геополитики. В этом случае Российская Федерация как единое государство должна быть принесена в жертву, чтобы подтвердить китайцам "серьезность намерений" и "платежеспособность" янки. "Немного России" также должно достаться Германии, Турции и другим сателлитам США.
Разумеется, мнения российской стороны при этом никто за океаном не спрашивает — в глазах американцев десятилетие "либерально-монетаристских реформ" попросту лишило нашу страну возможности и права определять собственную судьбу, превратило ее из субъекта в объект международной политики. И сегодня Россия, которой управляют грефы, кохи и чубайсы, судя по всему, не имеет ни сил, ни желания доказать обратное. Тем большее значение приобретает в этой острой ситуации позиция Китая, получившего право стратегического выбора.
АНАЛИТИЧЕСКИЙ ЦЕНТР “НАМАКОН”
Согласно китайским представлениям, их страна, Чжунго, является центром обитаемой Вселенной. Китайская Народная Республика на протяжении вот уже трех десятилетий демонстрирует всему миру впечатляющие темпы роста экономической и военно-политической мощи. Поднимается уровень жизни населения, и, как следствие, средняя продолжительность жизни китайцев достигла 71 года, что сопоставимо с продолжительностью жизни в самых развитых странах планеты. Согласно ряду прогнозов, уже к 2010 году Китай выйдет на первое место в мире по величине ВВП, а к 2050 году — и по величине ВВП на душу населения. Учитывая, что уже сегодня на смену "атлантическому" миру идет мир "тихоокеанский", КНР "естественно" претендует на роль глобального лидера XXI века, а возможно, и III тысячелетия в целом — роль, которую еще недавно безоговорочно отводили Соединенным Штатам Америки. Тем самым отношения с Китаем становятся важнейшим приоритетом во внешней политике любого государства мира и любого межгосударственного объединения. Тем более это касается российско-китайских отношений.
"Верблюд, подыхающий с голоду, все равно больше лошади".
Китайская пословица

Сегодня Китай является для России как перспективным партнером, так и потенциальным противником. Налицо прогрессирующий отрыв Китая от России по основным показателям национальной мощи и постепенное усиление китайского влияния на различные стороны жизни российского общества. В целом характер взаимоотношений между нашими странами определяется наличием трех проблем: пограничной, демографической и экономической.
Официальный Пекин сегодня квалифицирует свои претензии на российские территории как факт истории, а не современности, однако представители властей в частном порядке нередко говорят о "незаконно отторгнутых царской Россией" землях Приамурья и даже Сахалина. Реализация российско-китайского соглашения 1991 года предполагала территориальные уступки Китаю на Амуре и на Аргуни — в расчете на снятие масштабных территориальных претензий со стороны Китая. Именно этим объясняются такие жесты доброй воли, как передача российской земли в Хасанском районе или разрешение китайским судам на свободный проход из Уссури в Амур на виду Хабаровска. Исполнение соглашения 1991 года, однако, ни в коей мере не означает, будто территориальная проблема в отношениях между России и Китаем окончательно решена.
В начале 90-х годов появились сообщения о том, что Пекин проводит политику целенаправленной демографической экспансии на север. Однако есть мнение, что миграция китайцев на российскую территорию вызывалась прежде всего огромными потребностями в товарах широкого потребления в Сибири и на Дальнем Востоке, а также нехваткой там рабочей силы. У самого Китая также было как минимум две причины для поощрения миграции своих граждан на север:
— демографический рост и безработица на Северо-Востоке КНР;
— высокая прибыльность бизнеса с Россией и в России.
Большая часть китайцев, пересекающих российскую границу, старались остаться на российской территории подольше, занимаясь своим простым и доходным бизнесом. Среди временных мигрантов из Китая преобладали две категории: рабочие по контрактам и торговцы. По данным отдела виз и разрешений Приморья, ежегодно в крае официально постоянно находилось около 20 тыс. китайских торговцев, китайских рабочих было в несколько раз меньше.
К середине 90-х годов нелегальная миграция среди китайцев, работавших по контрактам, практически оказалась сведена на нет установлением строгого контроля со стороны федеральной и местных миграционных служб и органов внутренних дел и возложением строгой ответственности за передвижение китайцев и их деятельность на российской территории на принимающие их организации. Но есть и другой источник нелегальной миграции — безвизовый туризм. Около 50% китайских "туристов" своевременно не покидают территорию РФ.
Основные потоки китайской миграции направлены на юг, а не на север. Однако достаточно сравнительно небольшого количества китайских иммигрантов, чтобы нынешний этнополитический баланс был полностью нарушен. Интеграция значительных групп китайцев и корейцев в российскую среду — необходимость и, возможно, неизбежность. Ожидается, что к середине XXI века в России будут проживать от 7 до 10 млн. китайцев, которые, таким образом, станут второй по численности этнической группой России — после самих русских. В этих условиях отсутствие ясной и последовательно осуществляемой иммиграционной политики практически гарантирует возникновение трений на межэтнической почве, которые сравнительно легко могут привести к межгосударственному конфликту между Россией и Китаем.
В экономическом отношении Китай важен для России как огромный рынок, способный потреблять не только сырье, но также промышленную продукцию и услуги, а кроме того — как источник людских, а в перспективе и инвестиционных ресурсов, необходимых для развития российского Дальнего Востока и Сибири. Однако России не следует считать КНР рынком, способным поглощать продукцию, которая заведомо неконкурентоспособна в Европе и Америке. На китайском рынке российские производители соперничают с западными, а также с японскими — с той важной разницей, что условия конкуренции на китайской территории выгоднее для россиян, чем на собственных рынках их соперников. При этом Китай не склонен вознаграждать нашу политическую лояльность выгодными промышленными заказами. Нельзя возлагать чрезмерные надежды и на широкомасштабную модернизацию предприятий китайской тяжелой промышленности, построенных в 50-е годы при помощи СССР: Китай заинтересован в гораздо более современном оборудовании, чем то, которое может сегодня предложить Россия.
У России, однако, есть шансы занять — не без конкурентной борьбы — свою нишу на китайском рынке в таких областях, как атомная и гидроэнергетика, авиакосмическая промышленность. Чтобы использовать этот шанс, российским промышленникам и финансистам необходимо физически присутствовать на китайском рынке, постоянно отслеживать его потребности, бороться за свое место на нем, а российским государственным деятелям — научиться современным методам лоббирования интересов отечественных производителей. Пока же России остается фактическим монополистом только на китайском рынке оружия. Здесь необходимо, прежде всего, укрепление экспортного контроля, исключающего несанкционированные поставки оружия, технологии, ноу-хау. Китай стремится не столько к закупкам вооружений, сколько к доступу к технологии, открывающему возможности для налаживания собственного производства. России стоит проявлять особую осмотрительность в передаче технологий. В противном случае Россия может утратить военно-технологический отрыв от Китая, который пока является ее важнейшим преимуществом перед соседом в области обороны. Военно-техническое сотрудничество в его нынешнем формате в большей степени отвечает китайским интересам, чем российским: РФ помогает КНР модернизировать вооруженные силы, получая за это сравнительно скромную экономическую отдачу, которая не в состоянии спасти российский ВПК.
Перспективным является сотрудничество в сфере транспорта. Рост потребностей в эффективных трансконтинентальных перевозках между Европой и Азией, а также политические факторы, связанные с появлением в Центральной Азии новых независимых государств, стимулировали процесс разработки концепций формирования новых евроазиатских транспортных коридоров. Маршруты этих коридоров и проходящие по ним грузопотоки могут в перспективе оказать существенное влияние на экономические интересы России. Но и в этой сфере интересы России и Китая не во всем совпадают. Россия заинтересована в "притягивании" грузов из Казахстана и Китая в коридор Север — Юг. Однако КНР при активной поддержке Европейского союза развивает проект транспортного коридора TRACECA, который свяжет Роттердам с Лянь Юн Гань, минуя Россию. В этом маршруте задействованы черноморские порты (Одесса, Бургас, Варна, Самсун, Поти, Батуми), железные дороги Румынии, Болгарии, Украины, Грузии и Азербайджана, каспийская паромная переправа (Баку—Туркменбаши), железнодорожная сеть Туркмении, Узбекистана, Киргизии, Казахстана, а также Китая. Узбекистан, Киргизия и Китай подписали в 1997 году Меморандум о строительстве магистрали Андижан—Ош—Кашгар, которая должна связать в единое целое железные дороги Китая, государств Средней Азии, Ирана и Закавказья. Этот новый транспортный коридор, по мнению ряда экспертов, может стать более привлекательным, чем Транссибирская магистраль.
До конца 2001 года Россия может заключить соглашение с Китаем о поставках в эту страну современных гражданских самолетов Ту-204, Ту-214 и Ил-96-300. Об этом заявил директор российского авиационно-космического агентства Юрий Коптев. По его словам, вопрос о возможности закупки Китаем этих самолетов будет рассматриваться в ходе предстоящего в июле визита в Москву председателя КНР Цзян Цзэминя. Коптев отметил, что до недавнего времени Китай отдавал предпочтение крупнейшим западным авиастроительным компаниям. Так, объем только нереализованных контрактов с компанией "Boeing" составил около 2 млрд. долл.
Размышляя о перспективах сотрудничества России и КНР в области электроэнергетики, нужно трезво оценивать его перспективы. Усилия китайского руководства в этой сфере ясно дают понять, что Китай не хотел бы ни от кого зависеть. В Пекине отдают себе отчет в том, что владение ресурсами свободной энергии позволяет ликвидировать нищету, голод, дать образование и обеспечить достойные условия жизни.
Исходя из этого, в начале 1999 года в Китае разработана программа развития новых и возобновляемых источников энергии (НВИЭ) на период до 2010 года. Программа построена с учетом насущных задач по обеспечению относительно дешевой электроэнергией прежде всего удаленных и труднодоступных районов страны.
В этой связи все разговоры о переброске избыточной электроэнергии с восточносибирских ГЭС (из Иркутской области) в Китай, судя по всему, останутся разговорами. Не нужен КНР и энергомост "Россия—Китай". И китайская сторона уже неоднократно подтверждала свою позицию по этой проблеме. Бурное обсуждение этой темы российскими руководителями различных рангов, скорее, предназначено для "внутреннего пользования". Под это дело выбиваются деньги, выбираются депутаты и т.д. В свое время один из высоких руководителей Министерства энергетики КНР, комментируя тему энергомоста "Россия—Китай" в частной беседе сообщил, что реализации этого проекта, возможно, не будет никогда, потому что регламентирующими документами ЦК КПК предусмотрено развитие собственных источников энергии с фактическим запретом импорта электроэнергии.
Объем российско-китайской приграничной и межрегиональной торговли в 1992-98 гг. оценивался в 12-13 млрд. долл. США. Основу российского экспорта составляют химические удобрения, целлюлоза и лесоматериалы, сырье для химической промышленности, а также сталепрокат. Импорт состоит в основном из текстиля, продуктов питания и различных товаров народного потребления.
В последнее время, на фоне снижения объемов общей российско-китайской торговли, наблюдается увеличение товарооборота по приграничным и межрегиональным связям. Он достиг более 2,2 млрд. долл. (около 45% всего российско-китайского товарооборота). Развитию приграничной торговли способствуют значительные льготы, предоставляемые в Китае ее участникам (снижение импортного тарифа на 50%). В российско-китайском межрегиональном сотрудничестве участвуют более 60 субъектов и городов с каждой из сторон.
В 1992 году Госсовет КНР объявил четыре сопредельных с Россией города (Маньчжурия, Хэйхэ, Суйфэньхэ и Хуньчунь) "городами приграничного сотрудничества". С этого времени китайская сторона начала активно ставить вопрос о совместных "зонах свободной торговли" на границе в районе основных пунктов пропуска.
В конце ноября 1996 года начали функционировать китайские части торговых комплексов на границе в районе г.Маньчжурия и поселок Хэйшаньтоу, куда по договоренности между администрацией Читинской области и Народным правительством Автономного района Внутренняя Монголия по спецпропускам доставляются российские посетители (списки составляются российской местной администрацией). Для российских граждан предусмотрены упрощенные процедуры пограничного и таможенного контроля, а также некоторые таможенные льготы.
Впочем, не обходится без проблем. 26 июня 2001 года компании из КНР, занимающиеся переработкой леса, уведомили своих красноярских партнеров, что с 1 июля прекращают прием необработанной древесины. По условиям китайской стороны, вся продукция должна быть либо очищенная от коры, либо химически обработанная и уложенная в штабеля. Ни тем, ни другим краевые лесопромышленники не занимаются, и удовлетворение этих требований означает увеличение затрат предприятий на 5-10%. Хотя Китай далеко не самый крупный импортер красноярского леса, его заявление может существенно осложнить жизнь лесной отрасли региона, поскольку данному примеру наверняка последуют и другие страны. Впрочем, многие специалисты считают качество экспортного леса достаточно высоким и объясняют такой шаг китайцев стремлением сократить свои собственные расходы на переработку древесины.
Постепенно распространился упрощенный режим пропуска граждан РФ через границу в китайские части приграничных торговых комплексов, а также граждан КНР в российские части комплексов. Такой комплексы созданы в Забайкальске-Маньчжурии, Благовещенске-Хэйхэ и Пограничном-Суйфэньхэ.
Ежегодно российско-китайскую границу пересекает через установленные 23 пункта пропуска около 2 млн. пассажиров, более 200 тыс. транспортных средств. Крупнейшими пунктами пересечения границы остаются Забайкальск-Маньчжурия (600 тыс. пассажиров и 100 тыс. транспортных средств), Благовещенск-Хэйхэ (соответственно — 500 тыс. и 35 тыс.), Пограничный, Полтавка, Хабаровск (через каждый по 100 тыс. пассажиров). Основную часть пассажиропотока составляют граждане двух стран, направляющиеся по каналам туризма, в основном, т.н. "шоп-туристы".
Железнодорожные перевозки составляют 65% всего объема грузопотока между двумя странами. На российско-китайской границе действуют три перехода — Забайкальск, Гродеково и Махалино (Приморский край). Последний переход ориентирован на транзитные перевозки через территорию России грузов КНР.
Согласованы маршруты проезда автотранспорта и их развитие на период до 2010 года в пунктах пропуска на границе. Российская и китайская стороны силами местных администраций и таможенных служб завершили строительство автомобильного перехода и прилегающих автодорог в пункте Забайкальск (Читинская обл.)-Маньчжурия (автономный район Внутренняя Монголия КНР). Данный пункт стал крупнейшим не только на границе с КНР, но и на всей восточной границе России и предназначен для международного пассажирского и грузового сообщения. Он обустроен, имеет 12-полосное движение, пропускная способность — до 2 тыс. автомобилей в сутки. Открытие состоялось 1 марта 1998 года.
Создание Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) США, которые инвестировали в среднеазиатские нефтегазовые месторождения миллиарды долларов, расценивают как крупнейший вызов своему лидерству. Эта акция не сводится исключительно к попытке Москвы и Пекина обезопасить себя от НАТО и США. Любая форма российско-китайского союза резко сокращает лидирующий потенциал Америки — и финансовый, и технологический, и политический. Поэтому сам факт встречи после Шанхая Путина с президентом США Джорджем Бушем и характер прошедших между ними переговоров свидетельствуют о серьезной озабоченности новой американской администрации движением Китая и России в данном направлении.
В Конгрессе США еще весной 2000 года проходили дебаты по вопросу "нормализации торговли". Важность развития двусторонних экономических связей подчеркивается тем фактом, что КНР входит в четверку крупнейших торговых партнеров США (при почти пятикратном превышении объема импорта США над экспортом). Этим объясняется активная прокитайская позиция американских ТНК, в сфере высоких технологий, а также крупнейших сельскохозяйственных экспортеров. Параллельно наметилось определенное единство среди руководства различных штатов США, заинтересованных в стабильном и долгосрочном сотрудничестве с Китаем, в предоставлении ему режима наибольшего благоприятствования в торговле на постоянной основе (РНБ).
В то же время, есть мнение о сохранении статус-кво в американо-китайских отношениях. В обоснование данной позиции выдвигаются два основных аргумента. Во-первых, возможность значительного сокращения рабочих мест из-за реального переноса части производств в Китай, еще большего затоваривания американского рынка дешевой китайской продукцией и как следствие разорение национальных производителей и рост безработицы. Во-вторых, нормализация торгового режима на постоянной основе лишает США возможности использования практики ежегодного утверждения этого статуса в качестве механизма политического давления.
Итогом вступления КНР в ВТО на условиях подписанного соглашения для США должно стать удвоение за 5 лет объема экспортных поставок и существенное сокращение дефицита торгового баланса. Прогнозируемый рост экспорта США составит к 2005 году более 13 млрд. долл. (при ежегодном приросте 2-3 млрд. долл.). Ключевой частью соглашения являются обязательства в области торговли промышленными товарами. Они охватывают широкий спектр различных мер тарифного и нетарифного регулирования; в т.ч., повышение ставок таможенных пошлин, введение ограничений в области конкурентной политики, тарифы, квотирование и лицензирование, антидемпинговые и компенсационные процедуры, защитные меры, операции государственных предприятий и т.д. В области тарифного регулирования действующая средневзвешенная тарифная ставка 24,6% будет снижена до 9,4% (7,1% — в отношении наиболее чувствительных для американского экспорта товарных позиций). Крупнейшее снижение таможенных пошлин произойдет в секторе автомобилестроения — в период до 2006 года ставка будет снижена в 4 раза с действующих 100-80% до 25% (для автомобилей) и 10% (для автокомплектующих). Значительно будут снижены ставки таможенных пошлин в отношении экспорта в Китай древесины и продуктов деревопереработки (с действующих 20% до 6%, химических товаров — до 5,5%). Китай принял обязательство присоединиться к Соглашению по ИТ ВТО (Informational Technology Agreement, ITA), что означает полную отмену таможенных пошлин на импорт компьютерного и телекоммуникационного оборудования, полупроводников и т.п.
В том, что касается антидемпинговых и компенсационных мер, Китай пошел на существенные уступки и согласился на применение в отношении своих экспортеров ограничительных правил и процедур. В течение 15 лет с момента присоединения к ВТО для целей расследований демпинга и практики субсидирования Китай будет рассматриваться как государство с нерыночной экономикой. Установлен также 12-летний период действия упрощенного по сравнению с правилами ВТО порядка введения защитных мер к поставкам из Китая. Данный порядок является дискриминационным по сравнению с зафиксированными Соглашением по защитным мерам ВТО процедурами: США смогут вводить защитные меры исключительно в отношении поставщиков из Китая, а не в отношении всех стран-экспортеров конкретного товара.
Банки из США получают полный доступ к рынку через 5 лет после вступления Китая в ВТО. При этом уже через два года у них появится возможность начать осуществление операции в отношении юридических лиц, а через 5 лет в отношении физических лиц. К американским банкам будет применяться национальный режим с рядом ограничений по географическим зонам, которые должны быть полностью сняты через 5 лет после вступления. Эти условия совершенно несравнимы с условиями, в которых пытаются работать с Китаем российские банки. С другой стороны, и российские банки несравнимы с американскими.
Проведенный анализ условий вступления Китая в ВТО показывает, что США удалось заложить серьезную базу для экспортной экспансии на китайский рынок.
КНР и США подписали соглашение о сотрудничестве в области использования атомной энергии в июле 1985 года. Однако этот документ, позволяющий американским компаниям продавать Китаю "атомные" технологии и оборудование, не был ратифицирован сенатом США. Ограничения в этой области еще более усилились после событий на площади Тяньаньмэнь в июне 1989 года, а также сообщений о якобы имевших место поставках Пакистану китайского оборудования для обогащения урана и узлов для производства ракет.
Во время китайско-американской встречи на высшем уровне в 1997 году президент Клинтон заявил, что Китай соблюдает требования, связанные с нераспространением ядерных технологий и оборудования, что открыло путь для ратификации сенатом китайско-американского соглашения 1985 года. Последовавшее за этим определенное ослабление экспортных ограничений позволило американской корпорации "Westinghouse" продать Китаю современное оборудование для АЭС на сумму 137 млн. долл. В то же время остаются в силе запреты на поставки Китаю расщепляющихся материалов, средств, оборудования и компонентов, которые могли бы быть использованы в ядерных устройствах.
Это удивительно совпадает с получением в 1997 году российскими компаниями заказа на поставку энергетического оборудования для китайского проекта ГЭС "Три ущелья". США превратились в мощного конкурента российской атомной промышленности.
Время от времени в китайско-американских отношениях пробегают искры, появляются трения. Пекин болезненно реагирует на излишнюю заинтересованность Вашингтона в судьбе Тайваня, резко отвечает на обвинения в нарушении прав человека, рассматривая это как грубое вмешательство в свои внутренние дела, но в целом правительство КНР в отношении к США всегда демонстрировало сдержанность и благоразумие, показывая, что оно дорожит связями с США.
13 июня 2001 года Соединенные Штаты объявили, что могут ввести экономические санкции против Китая, если подтвердится, что китайское оружие, по меньшей мере, три раза поставлялось на Кубу. Как полагают, был связан с визитом в Гавану в декабре 2000 года начальника генерального штаба Народно-освободительной армии Китая Фу Цюанью. Он подписал с кубинскими властями договор о сотрудничестве в военной области, призванный модернизировать устаревшее советское оружие, находящееся на вооружении армии Кубы. Конфликт получил развитие через неделю в виде информационного сообщения о проведении на Тайване первых испытаний американской ракетной системы ПВО "Patriot". Запуски осуществлялись тайваньским персоналом под руководством американских военных специалистов.
22 июня американские спецслужбы обвинили Россию и Китай в подготовке компьютерной войны против США. Выступая в конгрессе с докладом, советник ЦРУ по науке и технологиям Лоуренс Гершвин заявил, что главными источниками компьютерной угрозы в ЦРУ считают Россию и Китай. Эти страны, по словам советника, разрабатывают системы, способные атаковать американские компьютерные сети и создать в США экономический хаос.
Тем не менее, 28 июня министр иностранных дел КНР Тан Цзясюань в телефонном разговоре с госсекретарем США Колином Пауэллом заявил, что Китай придает большое значение контактам с США и надеется укрепить с Америкой отношения конструктивного сотрудничества. По словам Тан Цзясюаня, Пекин удовлетворен позитивными изменениями в китайско-американских связях, которые произошли в последнее время. Китай, добавил он, активно готовится к встрече председателя КНР Цзян Цзэминя с президентом Джорджем Бушем в Шанхае во время саммита АТЭС и к визиту президента США в Пекин в октябре этого года и надеется на "здоровое развитие двусторонних отношений". При этом было особо отмечено, что телефонный разговор между руководителями внешнеполитических ведомств КНР и США состоялся по просьбе американской стороны.
Это не помешало 4 июля Госдепартаменту США назвать китайскую корпорацию "Jiangsu Yongli Chemicals and Technology Import and Export Corp." главным экспортером технологий для производства ракетных установок типа "Скад" в Дамаск и Тегеран, которая осуществляет их экспорт в нарушение обещаний руководства КНР. Китай обвинен также и в продаже ракетных установок и технологий производства оружия массового поражения в Иран. Реакция последовала мгновенно. В этот же день посол КНР в России У Тао, в преддверии запланированной на середину июля поездки в Москву Цзян Цзэминя, заявил, что вопрос об американской НПРО "затрагивает интересы стабильности и безопасности во всем мире".
К вечеру того же дня правительства США и Японии рекомендовали компании Sony отказаться от планов производства игровой приставки Sony Playstation 2 на территории Китая. Причиной такого предписания служат опасения военного применения технологии DVD, применяемой в PS2. Очевидно, что это демонстративные действия, поскольку кроме игровых приставок китайские военные, вероятно, уже давно догадались использовать сами компьютеры.
Все эти маневры говорят о том, что вряд ли можно вести речь об устойчивом как американо-китайском, так и российско-китайском блокировании. КНР не испытывает нужды в союзах, тем более с ослабленной и непредсказуемой Россией, и уж ни в коем случае не согласится с лидерством Москвы. Российская политика не отличается последовательностью. Россия периодически провозглашает стратегические цели, которые в действительности чаще всего оказываются более-менее спонтанным проявлением интересов различных элитных групп. Скорее всего, в треугольнике отношений Россия—Китай—США России не придется рассчитывать на суперблагоприятные условия. Китай будет по-восточному тонко балансировать в этих отношениях, стараясь играть на противоречиях США и России. Это не значит, что российско-китайское сотрудничество невозможно, оно — реально и объективно необходимо. Но его нужно грамотно развивать, формулировать четкие цели и задачи, бороться, конкурировать, осознавая прагматичную позицию руководства Китая.
Главная опасность, которая существует для России в связи с усилением Китая, — это "бесшумный" постепенный уход с Дальнего Востока и из Сибири, выражающийся в утрате интереса к региону со стороны центральных властей, сокращении населения, нарастании сепаратистских тенденций в краях и республиках и их переориентации на азиатские центры силы, прежде всего на Пекин.
Применительно к России в целом реальной угрозой в политической области можно считать возникновение чрезмерно большой односторонней зависимости России от КНР в экономике или политике, которая приведет к утрате свободы внешнеполитического, а в известном смысле и внутриполитического маневра.
Серьезной потенциальной проблемой для России и Китая может стать развитие ситуации в Центральной Азии, где нарастающие исподволь противоречия на этнической, клановой и религиозной почве, вокруг проблем границ, водопользования и дележа природных ресурсов могут уже в течение ближайших 10 лет выйти на поверхность, вызвать конфликты и спровоцировать вмешательство извне. Государства, образовавшиеся здесь после распада Советского Союза, сумели выжить, но остаются весьма слабыми, и смена власти в каждом из них может привести к серьезным потрясениям. При этом КНР, очевидно, заинтересована, как минимум, в усилении своего влияния в регионе, столь богатом энергоресурсами, а Россия — в сохранении Центральной Азии как своего стратегического буфера.
Нельзя также игнорировать внутренний конфликт в Синьцзяне. Ситуацию нужно держать под контролем. Если Пекин, отчаявшись справиться с тюркско-мусульманским сепаратизмом, перейдет к открытому вмешательству на территории стран Центральной Азии — это будет вторжение в зону российских интересов.
Между прочим, Китай не так давно подписал ряд соглашений о торговле и сотрудничестве с афганским "Талибаном" — даже несмотря на отсутствие между ними дипотношений. Согласно комментариям китайского и талибского МИДов, стратегические интересы государств часто важнее политических симпатий ли антипатий.
Свой интерес к Каспийскому региону Китай недавно подтвердил поездкой делегации Национально-освободительной армии Китайской Народной Республики в Грузию. Официальная цель визита — определение перспектив военного сотрудничества оборонных ведомств двух государств. Китайские военные посетили одно из элитных подразделений грузинской армии — 11-ю мотострелковую бригаду, дислоцированную в Кода примерно в 20 км от Тбилиси. Учитывая важность Грузии для России в закавказском регионе и непростые отношения двух стран, визит китайской делегации вызвал неоднозначную реакцию в Москве.
Особо стоит вопрос о Монголии. Долгое время эта страна была союзником СССР — вначале против Японии, затем против КНР. Нахождение на ее территории 75-тысячного контингента советских войск создавало Союзу благоприятную возможность для организации в случае войны мощного наступления в направлении столицы Китая. Нынешняя Монголия впервые в своей истории наслаждается реальной политической независимостью. Она пытается установить отношения с третьими странами (США, Японией). Китайцы, однако, привыкли смотреть на Монголию как на вассала, часть исторической китайской империи. Усиление позиций КНР в регионе может привести к восстановлению в той или иной форме китайского протектората над Монголией. Сам по себе переход Монголии на китайскую орбиту вряд ли является угрозой для России, но положение может стать угрожающим в случае военной оккупации Монголии Китаем.
Следует учесть, что, уйдя из Монголии, Россия утратила даже теоретическую возможность повторить Маньчжурскую операцию августа 1945 года, которая, вероятно, лежала в основе стратегического планирования в 70-80-е годы. Оборона же российского Дальнего Востока сопряжена с большими трудностями. Боеспособность российских Вооруженных Сил, боеготовность их частей и соединений находятся на самом низком уровне за последние 50 лет.
