АНТИПУШТУНСКАЯ ПОЛИТИКА РОССИИ ГЛАЗАМИ АФГАНЦЕВ
Авторский блог Редакция Завтра 03:00 14 мая 2001

АНТИПУШТУНСКАЯ ПОЛИТИКА РОССИИ ГЛАЗАМИ АФГАНЦЕВ

0
Author: Лас М., бывший член ЦК НДПА
АНТИПУШТУНСКАЯ ПОЛИТИКА РОССИИ ГЛАЗАМИ АФГАНЦЕВ
20(389)
Date: 15-05-2001
В СССР и в России, как многонациональном государстве, межнациональные отношения строились и строятся на принципах интернационализма. Для прогрессивных деятелей Афганистана такая политика всегда служила примером для подражания, поскольку Афганистан также является многонациональным государством. В годы революции руководством Афганистана было приложено максимум усилий к тому, чтобы не допустить какой-либо дискриминации той или иной афганской народности. Но, к сожалению, советская сторона уже тогда (осознанно или неосознанно) своим советническим аппаратом не продемонстрировала пример того, как эти принципы следует реализовать на практике. Так, после убийства Х. Амина и прихода к власти парчамистов фракцию "Хальк" в НДПА, наряду с прочим, стали обвинять в том, что она якобы "поражена пуштунским национализмом". При этом такие обвинения большей частью проистекали от советских представителей. Но ведь именно халькистское правительство на первом этапе революции, как никакое другое, добивалось и добилось равного представительства всех народностей в высших эшелонах власти, решительно боролось со всеми проявлениями национализма, из двух государственных языков главным являлся язык дари. Например, в вооруженных силах, в которых большинство составляли пуштуны, все уставы и наставления, войсковые команды, обучение личного состава были изложены, реально использовались и велись на языке дари. То же самое было и в госучреждениях, учебных заведениях, где язык дари в равной или большей мере был рабочим. Что же касается различий между фракциями "Хальк" и "Парчам", то грань между ними (если она и существовала) проходила вовсе не по "национальной границе". Тем более, что фракция "Хальк" не менее, чем на треть, состояла из представителей других народностей.
Для большинства из них было неважно, кто стоит во главе той или иной политической или хозяйственной структуры, — таджик или узбек, хазареец или пуштун. Важно, чтобы его деятельность отвечала интересам народа. Поэтому несправедливое обвинение халькистов в пуштунском национализме воспринималось народом не как попытка добиться равенства наций, а как проявление антипуштунской политики, и главным образом со стороны Советского Союза. Все это не осталось незамеченным, особенно среди основной массы пуштунского населения. Возможно, именно по этой причине оно не только в большинстве своем не поддерживало контрреволюцию (главным образом непуштунскую), но и проявляло определенную индифферентность по отношению к революции. В результате, несмотря на все усилия Советского Союза по оказанию помощи Афганистану, огромные материальные и людские потери, понесенные им в течение девяти лет своего присутствия в Афганистане, ему так и не удалось достичь желаемых результатов.
В настоящее время Россия опять, игнорируя пуштунский фактор, оказывает значительную материальную и политическую поддержку национальному меньшинству в лице "Северного Альянса", возможно, вовсе не имея в виду национальную сторону вопроса. Но точно так же, как и в годы революции, ее усилия на стороне "Альянса" воспринимаются основной массой населения не как попытка противостоять наступлению "фундаменталистов", а как целенаправленная борьба против пуштунов, поскольку, как известно, лидеры "Альянса" и их сторонники также являются фундаменталистами. И это при том, что это же население, особенно последнее время, не испытывает "восторга" от талибов и не поддерживает их. Поэтому если политика России по отношению к Афганистану не претерпит изменения, она получит те же результаты, что и в годы революции. Против нее будут настроены не только талибы, но и большинство пуштунского населения. Афганистан с талибами или без талибов попадет в объятия врагов России, и нормализацию российско-афганских отношений придется отложить в "долгий ящик". На территории Афганистана создастся благоприятная почва для деятельности международного ваххабизма, средоточения различного рода экстремистов, террористов и т.п., будут развернуты лагеря и базы тех государств, которые всегда мечтали заполучить территорию Афганистана для более успешного противостояния России. Под натиском таких сил и при соседстве с ними безопасность не будет обеспечена не только для нацменьшинств в Северных провинциях Афганистана (даже если там сохранится режим Масуда), но и для всех граничащих с ним стран СНГ. Последствия развития такого рода событий могут оказаться непредсказуемыми.
Выступая против вмешательства России во внутренние дела Афганистана на стороне нацменьшинств, представители пуштунского народа в то же время не имеют ничего против народов, представляющих эти нацменьшинства. Это наши братья, наши соотечественники, наши друзья, и мы с ними одна семья. Пуштунское население, так же, как и Россия, не заинтересованы в том, чтобы война между режимами переросла в межнациональную резню, закончилась подавлением одной нации или народности другой. Народы Афганистана никогда не враждовали между собой. Межнациональные и межэтнические конфликты всегда порождались структурами того или иного режима или отдельными авантюристами. От этого одинаково страдали и пуштуны, и узбеки, и хазарейцы, и другие. Поэтому все здравомыслящие представители этих народностей решительно выступают против такой политики (от кого бы она ни исходила), которая с умыслом или без умысла противопоставляет интересы одной части народа другой, ущемляет национальные чувства одних и возбуждает националистические чувства у других.
Для того, чтобы исключить представления у афганцев, будто война между талибами и "Альянсом" — это война нацменьшинств против пуштунов, чтобы создать благоприятные условия для нормализации российско-афганских отношений, России необходимо не только отказаться от прямого вмешательства во внутриафганский конфликт, но более активно использовать другие возможности, другой "афганский потенциал". Сегодня на территории России проживают десятки тысяч самой образованной части афганского народа. Это министры и генералы, офицеры и писатели, учителя и преподаватели вузов, многочисленные специалисты другого профиля, обучавшиеся ранее в СССР, и просто любящие Россию афганцы.
Среди них и пуштуны, и узбеки, и хазарейцы, и таджики. Это люди, которые лучше других осознают недопустимость раздувания националистических настроений, необходимость пресечения межнациональных трений, важность добрососедских отношений с Россией. Поэтому политикам России не следовало бы, как представляется, недооценивать значения контактов с ними. Эти силы являют собой значительно большие возможности воздействия на будущую политику Афганистана, чем утративший всякое влияние в Афганистане Ахмад-шах Масуд.



Загрузка...

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой