Авторский блог Иван Ленцев 03:00 1 июля 1998

В ТИСКАХ КРЕМЛЕВСКИХ МИФОВ

0
В ТИСКАХ КРЕМЛЕВСКИХ МИФОВ
26(239)
Date: 01-07-98
Одним из ярких примеров бездарности и несамостоятельности внешней политики ельцинского режима на постсоветском пространстве является политика Кремля в отношении Приднестровья — непризнанного государства, восьмой год в одиночку удерживающего южные рубежи славянского мира от экспансии натовской Европы. По сей день Приднестровская Молдавская Республика, основанная и существующая при поддержке подавляющего числа населения, отстоявшая свою независимость в войне с более сильным противником, политически, экономически и идеологически ориентированная на Россию, остается в глазах Кремля неконтролируемой Кишиневом частью единой Молдовы.
Приднестровье просит не денег, не военной помощи, а лишь одного — признания. Преимущества такого шага для России налицо, однако Кремль не в силах вырваться из тисков собственных мифов о ПМР. Мы приводим некоторые из этих мифов, и тут же — их опровержения.
“Узкая полоска приднестровской земли, отделенная от России тысячей километров украинской территории, совершенно бесполезна. Приднестровье России ни к чему.”
Прежде всего приднестровский регион очень важен в военно-стратегическом плане. Представляя собой равнинный перешеек между отрогами Карпатских гор на севере и Черным морем на юге, Приднестровье является воротами на Балканы, плацдармом на важнейшем юго-западном направлении и в то же время узкой горловиной, защита которой обеспечивает безопасность Юга Европейской России.
Исключительность этого региона понимает НАТО, он обозначен как стратегически важный на военных картах Румынии, Германии, Турции. Не осознают этого только в Кремле. Уже сегодня военное присутствие России в ПМР чисто символическое, в случае же ухода наших войск Румыния и вместе с ней Молдова будут немедленно приняты в НАТО, и захват Приднестровья будет лишь делом времени. Сдача Приднестровья резко усугубит позиции России в Черноморском регионе и повлечет за собой потерю Севастополя, ослабление Черноморского флота, уход из Абхазии.
В то время, как почти все страны СНГ, включая Украину и тем более Молдову, ориентируются на враждебные нам военно-политические блоки, на берегах Днестра появляется надежный друг России, который даже в своей военной доктрине заявляет, что готов встать на защиту юго-западного направления СНГ, противодействовать НАТО на этих рубежах, вести с Россией единую военную политику. Это несколько больше, чем простое согласие на размещение российских военных баз на своей территории.
Приднестровье является перекрестком транспортных путей. В случае признания ПМР Россия не только овладеет приднестровским рынком сбыта, но и приобретет контроль за автомобильным, железнодорожным, электрическим и особенно нефтегазовым транзитами через республику.
Наконец, Приднестровье — это граница славянского мира, русская земля, связанная с Россией культурой, языком, историей. Забыть об этом осколке русской цивилизации, сдать его Молдове, Румынии, НАТО — преступление перед собственным народом.
На пороге XXI века отсутствие общей границы уже не является особой помехой ни в военной сфере, ни тем более в экономической, поэтому фактор украинской территории не может служить препятствием для усиления присутствия России на берегах Днестра.
“ПМР — это незаконно возникшее аморфное образование без четко оформленных госинститутов; нельзя иметь дело с государством-казусом.”
ПМР (тогда ПМССР) была образована 2 сентября 1990 года на Втором Чрезвычайном съезде народных депутатов всех уровней Приднестровского региона. 1 декабря 1991 года общенародный референдум провозгласил независимость ПМР, подтвердив подлинное и свободное самоопределение народа Приднестровья. Таким образом, образование ПМР полностью соответствует международным нормам.
ПМР обладает всеми атрибутами суверенного государства: полностью сформированными органами власти, законодательством, территорией. ПМР располагает Конституцией, институтом президентства, тремя ветвями власти, всеми силовыми структурами, собственной валютой, границами, госсимволами и т. д.
Сегодняшнее политическое устройство ПМР позволяет избегать серьезных конфликтов между законодательной и исполнительной ветвями власти. Конституция Приднестровья, в отличие от российской, обеспечивает равновесие полномочий президента и Верховного Совета. Все основные государственные вопросы решаются всеобщим референдумом.
Определенные успехи во внешней политике ПМР (в частности, подписание 8 мая 1997 года Меморандума об основах нормализации отношений между Республикой Молдовой и Приднестровьем) являются хорошей базой для решающего шага со стороны России.
“Оба берега Днестра — две половинки этнически и экономически единого государства, искусственно разделенные алчными политиками, стремящиеся обратно к целостности.”
Левый и правый берега Днестра этнически, политически и экономически разнополярны. Приднестровье и Бессарабия (территория между реками Прут и Днестр — фактически нынешняя Молдова) никогда в истории не были целостным государством. Национальный состав ПМР (молдаване, русские и украинцы составляют примерно равные доли населения) резко отличается от этнически однородной Молдовы, сами молдаване ПМР и Молдовы сильно различаются по менталитету, языку и культуре.
Само образование ПМР в рамках СССР стало реакцией на сепаратистские процессы, происходящие в Молдове. На фоне ярко выраженной румынизации Молдовы граждане ПМР занимают однозначно пророссийскую позицию. В памятном мартовском референдуме 1991 года о сохранении Союза, запрещенном, кстати, в Молдове, 91% жителей Приднестровья проголосовал за сохранение Союза — гораздо больше, чем в среднем по СССР. За 7 лет взгляды приднестровцев не изменились. По данным опроса, проведенного социологическим центром “Стратегия” в ноябре 1997 года, 82% приднестровцев высказались за сохранение государственного статуса ПМР; 66% посчитали, что положение ПМР улучшится в результате сближения с Россией (10% — с Молдовой, 17% — с Украиной); 60% опрошенных уверены, что Приднестровье — исконно российская земля (17% — молдовская, 18% — украинская, 3% — румынская).
Экономические же различия промышленного Приднестровья, и преимущественно аграрной Бессарабии, бросались в глаза еще в Молдавской ССР. Тогда, занимая 13% территории и имея 17% населения, Приднестровье обладало 30% всей промышленности Молдавии и выдавало 45% ВНП.
“Нынешняя власть Тирасполя слишком слаба и держится лишь на одном человеке, президенте Смирнове — диктаторе, не имеющем никакой поддержки ни у политических кругов ПМР, ни у своего народа.”
Действительно, ныне действующий первый президент ПМР Игорь Николаевич Смирнов значит для Приднестровья очень многое и является личностью харизматической. На сегодняшний день ему в республике альтернативы нет — это подтвердили и последние президентские выборы, на которых И. Н. Смирнов одержал гораздо более убедительную победу, чем Ельцин в России.
Нынешнего президента поддерживают и все наиболее значительные общественно-политические организации Приднестровья: Объединенный Совет трудовых коллективов ПМР, Женский забастовочный комитет, Союз защитников ПМР, Черноморское казачье войско. В отсутствие сколько-нибудь серьезных партий, кроме, пожалуй, Компартии Приднестровья, эти патриотические организации, созданные во время или сразу после войны 1992 года, представляют собой очень солидную и, главное, единую политическую силу в республике.
Что касается соблюдения демократических норм, то в этом ПМР далеко обогнала Молдову: в Приднестровье нет ни политических узников, ни языковой или национальной дискриминации.
“В ПМР практически отсутствует экономика, эта республика лишь отмывает грязные российские деньги. В случае признания ее суверенитета это будет государство-обуза для России.”
Несмотря на трудности, вызванные распадом СССР и мировой непризнанностью, Приднестровье обладает неподорванной и нераспроданной экономической базой в виде полностью сохраненного колхозного сектора и ряда крупных промышленных объектов мирового масштаба. К таковым относятся мощнейшая Молдавская ГРЭС, Рыбницкий металлургический завод, завод авторефрижераторов ТИЗАР, завод литейных машин имени Кирова, заводы Молдавизолит, Электромаш, Тиротекс и др. — для государства с населением в 650 тысяч это немало.
Приднестровье не получило ни цента зарубежных кредитов и ни рубля российской помощи; его единственный долг — России за газ — компенсируется содержанием 14-й армии. Можно выразиться, что “отмывать” Приднестровью нечего: деньги из России в ПМР практически не поступают. Для сравнения: Молдова уже сегодня должна западным кредиторам 1,5 млрд. долларов, а расплачиваться нечем: ее экономика находится в глубоком упадке.
“Признание ПМР выльется в грандиозный скандал внутри СНГ, что может привести к его расшатыванию; отношения с Молдовой будут испорчены навсегда.”
Здравомыслящие политики уже давно признали, что СНГ — это блеф. Молдова твердо ориентируется на Румынию и Запад, полным ходом движется в НАТО. Румынизация ее жителей достигла невиданных темпов: жителей западных районов Молдовы уже впрямую подкупают, чтобы они согласились на румынское гражданство: стоит это около 100 долларов. Молдовская экономика также все больше ориентируется на Европу; в случае же, когда без СНГ не обойтись, Кишинев всеми силами старается дистанцироваться от России. Последний пример — разработка маршрута транспортировки каспийской нефти в рамках ГУАМа: из Азербайджана в Грузию и далее по морю до устья Дуная, в котором Молдова, отхватив часть украинской территории, спешно строит терминал. Интересы России при этом игнорируются.
Таким образом, Молдова сама настойчиво пытается испортить отношения с Кремлем; закрывать на это глаза, пытаясь выжать какую-то выгоду, по меньшей мере, нелогично.
С другой стороны, согласно опросам, граждане ПМР видят свое будущее даже не в бесформенном СНГ, а в еще более тесном Союзе славянских государств — вместе с Россией и Белоруссией. Созданное в марте этого года Движение за присоединение ПМР к этому Союзу собирает подписи среди приднестровцев, и уже 60% взрослого населения республики уже отдали свои голоса.
“ПМР прожило 8 лет без признания и проживет еще. Никакой опасности для ПМР не существует. Этот вопрос можно затягивать как угодно долго.”
Не останавливаясь на опасности экономического удушения или идеологической экспансии Запада в ПМР, остановимся на наиболее реальной угрозе — военной.
К власти в Кишиневе пришли те, кто развязал войну 1992 года: М. Снегур, Ю. Рошка, В. Матей, А. Мошану, — прорумынские националисты и военные преступники.
Молдова лихорадочно вооружается. По данным приднестровских военных аналитиков, численность только ее армии составляет порядка 9.000 чел., основной же силой являются формирования МВД. Так, его корпус карабинеров на БТР превышает 11.000 чел., спецназ МВД — 2.500 чел., плюс 4 батальона ОПОНа, соединения РУОПа и ГУОПа — всего внутренние войска составляют около 27.000 чел. Помимо этого, есть еще семитысячный пограничный контингент, отряды министерства нацбезопасности, — таким образом, немедленно вступить в боевые действия могут более 40.000 человек, а с учетом запаса под ружье может встать 150.000 граждан Молдовы. Вопрос: зачем такая армия Кишиневу, с кем он собирается воевать? С Украиной? С Румынией?
Техники и вооружения у Молдовы предостаточно. Это и старые запасы двух дивизий 14-й армии, располагавшихся на ее территории, и неограниченные поставки из Румынии, и договоры с США.
В Молдове резко усилилось присутствие блока НАТО. Не так давно молдовский военный аэродром Маркулешты был переоснащен под натовские стандарты и испытывался натовскими же самолетами. За последний год Национальная армия Молдовы приняла участие в 11 учениях НАТО, в том числе и на своей территории. Высший и средний командный состав армии Молдовы, которая организована, кстати, по германскому образцу, обучается в Румынии, США и странах Западной Европы, сама армия наводнена натовскими военными советниками.
“Признание ПМР независимой от Кишинева неминуемо приведет к эскалации “чеченского процесса”: придется признавать и фактически независимую от Кремля Чечню.”
Политическая воля сильного государства заключается в том, чтобы действовать, как ему выгодно, умело пуская в ход все доступные методы для достижения собственных целей. В случае с Приднестровьем у России есть целый арсенал средств, приносящих успех там, где официальные протоколы бессильны: идеологическое, культурное, информационное проникновение на подготовленную приднестровскую арену, максимальное использование фактора 14-й армии, поддержка все усиливающегося стремления приднестровцев получить второе, российское гражданство, снижение пошлины для приднестровских товаров и квоты за российский газ, которая для ПМР приравнивается почему-то к квоте для дальнего зарубежья, и, конечно, организация контактов на неправительственном уровне. Последнее средство особенно действенно, учитывая тягу некоторых российских политиков и градоначальников к патриотическим поступкам. Конечно, Севастополь — город русский, и за него надо бороться. Но ведь есть еще Тирасполь, Бендеры, Дубоссары, Рыбница, Днестровск.
Пока еще Россия сохраняет влияние на берегах Днестра. Но если Кремль и дальше будет гоняться за призраком СНГ, не видя из-за шор целое дружественное государство, Россию вышвырнут из Причерноморского региона в самое ближайшее время.
Иван ЛЕНЦЕВ

Комментарии Написать свой комментарий

К этой статье пока нет комментариев, но вы можете оставить свой