Столкнувшись с китайским превосходством в обычных силах, наличием китайского потенциала ядерного сдерживания и учитывая военно-географические преимущества КНР, Россия должна будет одновременно делать упор на ядерное оружие: как стратегическое, так и тактическое, и создавать возможность для переброски подкреплений на Дальний Восток на случай конфликта с КНР. Попытка выполнить эту задачу потребует мобилизации колоссальных ресурсов.
Россия, как и США в случае с Советским Союзом, может спровоцировать Китай на ускоренное наращивание ядерного потенциала, в результате чего между двумя странами возникнет стратегический паритет, и Россия утратит свое нынешнее преимущество.
В такой ситуации наиболее оптимальной видится стратегия, основными элементами которой являлись бы: приоритетное развитие Дальнего Востока и Сибири с привлечением частных российских и иностранных капиталов, рабочей силы (из стран СНГ, Китая, Кореи); создание системы экономической и научно-технической взаимозависимости Китая; всестороннее развитие отношений с Японией, Кореей, другими странами АТР, включая США. Максимально широкая интернационализация развития российского Дальнего Востока и Сибири, кроме ускорения самого процесса развития, дала бы возможность предотвратить возникновение односторонней зависимости от Китая этих территорий.
В сфере экономики речь идет о комплексе мер, способных превратить восток России в территорию, привлекательную для бизнеса: предоставление налоговых и таможенных льгот, ликвидация коррупции, ограничение административного произвола и создание необходимой транспортной, финансово-экономической, телекоммуникационной инфраструктуры. При этом ясно, что совершенно автономно Россия не справится со стоящей перед ней задачей. В качестве основного инструмента развития требуется последовательная политика привлечения и поощрения иностранных капиталовложений.
Демографическая инициатива могла бы также стать одним из решений. Если переселенцам из бывших советских республик будут предложены существенные льготы, а нынешнее население российского Дальнего Востока — обеспечено работой, то отрицательные демографические тенденции окажется возможным остановить. При этом общее население России, вероятно, будет продолжать сокращаться, и по прогнозу ООН, к 2050 году составит 130 млн. человек.
Отношения России с КНР будут более сбалансированы, если Москва будет успешно продвигаться на японском и корейском направлениях. Без развитых отношений с Японией интеграция России в "передовую Азию" просто не сможет состояться. Приток японских капиталов и технологий имеет большое значение для подъема Дальнего Востока и Сибири. Ни США, ни тем более Южная Корея не смогут заменить в этом Японию.
Для японцев отношения с Россией могут также оказаться, как минимум, полезны. Стремясь удержать равновесие, Токио и Москва впервые в истории могут серьезно помочь друг другу. В этих условиях выработка формулы решения территориальной проблемы в рамках будущего мирного договора имеет исключительное значение. Необходимо отметить, что для нас нет нужды делать выбор между Токио и Пекином — Россия нуждается в стабильных отношениях и широком взаимодействии с обеими странами.
Россия и КНР имеют обоюдную заинтересованность в мирном развитии ситуации на Корейском полуострове. Влияние Китая здесь несравнимо выше российского. Вряд ли это положение изменится. Хотя некоторые возможности могут открыться перед Россией в будущем. Российской Федерации и объединенной Корее нет причин опасаться друг друга. Для Кореи, "зажатой" между Китаем и Японией, Россия может стать своего рода "отдушиной", а для России "корейский фактор" в развитии Дальнего Востока может отчасти уравновесить китайский и японский.
Учитывая меняющуюся обстановку, целесообразно подробное изучение возможностей российско-индийского "стратегического партнерства", которое на практике сводится к поставкам в Индию российских вооружений и технологии. Присоединение Индии и Пакистана к числу ядерных держав вынуждает Россию определиться со своими интересами в регионе. Очевидно, что главным среди них является содействие укреплению региональной стабильности через поощрение взаимной сдержанности Дели и Исламабада. Российским интересам ни в коем случае не соответствует положение, при котором РФ и Индия оказались бы в одном лагере, а КНР и Пакистан — в противоположном.
Но осуществление этой программы под силу только уверенному в своих силах руководству страны, способному достичь национального согласия. Прежде всего, нужно осознать, что главный вызов России в начале XXI века поднимается на востоке страны. От того, как Россия справится с ним, будет зависеть будущее не только Дальневосточного региона и Сибири, но и страны в целом.
Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой